Save me, Katten!

По приезде в больницу Агату прямо на носилках увезли в палату. Человек 5 сразу же забежали туда, пытаясь спасти жизнь девушки. За дверью доносились крики, шум аппаратов и другие звуки. Александр сидел в коридоре. Швед занял самое близкое сидение к двери, пытаясь услышать всё, что говорили в этом ужасном месте. Бежевые стены, белые железные стулья, вроде ничего необычного. Но, под точностью всех этих событий, что произошли с ним, всё это место окрасилось в тёмные тона. Почти всё в этом месте казалось серым или даже чёрным. Без его Лилы Каттен вся жизнь потеряла краски. Он как будто потерял зрение, а теперь его ещё и не пускают в эту проклятую комнату, где решается жизнь двух самых дорогих людей в жизни этого голубоглазого шатена. Он не отходил от двери, куда завезли его любимую. Мужчина сложил руки замком и ждал, когда хоть кто-нибудь покинет эту палату и сможет описать ситуацию. Каждую секунду он перебирал пальцами, крутил своё кольцо. В общем, делал всё, чтобы не думать о том, что происходит ТАМ. Вся жизнь пронеслась перед глазами: эта чудная встреча в тумане, пожар, бал, их совместное танго, знакомство с матерью, предложение, свадьба, медовый месяц... Всё, что напоминало о человеке, что была в нескольких метрах от него, но, как будто, за несколько тысяч километров, настолько далеко, что не доехать. Да блин, "лучшее" день рождения, — швед громко выругался. — Мужчина, извините, но не могли бы вы умыться? — Подошла одна из медсестёр. Александр окатил её презрительным взглядом и осмотрел свои руки. Ведь реально они были все в крови его любимой Агаты. Конечно, он совершенно не хотел отходить от этого паршивого места. Но мужчина встал и прошёл в уборную. Швед не хотел, чтобы его котёнок увидел его в таком неподобающем виде. Шатен подошёл к зеркалу. Он взглянул на своё отражение, что теперь его отталкивало. Он хотел разбить это зеркало, и вообще всё, что можно и нельзя. Он начал громко ругаться на шведском. Всё, что было у него на душе, всё, о чём он молчал, всё это лилось вместе с прозрачными слезами и этими словами, что непрерывно лились из его рта. Они словно воздушный шар, что надувался, надувался, надувался до того момента, пока не лопнул окончательно. После этого "приступа", Александр вернулся на своё место и скрестил руки на груди, что очень любил делать. После нескольких минут ожидания, со стороны двери донёсся детский плач. Вы ведь знали, что детский плач — самый раздражающий звук на свете? Так для Александра, этот плач был словно лучик надежды, лучик света и счастья. Этот звук врезался в его уши, как звук тысячи колокольчиков. Ничему он не был рад так сильно, как этому крику. Они спасли её. Нашу маленькую Мишель. Наконец, из-за двери появился врач. Его белый халат был пропитан кровью. На руках он держал маленькое счастье, настолько маленькое, что поместилось бы куда угодно. В этот момент Алекс заглянул за дверь. Он увидел то, чего больше всего на свете боялся увидеть. Он не мог поверить в происходящее и реально осознать то. Швед не верил глазам. Там было тело. Безжизненное тело Агаты, полностью в крови. — Вы обещали спасти её! — крикнул швед так громко, что маленькая девочка снова зарыдала. — ВЫ ОБЕЩАЛИ! — Нам очень жаль, ранение было смертельное, мы ничего не могли сделать. Последнее, что увидел Александр, как тело Агаты накрывают простыней, что означало лишь то, что он никогда не услышит её смех, больше никогда не коснётся её прекрасного тела, больше никогда не поцелует её пухлые губы, и, никогда не услышит её добрый, ласковый смех, озаряющий всё в этом мире. Это означало лишь то, что она мертва. Навсегда... Кадоган, поверь мне, я найду тебя и убью, также, как и ты убил меня! Я умер благодаря тебе, вместе с ней! В эту секунду! И только одно заставляло его сердце биться. Эта крошка, что так стремительно отдалялась от него на руках врача. Да, ведь это был только конец 8 месяца, и Мишель должна была ещё пройти реабилитацию, чтобы быть здоровой и жизнерадостной. Она очень похожа на мать... Надеюсь, что она такая же сильная. Прости, мин лилия, я не смог уберечь тебя, я не сдержал обещание.

Эпилог

Прошло 2 года. Они тянулись нестерпимо долго. Александр ухаживал за дочкой, но огонь в его глазах погас навсегда, как и его любовь. Только Мишель и жажда мести держали его на этой планете. Мишель росла с каждой секундой и стала супер красавицей, всё больше напоминающую Агату. Конечно, ведь какие у неё родители! — Ты так похожа на маму! — вот, что она очень часто слышала в свой адрес. Такое чувство, что каждый обязан ей сказать об этом, как будто это их долг. Александр подошёл к могильной плите своей любимой и положил букет прекрасных цветов, такой же, как тогда, когда он впервые задумался о том, чтобы сделать предложение. Когда его маленькая миссис Нильсен уснула в его машине. — С днём рождения, дорогая. — произнёс швед. Да, он очень часто был на могиле Агаты. Шатен оставил дочку с Рейчел, а сам пошёл на место, что чуть ли не заменяло ему работу. Александр приходил сюда почти каждый день и разговаривал со своей женой, он рассказывал так красочно, как будто она была жива и слушала всё, что он говорит. Мужчина часто приносил цветы и ухаживал за местом, где была похоронена любовь всей его жизни. Поэтому вся плита была заставлена цветами и разными букетами. Он не мог смириться с утратой, даже спустя несколько лет. Мужчина упал на колени, а в его горле стоял ком от надвигающихся слёз. Он так и стоял, не проронив не слова, не сдвинувшись с места, а лишь смотрел на портрет Агаты, что был бережно выгравирован, показывая всё, даже самую крохотную веснушек на её лице. Он мог стоять там часами. Иногда молча, как сейчас, иногда он рассказывал о жизни, забывая обо всём. Александр верил, что душа Агаты находится близко, хоть руку протяни. Он протягивал руку и пытался ухватить ту родную руку, но всё, что выходило — ухватить воздух, который сразу же выбегал из кокона рук мужчины. Мужчина закричал от боли. Он сдавил грудь там, где должно быть сердце. От его крика птицы поднялись и закружились в воздухе. Я обязательно ему отомщу. Помяни моё слово, Агата!