Чудовище

      Шукаку сломал сковывающие его цепи и тут же взревел. Рёв был настолько сильный, что сдул сам Торнадо, который он использовал для собственной защиты. Даже Киёми, что пыталась удержаться с помощью Сусаноо, легко сдуло прочь вместе с остальными клонами. — Получилось? — спустя несколько секунд подоспел Саске и спросил у сестры о её успехах. — Получилось. Теперь дело осталось за малым. — спокойно ответила Киёми, не отрывая взгляда от разбушевавшегося Биджу. — То есть, за самым тяжёлым этапом в плане. — вздохнул Саске. Ему было немного не по себе от мысли, что придётся прибегнуть к плану «Б». — Эй, ты же сам придумал его. — пихнув брата в плечо, улыбнулась Киёми. — И я не в восторге от этого. Совсем…       Но их обсуждению пришёл конец. Шукаку учуял их и обстрелял позицию Учих своими бомбами в надежде измотать. Сами Учихи разбежались в разные стороны и начали действовать согласно плану — Саске послал ответный шквальный обстрел стрелами. Киёми в свою очередь создала две сотни клонов и начала атаковать зверя цепями, в попытках снова того связать.       На этот раз Шукаку был осмотрительнее, к ветру он подключил песчаные щиты и даже целые песчаные цунами, чтобы наверняка накрыть назойливых людишек. На многие километры вокруг образовались широкие траншеи и кратеры, ведь сам Шукаку ориентировался только на запахи и сенсорику, к слову, на слух он также не рассчитывал, ибо в общей вакханалии взрывов и ураганов ничего невозможно разобрать.       Спустя несколько минут буйства, Шукаку наконец-то прервался и попытался нащупать чакру Учих. Сколько бы он не пытался найти их, ничего не получалось, да и они перестали атаковать. Неужели умерли? Вполне возможно, сейчас каждая песчинка в воздухе и земле служила его слухом, зрением и обаянием.       Про чуткую сенсорику и упоминать не стоило. Спустя ещё десяток минут безрезультатных попыток найти врагов, Тануки пришёл к выводу, что Учих всё-таки убило. Люди, как бы сильны они ни были, не смогут выжить в локальном катаклизме, что вызвал Шукаку. Вернув себе зрение, он огляделся и усмехнулся, леса на многие километры замело тоннами песка. — Знаешь, я ненавижу песок… — откуда-то сверху послышался девичий голос. Но Шукаку не успел ничего предпринять, Киёми оказалась перед одним глазом и взглянула в него. — Но вынуждена признать, видок впечатляющий. — Проклятье… — в гаснущем сознании Шукаку отпечаталось лишь улыбающейся лицо усталой брюнетки. Однако в его защиту можно сказать, что сопротивлялся он достаточно долго, и если быть точнее, в мире иллюзий минула целая неделя.       Огромное тело Демона завалилось вперёд и рухнуло на песок, подняв большое облако пылевой завесы. Как он не заметил у себя на голове постороннего? Ну так Киёми немного исказила его восприятие чакры, именно для этого она и ввела в него свою чакру в огромных количествах, чтобы та слилась с чакрой демона. Было рискованно, но результат того стоил. — Хааааа…кха-кха-кха-кха… не ожидала от Шукаку такой сильной воли. Мне едва хватило сил усмирить его… и как только Мадара взял под контроль Кьюби и одновременно бодался с Хаширамой? Неужели… я всё ещё слишком слаба? Даже с этой силой, которую мне подарил Наруто…? Чёрт! — подобное осознание злило девушку, но ещё сильнее её злил вездесущий песок. Он неприятно колол глаза и забивал что нос, что рот, а видимость так вообще опустилось до абсолютного нуля. Сенсорика тоже мало чем поможет, фон чакры Шукаку слишком велик. Даже Бьякуган и восприятие Аякаши мало чем могут тут помочь. — Ладно, где там мой карманный братишка… — тем не менее, Киёми быстро взяла себя в руки и забыла про свой гнев. Они победили, и это главное.       Стоило ей достать из кармана свиток в котором запечатан Саске, за спиной послышалось едва слышное хлопанье маленьких крыльев. Но в радиусе нескольких десятков километров не должно быть ни одной живой души, только не после буйства Шукаку.       Едва она двинулась с места, как это крылатое нечто разразилось мощным взрывом, отбросивший Учиху на многие десятки метров. Благо, она успела прикрыться частичным Сусаноо и свести урон к минимуму. На большее её сил не хватило бы, вся она ушла на клонов, защиту от локального стихийного бедствия и мощного гендзюцу. — «Враг? Но откуда?!» — но это было только начало. Стоило её ногам коснуться песка, их тут же облепили гигантские сороконожки, которых отлично скрыл песок полный демонической чакры. И на этот раз девушка не успела ничего предпринять. Взрыв накрыл Учиху с головой. — «Ч… чёрт… что… это…?» — после такого вся нижняя часть, вплоть до живота, представляла из себя пульсирующее месиво.       Даже с её способностями восстанавливаться она будет неделю, если только ей не помогут с лишней чакрой или био-массой. Зрение Учихи размывалось, крови для поддержания её сознания явно недостаточно, но она держалась и пыталась разглядеть неизвестного врага, который смог застать её врасплох. Вдруг поднялся ветер, прерывистый, будто что-то крупное размахивало крыльями. От этого завеса начала развеиваться и обзору ничего не мешало.       С трудом подняв голову, Учиха увидела огромную белую птицу и на её спине стоял человек в соломенной шляпе, одетый в чёрное хламидо с красными облаками. — «А… Акацуки…? Они… пришли… за… Шукаку…?» — у Киёми нет сил даже на удивление. Она просто смотрела на нукенина, что просто встал на макушке демона.       Похоже он с кем-то разговаривает, но услышать она ничего не может, барабанные перепонки лопнули и восстановятся не скоро, поскольку все ресурсы организма ушли на поддержание жизни. Спустя несколько минут каких-то манипуляций нукенин наконец-то обратил на неё внимание.       Шуншином оказавшись возле неё, блондинистый нукенин начал с изумлением разглядывать тело перед собой. Сама девушка ничего не слышала, но зато читала по губам. — Итачи не врал, ты на самом деле живучая, ммм. — он удивлялся, что та до сих пор находиться в сознании, ведь атаковал неизвестный с расчётом на мгновенное убийство без лишней суеты.       И он достиг успеха, правда не без нюанса, убить безболезненно не вышло, барышня будет умирать в страшных муках. Более не став тратить время на полу-живой труп Учихи, он вернулся к Шукаку и завершил неизвестную технику. Но Киёми не могла более наблюдать, поскольку окончательно потеряла сознание. — Лидер-сама, маяк готов, ммм. — поднеся кольцо к лицу, нукенин к кому-то обратился. — Отлично, Дейдара, сейчас я активирую технику. — это был не кто иной, как Пейн. Самоназванный Бог этого мира. — Рикудо Но Тории! — возле Шукаку появились гигантские ритуальные врата. Чуть позже из них вырвались фиолетовые цепи, которые связали биджу и довольно шустро утащили его в неизвестность. — Ичиби захвачен. Отличная работа, Дейдара. А теперь возвращайся, надо как можно скорее запечатать зверя. — Есть, Лидер-сама. — запрыгнув на птицу, Дейдара улетел прочь. Почему он не прошёл через врата? Дело в том, что они не предназначены для людей, и вообще для живых существ в целом, если обычный смертный попытается через них пройти, то он исчезнет. Неизвестно, что происходит с телом в момент пересечения сквозь портал.       Путешественник просто погибает? Или вечность плутает в неизвестности? Даже Пейн, по сути пользователь этой техники, не знает что происходит в пространстве меж измерениями, но он нашёл способ безопасно переносить биджу.

***

      Спустя два часа повреждённый свиток Трёх Демонов не мог более сдерживать запечатанного Саске и выпустил парня. Вывалившись наружу, Саске первые секунды был сильно дезориентирован ввиду неосторожного распечатывания. Придя в себя, он начал оглядываться, но не обнаружил ни Шукаку, ни Киёми. — Что произошло? Эй, Киёми! Где ты?! — предчувствие подсказывало Саске, что что-то не так. Где тело Тануки? И где сестра? Активировав Шаринган, парень начал сканировать округу, что было крайне трудно, перед глазами то и дело плыло из-за переизбытка негативной энергии демона.       Тем не менее запах свежей крови он всё-таки уловил, направившись к его источнику, он увидел ужасное. Верхнюю половину тела сестры. Подойдя к ней, Саске осмотрел её, но эмоции у него находились пределах нормы, поскольку он своими глазами видел сильно замедленный процесс регенерации. Значит, Киёми будет жить. Он даже поймал себя на такой мысли — «Да б*ять, снова?!» Хотя это скорее относиться к нему самому. Он мог помочь, но опять оказался вне зоны досягаемости для оказания помощи. — Кто это мог быть? — Учиха заметил следы неизвестного человека, что прерывались у неровного рельефа в песке. Также он обратил внимание на полное отсутствие следов самого Тануки. — «Он забрал Шукаку? Но как? Такую тушу невозможно транспортировать без особых условий. Неужели пространственно временная техника? Но кто мог провернуть подобное? Насколько я знаю, только Четвёртый и Второй Хокаге хватило бы сил и мастерства для такого подвига, но они мёртвы. Значит, где-то там есть человек не уступающий им в области пространственных дзюцу. Если я прав…» — Саске сделал небольшую паузу, подбирая подходящие слова. — Мы в дерьме. — поскольку детей поблизости нет, он не стал сдерживаться в выражениях. Такой могущественный пользователь пространственных дзюцу априори не может быть заурядной личностью, и он числится у них во врагах. Удача, вроде как, должна быть на их стороне, а выходит в точности наоборот. — «Неужели это Он?» — Учиха вспомнил человека в безликой маске, который однажды посетил его дом. Учитывая мастерство масочника в скрытности и мгновенных перемещений, это не исключено. — Ладно, потом поразмышляю об этом. — Саске достал свиток Трёх Демонов, запечатал сестру и направился обратно в Коноху. Но по пути он наткнулся на сестру Гаары, которая находилась в шоковом состоянии после увиденного зрелища, ну и ещё сломанные ноги не улучшали общее состояние бедной девушки.       Завидев Саске, та с воплями ужаса начала от него отползать, ибо видела в нём куда более страшного монстра, чем Гаара. На её глазах Саске призвал с небес громового дракона и после этого умудрился на пару со своей сестрой продолжить битву уже с самим воплощением песков страны Ветра.       Её можно понять, ведь Гаара держал в страхе всю её деревню, а в Конохе нашлись сразу два человека, способные отделать Шукаку чуть ли не в одни ворота. Почти невредимый внешний вид Учихи на это явно намекал. Сам Саске, увидев дочь Казекаге, быстро принял решение взять ту под стражу.       Так что он быстро вырубил её с помощью Шарингана и запечатал в свиток. Что до брата, его Учиха не видел, но ему было плевать, одного родственника Казекаге хватит за глаза, поэтому кукольник быстро забылся.       Вернувшись, Саске с немалым удивлением застал практически полную тишину. Не было громкой битвы между шиноби Конохи, Суны и Отто. Всё более или менее было спокойно, а гигантские деревья потеряли свой зловещий свет и побледнели, став напоминать неровные скальные образования. Их наличие не слабо удивило Саске, но желания выяснять что либо у него не было. Нужно было срочно доставить сестру в госпиталь.       Достигнув госпиталя, Саске нашёл старого знакомого — Кайто. Этот старик единственный кому он может доверить свою сестру, а Цунаде давно ушла лесом, как бы хороша она ни была. Кайто было посмеялся, что химе Учиха снова не поберегла себя и попала к нему, но сердитый взгляд Саске осадил неуместные порывы врача пошутить.       Что поделать, у старика сильный отходняк, на его руках умерло слишком много людей, преимущественно от смертельных ядов Суны, что трудно поддавались лекарствам. Сразу видно, песчаные шиноби не сидели на месте и улучшили свои токсины и яды.       Такое ужасное зрелище напомнило старому Ирьёнину о предыдущих двух войнах в которых он успел принять участие. Особенно болезненные воспоминания были о Второй Мировой, Кайто на тот момент был ещё совсем ребёнком.       Когда госпиталь остался позади, Саске отдал свиток с пленницей одному из джоунинов, ну а после его припрягли помогать в Конохе, ибо людей катастрофически не хватает. В его задачу входило — находить раненых и расчищать завалы, ну и поиск оставшихся врагов, поскольку среди них тоже было много раненых и убитых, последних так вообще приходилось запечатывать в свитках для трупов, чтобы на улицах деревни не разразилась эпидемия.       Под вечер у Саске наконец-то появилось свободное время, которое он проводил на скале Четвёртого Хокаге, и выбор этой локации сделан им не просто так. Слухи, которые бегали по Конохе, неслабо озадачили Учиху.       Какой воскресший Намикадзе Минато? Какой наследник Первого Хокаге? И самое главное, Наруто вернулся? Последнего было поменьше, но сам факт наличия этого слуха сильно сбивало с толку. В это было сложно поверить, особенно после стольких месяцев с момента кончины блондина.       Кроваво алый закат помогал приводить мысли в порядок, а метающейся сердце успокоиться, однако оно вновь было побеспокоено незваным визитёром, что специально скрыл своё присутствие для пущего эффекта. — Все работают по мере сил, а ты здесь туниядничаешь? Неужели за время моего отсутствия ты превратился в бездельника? — за спиной Саске раздался до боли знакомый голос. Медленно обернувшись, Учиха увидел живого и здорового Наруто в белом плаще с алыми языками пламени, как у Четвёртого Хокаге. — Йо, Челкастый, давно не виделись. — приветствие блондина прозвучало так, будто он никогда не «умирал» и не парился насчёт чувств тех кто считал его покойником. Такое непринуждённое поведение начало пробуждать в Саске бурные эмоции отнюдь не положительного характера. — Ты… — слова застряли комом в горле Саске. Это точно не какой-то левый человек, решивший притвориться Наруто, эту наглую ухмылку с нечеловеческой чакрой ни с чем невозможно перепутать. — Так ты… жив? — мыслительные процессы в мозгу брюнета происходили с невиданной доселе скоростью.       Такого не было даже во время боя с Шукаку, что уже показатель. Далее в ход пошли воспоминания, которые прервались плачущей кровавыми слезами Киёми, и как та очень тяжело переживала кончину Узумаки, вплоть до ночных кошмаров и галлюцинаций. — Живее всех живых. Хм? — Наруто отчётливо почувствовал убийственное намерение Учихи. — Знаешь, с такой миной только на врага идти. — Саске никак не отреагировал на остроту блондина, вместо этого в глазу парня ярким пламенем вспыхнул Мангекьё Шаринган. — Знаешь, Узумаки… — Учиху покрыла зловещая фиолетовая аура и он медленным шагом направился к Наруто. — Лучше бы ты оставался покойником…

***

— Угомонился? — сидя на камне, Наруто непринуждённо смотрел на лежащего напротив Учиху. Вид брюнета был жалок, переломанные рёбра, гематомы почти по всему телу. Но в его защиту можно сказать, что Саске также потрепал Наруто, и не будь у блондина бешеного исцеляющего фактора, он был бы в куда более худшем состоянии. — Ты… да как ты… можешь быть… таким безразличным…? — Саске даже не пытался встать. Его чакра касалась дна ещё с момента встречи с «умершим» другом. Теперь у него нет ни сил, ни выносливости. Даже просто сесть для него будет настоящим подвигом. — И почему… ты не вернулся… когда… была… возможность? Или… хотя бы… не дал понять… что ты жив? — Что я слышу, неужели соскучился по мне? — окончательно отрастив конечность и восстановив повреждённую одежду, Наруто подошёл к обессиленному брюнету и присел перед ним на корточки. — Ты… прекрасно… знаешь… что я… имею… ввиду… — Учиха с укором посмотрел в глаза Узумаки. Даже отсутствие сил не могло усмирить злость на блондина. — Я… — Наруто снова почувствовал лёгкий укол совести. Для существа у которого притуплены базовые человеческие эмоции, это определённо можно считать достижением. — Ты прав. Я поступил по-скотски, но и ты пойми, я привык быть одиночкой. Даже ваше присутствие не могло убрать чувство одиночества с которым я рос всю свою жизнь, и оно мне нравилось. Я никогда не стремился заводить знакомства и уж тем более друзей, но ввиду своей профессии, приходилось мириться со всеми вами. — Но… у тебя были мы… была… она… — с отдышкой продолжил Саске. Вмятые внутрь рёбра не помогают складно говорить. — Думаешь, я заметил бы её чувства? Хотя… да, заметил, но не понял их значения. А когда дошло, стало слишком поздно. — Наруто лёг рядом с Саске и начал рассматривать ночное небо. — Я посчитал, что это банальная благодарность за спасение жизни и твое, хе, перевоспитание, не более. Однако… — Наруто снова вспомнил тот месяц, проведённый в компании Самуи и Киары. Также обалдуев Каруи с Омои и других не менее колоритных личностей.       Как оказалось, в Кумо чудаков не меньше, чем в родной Конохе. Также его реакция на планы Орочимару насчёт Киёми, сначала Узумаки посчитал, что это естественно, защищать ту в кого вложил столько сил и времени, но реальность сделала свои коррективы.       Окончательное осознание пришло только лишь после разговора с Какаши и пребывания в Кумо, где ему наглядно показали, какого это, быть частью семьи и проводить время друзьями. В основном он выбирался с мужиками побухать и поговорить о всяком, но это же тоже можно назвать за весёлое времяпрепровождение с друзьями.       Ну и как можно забыть драку в баре? Видит Ками, Наруто никогда так не смеялся во время мордобития, после которого он вместе с остальными мужиками загремел в обезьянник, откуда его забрала разгневанная Самуи. — Ты… ты… — Саске начал задыхаться. Его приобретённая регенерация явно не рассчитана для вправления сломанных костей. — А, точно, щас исправлю. — Наруто приложил ладонь к сломанным рёбрам, безопасно ввёл био-массу внутрь и безболезненно вправил её. Теперь Учиха будет говорить без проблем. Полностью штопать Саске Наруто не стал, потому как опасался, что Учиха снова наброситься на него с новыми силами. — …имбецил… — наконец-то договорил брюнет. — Знаешь, любого другого на твоём месте я прихлопнул бы. Но кто я такой, чтобы менять мнение великого Учихи обо мне? — хмыкнул Наруто. — Ты безнадёжнее Сая. Противоречишь сам себе и в упор не видишь чувств окружающих. — фыркнул Учиха. Тут пришло молчание. Оба не знали, что говорить дальше, да и не о чем им говорить. Они сделали это ещё во время драки, где Саске выразил свои чувства в виде кулаков, двух своих сильнейших стихий и частичным Сусаноо.       Наруто в свою очередь просто принимал их, изредка защищаясь и уклоняясь, но в конце, когда ему оттяпали руку и почти зажарили его до хрустящей корочки, пришлось успокаивать разбушевавшегося брюнета ответными тумаками.       Но если бы Саске был в своей лучшей форме, это не далось бы Наруто настолько легко. Ну а эта мирная беседа поставила все точки над «И», дальше дело осталось за Киёми, и Наруто чувствует, что с ней всё будет куда сложнее. — Не стану спрашивать кто это, но сочту твои слова за комплимент. — хохотнул Узумаки. — Для тебя все высказывания, это «комплименты» в твой адрес. — в ответ огрызнулся Учиха. Тут в небе сверкнула падающая звезда. — О, смотри, это так называемая падающая звезда. Обычно под неё загадывают желание, интересно, какое желание загадаешь ты? — Чтоб ты сдох, да помучительнее. — тихо посмеялся Саске. — И учитывая твою дальнейшую беседу с Киёми… думаю, я останусь в выигрыше — Когда о желании говорят вслух, оно не исполняется. — Только не в этот раз… будь в этом уверен. Мгх… — Саске приподнялся на локтях, но сильная боль по всему телу и истощение очага мешали ему как следует подняться. Тут Узумаки решил протянуть брюнету руку помощи. — После моих тумаков обычно не встают, но специально для тебя сделаю исключение. — самодовольно улыбнулся блондин. Изначально ему казалось, что воссоединение с товарищем по команде не станет каким-то особенным событием. Но всё вышло в точности да наоборот. Вот этот момент Узумаки запомнит на всю оставшуюся жизнь. — Пф, следующим кто будет лежать у ног, будешь ты, Узумаки. — Саске без «лишних» слов принял помощь от Наруто. Теперь дело осталось за самым сложным: поговорить с Киёми. Тут Учиха вспомнил о двух неудачливых парнях, которые сейчас находятся в не самой лучшей форме, один так вовсе может умереть в любой момент. — Кстати, не мог бы ты заглянуть к Ли и Неджи? Я уверен, с твоими возможностями… — Я уже навестил их и вылечил, на данный момент они осваиваются с новыми телами. — пожал плечами Наруто. — Честно говоря, не ожидал, что их так отделают. Ради Неджи мне даже пришлось пободаться с Шинигами, чтобы он снова встал на ноги. — Стоп-стоп-стоп! «Осваиваются с новыми телами»? Ты что, обратил их? Как в своё время обратил мою сестру? — Ну да, а тебя что-то смущает? — Наруто посмотрел на Саске, как на последнего дурака в деревне. — Эм… не то чтобы, но они хотя бы согласились на такие радикальные изменения? — Неджи был при смерти, а если бы и выжил, стал бы калекой, так что выбора у него не было. Ли сначала хотел отказаться, опять же из-за своей «Силы Юности», даже несмотря на своё плачевное состояние. Но я смог его убедить. — Надавил на то, что Тен-Тен пострадала в этой бойне? — Наруто ничего не сказал, но взгляд говорил сам за себя. — Не знай я тебя, посчитал бы, что ты замышляешь какое-то злодеяние по отношению к команде Гая. — А смысл? Взамен они ничего не могли мне предложить, и угрозу от них я никогда не ощущал. Напротив, они уникальные представители среди шиноби и обладают большим потенциалом. Грех оставлять таких особенных людей у обочины истории. Да и не заслужили они такой участи. — Что я слышу? Сентиментальность? От тебя? — Саске с преувеличенным удивлением посмотрел на блондина. — Мне всё сильнее хочется узнать подробности твоего путешествия. — Не дождёшься. Как никак, то было секретным заданием от Третьего. — Пф, ну и пёс с тобой. — К слову о псах, — Наруто вспомнил кое о чём, точнее кое о ком. — Где Какаши? Я не слышал о нём с тех пор, как начались боевые действия. Я повсюду искал, но не нашёл его. — Повсюду искал? Если даже ты не нашёл его… — плохое предчувствие накатило на Саске. — Так, ты иди к Киёми, а я поспрашиваю, видел ли кто нашего недотёпу сенсея. — Погодь, дай хоть заштопать тебя до конца, раз ты остыл. — Наруто поспешил вылечить Саске, чтобы тот не упал во время своих изысканий. — Благодарю, а теперь дуй к Киёми и помоги ей. — почувствовав прилив сил, Саске на большой скорости направился в деревню, поскольку они сильно отдалились от неё во время драки между собой. — «Точно, совсем из головы вылетело.» — Саске настолько сильно отвлёк Узумаки от глобальных проблем, что блондин забыл спросить насчёт джинчурики Ичиби. — «Куда они дели Гаару? Грохнули, что ли? Ай, ладно, это дело будущего… сейчас надо занятся Киёми, а то частое посещение госпиталя, при её-то возможностях, сильно меня смущает.»

Госпиталь. Подземный уровень.

      Увиденное несколько удивило Наруто, ведь Учиха, с её-то силой, могла избежать подобной участи или практически мгновенно восстановиться, но по банальной причине регенерация работает намного слабее ожидаемого.       Она, конечно, вышла слабее Узумаки, но не настолько же. По словам Кайто, чуть ли не личного врача Киёми, у неё просто недостаточно чакры для активации регенеративного фактора. Но из-за уничтожения очага, восстановление идёт крайне медленно.       Услышав причину, Наруто только хмыкнул. — Не в чакре дело, друг мой. — более ничего не сказав, Узумаки распечатал из свитка пульсирующую био-массу. Это оказалась та самая био-масса, которую Наруто собрал после недавней жатвы в Конохе, и внедрил её в тело Учихи. После этого регенерация усилилась на порядок. Спустя всего несколько секунд всё тело Киёми восстановилось. — Дайте какую-нибудь простыню, надо прикрыть её срам. — замаскированные АНБУ-ирьёнины, посланные Хирузеном, увидели уникальное «лечение» Узумаки и остолбенели от нереального зрелища, отчего не сразу поняли просьбу Наруто. — НУ! — А… д-да! Конечно, сейчас! — засуетились АНБУ. Они все протянули по простыне. Наруто схватил одну и прикрыл обнажённое тело Учихи.       Потом АНБУ поклонились и спешно покинули помещение, чтобы и дальше не злить Узумаки. Даже профессионалы вроде них были под ощутимым давлением в присутствии Узумаки, не только из-за силы, но и ещё из-за обретённого авторитета среди шиноби и большинства кланов Конохи. — Не злитесь на них, Наруто-сан. — Кайто поспешил задобрить раздражённого парня. — Для них такое зрелище, это разрушение всего, что они знали об этом мире. На самом деле для меня тоже стало откровением ваши умения в… лечении. — Я многогранный человек, так сказать, талантами не обделён. А теперь ответь, почему так много людей в курсе о Киёми и её природе? — Наруто не хотел афишировать ни свою истинную силу, ни Киёми. Но в его отсутствии устроили настоящий бардак, который придётся долго разгребать. — Это самые доверенные люди Хокаге. Можно не беспокоится на их счёт. — заверил Кайто. — А по поводу того, почему секрет Киёми перестал быть таковым, надо благодарить многоуважаемую Сенджу Цунаде. — фыркнул Кайто. Когда-то давно он уважал её, но после её ухода и репутации, которую она приобрела во время своего «странствия», это уважение сгорело в синем пламени. — Вот как, что же, я обязательно побеседую с этой старухой, но сейчас не до неё. Есть куда более важные дела, чем выяснять отношения с закостенелой дурой. — Наруто не то чтобы разозлился, ему просто захотелось поставить эту зазнавшуюся старуху на место. Тут они услышали учащённые вздохи со стороны Киёми. Она просыпается. — Попрошу вас укрепить палату барьером. Пускай она расположена под землёй, нет никаких гарантий, что принятых мер будет достаточно для эффективного сдерживания в случае непредвиденных обстоятельств. — на самом деле эти обстоятельства можно было предвидеть сразу после возвращения Узумаки, но вслух этого говорить не стоит. Лишняя суета никому не нужна. — Неужели надо прибегать к таким мерам? — обеспокоенно спросил Кайто, как никак над ними расположен настоящий госпиталь, забитый ранеными и персоналом. — Поверьте, Учихи не так уравновешены, как все думают… — Узумаки помассировал руку, которую недавно отрезал Саске. Брюнет знал о живучести «вернувшегося с того света» друга и никак себя не ограничивал. — А… Я… Умерла…? — Киёми отрешённо смотрела на фигуру Наруто, а на Кайто ей было плевать, может он тоже умер. Но тут есть Наруто, значит, она всё-таки умерла и воссоединилась с ним. Это всё чего она желала всё это время, в то же время ей было грустно, что она оставила своего брата. Но Саске сильный, он точно выжил, раз его нет рядом. — Всё, уходите отсюда, и не забудьте передать всем моё предостережение насчёт барьеров вокруг палаты. — Наруто тихо шепнул Кайто. Второй только кивнул и быстро ушёл, предварительно закрыв за собой толстую дверь из чакро-проводящей стали. — Давно не виделись. — Узумаки присел на табуретку и неловко улыбнулся. До момента пока не настал этот час, он чувствовал себя крайне уверенно, однако после начала все заготовленные слова показались ему бесполезными и даже глупыми. — Да, давно… — в ответ улыбнулась Киёми. Тут её глаза начали увлажняться. Она более не видела причин сдерживаться, ведь с этого момента Учиху не будут мучить кошмары и сожаления по ночам. — Прости… я ничего не смогла сделать… я подвела тебя и Саске. Я недостойна твоего дара, недостойна твоей… — брюнетка накрыла лицо руками. — Спокойно, ты не должна плакать. — Наруто поспешил успокоить Учиху, сперва он хотел положить ладонь на плечо девушки, но быстро передумал. Вдруг на периферии сознания блондин услышал собственный ехидный голос. — Ничтожество… — «Заткнись…» — в мыслях процедил Узумаки, стараясь не меняться в лице. — И ты уж точно никого и никогда не подводила. — Э…? — Киёми с непониманием посмотрела на блондина. — Ты жива, и я тоже… — с этого момента Наруто должен быть осторожным с подбиранием слов. — Жива? Я? Постой… то есть… ты…

Где-то в Стране Огня. База Акацуки.

— Приготовьтесь и сохраняйте максимальную концентрацию, ритуал вот-вот начнётся. Зецу, веди наблюдение снаружи, нам не нужны незваные гости. — провозгласил Пейн, стоял на одном из пальцев статуи Гедо. Остальные нукенины были здесь лишь в виде иллюзорных проекций, чтобы те могли участвовать в ритуале запечатывания на расстоянии. — Эх, никогда не привыкну к этому. Три дня и три ночи стоять на одном месте, такого в вашем контракте не было, Лидер-сама. — разминая плечи, Дейдара решил пошутить. — А вот и нет, я ничего не пропустил в его составлении. — вклинился Широ Зецу. — Пункты, написанные исчезающими чернилами, не считаются. — хмыкнул Кисаме. — Да сколько, б*ять, можно?! Это уже четвёртый Хвостатый, но этот еб*ный ритуал всё также длится целую, е*аную, вечность! Может пора найти другой способ запирать этих гр*баных зверей в эту гр*баную статую?! — голограмма сектанта Джашина была громче всех. — Хидан, ещё хоть слово, и я прикончу тебя. — раздражённо вырвалось у казначея всея Акацуки. — Как будто тебе удастся, Какузу! — фыркнул беловолосый. К угрозам своего напарника он привык, а ведь раньше они вызывали только смех, но теперь ничего кроме безразличия эти слова не вызывают. — Вы оба, а ну успокоились. — Пейн поспешил прервать перепалку между бессмертным дуэтом, самым проблемным дуэтом во всём Акацуки. — Перед началом ритуала, скажите, как продвигаются поиски Нанаби?       Лидер Акацуки поручил это задание всем своим подчинённым, с тех пор они натыкались только на следы зверя. Ввиду своей способности летать практически беспрерывно, очень трудно его отследить. Только вот Пейн уже разработал эффективные меры для отслеживания зверя в дальнейшем, даже если тот будет в воздухе над облаками. — Этот жук переросток обосновался в Стране Гор, конкретно в Ущелии Дракона, но через несколько дней он снова улетит в неизвестном направлении. — отрапортовал Какузу. — «Чёрт, эти психи нашли Биджу первее нас! Как так вообще вышло?» — сетовал Дейдара. Поскольку подрывник недавно присоединился к Акацуки, он не в курсе, что у Какузу обширные связи в криминальном мире. И в отличие от антисоциального Сасори, который имеет очень мало сторонников, Какузу активно имеет дела с теми кто приносит пользу, а таких он видит только в теневом мире, где деньги решают практически всё. — Ха, эта глиста ни за что не уйдёт от меня! Из-за его поисков я почти никого не принёс в жертву Джашину-саме! И он заплатит за это! — взбешённый Хидан явно был настроен поймать зверя любой ценой. — Нет, вдвоём вы с ним не справитесь. Не после того, как он обрёл свободу. И если ты забыл, Хидан, после запечатывания Шукаку, Гедо Мазо нужно два или три месяца для полного подавления личности зверя. — своим напоминанием Пейн остудил пыл возбуждённого культиста. — И что вы предлагаете делать? — спросил Какузу. Он тоже был недоволен, ведь поиски Биджу помешали ему охотится за головами шиноби и срубить денег для организации. — Теперь, когда мы нашли его, он никуда от нас не денется. Зецу сделает всё необходимое, и когда он скажет, ты, Хидан, Сасори и Дейдара приступите к захвату. — Я не подведу вас, Лидер-сама. — заверил Куро Зецу, отделяясь от Широ. — Какузу, мне нужны точные координаты. — Какузу кивнул и продиктовал местоположение Нанаби. — Погодите! Мы и сами можем… — Моё решение не подлежит обсуждению. — отрезал Пейн. Вроде он говорил спокойно, но сила в этих словах чувствовалась даже через проекцию. — Надеюсь, ты понял меня, Хидан? — Тц, ладно… — разочаровано цокнул культист. По крайне мере у него появится время для своих тёмных дел. — Отлично. — Акацуки сложили печати. — Что же, приступаем. Фуиндзюцу: Генрюю Кюфууджин. — из пасти статуи вырвались девять водяных драконов, полностью окутавшие бессознательного Шукаку.

Логово Орочимару. Где-то в Стране Рисовых Полей.

      Последние две недели Орочимару занимался своим любимым делом — исследованием. Ему явно не помешал бы компетентный ассистент, коим был Кабуто, но увы, его и след простыл, а значит его схватили. Нетрудно догадаться, кто это мог быть. Узумаки Наруто. Этот уникум не только силён, но и дьявольски хитёр. Саннин до последнего не воспринимал его всерьёз ввиду слишком юного возраста, ограничения в ресурсах и отсутствию связей, кроме никудышного Хокаге, которому осталось совсем немного.       Насчёт Данзо Орочимару ничего сказать не может, Теневой Страж Конохи всегда был себе на уме и ни с кем особо не контактировал. Ну а сила… ею Орочи не удивить и уж тем более не убить, однако на этот раз владелец этой огромной силы не туп, а очень даже умён, если вовсе не гениален. Кто-то поглупее не смог бы обыграть Орочимару и победить ещё до начала самого противостояния.       К тому же, от произошедшей катастрофы Узумаки заимел одни лишь преимущества и возможности. То есть, мальчишка стал популярен не только в Конохе, но и во всей стране Огня, ибо слухи, что разнесли их гости, и враги в том числе, оказались быстрее лесного пожара.       Немного позже Узумаки нарекли «Героем Конохи», за его вклад в предотвращении ещё больших жертв и проявленного милосердия к врагам. Хотя сами враги до сих пор отходят от так называемого «милосердия». Глупцы. Они и не подозревают, какое чудище пригрели.       Стоило Орочимару встретиться с блондином взглядами, как он тут же узнал в нём себя. Отчего самому Саннину самую малость стало не по себе. Теперь он понимает, что чувствуют другие, когда стоят напротив его персоны. Что до других стран, то они по сей день не перестают обсуждать нового «Хашираму».       Особенно сильно трясётся Суна, ведь их могут просто разнести в пух и прах через глуповатого и трусливого Феодала Страны Ветра. Эти волнения можно понять, ведь появился очередной потенциальный «Бог Шиноби», который вполне возможно сможет повлиять на дальнейшее будущее мира.       Но на данный момент Орочимару сосредоточен на совершенно другом занятии. Змей изучает кровь Киёми, которую он получил во время столкновения в Лесу Смерти. Его не интересовала её сила, нет, он сосредоточился на изучении генома, чтобы узнать — откуда у Учихи такие способности к самоисцелению. И результаты сильно обескуражили Змеиного Саннина. — «Не может быть…» — бледный змей сосредоточенно смотрел на результаты анализа. — «Тот сбежавший подопытный был незавершён, он должен был умереть спустя всего несколько дней или недель из-за деградаций тканей и отторжения самой чакры. Неужели тот провал оказался не таким уж и провалом? Но откуда у Учихи Киёми его гены? При том они стали совершеннее. Поразительно…» — учёный изо всех сил пытался додумать все возможные и невозможные варианты, по которым сбежавший экземпляр мог добраться до самой Конохи и каким-то образом обратить дочь главы Учиха в улучшенную версию себя. Или же… он стал ею?       Неужели получившийся монстр каким-то непостижимым образом ассимилировался с девчонкой и теперь думает, что он — это Учиха Киёми? Слишком много переменных для окончательного вердикта. Но одно ясно наверняка — не надо было забрасывать тот проект и пытаться уничтожить его. — Я должен вернуть её… ку-ку-ку-ку. Киёми-чан, ты будешь моей. Вся твоя сущность принадлежит лишь мне одному. — в глазах Орочимару вспыхнул огонь решимости, жадности и безмерного желания овладеть той, кто по праву принадлежит ему.