Счастье

Рома сидит в небольшой комнате, где всегда записывает все свои видео. На часах только-только будет десять утра, а он уже сидит за работой два часа. Проснулся рано и решил время зря не терять, поэтому умылся, оделся и сел за рабочее место. Вокруг Фильченкова много света, хромакей на заднем фоне и стоит кружка чая, которая тут уже с самого утра, а парень ни разу не притронулся к ней. И вот, Рома рассказывает про какой-то очередной артефакт, найденный на просторах мира, пока где-то позади него тихо открывается дверь. Фильченков в наушниках, он почти не слышит звуков. Если бы не шуршание хромакея, то он бы ничего и не заметил. И вот, секунду, а этот некто стоит позади Ромы. Парень не перестает записывать видео, а лишь только улыбается во весь рот, стараясь не портить уверенный голос, который кажется сейчас сломается от прикосновений. Ведь Джонни, который только проснулся, мягко касался его шеи, запустил ладонь в копну кудрявых волос, внимательно смотря на монитор перед собой. Сонный Колбая старался хоть чуть-чуть вникнуть в слова Ромы, но то-ли парень слишком быстрый и громкий, то-ли Джонни еще надо поспать. Поэтому он просто наслаждался компанией парня, пока тот бегал по лесам и полянам в поисках чего-то для сюжета. Джонни убирает ладонь с макушки парня, но быстро заменяет ее своим подбородком. Он осторожно целует парня в щеку, смотря как Фильченков немного краснеет, улыбаясь. Видно, что Рома старается держать себя в руках, дабы не накинуться на гостя с объятиями и пойти попить чай. Да или просто посмотреть на него. Фильченков говорит свое известное «Тр-р-р-р», а после начинает просто бегать по игре, стараясь найти то, что ему так надо. — Можешь говорить, соня, — Рома смеется самой теплой улыбкой, не поворачивая голову, потому что Колбая, кажется, почти спит. — Это ты ранняя пташка, — Джонни обиженно отвечает своему парню, хотя сам улыбается. И Фильченков знает это. А после начинается долгая перемотка, во время которой Джонни пускает шутки, просто рассказывает Роме истории, которые доводят его до слез от смеха. Они наслаждаются этими моментами, ведь потом времени не будет в целом. Колбая старается подколоть как-то Фильченкова, а тот отвечает в той же манере. Все как обычно. — И всем пока, пока-пока-пока! — Рома заканчивается съемку, нажав на нужную кнопку и, спустя сорок минут с пробуждения Джонни, наконец-то поворачивается к нему. Он видит чуть сонные глаза, растрепанную прическу и излюбленную черную футболку. Рома, встав с места, обнимает Джонни, зарываясь носом в его шею. Колбая ждал этого момента. Просто сейчас они оба стояли, наслаждаясь этим. Они двигаются на кухню, дабы выпить чая и позавтракать. Оба парня не ели с утра. Поэтому сейчас Фильченков, достав кружки, разогревал еду из холодильника, которую сам же вчера и приготовил. Он ставит красную кружку к Джонни, наливая туда кофе. Этого напитка почти не было у Ромы дома, но ради парня он вчера съездил и купил. А сам же делает в синей себе зеленый чай, добавив ложку сахара. За завтраком они успели обсудить план на день. Они договорились снять выпуск общего ЛетсПлея, но до этого еще есть время. А значит можно потратить время на самих себя. Просто чтобы хоть как-то побыть вместе. Только был небольшой минус. А он заключался в том, что буквально сегодня у Джонни самолет обратно в Москву. И этого не хотелось. — Блять, не будем мы смотреть в миллионный раз Игру Престолов, — Джонни падает на кровать в спальне, пока Рома листал фильмы и сериалы в списке скачанных. — Ой, а у тебя выбор есть получше? — Рома, смеясь, кидает ему пульт от телевизора, а сам лезет на кровать, ибо до этого сидел на краю. Он ложится буквально около Джонни, заваливаясь ему на плечо. И теперь он смотрит, что парень выбирает среди вариантов. — Во-о-от, Один Плюс Один, есть же что-то нормальное, — Колбая нажимает на кнопку включения и, откинув пульт куда-то в угол, располагается поудобнее. Они почти не смотрят фильм, он больше играет на фоне. Парни просто лежат, обсуждая что-то, периодически смеясь с шуток из телевизора. Джонни приобнимает Рому за плечи, целуя в макушку. Фильченков тает из-за таких моментов, так как Колбая не выглядит таким. А на деле он теплый и солнечный. Хочется вечно сидеть с ним и никогда не отпускать. Джонни слушает разные истории Фильченкова, смотря в телевизор на стене. Он полностью вникает в слова Ромы, но парень видит это не так. — Ну да, я же тут шутка, — Рома, убрав руку с ладони Джонни, обиженно складывает их на груди, но с плеча не уходит. — Я теперь тут и могу дать тебе подзатыльник, — Колбая повернул голову на Фильченкова и, взглянув в глаза, быстро целует в губы, показывая, что все хорошо. Щетина у Джонни колет, но это даже чуть приятно. А Рома и обижаться не может долго, поэтому снова улыбается, немного смеясь. Из-за их разговоров в квартире стоит такая счастливая атмосфера. Где бы Рома не был, то отовсюду слышно смех Джонни, его звонкий голос. Даже если нет, то в целом ощущение одиночества больше нет. Сейчас любимый человек рядом, а значит все хорошо. Они записывают видео. Оба уверены, что это разорвет канал Ромы. Никогда еще такого не было, а тут вот оно как, они вместе, рядом, могут потрогать друг друга. Была бы их воля, даже поцеловались бы. Джонни натягивает свою любимую бандану, а Рома хватает из шкафа первое, что попалось на глаза. Они стараются настроить все так, как надо. Вышло немного неудобно, но лучше, чем ничего. Все идет хорошо, они оба смеются, шутят. Так непривычно видеть друг друга рядом с собой. Долго они не могли встретиться из-за работы, но ожидание стоит всего. Только портит все будильник на телефоне Джонни, который оповещает о том, что им пора ехать. Они быстро заканчивают с съемкой и, забрав чемодан и портфель Колбаи, накидывают верхнюю одежду сверху, выходят к машине Ромы. Они сейчас едут в автомобиле, смотря на ночной Петербург в окнах. Мосты еще не развели, поэтому они быстро переезжают на ту сторону. Джонни всю дорогу держит Рому за руку. Второму так куда спокойнее, когда он знает, что все будет хорошо. Они еще стараются шутить, дабы не закончить их встречу на грустных нотах. Фильченков не хочет расставаться снова. Неизвестно, когда снова выйдет встретится хоть на какое-то время. Сейчас он по-настоящему счастлив, потому что Джонни рядом. Он смотрит на него, смотрит на такого счастливого парня на пассажирском сиденье. Рома не хочет снова вернуться в квартиру, где не будет Колбаи, который встретит его с шуткой или улыбкой. Скажет, что накрыл на стол и пригласит к ужину. А после они оба пойдут в спальню, дабы приготовиться ко сну. Фильченков обрел это всего на несколько дней и уже теряет. Слишком быстро. В аэропорту Джонни говорит, что справится сам. Их, пока что, последний поцелуй был в машине у Фильченкова, так как нельзя показать себя. Рома улыбается, смотря на своего парня и, выйдя из машины, достает багаж Джонни. Они крепко обнимаются на прощание. — Люблю тебя, Ром, — Джонни мягко целует парня в лоб, смотря в голубые глаза. — Ты же знаешь, что я тебя тоже, — Рома улыбается, понимая, что Джонни его личное счастье. И только его. Он провожает его взглядом и, сев в машину, возвращается в квартиру. И он сразу чувствует некое различие. Не хватает этой теплоты. Нет этого смеха, который буквально озарял помещение. Нет самого Джонни. Его тут невероятно не хватает. Рома падает на кровать, утыкаясь носом в подушку. На правой стороне спал Джонни. Теперь Фильченков. Развернувшись, Рома замечает незнакомую для себя вещь, но как только берет ее в руки, понимает. Футболка Джонни, которую он случайно оставил на стуле. А, может, не случайно? Рома, решая оставить ее себе, переоденется. Вещь была ему огромной, но так даже лучше. Парень решает провести в ней следующий субботний стрим. Джонни его обязательно посмотрит, сразу заметив знакомую вещь. И ведь Рома даже не написал насчет этого. Ну, Колбая сразу знал, что оставит футболку.