Звезда

— Эй, Хината, ты веришь в звезды? — Что? Кагеяма о чем ты? Пошли быстрее, нам нужно на тренировку. А Кагеяма смотрит на ночное небо и щурит глаза. В эту пору рано темнеет. Он, молча, идет за напарником и думает о своем. О личном. Кагеяма думает о том, что будет после выпуска из школ. Как все разойдутся своими дорогами и больше никогда не встретятся, или же будут идти до конца рука об руку. Думает о том, что не понимает от чего так тоскливо на душе, и о том, что сердцу хочется кричать. Или плакать, но на лице не проскальзывает, ни намека на грусть. Только на тренировках он будет чуть жестче, чем обычно. А так ничего. И в душе тоже ничего. Кагеяма твердо смотрит на Хинату в попытке найти то, что он ищет уже давно. С самого первого момента их встречи. Да вот только никак не находит. Ни ответы на свои вопросы, ни что-либо еще. Просто смотрит и не понимает, почему не может оторвать взгляд. Не может и уже не хочет. Пытаться противиться более высшему чувству чревато последствиями. Он и не пытается. Хочет лишь продолжать смотреть и наблюдать. Кагеяма просто шагает рядом, слушая неунывающую болтовню, и понимает, что ему это нравится. Нравится жизнерадостность, веселые глаза, улыбка, яркость. Нравится каждая черта. Хината идеален. Во всем, за что бы ни брался всерьез. Вот только его терпения надолго не хватает, и он быстро бросает свои увлечения. Кроме волейбола. Это их объединяет. Кагеяма думает, что Хината самая яркая звезда его вселенной. И может он прав. Ведь только глянув на него можно ослепнуть. Но Кагеяма упорно продолжает смотреть и не обращает внимания на боль. Не обращает внимание ни на что кроме Хинаты. И волейбола, конечно. А Хината отдается со всей силой и мощью, на которую способен только одному делу. Хотя идя по тернистой дороге, каждая его частичка цепляется и обрывается. С болью и кровью. Со слезами в глазах. И дрожащими коленями. Он продолжает идти. И Кагеяма видит это. Смотрит и понимает, что не может ничего сделать. Ведь если прикоснется — сгорит. Полностью без остатка. Даже пепла не останется. Но, черт возьми, как же хочется. Но он не верит что сможет. Кагеяма вообще не верит ни во что. Только в свои силы. Только в свои собственные возможности. И в Хинату. Особенно когда тот говорит что превзойдет его, одолеет. И горькая улыбка появляется на его губах. Незаметная ни для кого кроме него самого. И это так правильно, так естественно, что даже больно. — Эй, Хината, ты знаешь, что самая яркая звезда это Сириус? — Кагеяма, да что ты заладил, быстрее, мы уже почти опаздываем! Давай наперегонки. И Хината срывается вперед, оставляя Кагеяму позади. И Кагеяма думает, что это правильно, так и нужно, ему уготовано место позади. Один, далеко, видя перед собой только путеводную звезду, Кагеяма идет на её свет. Пытаясь догнать, спотыкается, падает, но встает. Цепляется руками за все, что только может, идет, и сгорает. А его звезда останавливается и смотрит с вопросом прямо в глаза. И Кагеяма не знает что сказать. Молчит и смотрит в ответ. — Что случилось? — Ничего. Ничего не чувствует. Кагеяма ничего не чувствует, кроме сжигающей боли в груди. Сжимает футболку на груди и не поднимает взгляд. Смотрит в пол и думает что сказать. Казалось, что это именно тот момент, когда все бы получилось. Только вот слова никак не приходят на ум. Лишь с легким дуновением ветра срываются тихие слова. — Ты самая яркая звезда, Хината. Кагеяма надеется, что тот не услышит, или сделает вид, что не услышал, или просто не станет спрашивать, что это значит. Но Хината подходит ближе и становиться рядом, что мгновенно становится душно. Дышать невозможно, смотреть тоже, слушать еще хуже. Можно только стоять и терпеть. Терпеть. Терпеть. Терпеть. А Хината хватает Кагеяму за воротник и начинает кричать на него. Говорит что-то несвязанное, непонятное, чуждое. А Кагеяма всё еще не может поднять взгляд. И Хинате это уже надоедает. — Объясни уже, что с тобой происходит! Хината в последний раз трясет Кагеяму и отпускает. Всё, хватит, не хочет, значит не нужно. А Кагеяма поднимает свои глаза на Хинату. И тот в ответ делает шаг назад. И еще один. И уже нет возможности понять что происходит. Только видно как маленькие капли дождя капают на холодный асфальт. И Кагеяма лишь тихо говорит одну фразу. — Прости. Поднимает глаза на ночное небо, разворачивается и уходит. Оставляя самую яркую звезду в его жизни позади. Или впереди. Неважно. Ничего уже не важно. Как прежде уже не будет. Будет по-другому. Звезда осталась там. Путь найдется сам. Ведь есть еще много других звезд. Но, самая яркая никогда не обратит на это внимания. Ведь её также окружает множество звезд. Кагеяма идет домой. Сегодня никуда не нужно. Он сам так решает, сам для себя. Широким и быстрым шагом направляется куда-то, хотя, казалось бы, что дом уже рядом. Но он тоже остался позади. Всё осталось там. За спиной. Вся жизнь. Может, стоило бы начать всё сначала, но уже слишком поздно. Поздно менять что-либо. И Кагеяма просто ходит по ночному городу, задрав голову вверх. Любуясь звездами. И время от времени обращает внимания на самую яркую. Пока облака и дождь не становятся слишком сильными. Он возвращается домой весь промокший и продрогший до последней нитки. Падает на кровать и даже не переодевается. Пустота в душе разрастается. — Эй, звезда, почему ты дана всем? Почему не мне лишь одному? Почему я должен делить тебя с другими? Ты должна принадлежать только мне. Вот уж точно Эгоистичный Король. Возжелавший звезду с неба. Этому никогда не бывать. Прости Прости Хината За все