история про мальчика-весну.

когда мы познакомились? осенью? о да, тогда ещё было солнечно, никто не верил, что лето закончилось, но холодный ветер, словно, отрезвлял. ты сразу показался мне каким-то самовлюбленным, все люди для тебя ничего не значили, и ты пришёл не просто побеждать, а уничтожать, указывая на слабые стороны остальных если бы тогда я знал, к чему это всё приведёт, то покончил бы с собой ещё 32 августа но в тот момент я просто решил возненавидеть тебя, тем более, за тобой увязался какой-то глупый мажор, как его...Феликс? нет, ладно, парень красивый (но ты выглядишь в сто раз лучше, черт), но ни манеру его речи, ни наличие больших денег, ничто не могло перплюнуть эти два факта, из-за чего ещё большую ненависть от меня получил Феликс (ещё и однажды кто-то пошутил, что вы как две противоположности, а они, вроде как, притягиваются) вообще, я не особо любил кого-то ненавидеть, просто никого не знал. кроме Минхо, конечно же. "дружба" с самого детства, хаха. в принципе, с ним было весело, но он то мне и передавал этот свой негатив, постоянно жалуясь, как его все бесят....или же я снова наперекладывал вину на других, не знаю (оправдываюсь перед тобой) хоть меня и забавляло, что твоё имя постоянно произносили как-то неправильно: то Хёнвин, то Хёнжин, то вообще Хёнин (хотя этот вариант звучал как два наших имени, взятых в одно. приятно), но сам я всегда обращался к тебе "Хёнджин", ведь не мог проиграть в этой войне (которую сам себе и придумал. желал, чтобы нас хоть что-нибудь связывало) мне не хотелось быть первым, побеждать остальных, уничтожать тебя, я просто знал, что хорош в математике, поэтому пользовался этим. так и ненавидели друг друга: принц саморазвития и усердия против простого смертного, который чудом помнил темы восьмого класса осень закончилась, а я только к ней привык.. честно, я не помню, что произошло дальше. то ли тебя самого начал подбешивать Феликс, то ли он начал общаться с кем-то другим, я только знал, что Минхо уехал к бабушке на несколько недель. в общем, каким-то чудесным образом мы начали часто сидеть за одной партой, делать совместные доклады, оставаться после уроков, чтобы сделать домашку (только с нами ещё был Джисон, эх), и ненависть куда-то исчезла. казалось, Минхо забрал её с собой в другой город, но факт оставался фактом: мне было комфортно с тобой. и, в принципе, меня это устраивало. устраивало до того момента, как я в тебя влюбился. слушал твои истории, медленно умирая от твоего прекрасного голоса, рассказывал что-то в ответ, смотря в твои прекрасные глаза. приходил домой и думал только о тебе, ты даже снился мне (тогда ты подчинял себе, а я с бессилием отдавался, потому что мне хотелось этого), я писал своим друзьям, какой замечательный, самый прекрасный и великолепный ты существовал для такого обычного, наивного и эмоционального меня тогда весна пришла не только в наш город, но и отдельно в моё сердце ты был безумно популярен, но отшивал каждого, кто пытался подружиться или даже начать встречаться с тобой (я надеялся, что это из-за такой же сильной любви ко мне). тебе всё так же важны были знания, ты усердно учился, и в моей душе появилось желание что-то изучать. я вчитывался в теорию, выполнял домашние задания, даже выучил времена в английском языке, а всё из-за того, что я не имел права упасть в твоих глазах, был обязан держать планку, должен был заслужить место твоего парня (так думало моё воображение, вспоминая твою улыбку и смех) ещё в то время твои касания убивали меня, но возрождали вновь. однажды ты положил свою руку мне на бедро, и, ох боже, зачем ты это сделал, я так боялся, что ты заметишь мои покрасневшие щеки (надеялся, что ты увидешь и поцелуешь меня), до жути было страшно, что каждый в классе узнает о моём секрете, но до жути плевать на всех, когда перед глазами был ты. Минхо, кстати, заметил, но он единственный, кто знал об этом, поэтому просто драматично закатил глаза, незаметно улыбаясь, пока я страдал от эмоций, которые меня переполняли. - пойдём в столовую на следующей перемене? - ты спрашивал это с таким спокойствием, что оно меня убивало. - с тобой хоть на край света... - и снова твой смех, он шёл как добивание моих нервных клеток, так как твоя рука всё ещё была на том же месте - Йени, я серьезно - и всё, здесь мои записи обрываются, потому что, господи почему именно со мной это происходит, твоя рука начала приближаться к той самой (для тебя не такой уж) запретной зоне. как же хорошо, что ты в этот момент что-то дописывал в тетради, а я смог просто откинуться на спинку стула, с мольбой смотря тебе в спину - я же просил не называть меня "Йени"..ненавижу это форму своего имени...(на самом деле, только тебе это было разрешено) - я так тихо это произнёс, ты и не услышал, наверное, а может не хотел отвечать - да, хён, давай на следующей перемене - отлично - ты убрал руку, и, возможно, где-то в параллельном мире в это время тысяча пассивов аплодировали мне стоя за мою выдержку и стойкость, но ругали за бездействие, ведь всё так быстро закончилось, не успев начаться ещё мы постоянно смотрели вместе фильмы, представляя, какие персонажи больше всего были похожи на нас. мы постоянно обнимались, смеялись, слушали музыку, рассуждали, и в один день я понял, что сегодня всё идёт либо к долгожданному поцелую с Хенджином, то есть с тобой, либо к официальной смерти Чонина, то есть меня. мы сидели в твоей квартире на диване, но ты был каким-то другим: часто прижимался ко мне, "случайно" касался меня, странно улыбался. я списал это на новый уровень доверия в наших отношениях, но окончательно удивило меня то, как резко ты вскочил с дивана, потянув за собой, и сказал, что мы просто обязаны были станцевать - я...я не умею, хён - лёгкая паника окутала меня с ног до головы - тц, Йени, просто одну свою руку отдаешь моей руке, а вторую моему плечу и наслаждайся - ты сам всё сделал как надо, так как я всё ещё был в лёгком оцепенении. ("да я вообще готов тебе всего себя отдать..." - подумал я тогда, но озвучивать, конечно же, не решился) мы неловко кружились, я чувствовал твою руку на своей талии и понял, что это тот самый момент. в фильме настал кульминационный момент вальса, а я просто...не смог ничего сделать. не решился, струсил, упустил возможность, и музыка стихла, а ты уже снова залез на диван - так и будешь там стоять? о чём задумался? - хен, поцелуй меня.. - на самом деле, это было очень трудно произнести, в этот момент я почти плакал и был весь красный - ахах, конечно, в щёчку, носик или, может....губы? - ..последнее.. - я развернулся к тебе лицом, совсем неуверенно глядя на немного растерянные глаза. потом я залез на диван, не разрывая зрительного контакта, подполз настолько близко, насколько хватало смелости, а потом ты просто хмыкнул и притянул меня к себе, целуя это было сродни бури, но с самым ярким солнцем, тем самым осенним ветром, только ты опьянял, ты окончательно овладел мной, я стал твоей игрушкой, твоим питомцем, вторая собачка по кличке Чонин, ты нацепил невидимый ошейник и затянул слишком туго, я не смог вдохнуть, но этого и не надо было, потому что я стал дышать тобой это был конец августа, с того дня мы особо не общались (мне было неловко), каждую ночь мне снился наш поцелуй, мне хотелось ещё, хотелось держаться за руки, хотелось говорить "я тебя люблю" с правильным смыслом, но мы никак не обсуждали этот поцелуй, ты эту тему не начинал, просто рассказывая, как у тебя дела, а настаивать я не мог, потому что "рабы говорили бы, только если им это приказали" снова осень. она никого не щадит, да? по моим подсчётам, прошла неделя и 5 дней с того убийственного события, я пришел на занятия и увидел тебя рядом с..а кто это? - привет, хён.. - я скромно подошёл к вам, так как эта незнакомая девушка заняла моё место - а, привет, Чонин - почему-то мне стало больно от собственного имени - ты же не против, что я сегодня посижу со своей девушкой? - девушкой? ты встречаешься? - уже 4 месяца, пупс - она встряла в наш разговор, назвав меня таким нелепым прозвищем, а я просто кивнул, направившись к Минхо с ничитаемым взглядом. это до безумия странно. я не верил этому всему, мне обязательно нужно было поговорить с тобой в тихом месте и без лишних глаз - хен, почему ты не сказал мне, что ты встречаешься? и зачем вообще тогда согласился на тот поцелуй? - я смог отвести тебя в кабинет, где никого не было, что было мне на руку - ну, на деле это даже отношениями не назовешь, я не знаю, зачем терплю её, но скажи же, она красивая - ты выглядел максимально безэмоциональным и спокойным, будто это обычный разговор для тебя. я же был весь на нервах - что? то есть ты просто используешь её для...даже непонятно чего - хах, малыш (снова твои чары слишком сильно действуют на меня), она не жалуется и ладно. и согласись, если бы я сказал тебе о ней ещё в начале лета, ты бы стал приходить ко мне практически каждый день, чтобы провести время вместе? - ты усмехнулся, подходя ближе - ты бы и в жизни не решился на тот поцелуй, каждый день убивал бы себя своими же страданиями, не так ли? - меня начало слегка трясти, ты подошёл слишком близко. - знаешь, как её зовут? Тху Ха, прекрасное имя, да? - оно..означает осень..объясни мне, зачем ты это всё делаешь? - я не умею любить и никогда не научусь, а на словах ничего не докажешь, всем нужны действия. думаешь, я не знал, что нравлюсь тебе? брось, твои эмоции открыты для всех, я просто лишь направил тебя на верный путь. а теперь прости, но я вынужден откланяться, пока ты не начал задавать мне ещё больше глупых вопросов. тем более, моя дама, должно быть, уже заждалась меня - он улыбнулся той самой улыбкой маньяка, которой я всегда боялся, и направился к выходу. я не мог ничего с этим сделать, мои ноги не двигались, в глазах стояли слёзы, а понимание ситуации медленно подкрадывалось к мозгам, которых, кажется, уже и не осталось если бы я мог управлять временами года, то я бы вычеркнул из своей жизни осень собственно, после этого дня я плакал тысячу раз, тысячу раз проклинал тебя, тысячу раз царапал своё горло, лишь бы тот самый ошейник пропал. на следующий день ты не пришел на занятия, да и вообще больше не появлялся в моей жизни. сейчас я скажу, что и слава богу, но тогда я всеми силами пытался связаться с тобой, но как бы то не хотелось, у меня не получилось. - я люблю тебя - да? как жаль, что я люблю осень лишь спустя 6 лет, когда я подрабатывал помощником няньки, я встретил девочку по имени Хёнин, которая рассказала мне историю (эту историю ей рассказывал папа) про мальчка-весну, и как он любил парня, который притворялся, что любит осень.