Чудовище

Саске соизволил открыть глаза после сна без сновидений, хотя общая слабость ещё не отступила его тело. Это свидетельствовало о том, что Наруто выполнил его просьбу и вернул всё на круги своя. Многие назвали бы его глупцом, которому собственная гордыня не позволила принять подарок судьбы. Любой другой на месте брюнета не задумываясь принял бы такую силу, проглотив свою гордость. Но у Саске совершенно иное мнение на этот счёт. Силу в первую очередь нужно заслужить, а не брать даром у кого бы то ни было. Насчёт младшей сестры Саске ничего плохого не думает. То было актом спасения со стороны Наруто, и брюнет ему бесконечно за это благодарен, а её сила также служит для сестрёнки отличным щитом, который не даст ей умереть от руки того же Итачи или не позволит Орочи похитить её. — Саске-кун! Ты очнулся! — послышался звонкий голос старого друга. Повернув голову, Учиха застал лыбящегося Ли, который с удовольствием хрумкает яблоки, попутно приседая у своей койки. — Хмф, спящая принцеска наконец-то открыла глазки? И года не прошло. — на другой стороне послышался ехидный голос второго старого друга. Неджи сидел на своей койке и читал какую-то книжку в белом переплёте с кандзи «Просветление». — А вы, надо думать, уже как новенькие? — хмыкнул Саске. Внутренне он был рад этому, ведь эти два раздолбая без преувеличения стали для него близкими друзьями. — Конечно, но эти врачи всё никак не уразумеют. Мол, мы должны пролежать здесь до завтра, а там уже выписка. — недовольно фыркнул Хьюга. — Брось, Неджи, это всё-таки их работа! — продолжая приседать, Ли решил поддержать мед. персонал. — А я не отрицаю их трудов, но ведь мы полностью поправились. Можем хоть сейчас начать тренировки или отправиться выполнять задания. Ну а лёжа здесь, мы просто-напросто теряем драгоценное время. — К тому же мы занимаем места. — Саске решил поддержать сторону Неджи и тоже присел на своей койке. — Ну, насчёт тебя не знаю. Сразу видно, ты всё ещё слаб и нуждаешься в лечении. — Это мелочи, уже завтра я буду в полной боевой готовности! — похлопав себя по бицепсу, Саске активировал шаринган и уверенно ухмыльнулся. — Кстати, откуда второй глаз? Не мог же он заново отрасти? Точнее, он бы не отрос без помощи нашего общего друга. — с прозрачным намёком Неджи подмечает, что у Саске снова полный комплект глаз. — Нет, на этот раз он тут не причём. Это Киёми удружила. — воспоминания о той ночи вызвали фантомные боли на месте, куда его укусила младшая сестра. — О, так это она наделила тебя силой? — Именно, но я тут же отказался от неё. — увидев в глазах друзей немой вопрос, Саске устало вздохнул. — И не спрашивайте, по какой причине я так решил. Это мой выбор, и беспокоить вас он не должен. — Мы и не настаиваем на твоём объяснении. Да и осуждать тебя за такое будет глупо. Как говорил Гай-сенсей, у каждого из нас свой путь для достижения целей, и что мы должны уважать выбор других. И мы уважаем твоё стремление найти собственный путь к силе, но будь уверен, ты не один. Если вдруг тебе понадобится наша помощь, только попроси. Ведь не каждую битву можно выиграть в одиночку. Но ты, наверное, уже и так это понял, верно? — Как тут не понять? — Учиха иронично ухмыльнулся. — Нам надрали задницы из-за нашей же самоуверенности, и вот мы здесь, отдыхаем в смешных робах и запертые в стерильной комнате! Хорошо хоть с голыми задницами не оставили! И на том спасибо! Хотя уверен, если нас всё-таки застали голыми, то уж точно не молоденькие медсестрички! Они ж в обморок попадали бы от нашей неземной красоты! — шутку Саске парни оценили, или сделали вид, что оценили, и все они дружно захохотали. Тут их общение резко сошло на нет. Каждый из них погрузился в свои мысли, думая, что они будут делать, когда выйдут отсюда. — Кстати, когда начнутся похороны наших учителей? — вдруг подал голос Ли. Ему было очень больно от осознания, что Гая больше нет, но Рок уже пролил по нему слёзы. Сейчас ему надо быть сильным и продолжать следовать своему пути ниндзя. — Дня через три. — грустным голосом ответил Неджи. Сейчас положение в деревне пришло в относительную норму, и похороны героев Конохи будут проводить не через неделю, как было после вторжения, а через стандартные три дня. — Ясно, думаю, нет смысла спрашивать, пойдёте ли вы. Но всё же, Саске-кун, насколько я понял, Наруто-кун не слишком-то и расстроился от смерти Какаши-сенсея. Как думаешь, он хотя бы явиться проводить его в последний путь? — Явится, куда ж он денется. Как целый герой Конохи может не прийти на похороны собственного «сенсея»? Это не подорвёт его репутацию, но подмочит уж точно. Раз уж ради сенсея он не смог выкроить лишнее время, что насчёт других? Таково уж общество, оно мастерски может раздуть из мухи бл*дского слона. — А ты ничего не перепутал? Насколько мы все знаем, ему безразлично мнение окружающих. Особенно среди обычных селян. — подметил Неджи. Каждый, кто хоть раз контактировал с Узумаки, уже понял: Наруто абсолютно по боку на других. Лишь единицы могут повлиять на него, и то не факт, что это влияние даст хоть какой-то эффект на блондина. — Вы наверняка забыли, поэтому напомню, все действия Наруто так или иначе несут в себе какой-то скрытый смысл. К примеру, его милосердие к врагам. Вы не хуже меня знаете его отношение к неприятелям. Они никогда не выживают после встречи с ним, а тут нате, само сострадание. — Так он нацелился на какое-то высокое место? — Ли вопросительно вскинул бровь. — Именно! — брюнет щёлкнул пальцами. — Я готов поспорить на свои глаза и почки, что Наруто собирается основать собственный клан. Но без соответствующей репутации такой амбициозный план будет трудно воплотить в жизнь. Будь ты хоть трижды «наследником воли Хаширамы». — сделав кавычки в воздухе, Саске иронично фыркнул. Знали бы эти невежды, насколько их «герою» на них плевать. Не будь таких понятий, как общественное мнение, статус и авторитет, Узумаки ни за что в жизни не встал бы на защиту их жизни. — Значит, Наруто-кун наращивает авторитет с целью основать собственный клан? — задумчиво протянул Ли. — Но что-то же должно стоять за этим решением. Он и без этого стал очень влиятельной фигурой в деревне, а основание клана — это лишние заботы и траты. Такое чувство, будто он куда-то спешит. — Я тоже это заметил. С его силой и влиянием можно было бы создать всё быстро, но постепенно. Лишняя спешка ему ну вот совсем ни к чему. А ты что думаешь, Саске? — Неджи обратил заинтересованный взгляд на Учиху. — Честно, не знаю, — Саске скрестил руки у груди, задумчиво закрыв глаза. — Его личные дела меня никогда не интересовали. — А они должны тебя интересовать. Ты как-никак его лучший друг и товарищ по команде. К тому же твоя младшая сестра явно не равнодушна к нему, и это ещё один повод разузнать о нём немного подробностей, чтобы точно знать, будет ли она с ним счастлива в будущем. Подобное замечание со стороны некогда асоциального и отнюдь не романтичного Неджи вызвало у Саске неприятный зуд в области затылка. Шатен полностью прав, но так уж получилось, что у Наруто необычный склад ума. К такому индивиду банально не хочется подходить и задавать вопросов по причине его чрезмерной открытости. Подобное редкость среди шиноби, за примером далеко ходить не надо, таким человеком был Майто Гай. Но в отличие от Густобрового, блондин всё же имеет много скелетов в шкафу. И если Узумаки того пожелает, то он говорит обо всём прямо и без прикрас. Он о чём-то не говорил или не упомянул? Так это означает, что эта тема не требует особого внимания. По крайней мере, так казалось изначально, ведь именно такие своеобразные взаимоотношения закрепились между членами седьмой команды. Их тайны копятся не потому, что они что-то друг от друга скрывают, а потому, что они вообще о них не говорят. — Ты где таких слов набрался? Сам-то ещё ни разу с девушкой не встречался, и тут нате вам, знаток амурных дел! — посмеялся Саске, но Неджи нисколько не задела такая шпилька. Увидев отрицательную реакцию со стороны шатена, Учиха тяжело вздохнул. — Биджу с тобой, но кое в чём ты всё-таки прав. Надо поговорить с Наруто, чтобы пролить свет на все эти тёмные дела и наконец-то понять, что им движет. Парни продолжили говорить на прочие темы, пока не раздался робкий стук. Когда дверь открылась, в палату вошли Ино и Тен-Тен. Если Яманака выглядела свежей, но слегка беспокойной, то у Такахаши глаза были немного покрасневшими. Парням сразу стало понятно, она плакала из-за смерти сенсея, ведь Майто стал для неё чуть ли не отцом. Однако долго плакать Такахаши не стала, поскольку она не просто видела смерти людей, девушка и сама успела оборвать несколько десятков жизней во время заданий. Так что её психика будет покрепче, чем у обычного человека. Впрочем, это касается любого шиноби старше четырнадцати лет, а некоторые вовсе познавали всю тьму этого мира с пяти-семи лет, как, например, Наруто и Саске. Что до Ино, то она просто пришла к Саске, чтобы проверить, не сильно ли он пострадал. — Кстати, мальчики, с вами же был ещё кто-то… — как бы между делом напомнила Тен-Тен. — Хм, и правда… Куда делся Киба? — поддержала Ино. — Точняк, мать твою, Киба… — одновременно вздохнули парни. — Может, с ним всё-таки всё нормально? Он единственный из нас, кто сильно не пострадал. — Ты прав, собаки всегда умели возвращаться домой одни. — Мы вообще-то о человеке говорим. — нахмурилась Такахаши. — Ай, с ним всё нормально. Он уже наверняка на пути в Коноху, материт бессовестных товарищей и готовит страшную месть. — посмеялась Яманака.

\\\

Ничего не видно. Никого нет. Казалось, даже понятия самого времени не существовало. Вокруг лишь одна сплошная тьма. Но кто-то вдали манил Аловолосую всё глубже в бездну. Томный женский голос был спокойным, но внушал чуть ли не осязаемую опасность. Да и во всей этой темноте много неестественности, слишком она густая, лишь тело, нетронутое мраком, свидетельствовало о том, что она всё ещё мыслящее существо. Однако это не приносило желаемого комфорта, женщина чувствовала себя скорее мотыльком, что бессмысленно летит куда-то, не зная куда. Также её не покидало чувство, что где-то там ожидает нечто, жаждущее её плоти и души. И тем не менее Аловолосая идёт вперёд, потому что ей больше ничего не остаётся. Она бы уже давно сошла с ума от мрака, ужасно манящего голоса и чувства полнейшего одиночества. Ей не раз хотелось просто лечь в позу эмбриона и поддаться безумию, но кое-кто не давал ей так поступить. Наруто. Она ничего не помнит, даже собственного имени, но его женщина не забыла. Никогда не забудет. Аловолосая никогда не захочет его забывать или отпускать, ибо он был буквально смыслом её существования, этот светловолосый мальчик стал для неё якорем, не дающим рассудку уплыть в неизвестные дали. И чтобы точно не потерять себя, Аловолосая напевала про себя колыбельную, связывающую её и Наруто. Так продолжалось неизвестно сколько времени, пока она наконец-то не нашла хозяйку того голоса. — Мрррр… — томно промурлыкала синевласая Лисица, что сидела на собственных белоснежных хвостах. Её янтарные глаза опасно засветились, когда перед ней предстала гостья, которую она всё это время ждала. — Ты же не против, если я буду в образе кошки? Никогда не любила лисов, но вынуждена признать, хвосты у этих лохматых тварей что надо, аж завидно становится. Впрочем, ты и сама должна это понимать. — прикрыв нижнюю часть лица кончиком хвоста, женщина тихо посмеялась над недоумевающей гостьей. — Где мы? И… кто ты? — выдавила Аловолосая. Из-за тумана в голове ей очень трудно воспринимать действительность, а узнать кого-то она и подавно не сможет, разве что одного усатого блондина. — О-о-о-о, сестричка, похоже в твоей голове полнейший бардак. — с преувеличенной печалью охает Лисица, всё ещё прикрывая нижнюю часть лица своим хвостом. — Что же, это мне лишь на руку. — решив про себя что-то, она встаёт со своего импровизированного кресла и направилась к Аловолосой. Сбитая с толку женщина почувствовала опасность и приняла боевую позицию, это сработали её инстинкты. — «Почему я…» — Аловолосая отвлеклась на свои же действия и тут же получила хлёсткий удар хвостом по животу. Боль пронзила естество женщины, ведь перед ударом Лисица покрыла кончик своего хвоста чакрой биджу, едва не располовинив её надвое. Лишь благодаря отточённым рефлексам Аловолосая успела сместиться немного назад, этим самым избежав мучительной смерти. — Гха… — схватившись за живот, Аловолосая пыталась перевести дух, и тут её пнули в бок, заставив лечь на спину. — А ты что-то можешь, я почти впечатлена. — сев на раненую женщину верхом, прямо на рваную рану, Лисица приблизила своё лицо к лицу гостьи. — Но на этом твоя удача закончилась. — З-за что…? — через боль прохрипела Аловолосая. Непонимание ситуации порождало в сердце неописуемый страх. Кто эта хвостатая? Зачем ей нападать на неё? Что она ей сделала? Подобные вопросы копились в душе замученной женщины с пугающей скоростью, но ответов она не находит. Оттого в ней рос животный ужас, постепенно пожирающий её рассудок. — За что? Хочешь знать, по какой причине я хочу от тебя избавится? — Лисица отстранилась от лица Аловолосой, но вставать с неё не спешила. Лисица думает, объяснить ли причину её неприязни к ней? А смысл? Она всё равно исчезнет, а она останется. Останется с единственным, кого страстно желает. Одна лишь мысль о том, что они будут вместе, заставляет её дрожать от удовольствия, но ей мешает Она. Та, благодаря которой она появилась на свет, и та, кого яро презирает. Многие назовут это тёмной стороной, другие шизофренией. И всех их будет ждать разочарование в собственных суждениях. Синевласая женщина не тёмная сторона Аловолосой и уж точно не её шизофрения. Лисица — это воплощённая чакра Кьюби, что ранее не имела ни намёка на личность, ни тем более на воспоминания. Она представляла из себя всего лишь инстинкты Демона Лиса, его чувства и маленький фрагмент души. По этой причине фрагмент души бывшей джинчурики начал сливаться с фрагментом души Кьюби. Но из-за отсутствия личности душа Кьюби начала считывать воспоминания Кушины и считать их своими собственными. Что до чувств Узумаки, то они исказились до неузнаваемости. Лишь чувства к одному пареньку более или менее сохранились в новой личности, хотя и в этом плане не обошлось без демонического искажения. Материнские чувства постепенно переросли в неудержимую похоть. До поры все эти изменения оставались незаметными, и лишь недавние эмоциональные потрясения вызвали в женщине несколько скачков негативной чакры Кьюби, что и позволило второй личности окрепнуть раньше времени. — Мертвецу это знать не обязательно… — схватив женщину за алые волосы, Лисица приподняла её и агрессивно поцеловала в губы, но это оказался не сексуальный порыв для собственного удовлетворения, Демонесса просто начала высасывать душу своей жертвы. Данный процесс сопровождался изменением внешности Лисицы — тёмно-синие волосы начали окрашиваться в алый, черты лица немного смягчаться, а глаза постепенно становились красными, как у настоящего Кьюби. — Мгх…?! — Аловолосая пыталась отбросить от себя монстра в теле прекрасной женщины, но силы были несопоставимы. Слабая женщина никак не могла сопротивляться ожившему воплощению Кьюби Но Йоко. — «Сейчас, ещё чуть-чуть…» — Лисица уже предвкушала своё возвращение в реальный мир. Слёзы счастья скатились с глаз, влажной дорожкой соединив красивые лики женщин. Внезапно кто-то схватил Лисицу за один из хвостов и швырнул прочь от беспомощной женщины. — Учиха… — приземлившись на четвереньки, Лисица встретилась взглядами с кровавыми глазами Учихи. — Что ты здесь делаешь?! Это тебя не касается! — в сердцах воскликнула хвостатая. — «Гендзюцу не подействовало на неё?» — проигнорировав свирепую Лисицу, Киёми начала думать, почему её додзюцу не возымело на хвостатую никакого эффекта. Киёми уже поняла, с кем имеет дело, чакра биджу на это остро намекает. Как Киёми попала сюда? Дело в том, что на её глазах Кушина начала неистово трястись в припадке, что аж новенькая кровать начала трястись и трещать. Девушка не знала, что ей делать, но как только появилась бурлящая чакра демона на теле Узумаки, Учиха сразу поняла, в чём проблема. Поэтому она решила успокоить её с помощью гендзюцу шарингана, однако брюнетка никак не ожидала увидеть здесь сразу две Кушины, одна из которых сидела верхом на другой и целовала ту взасос! Разбираться над ситуацией не было времени, так что Учиха реализовала самую первую мысль, пришедшую ей в голову — немедленно разнять их. — Думаешь, почему твои глаза не работают на мне? — поняв дилемму брюнетки, Лисица расплылась в хищной ухмылке. — Взгляни-ка на неё. — кивнула она в сторону обездвиженной Кушины. В глазах женщины пылал шаринган Киёми, означающие, что та взяла на себя весь удар гендзюцу шарингана. — Понятно, вы делите одно сознание, и поскольку из вас двоих она слабее, то взяла на себя весь урон. Биджу, такого я не ожидала. — недовольно цокнула Учиха. — Ну и кто же ты такая? Вроде на Кьюби не похожа, но вот твои намерения явно не дружеские, а вид больше напоминает демона. — Брось, неужели ты забыла мою заботу и доброту? — Лисица решила умаслить неожиданную гостью. Всё-таки у неё все воспоминания и опыт Кушины, поэтому она знает, о чём говорить. — Мы с ней не просто делим одно сознание, мы одна и та же душа, однако получилось так, что она… — хвостатая указала на Кушину. — стала слабым звеном. Паразитом, из-за которого я не могу вернутся в реальный мир к Наруто! — Может быть, может быть, всё же я не разбираюсь в такой тонкой материи, как «Душа». Но также я не дура и не слепая, как ты могла подумать. — алые глаза решительно сверкнули. — Эта женщина у моих ног совершенно точно является Узумаки Кушиной, её чакра чиста и не запятнана, в отличие от твоей. Ты испытываешь ненависть ко всему, особенно ко мне. — Тц, вот почему я ненавижу эти глаза… Проклятые глаза… Из-за них… Моя жизнь была разрушена! — алые пряди приподнялись, показывая всю степень её ярости к проклятым глазам Индры. И вот белоснежные хвосты максимально быстро удлинились и устремились к Учихе, чтобы разорвать свою цель на части. Киёми предвидела эту атаку, и взяв подмышку Кушину, начала уворачиваться от яростных уколов и взмахов хвостами. Начались игры в кошки-мышки, поскольку Киёми не могла оставить Кушину без присмотра, ведь в таком случае Лисица уже не будет медлить и прихлопнет Аловолосую в ту же секунду. У Киёми нет никакой возможности для контратаки, ибо здесь она куда слабее, чем в реальном мире. Любая стихийная техника Учихи не могла навредить демонессе на её же территории. Если бы только Учиха знала, с чем будет иметь дело, тут же позвала на помощь Наруто. К тому же хвостатая сама дала понять, что неравнодушна к блондину. Теперь же она не может ничего сделать, ни сбежать, ни одолеть демонессу. Только не с таким балластом в виде бессознательной Кушины. Почему бы её не разбудить ото сна? Тогда придётся развеять гендзюцу мангёкьё шарингана, что автоматом выбросит её из этого пространства, а это означает смерть для матери Наруто, чего Учиха не может допустить. Образовалась опасная ситуация, где куда не кинь, всюду клин. — «Что же, похоже, придётся ждать подмоги. Я не верю, что Наруто не заметил всплеска чакры биджу. Вопрос в том, успеет ли он? Что-то мне подсказывает, что время тут идёт не в пример быстрее, чем снаружи.» — сделала вывод Учиха. Брюнетка и сама научилась погружаться в глубокую медитацию благодаря само-гендзюцу, тем самым спускаясь в подобие внутреннего мира. И там время шло быстрее, чем в реальном мире. Как дела обстоят с внутренним миром Кушины, ей не известно, однако время тут точно идёт быстрее, это неоспоримый факт.

\\\

После проведённых опытов Наруто сел за рабочий стол и начал думать о будущем. Вечно ждать нападения Ооцуцуки — это пустая трата времени. Да и постоянная паранойя и ожидание конца света будет постоянно мешать ему. Да, Узумаки бесспорно силён, сильнее каждого ныне живущего человека. Но как будут обстоять дела с монстрами по типу Хируко? — «Может, создать отдельную группу клонов-учёных из биомассы? Так, для большей эффективности и долголетия, не зря же я подкрепился более или менее умным учёнушкой и начитался всякой научной хрени в лабораториях Орочи, когда охотился за ним. Они будут проводить время за исследованиями, пока я сам расту в плане личной силы и набираю больше биомассы на чёрный день. Ну и для дальнейших исследований в плане создания более совершенных и покорных подручных. Как показала практика, такое возможно. Мои древесные копии сделали отличную работу, вырастив из «воскрешённых» Аякаши довольно-таки внушительную стратегическую единицу. Естественно, по одиночке группу опытных джоунинов или одного Каге они не одолеют. Ну да не важно, они не для этого создавались. Главное, чтобы они приносили пользу в разведке и шпионаже. И успех, как говорится, на лицо. Осталось лишь закрепить выученное путём настоящих полевых заданий не просто за пределами деревни, а за пределами Страны Огня. Хм, что до интеграции их в деревню, то это будет очень даже легко. Выдам их за своих соклановцев, которых я встретил во время своего странствия. Учитывая их алые волосы и разбавленное ДНК, никто не заподозрит, что я решил заняться выращиванием себе подобных. Разве что Данзо может что-то заподозрить. А теперь Саске… Этот кретин, конечно, меня неслабо удивил. Отказаться от силы в пользу собственного потенциала — это сильно. Однако мы не в том положении, чтобы поощрять подобное самовыражение. Может, всё-таки стоило рассказать ему о вероятности нападения Ооцуцуки? Почему бы и нет? На самом деле я рассчитывал на Хирузена и Данзо, но, похоже, старики расценили эту информацию как ВЕЛИКУЮ тайну и молчали в тряпочку, чтобы зазря не волновать молодое поколение. Как говорится: знаем, умеем, практикуем. Честное слово, иной раз их так называемая «опека» делает всё только хуже. Ладно, сам виноват, но никогда не поздно начать всё самому. Надо только собрать всех за столиком и за чашечкой чая обсудить с ними всё, что я узнал. Что до Саске, то его ни в коем случае нельзя оставлять с нынешним уровнем сил. Его позицию я уважаю, но на одной только чести далеко не уедешь. Как бы мне всё провернуть, чтобы он сел сразу на два стула?..» Мозговой штурм Узумаки так и продолжился бы, если б не вошедший клон, поведавший о своём интимном разговоре с самой Сенджу Цунаде. Как тот и говорил, Наруто бы точно не стал слушать грудастую в своём нынешнем настроении. А так он может спокойно подумать над предложением одной не в меру смелой женщины в возрасте, которая, оказывается, любит молоденьких мальчиков. Блондин ни разу не рассматривает её с сексуальной точки зрения, но вот её решительная позиция заиметь от него потомство, без шуток, поставила обычно стойкого блондина в тупик. Сейчас в светлой голове Наруто на полную работают шестерёнки, взвешивая ЗА и ПРОТИВ такой авантюры. Однако заниматься с ней сексом Узумаки точно не станет, вместо этого есть более практичные средства, к примеру: клонирование на основе их ДНК. Так будет быстрее, намного практичнее и без ненужных телодвижений. Учитывая намерения Цунаде, это вполне себе устроит обе стороны. Надо только аккуратно донести до неё такую идею, чтобы она не навыдумывала себе лишнего, к примеру, не приняла его за очередного Орочимару. Любой мужчина покрутил бы пальцем у виска, мол, такую женщину упускаешь. Но Наруто обычные женщины не привлекают. Да что уж там, даже Развитые, судя по всему, не рассматриваются им в таком ключе. Та же Киёми крайне хороша собой и уже готова набросится на него, стоит ему только ответить ей взаимностью. Но это не то, совсем не то. Киёми воспринимается скорее как товарищ, несносная старшая сестрёнка. С таким отношением, о каком супружестве может идти речь? Наруто, может, и пробыл «мужем» в Кумо, это была фальшь, игра на публику. Да, он подчеркнул ценный опыт и впервые за долгие годы задумался о семье, которой у него никогда не было. Но создавать собственную семью с кем-либо? Нет, это просто невозможно ввиду того, что нет той, с кем он хотел бы именно что разделить свою жизнь. Тут в сознании Наруто появилась фигура Кушины в образе Кицуне… Развивающийся на ветру кроваво-алые волосы… белоснежные хвосты… эстетически прекрасные ушки на макушке… острые коготки с клыками… и хищные кроваво-алые глаза. Все эти хищные атрибуты во внешности Кушины привлекли внимание Наруто ещё при её первой трансформации в Кицуне, о которых блондин любил читать в далёком детстве. Однако нахлынувшее наваждение было мгновенно прогнано отличным ударом кулака по собственному лицу. — «Кого в своё время я сожрал, чтобы меня заинтересовало такое?» — не успев понять, откуда у него вообще появились подобные мысли, Наруто запоздало почувствовал едва заметную аномалию в чакре Кьюби на поверхности. Это означает, что с Кушиной происходит нечто неладное. Не будь барьера вокруг подземного комплекса, Наруто заметил бы аномалию прямо в момент её возникновения. Однако воздвигнутый конструкт из фуиндзюцу работает куда лучше, чем ожидал Наруто. Даже его особое восприятие жизни работает здесь через раз, а про сенсорику так вовсе можно позабыть. — Помяни дьявола. — Со вздохом встав с места, Узумаки на довольно большой скорости покидает секретную комнату, при этом чуть не сбив с ног того самого клона, который сообщил ему о Сенджу. Войдя в комнату Аловолосой, блондин застаёт интересную картину. Киёми села на живот Кушины, которая так и источала агрессивную демоническую чакру. Судя по всему, Учиха начала удерживать взбешённую Аловолосую и ввела ту в гендзюцу, при этом попав в её подсознание. Однако в плане брюнетки что-то пошло не так, и она застряла в голове женщины. Наруто предусмотрительно не собирался разрывать между ними зрительный контакт, поскольку это может спровоцировать агрессию со стороны Кушины, а сознание Киёми могло сильно пострадать, что опять могло грозить госпитализацией. Поэтому Узумаки решил войти в сознание Кушины напрямую, с помощью чакры Кьюби. Присев рядом с кроватью, Наруто осторожно берёт кисть Кушины, сосредоточивается и закрывает глаза. Связь между ними мгновенно установилась, и парень попал во внутренний мир женщины. Там происходило настоящее побоище: израненная Киёми всеми силами защищала безвольную Аловолосую от другой Аловолосой женщины с такой же внешностью и алыми волосами, но облик её был похож на Кицуне. И эта самая Кицуне постоянно рвалась к Кушине, но на её пути вставала отчаянная Учиха. — Нар… — Киёми заметила фигуру блондина, из-за чего на секунду потеряла концентрацию, тем самым пропустив удар хвостом, пробивший её живот насквозь. Больше оставаться в этом мире она не могла, но это уже неважно, Наруто наконец-то прибыл и самостоятельно спасёт Кушину. — УМРИ!!! — взревела Кицуне и направила свои хвосты на Кушину, намереваясь разорвать ненавистную женщину на куски. Как вдруг демонессе снова помешали. Это оказался Наруто, чьё тело пылало мрачным светом, он-то и перехватил все хвосты с помощью конечностей из золотой чакры биджу. — Н-Наруто… — Ярость Кицуне мгновенно отступила, на смену пришли смущение, растерянность и страх. — Так твоя мелкая частица смогла сохранить разум, Лис? — Ледяным тоном спрашивает Узумаки, смотря в глаза испугавшейся Кицуне. — Но даже если и так, кто дал тебе разрешение нападать на неё? — В глазах Узумаки вспыхнул шаринган с четырьмя томоэ. — Предупреждаю: у тебя всего одна попытка как следует объясниться. И если мне не понравятся твои слова… — Н-Нару… — послышался замученный женский голос за его спиной. — Наруто…? — Кушина узнала фигуру блондина даже когда он стоял к ней спиной и светился аки миниатюрное солнце. Чувства, не дававшие Кушине всё это время сойти с ума, хлынули с новой силой. Она нашла в себе силы встать и на трясущихся ногах приблизиться к Наруто, чтобы заключить его в свои объятия. Благодаря чакре Наруто её раны начали быстро затягиваться, возвращая ей потерянные силы. — *Хнык*… Нарут~о~о~о~о~о! — Зарыдала Аловолосая. Пережитый страх и отчаяние оставили на её душе глубокие раны, отчего она больше не могла держать себя в руках. В груди Узумаки неприятно защемило, а глаза накрыла кровавая пелена. Такой дикий дискомфорт впервые его беспокоит, но он точно знает, что это такое. Ярость. Одна из конечностей метнулась к остолбеневшей от страха Кицуне и схватила её. Когда та попала в тиски Узумаки, он приблизил хвостатую к себе и с нескрываемым гневом посмотрел на неё. — Н-Наруто, стой, я... гха?! — Демонесса ощутила дикую боль от сдавливания. Её кости затрещали, а органы зажало в тиски. — Я передумал, Лис. Нет никакого смысла выслушивать твоё эхо. Прощай... — С-стой... не на... — Тело Кицуне сдалось под чудовищным давлением чакры Наруто. — Нару... — С последним словом разум Лисицы растворился.

\\\

— Ах… наконец-то… вот он, единственный, кто достоин моего тела! Дай я тебя обниму, дорогой! — выйдя из комнаты Кушины, Киёми поплелась в гостинную и плюхнулась на диван. Ментальная усталость настолько сильно доконала брюнетку, что она готова проспать целый месяц. Тут раздался звон домофона. Девушка едва сдержалась от соблазна накрыть очередного гостя тоннами мата и унизительных оскорблений. — «Пофиг, кто бы это ни был, пускай обломится… Я не треклятая служанка, чтобы открывать дверь любому, кто ищет мучительной смерти…» — отключив большинство органов восприятия, девушка окончательно отрубилась. — Токаяки… горячие… вкусные… Z~Z~Z~Z… Но раз Учиха не станет открывать гостям дверь, это сделает персональный слу… клон, который настолько долго засиделся в замкнутом помещении, что будет рад любому визитёру. — Особняк Узумаки, обитель ужаса, отчаяния и безысходности. Если вы пришли в гости, советую оставить надежду снаружи, ибо животным здесь не рады. — Эм… Наруто, это я, Джирайя… — сконфуженно ответил гость. — «Второй Саннин за день? И ведь ещё даже не вечер! Клянусь, если он припёрся с целью просить у меня руки и сердца, я отрежу ему конечности, а потом выброшу на растерзание псам Инузука!» — про себя проворчал клон. — Зачем пожаловал, Извращённый Отшельник? — он готов поклясться, что только что услышал чьё-то хихиканье. — Прошу. Просто. Джирайя. — отчеканил Жабий Отшельник, еле держа нейтральное выражение лица. — Можно уже войти? — Не припомню, чтобы приглашал тебя в гости. — на этот раз тон Наруто стал серьёзнее. Уж кто-кто, а Джирайя очень интересный гость. Поинтереснее той же Цунаде, чья одержимость только трепала блондину нервы. — Я хочу поговорить с тобой кое о чём важном. И… не только я. — С тобой ещё кто-то? — небольшая пауза. Узумаки думает, стоит ли пускать кого-то незнакомого в гости. Но раз уж они пришли с Джирайей, с которым он и так собирался пообщаться, стоит всё-таки их выслушать. — Ладно, входите. Но не ступайте ни шагу в сторону. Идите только по прямой, иначе умрёте. — дверь забора отворилась.