Could Never Be Heaven Without You

Рай не должен был причинить столько вреда. Дин начал подозревать, что на самом деле он в аду. Возможно его улучшили с тех пор, как он был там в последний раз. Теперь тут на сто процентов меньше снятия кожи с костей и на сто процентов больше боли. Чисто психологическая пытка, которая ранила намного глубже, чем любое оружие Аластара. На мгновение, когда он только прибыл сюда, Дин подумал, что все будет хорошо, что он действительно попал в рай. Бобби сидел и ждал его. Он сказал ему, что Кас помог исправить небеса. Когда Бобби сказал «он будет рядом», Дин подумал, что он имел в виду Каса, а не Сэма. Не то чтобы он не хотел видеть своего брата, но именно Кас пропал без вести, когда попал на небеса, именно Кас сделал их идеальными. Дин верил, что Сэм жив и будет счастлив. Он не хотел, чтобы его брат так скоро присоединился к нему здесь, в загробной жизни. Однако, Дин отчаянно хотел увидеть Каса. Терять его таким образом, видеть, как его забирают, и зная, что он идет в Пустоту, глухое место, где Дин никогда не сможет добраться до него, было невыносимо. Больше всего ему нужно было увидеть Каса. Ему нужно было знать, что с ним все в порядке. Ему нужен был шанс рассказать ему о своих чувствах. Даже без всех нерешенных проблем между ними, Кас был его лучшим другом. Он должен быть здесь. Без него не может быть его рая. Дин не может быть счастлив без него.

***

Дин не знал, как долго он здесь. Время шло по-другому. В некотором смысле, оно казалось всего лишь мгновениями, но минуты казались годами без Каса. Должно быть, на самом деле прошли годы, потому что Сэм присоединился к нему и Дин знал, что его брат прожил долгую жизнь. У Каса было достаточно времени, чтобы найти его, но он так и не пришел. Дни, годы, не имело значения, это было похоже на вечность. Дин не сдавался, как и всегда. Но он просто существовал. Он чувствовал себя как дома в хижине, которая появилась в лесу вскоре после того, как он сюда попал. Она была расположена на приличном расстоянии от дома его семьи. Было тихо и уединенно. От хижины вела дорога, по которой он мог прокатиться, чтобы увидеться с родными. Вот что он делал. Он встречался со своей семьей. Он виделся со старыми друзьями. Он притворялся, что с ним все в порядке, но внутри он чувствовал, что умирает. Хотя, как ты умрешь, если ты уже мертв?

***

Дин потерял надежду снова увидеть Каса, но однажды утром он вышел из дома и обнаружил, что Кас стоит рядом с Импалой. Дин подошел к нему, но не смог сократить расстояние, не смог встретиться с ним взглядом. Он был ошеломлен, переполнен облегчением от того, что здесь был Кас, полным гнева за то, что это заняло у него так много времени. Он прислонился к Импале, потому что ему нужно было что-то, чтобы поддержать его. — Где ты был, детка? — сказал Дин, глядя на крышу машины. Кас отвел взгляд, словно давал Дину момент побыть наедине с Импалой. — Я говорю не с машиной. — Что? — Кас повернулся к нему лицом. — Черт возьми, я говорю не с машиной, Кас! Я говорю с тобой. Машина была здесь все время. Где был ты? — Я думал, что ты не хочешь меня видеть. Ты сказал мне не делать этого… — хрипло сказал Кас. — Я имел в виду, блять, не убивай себя! Не оставляй меня. Не жертвуй собой ради меня, — его голос сорвался, — я этого не стою. — Ты для меня самый дорогой человек, Дин. Я бы тысячу раз умер за тебя. — Кас… — Все в порядке. Тебе не нужно ничего говорить. Я никогда не ждал, что ты полюбишь меня. — Конечно я люблю тебя, чертов идиот, — возразил Дин. — Но я думал… ты не… — Я не мог сказать этого, Кас. Ты сказал мне, что Пустота придет за тобой, если ты почувствуешь настоящее счастье. Я не хотел делать тебя счастливым в тот момент. Я не хотел говорить тебе, что люблю тебя, если это могло убить тебя. Я подумал, может, если я этого не скажу, то Пустота тебя не заберет. Но ты все равно был счастлив, просто сказав, что любишь меня и ничего не ждешь взамен, — сказал Дин, слезы текли по его лицу, — но я люблю тебя. Я так тебя люблю. Дин подошел ближе. Он взял Каса за руку и медленно потянул его на себя. Неуверенный взгляд Каса заставил что-то сжаться в его груди. Как он мог заставить Каса так усомниться в себе? Сомневаться в его любви, в ее существовании? Другой рукой Дин потянулся к щеке Каса. Легкое, осторожное прикосновение, потому что он тоже чувствовал себя неуверенно. Он не заслужил Каса вдвойне, потому, что причинил ему боль, заставив его не так понять его чувства. — Я люблю тебя, — повторил он, — со всем тем, что я имею за спиной, я люблю тебя. Дин притянул Каса ближе и нежно поцеловал его. Этого было недостаточно. Казалось, что Кас мог просто испариться в его руках в любой момент. Он схватил Каса и прижал его к машине, обхватив его тело руками, будто бы он мог держать его так всегда. Дин уперся в него всем своим весом, будто хотел зафиксировать им Каса, привязать его к этому телу. Он подумал, что это было глупо, поскольку ни один из них технически больше не был материальным. Но Каса можно было осязать, Дин чувствовал тело Каса и хотел, чтобы так было всегда. Его хватка на Касе была невероятно крепкой, что можно было получить синяк (если бы в раю можно было бы их получать, что казалось маловероятным). Его поцелуи становились грубее и горячее. Оставив на мгновение рот, Дин перевел внимание на шею Каса. Он сильно впился в его горло, заставляя того задыхаться. Когда Дин отстранился, он был рад увидеть, что там образовалась красная отметина. Оказывается, на небесах все-таки могут оставаться синяки. Он хотел оставить на Касе следы, следы собственности. Дин с силой укусил горло Каса. Он все еще злился на то, что Кас заставил его чувствовать брошенным им. Кас издал громкий стон и Дин виновато уткнулся носом ему в шею. Он не хотел причинить Касу боль, просто поругать его. — Извини, — сказал Дин, массируя шею Каса, — я едва держусь под контролем. Это слишком? — Этого никогда не будет слишком, Дин. Я возьму все, что ты мне дашь. — Возьми меня, Кас. Дин потащил его к своему маленькому домику. Дин все еще был в ярости и Кас позволил толкать себя, не сопротивляясь сильным рукам Дина. Когда они зашли, он прижал Каса к стене в коридоре, так что их тела снова были прижаты. Расстояние от машины, когда они прикасались только пальцами, было слишком долгим. Дин взял лицо Каса в ладони и просто любовался его красотой. Дину было страшно отвести взгляд. Он пытался удержать Каса не только руками, но и глазами, все еще боясь его исчезновения. — Пожалуйста, не оставляй меня снова, Кас, — прошептал он. — Я здесь. Я с тобой, навсегда — заверил его Кас. Дин закрыл глаза, чтобы снова яростно поцеловать Каса, плотно прижавшись губами к нему. Его руки спустились с плеч Каса, сжали его талию и обхватили его задницу, когда он прижался к нему. Дин притянул Каса к себе, в противовес собственным толчкам. Руки Каса запутались в волосах Дина, прижимая его к себе, и позволяя Дину взять на себя инициативу. Позволяя Дину взять ситуацию в руки, ситуацию, в которой он нуждался больше всего. Кас с энтузиазмом отвечал на его дикие поцелуи. В конце концов Кас отстранился и, затаив дыхание, сказал: — Думаю, нам лучше добраться до кровати. Они направились в спальню, оставив за собой след из разбросанной одежды. Обнаженный Кас позволил повалить себя на кровать. Он упивался ощущением, как тело Дина покрывает его. В раю матрас был более удобным. На кровати лежало покрывало, которое напоминало Касу его собственную кровать в бункере. Он задавался вопросом, было ли это намеренно, будто Дин хотел чувствовать себя рядом с ним, думать об этом как об их постели и надеяться, что Кас присоединится к нему здесь. Он провел рукой по мягкой ткани. — Это напоминало мне о тебе, — тихо сказал ему Дин. — Я здесь, — прошептал Кас и нежно поцеловал его губы. Кас провел пальцами по волосам Дина, глядя на него. Взгляд Каса был тяжелым, но сейчас он прожигал последнюю защиту Дина. Убирая слои дерзости и беззаботности, за которыми обычно прятался Дин. Казалось, Кас мог смотреть сквозь него, видеть его душу. Дин чувствовал себя в безопасности, но в то же время уязвимым. Он знал, что Касу можно доверять всего себя, но все же было странно быть открытым. Он был обнажен, и не только телом. Дину никогда не было стыдно показывать свое тело, но показывать свою душу было ново и устрашающе. — Перестань, Кас. Не смотри на меня так, — сказал Дин, наклоняя голову, чтобы не встречаться с ним взглядом, боясь, что Касу не понравится то, что он увидит, если посмотрит слишком глубоко. Кас осторожно положил руку ему на подбородок и приподнял голову. Кас все еще пристально смотрел на него, но выражение его лица смягчилось. — Я вижу кто ты, Дин. Это ты не видишь правды о себе. Ты хороший человек и достоин любви. Кас поцеловал его, что имело двойное преимущество: на Дина больше не смотрели и он снова почувствовал губы Каса. Дин попытался углубить поцелуй, но на этот раз Кас взял все под свой контроль и продолжил целовать его медленно и чувствительно, заставляя Дина подчиниться его нежности. Кас перекатил их, пока не оказался сверху и провел руками по телу Дина, который вцепился Касу в плечи. Он целовал шею Дина, останавливаясь тут и там, чтобы укусить ее и тут же облизать. Кас уделил внимание телу Дина, покрывая его грудь мягкими поцелуями и теплыми прикосновениями. Кожа у Дина покалывала. Он чувствовал себя более живым, чем на Земле. Находиться с Касом таким образом было похоже на пробуждение. Это было великолепно. Кас провел языком по соску Дина и тот взвыл. — Поторопись и трахни меня уже! — сказал Дин, потянувшись за смазкой, волшебным образом появившейся на тумбочке, и многозначительно протянул ее Касу. — Так нетерпелив, — поддразнил Кас, снисходительно улыбаясь ему, — если я пообещаю трахнуть тебя быстрее и сильнее в следующий раз, то ты позволишь мне заняться с тобой любовью медленнее сейчас? — Хорошо, но я не могу больше ждать, — проворчал Дин. — Дин, у нас есть все время в мире. У нас есть вечность. — Скажи это еще раз. — У нас есть вечность, — пообещал Кас. Дин притянул Каса ближе, чтобы поцеловать его. Кас позволил этому продолжаться несколько минут, прежде чем отстраниться. Он прокладывал себе путь вниз, по телу Дина, целуя каждый сантиметр кожи. Достигнув бедер Дина, Кас осторожно раздвинул его ноги. Он опустился на колени в пространстве, которое образовал между ними. Дин наблюдал за ним, неглубоко дыша, в ожидании. Кас намазал пальцы смазкой. Гладкие кончики пальцев медленно надавил на вход Дина. Дин заскулил и толкнулся, явно желая большего, но Кас не позволил торопиться. Вторую руку он положил Дину на бедро, удерживая его неподвижно. — Скоро, — успокоил он, — мы доберемся дотуда. Он предупредительно сжал бедро Дина, напомнив ему оставаться на месте, прежде чем взять член Дина. Другая его рука продолжала дразнить вход, когда он наклонился и взял в рот головку члена Дина. Кас вяло обвел языком кончик. Двойное ощущение руки и языка заставило Дина стонать и Кас улыбнулся этому звуку вокруг его члена. Он проглотил больше длины Дина, медленно вжимая в него палец. Кас осторожно вставлял и вынимал один палец, пока не почувствовал, что Дин достаточно расслабился, чтобы взять второй. Он немного пошевелил пальцами, открывая Дина. Кас слегка согнул пальцы, добираясь ими до простаты. Дин тяжело дышал и распадался под его вниманием. Он издал отчаянный звук, похожий на рыдание. — Шшш, я тут, — заверил он Дина. Кас нежно поцеловал головку члена Дина, затем поднялся и поцеловал его в губы. Он снова схватил смазку, чтобы покрыть ею свой ствол. Кас скользнул в Дина с мучительной медлительностью. Дин вздохнул с облегчением, когда, наконец, полностью ощутил его внутри себя. Кас поднял руку — ту, которая еще не была покрыта смазкой — к лицу Дина. Он провел большим пальцем по скуле Дина и с восхищением посмотрел на него. Он не отводил взгляд и тогда, когда мягко качнулся в него. — Я люблю тебя, — горячо сказал ему Кас. — И я тебя, — с таким же пылом ответил Дин. Он крепко прижался к Касу, когда тот начал двигаться. Рук казалось недостаточно, поэтому он также обвил его ногами, прижимая Каса еще ближе к себе. Он втянул Каса в поцелуй и позволил себе погрузиться в ощущение Каса внутри себя. Время от времени Кас слегка отступал, чтобы просто посмотреть на него или пробормотать любовные признания ему на ухо. Занятия любовью Каса были сладкими и нежными, и, как оказалось, Дину это было именно то, что нужно. Он всегда давал Дину то, что ему нужно. Кас протянул руку между их телами, чтобы провести ею по члену Дина и это толкнуло его через край. Кульминация Дина нарастала медленно, но мощно, и когда он кончил, он почувствовал облегчение во всем теле. Кас вскоре последовал за ним. Он уткнулся головой в изгиб шеи Дина и застонал ему в кожу во время оргазма. Кас вышел из него и лег рядом, заключив его в теплые объятия. Дин слегка дрожал, когда Кас гладил его по спине. Он был потрясен. Это было намного больше, чем просто секс. Может ли сердце испытать оргазм? — подумал Дин. Нет, это было глупо и вам определенно нужно было бы обратиться к врачу, если бы вы были еще живы, потому что, если вы думаете, что ваше сердце испытывает оргазм, это, скорее всего, сердечный приступ или, может быть, психическое расстройство. Мозг Дина сейчас явно не функционировал должным образом. Ладно, сердечные оргазмы были глупыми, но у него просто не было слов, чтобы выразить свои ощущения, даже в мыслях. Кас был чем-то большим, чем простой секс. Он чувствовал это сердцем, он чувствовал это душой. Быть с Касом таким образом было похоже на перерождение. Дин знал, что тот, кем он становится, намного лучше, чем тот, кем он был раньше. Кас держал Дина в объятиях, в то время как он сам слабо плакал и говорил Касу, что любит его, снова и снова. — У меня есть ты, я здесь, — сказал Кас и сцеловал слезы с щек Дина. Он крепко обнял Дина и продолжал шептать слова любви и преданности, пока Дин просто лежал. Ощущение того, что он состоит из рассыпающихся частей, постепенно исчезало и Дин наконец почувствовал себя цельным. У него было чувство завершенности, которого он никогда раньше не чувствовал. Как будто лежать здесь с Касом — это то, к чему вела вся его жизнь. Дин чувствовал себя тем, кем он должен быть, словно пребывание с Касом сделало его лучшей версией самого себя. — Ты останешься? — спросил он Каса. — Навсегда. И наконец, наконец, это было похоже на рай.