Она хочет тепла

Никогда не задумывались о том, почему нам порой трудно сказать что-либо? Будто сказав это, мы сделаем ошибку? Наверняка, было. А вы чувствовали когда-нибудь пустоту? Не только вокруг, но и внутри себя? Не сомневаюсь, что да. А ведь порой то, что мы хотим сказать, но не решаемся, может быть сокровенным нашего сердца. Будто это его секрет, и оно боится рассказать о нем. Наши чувства — это тоже наше сердце. Кажется, что пустота этого мира начинает заполнять и нас самих. Словно мы сливаемся с этой серой массой, перестаём быть личностями. На самом деле это не так. Каждый человек рождается с сердцем, т.е. чувствами и добротой, частичкой счастья. Но не могу я назвать хоть одного человека в этой комнате по-настоящему счастливыми. А вы? Счастье, то первоначально данное нам, это как базовый набор новичка. Чтобы сохранить свою личность, сохранить себя, важно расти в этом счастье, развиваться. Но зачастую, люди останавливаются на том, что у них уже есть. Они ставят цели, строят этот мир, тем самым растрачивая внутреннего себя, свои чувства. Так в душе, или в нашем внутреннем мире появляется первая частичка пустоты. Она не сможет расти, если самому не убирать вокруг нее собственные чувства. Эта пустота как яд, от которой человек зависим. Он тратит себя на мир, строя то чего нет, то что и так пустота. Этот мир не может быть достойным наших внутренних чувств. Вокруг нас обман, боль, страдания, страх, смерть. Нет той частички тепла. Мы отдаём, но нам возвращается это болью. Мы тратим себя на жалкую темноту. Тратим свои спички на место где огонь никогда так и не зажжётся. Но всё ли так плохо? Пустота вокруг. Пустота внутри. А может за этой пустотой что-то есть? Человек без цели — человек мертвый. Если он не знает смысла жизни, он просто пускается по течению, становиться частью серой массы, теряя себя. А где найти этот смысл? Если всё пустота, есть ли смысл? Пустая философия и не более. Мы обманываем себя уже в сотый раз. Откуда мы пришли? Да. Лишь тот кто создал нас, лишь тот кто имел цель для нас, только тот сможет дать нам смысл жизни. Растворяясь в пустоте мира, мы теряем свою цель. Глупо. Ничтожно. Так по-человечески. Мы люди, которые так и не научились быть счастливыми, любить… Почему? Да потому что наше существование кажется для нас самих случайностью, ошибкой. Если мы не начнём ценить себя, то так и не постигнем смысла жизни, счастья и любви. Микаса понимала это. Она сидела и думала. Думала о том, почему она тратит себя на этот пустой мир. Она понимала, что рано или поздно холод, прокравшийся в ее детский взгляд, скоро заберётся и в сердце. Тот, кому она дарила своё тепло, дарила себя, не отдал ей ни капли взамен. Ей казалось, что за спасение жизни и уют подаренный ей на без малого пять лет, она должна отдавать ему долг всю жизнь. Она не раз сидела и плакала. Ей было плохо. Она любит его как брата, но это больше похоже на глупый фанатизм. Она ненавидела себя за то, что не могла сказать себе нет, она бы с радостью оставила его в покое, но сердце шепчет что всё не так. Всхлипывая, ей казалось, что плачет не только она, но и в душе маленький человечек, оставшийся, выживший от томительного мучения, что дала ей жизнь, плачет. Он тоже плачет! Ему тоже плохо.</i>

***

Томительное ожидание сводило девушку с ума. Она не могла спокойно стоять сидеть, лежать, есть или просто существовать. Скукожившаяся побелка старого лазарета, то и дело осыпалась от неловкого прикосновения. Холодный коридор напоминал гроб, в котором её закроют навсегда. За дверью давно слышны шорохи и громкие возгласы врачей. В этот раз Йегер не отделается простым исчезновением конечностей. Теперь внутренние органы парня превратились в ужасное месиво. Из-за его способности самовосстанавливаться операцию проводить было намного сложнее. Через два неимоверно долгих часа из операционной вся в мгновенно испаряющейся крови недотитана выбежала медсестра. Микаса бросилась навстречу ей, но та проигнорировала солдатку и её бесконечные вопросы и лишь искала бинты, вату и новые зажимы по поручению майора Ханджи. Ещё час, длящийся вечность. Из операционной уставшими шагами, шаркая по каменному полу тяжёлыми ботинками, вышла Зое. Вид её был прилично потрёпанный. Она на вылазке тоже изрядно устала, но спасать жизнь недотитана её главная обязанность. Она буквально валилась с ног от усталости. Микаса резко подорвалась со скамейки, завидев выходящего, но, обратив внимание на не в состоянии здраво мыслить, решила оставить все вопросы при себе и, несколько взволнованно вздохнув, спросила:  — Как он?  — Вне опасности. — чуть помедлив, тихо оповестила майор. Микаса не знала, что и делать. Броситься от счастья на шею шатенке, сказать сухое спасибо или просто промолчать.  — К нему можно? — бред, что она несёт?  — Нет. Он очень слаб. Завтра после осмотра я сообщу. А сейчас иди спать, уже час ночи. — последнее та говорила в пустоту уже уходя в темноту лазаретного коридора.  — Спасибо… — еле слышно, но в пугающей тишине достаточно для того чтобы понять слова брюнетки. Ханджи устало подняла руку вверх показывая тем самым, что принимает её благодарность, и скрылась за дверью своего кабинета. До казармы она уже не в силах дойти. Будет спать на неудобном диване в кабинете. Микаса постояла с минуту и скрылась за дверью лазарета. Луна была полной. Красота нисколько не привлекала девушку. Сейчас ей было плевать на всё происходящее вокруг. Она не была в силах возвращаться к себе, поэтому устроилась на холодных ступеньках лестницы и, поджав колени к груди смотрела в пустоту. Ей было и хорошо, от того что названный братец по совместимости бедовая задница, жив и скоро пойдет на поправку, и плохо от того, что не хватало того тепла. Тепла, которое ей должен дарить Эрен, взамен на её переживания и любовь. Она любит его, точнее любила. Теперь она просто панически боится потерять его. Этот страх давно заменил её любовь. Неизвестно сколько она просидела там, размышляя о жизни своей и Эрена, о любви, о том что это такое и зачем она нужна. Она всегда думала что не умеет любить, но она любила. Любила того кто не заслуживал. Да. Эрен никогда не заслуживал её любви. Он только и мог влезать в новые и новые глупые ситуации. Он много раз пренебрегал ее чувствами, никогда не считался с ними и, казалось, ему было плевать. Он был эгоистом. Но этот эгоизм он подпитывал своими оправданиями о том, что всё что он делает во благо человечества и ради уничтожения титанов. Он глуп, наивен и верит собственному обману. Но он любит. Любит, но по-своему. Глупец. Дурак. Микаса видит как блекнут звёзды на фоне восходящей зари. Ей кажется, что в её сердце солнце не светило уже очень давно. А так хочется его почувствовать. Девушка решает встать. Ноги затекли от долго не меняющегося положения. Брюнетка пошатнулась, но вскоре, овладев телом, направилась в казармы, чтобы хоть немного отдохнуть перед грядущим днём. Птички щебетали и сопровождали свою песню тихим шорохом крылышек. Казалось, природа будила себя потихоньку, лениво и степенно.