broken into small pieces

— Знаешь, всё-таки мне кажется, что это не самая лучшая идея, — я нервно провожу рукой по волосам, сидя напротив зеркала. — Да сколько можно уже, Ань? Ты последние полгода зарываешься в себе с каждым днём всё больше и больше. Пора вылезать со своей зоны комфорта. Нужно вновь знакомиться с новыми людьми, так же не может вечно продолжаться, — закипает Саня. — Понимаю, но все же мне кажется, что… — Та нет, достаточно, — подруга выставляет вперёд руки, как бы заставляя меня замолчать. — Хватит, я слышу это уже 5 раз за день. Ты пойдешь на эту встречу со мной. Я же не оставлю тебя одну сидеть дома со своими родителями? Ты же, как никак, в гости приехала ко мне. Поэтому давай, быстрее приводи себя в порядок и пойдем, у нас остался час. Я лишь шумно выдыхаю и тянусь рукой ко своей косметичке.       Полгода практически полного одиночества — слишком, согласна. Но этот период был одним из самых сложных периодов в моей жизни. Первый месяц я просто безвылазно сидела в квартире. Даже за продуктами не ходила. Благодаря Сане, конечно же, которая стабильно раз в неделю приносила мне большой пакет еды. Но зачастую этот пакет оказывался в мусорке, потому что все продукты портились. Аппетита не было вообще.       Знаете такое состояние, когда тебя предает твой самый близкий человек и ты просто не знаешь, как смириться с этим? Конечно, со временем приходит осознание того, что не такой уж и трагичной была данная ситуация, но в тот период тебе не хочется абсолютно ничего. Когда ты лежишь на кровати, а тебе не хочется ни есть, ни пить, ни-че-го. Когда тебе кажется, что весь твой мир, который был построен на одном человеке, рухнул, а ты осталась в этой огромной Вселенной одна. Стоишь среди этих развалин, смотришь на все то, что в один момент было сожжено до тла, и тебе становится больно. Больно от того, что все то, что ты так долго строил, в один момент развалилось. Просто в пух и в прах.       Нет ничего хуже, чем обесценивание чувств человека. Таким образом ты обесцениваешь не чувства, а его самого. Потому что мы и есть наши чувства. Ведь каждый из нас боится быть отвергнутым. Зачастую люди боятся проявить свои истинные эмоции, переживания, потому что боятся получить отказ, боятся, что это окажется другому человеку ненужным.       Мы боимся быть настоящими, чтобы нам не делали больно. Потому что в этом мире слишком много лжи и грязи, а светлого и настоящего осталось очень мало.       Я всегда была и есть яростным борцом за искренность и чистоту намерений. Я всегда ценила, ценю и буду ценить открытость, отзывчивость, честность. Но я всегда убегала от себя настоящей. Я не могла проявить себя настоящую все по той же причине — боязнь быть отвергнутой. Как говорится, от чего так стремительно убегала, к тому же и пришла. Впервые в жизни я открылась. Я была такой, какая есть на самом деле.       Мы ценим людей по внешнему виду. Так было, есть, будет всегда. Мне много раз говорили о том, мол: " Ничего себе. Ты такая сильная, такая упрямая. В тебе чувствуется огромный потенциал, ты добьешься всего, чего хочешь. Да тебе даже никто и не нужен, ты сама со всем справишься!» Но никто не знает, что за этим «strong face» скрывается самая настоящая слабая девушка. Да, это звучит так, словно я депрессивная девочка-подросток, которой 14 лет, а в плейлисте играет «ВahTee — 10 лет». Моя любимая песня из прошлого, кстати. Но за эти 6 лет все изменилось. Я научилась надевать на себя маску безразличия перед другими людьми. Но все те, кто знает меня близко, не верят в это. Их очень мало, на самом-то деле. Эти люди видели меня такой беспомощной и угнетенной некоторыми событиями, что даже сложно представить, взглянув на меня.       Мы все носим маски. В мире нет ни одного человека, которому бы не хотелось в один миг все бросить и скрыться от всего. У всех в жизни случается переломный момент. Но это лишь повод становиться лучше, сильнее, мудрее, опытнее. И ни в коем случае не нужно закрываться, закапываться в себе, ухудшая свое состояние с каждым днём. Да, выделите себе определенное количество времени для того, чтобы это все «перестрадать», и двигайтесь дальше.       Даже тогда, когда ты разбит на мелкие кусочки, где-то в уголке комнаты ты увидишь этот большой флакончик с супер-клеем. Просто останется самое сложное: собрать все свои осколки и протянуть руку к этому флакону.       Всегда все можно исправить. Было бы желание. — Нужно всё-таки было, наверное, взять с собой кожаную куртку, — я невольно ёжусь, когда ветер залетает под мою толстовку. — Ах, да, я же забыла, что ты не привыкла к жизни у моря, — Саша шутливо подмигивает мне, на что я закатываю глаза. — Ты мне лучше объясни, как ты такой зачётный хвост собрала? — Да фиг его, — я пожимаю плечами. — Оно как-то само получилось. Редко когда такое случается. — О, понимаю, — Ефремова смеётся. — А Дима будет нас ждать там? — Да, я попросила, чтобы он не заходил за нами. Поговорить хочу с тобой. — Поговорить? — удивлённо веду бровью. — Да, по поводу сегодняшнего вечера. — А что не так? — я поправляю лямку рюкзака, которая вечно сползает. — Пообещай мне, что ты сегодня включишь свое максимальное дружелюбие и станешь такой, какой ты была полгода назад, — девушка выжидающе смотрит на меня, в надежде получить ответ. Мне остаётся только сдаться. — Обещаю, что все будет так, как ты хочешь, — Ефремова довольно улыбается, чувствуя вкус победы. — Ну и здорово. Ещё пару минут и мы на месте.       Сегодня Саша и Дима сделали небольшую встречу выпускников, ровно 7 лет со дня окончания школы. Я же, естественно, умею приезжать «вовремя». Честно, знала бы, что у них будет в этот период встреча выпускников — не приехала бы, вот правда. Я не очень сильно люблю новые знакомства, мне не нравится этот этап притирки. Но что мне оставалось делать? Ничего, кроме того, чтобы идти на эту встречу. Хвала небесам, что собрались сегодня не все и компания образовалась небольшая. А если быть точнее, то состояла она из 10 человек. Среди этих людей, я разговорилась с Лёшей. Довольно таки неплохой молодой человек. Позитивный, простой и очень открытый. А ещё, что мне понравилось в нем, что он не пытался ко мне сразу же подкатить, как это делают большинство парней. А Саша, заметив меня в компании Леши, слегка расслабилась, ссылаясь на то, что ему можно доверять. — Ты прикинь, а училка подходит к Саше и говорит ей: " Александра, у меня не только со слухом все хорошо, но и со зрением. Ты только что передала лист с ответами Самойлову.» Саня же моментально уходит в отрицание, спорит с ней, чуть не доходя до драки. Ну в итоге она нас выгнала из класса и влепила сладенькие двойки, — Леша потирает затылок, а я в очередной раз заливаюсь диким хохотом, когда он рассказывает школьные истории. — Так! Самойлов! — недовольно восклицает подруга. — Хватит там меня позорить! — Ой, да ладно тебе. Я уверен в том, что это только цветочки, по сравнению с тем, что она о тебе знает. Вы же лучшие подруги, — шатен подмигивает ей, на что в ответ получает язык. — Друзья, прошу прощения за опоздание…       Буквально где-то за спиной я слышу до боли знакомый голос. Все мое тело моментально покрывается мурашками, а сердце начинает стучать так, словно я пробежала целый марафон.       Все вокруг радостно восклицают и встают со своих мест, бросаясь к источнику звука. Я хочу повернуть голову назад, но мой мозг не принимает данную команду. — Серёга, братан! — я поднимаю свои глаза на Сашу и вижу, что она ошарашена не меньше, чем я.       Я до последнего надеялась на то, что мне показалось. Я до последнего верила в то, что это лишь очередной глюк. Тяжело сглатываю и ловлю на себе взгляд подруги. Её взгляд сменяется на успокаивающий. Меня пронзает мелкая дрожь, а все то, что происходит в реальности, медленно отходит на второй план.       Я прикрываю глаза и делаю глубокий вдох. Выдох. Вдох. И выдох. — Не смей, слышишь? Я правда не знала, что он тоже будет, — где-то рядом возле уха возникает голос Ефремовой и я широко распахиваю глаза. — Всё нормально, — устремляю свой взгляд куда-то вдаль и ощущаю на своей руке теплое прикосновение руки подруги. — Правда, Ань, Дима тоже не знал о том, что он будет. Прости. — Всё нормально, — я повторяю эту заученную фразу и шумно выдыхаю, пытаясь успокоиться. — Ефремова, а где твои объятия?!       Его голос слишком близко. Сглатываю. Голова моментально становится ватной, все мысли вперемешку, а сердце так и норовит выскочить из груди.        «Лишь бы не сломаться…» — повторяю эти слова, словно мантру. — Лазарев… Какая неожиданная встреча, — Саша выдавливает из себя что-то наподобие улыбки, вставая со своего стула. — Я тоже рад тебя видеть.       Я все так же сижу спиной к нему. Совершенно нет никакого желания его видеть, слышать, чувствовать… Чёрт, да кому я вру? Я скучала. Я просто адово скучала по нему… А вот сейчас, когда он находится за моей спиной, я не могу даже обернуться. В груди вновь возникает эта тупая ноющая боль, которая с каждой минутой, с каждым его словом разрастается ещё сильнее… Хватаю стакан, стоящий рядом возле моей руки, и залпом его осушаю. Мой пищевод неприятно жжёт и я хмурюсь, прикрывая рот ладонью. Смотрю на посудину и подношу ее к носу. Спустя долю секунды понимаю, что здесь был коньяк. Через пару секунд жжение прекращается, а внутри разливается какое-то странное тепло. Легче не становится. Я всегда знала, что алкоголь не выход из ситуации.       Я прихожу в себя только тогда, когда поднимаю взгляд вверх и натыкаюсь на его карие глаза, которые находятся напротив. Он буквально застывает на месте и на его лице читается большое удивление. Неизвестно сколько проходит времени, но мне кажется, что весь мир замер. Все звуки, которые происходили вокруг, отдаляются на задний план, а в голове образуется вакуум. Он поправляет свой пиджак, опирается на спинку стула и подпирает рукой свой подбородок. Я ощущаю, что к глазам медленно подступают слезы, поэтому стремительно отвожу свой взгляд в сторону. Мне больно. Мне слишком больно. — Ну что, друзья? — слышу голос Лёши справа от себя и вздрагиваю от неожиданности. — Предлагаю поднять бокалы за то, что мы всё-таки смогли выделить время и встретиться в такой же дружелюбной обстановке, как и ровно 7 лет назад. — Саш, — поворачиваюсь лицом к подруге, — мне нужно отойти, — я бросаю на неё краткий взгляд. — Далеко не уходи, чтобы я не переживала, — Ефремова понимающе кивает. — Я буду недалеко отсюда, на вашем с Димой месте.       Я выхожу из беседки и стремительным шагом направляюсь в пункт назначения. Мои ноги несут меня настолько быстро, что я едва успеваю ими перебирать. Складывается такое впечатление, что за мной гонится маньяк. Хотя, наверное, так оно есть.        Буквально через пару минут я оказываюсь на месте и сажусь на песок, ближе к морю. Я поджимаю под себя колени, кладу на них свой подбородок и устремляю взгляд на отражение луны в воде. Сегодня оно спокойное. Честно говоря, я жутко ему завидую, потому что у меня внутри происходит настоящий шторм…        Шумно выдыхаю и прикрываю глаза. Как же сильно я скучаю по тем временам, когда его не было в моей жизни. Я скучаю по тому ощущению спокойствия и гармонии внутри себя. Это было беззаботное время. Время, которое я уделяла себе. Когда я занималась саморазвитием и посвящала всю себя именно тому, что так сильно любила… Все перевернулось именно в тот момент, когда он, словно ураган, влетел в мою жизнь. Он действительно влетел в мою жизнь тогда, когда его никто не ждал. Это как дождь с грозой во время пикника в солнечную погоду. Казалось бы, что вы с друзьями прекрасно проводите время на природе, над вами палящее солнце… Но внезапно тучи сгущаются и начинается настоящий ураган. Почему я ассоциирую его с ураганом? А что после себя оставляет это стихийное бедствие? Лишь одни разрушения. Что оставил внутри меня Сергей? Разрушения…        Я поднимаю голову и устремляю свой взгляд в небо. Сегодня оно невероятно красивое. На нем так много звёзд и такая красивая луна… Боковым зрением замечаю приближающуюся фигуру и совершенно не горю желанием смотреть кто же это. Потому что ответ и так очевиден. — Я хочу побыть одна, — я стараюсь проговорить это максимально твердым голосом, не выдавая истинного состояния.        Но моя просьба была полностью проигнорирована. Мужчина молча садится рядом со мной и переводит свой взгляд на меня. Я же продолжаю смотреть в небо. Мне нельзя смотреть в его глаза, слишком больно. — На каком языке мира я должна повторить эту фразу, чтобы ты понял, что я имела ввиду, когда сказала, что хочу побыть одна? — Я пришел посмотреть на море, — просто произносит мужчина, а я начинаю закипать. — Тебе мало мест? В твоём распоряжении целый берег. Почему ты выбрал именно это место? — Тянет сюда.        Внезапно, вся эта ситуация начинает меня раздражать. — Окей, — я встаю с места, но через долю секунды мое тело будто пронзает током в области руки.        Я автоматически перевожу взгляд на то место и вижу, что рука Сергея держит мое запястье. — Давай поговорим? — мой взгляд упирается в его глаза, которые смотрят на меня… Умоляюще? Бред. — Полгода назад, когда я пыталась поговорить с тобой, ты сказал, что здесь нечего обсуждать. Поэтому я не вижу смысла о чем-либо с тобой сейчас говорить, — я мягко высвобождаю свое запястье из его хватки. — Это будет наш последний разговор, если ты этого хочешь. Просто выслушай меня. Я не займу много времени.        Я разрываюсь. Мой разум буквально орёт мне: «ДУРА, БЕГИ!», но сердце велит остаться и уделить ему несколько минут. Ненавижу, когда меня заставляют выбирать. Его глаза бегают по моему лицу, будто бы пытаясь в моем выражении найти ответ. Я провожу ладонью по лицу и заправляю за ухо выбившуюся прядь волос из хвоста. Затем молча сажусь в ту позу, в которой я сидела до этого, продолжая смотреть на отражение луны. — Знаешь, я за это время очень много всего осознал. Я понял, что был очень глуп и очень плохо повел себя, по отношению к тебе. Мне действительно очень неудобно от этого, прости, — мужчина вздыхает. Я издаю нервный смешок, слыша его «прости». — Ты действительно считаешь, что этого достаточно? — закусываю нижнюю губу. — Я прекрасно осознаю, что не должен был так вести себя и все мои поступки — поступки мудака, никак иначе, — криво улыбаюсь. — Самокритика — это хорошая вещь, похвально, что ты обрёл новое качество. Я искренне удивлена. — И я уверен в том, что сильнее тебя, меня никто никогда не любил, — от слов, которые были произнесены его губами, моё сердце словно перестает стучать. — Ты сейчас серьезно, Серёж? — перевожу свой взгляд на него. — Абсолютно, — он пожимает плечами. — Знаешь, я всегда поражалась тому, насколько у тебя все может быть просто. И даже сейчас, в данной ситуации, ты пытаешься выйти сухим из воды. Хватит, Сергей, с меня достаточно. Если ты думаешь, что я смогу вот так легко взять и простить тебя — нет, ты ошибаешься. Слишком много времени было утеряно, — в горле встаёт ком, который мешает мне говорить, от чего я сглатываю. — Никогда не поздно что-либо изменить, ты же сама так постоянно говоришь. Люди меняются. — Нет, Серёж, люди меняются только тогда, когда по-настоящему любят друг друга. Тогда, когда они не хотят потерять друг друга. Ты хотел отношения, которые будут комфортные только для тебя. И если ты думал, что я прощу тебе все, через что я прошла, то ты ошибаешься, — ощущаю, как по щеке скатывается одна горячая слезинка, которую я быстро смахиваю, в надежде на то, что она не была замечена. — Мне тоже было не очень, честно говоря, но… — начинает говорить Лазарев, но я бессовестно прерываю его монолог. — Ты тоже полгода отрезан от мира? Ты тоже целый месяц лежал на кровати, рыдал каждый день и просил, чтобы это адское время шло быстрее, дабы боль утихла?! — слезы градом катятся по моим щекам и я уже не пытаюсь их остановить. — Знаешь, мне абсолютно плевать на то, что ты сейчас обо мне подумаешь. Мне плевать на то, как я выгляжу сейчас в твоих глазах. Да, я выгляжу жалко, знаю, но мне было слишком больно. Это была такая тупая и ноющая боль, которая с каждым днём разрасталась в груди ещё больше и больше. И в один момент она стала такой, что я перестала ее чувствовать вообще. А знаешь, что самое ужасное? Привыкнуть к ней. Именно это и произошло, — я яростно провожу рукавами по щекам, вытирая слезы, которые лишь усиливаются. — Ань, я… — как только мужчина начинает говорить, я вновь его перебиваю. — И если ты считаешь, что можешь вот так запросто сказать мне: " Я понял, что сильнее тебя меня никто не любил» и понадеяться на то, что я брошусь к тебе с распростёртыми объятиями и визгами: " Сережа, милый, я чуть не угодила в депрессию из-за тебя, но я так сильно тебя люблю!» — нет! Такого не будет никогда! — я вскакиваю на ноги, мужчина подрывается вслед за мной. — Ты обесценил мои чувства. Ты обесценил меня, ища в наших отношениях лишь выгоду для себя. Если ты хотел мне сделать больно, то я тебя поздравляю. У тебя это получилось! Только вот пережить такое ещё раз я не захочу ни под каким предлогом!        Моё тело содрогается и я не понимаю от чего. То ли от резкого всплеска адреналина в крови, то ли от моих слез, которые плавно переходят в рыдания. — Знаешь, я сейчас стою, смотрю на тебя и понимаю, что все сделала правильно. Впервые в жизни я хочу выбрать СЕБЯ, а не кого-то другого. И как бы мне сейчас не было больно, дальше будет только самое лучшее, я знаю. Я верю в это. Желаю тебе всего только самого наилучшего, Серёж. Прости, но я выхожу из твоей игры, хватит… — разворачиваюсь на одних пятках и убегаю из пляжа.        Эта ситуация научила меня многому. Она показала мне то, что никогда нельзя обесценивать себя и с головой уходить в чувства, когда они односторонние. Почему-то именно сейчас я осознала всю суть данного урока: никогда не позволяй себя оскорблять и унижать. Я не достойна боли. Любой человек не достоин боли. Никогда не возвращайся туда, где было больно. Если было больно единожды, обязательно будет больно ещё раз, ещё раз, а потом ещё… Будет больно до тех пор, пока ты не поставишь точку и не позволишь себя обижать.        Абсолютно каждый человек заслуживает счастье и прекрасное будущее. Я убегаю от своего прошлого к будущему, которое точно будет светлым… Я искренне в это верю…