В темноте

      Тишина верхнего этажа огромного особняка просто поражала. На первом до сих пор суетилась прислуга, доделывая поручения в ночное время, на втором увлечённо болтали в библиотеке две сестры, одна из которых данным особняком и владела, а вот третий… Приют тишины и тени. После того, как Гарретт спокойно обчистил первые два этажа, он почти чувствовал, как прекрасно оказаться в полной темноте, расхаживать по коридору и комнатам с такой свободой… М-м, сказка. Хотя, нет, сказкой было как раз то, за чем Мастер-Вор сюда явился: никто точно не знал, сохранила ли нынешняя владелица карты с указанием секретных комнат, но одна такая точно существовала, и там, по тем же пресловутым слухам, старый отец аристократки держал все свои дорогостоящие безделушки, которые благоразумно не включил в завещание. Теперь, прекрасно зная об этом, Гарретт справедливо решил, что покойному лорду — или кем он там был, бедняга — его вещички не пригодятся, как и потомкам, у которых и так много чего есть, пусть после визита вора они и обеднеют на кругленькую сумму…       Так вот, главной задачей являлся поиск переключателей или чего-то подобного, поскольку на нижних этажах их не наблюдалось. Все видимые ценности были успешно украдены и спрятаны в приготовленную в кои-то веки сумку, да еще и большинство безделушек Гарретт обернул тканью, так же приготовленной: сегодня он просто сам себе удивлялся. К тому же, удивление вызывало и то, что переключателей все-таки не было, и картины висели в самых что ни на есть обычных рамах. Ладно, в таком случае нужно действовать от противного — были обшарены столы, тумбочки и, в заключении, шкафы. По закону подлости нужный шкаф оказался в дальней комнате, еще и заставленный по бокам цветами, что не слишком помешало Вору, ведь заветная кнопка скрывалась от глаз всего-то за большими листьями какого-то экзотического растения. При нажатии послышался знакомый щелчок, но интуиция подсказала, что это далеко не все. В шкафу, стоявшем рядом, все полки были полупусты. Кроме одной. И одна из книг привлекла особенно пристальное внимание Гарретта, ведь при ее активации послышался очередной щелчок. Неужели этот аристократ был таким параноиком, что запирал вход в свой кабинет на столько разных замков?       Теперь, судя по направлению звука, путь лежал как раз-таки к картине, на раме которой неожиданно обнаружился ранее не существовавший переключатель, а за самим полотном — очередная кнопка. Вор не смог сдержать облегченного выдоха, когда стена, наконец, привычно подалась внутрь неизвестного помещения, обещая вполне заслуженную награду за поиски пути проникновения. Помещение было едва освещено лунными лучами, которые проникали в комнату из маленького узкого окошка под потолком, так что Гарретт, стоя на месте, осматривался, чтобы быстрее привыкнуть к обстановке. Потом, приметив все те же видимые ценности, он быстро прошелся по кабинету и собрал мелкие побрякушки, останавливаясь, в конце концов, у запертого ящика стола. Отмычка легко нашла правильное положение штифтов, так что, дохнув на гостя пылью, ящик дал себя осмотреть. С ухмылкой Вор достал один из своих призов, осматривая его в лунном свете: камешки сверкали разноцветьем на поверхности искусственного пера, которое было профессионально изготовлено из чистого золота, да еще к тому же и использовалось для письма. Далее в умелых руках оказались достаточно старые часы с необычной формой стрелок и приятным узором на крышке, и в довершении этой идеальной картины Гарретту достались три аккуратно сложенных комплекта запонок, которые при должном усилии любой скупщик продаст за такую сумму, что можно будет пару месяцев не высовываться из дома, прожигая заработок.       Эта ночь выдалась самой что ни на есть приятной, и, покидая особняк через окно, а потом быстро перемахивая через забор, Мастер-Вор уже представлял лицо Бассо: прохвост, похоже, и сам не знал, зачем посылал Гарретта в это аристократическое гнездышко. Иногда пролетавший звук стука драгметаллов друг о друга приятно грел сердце, самая ценная добыча в отдельном свертке представлялась настоящим кладом, да и в целом настроение было более чем приподнятое: когда дело проходит быстро, тихо и без жертв, воровская натура молча радуется, чувствуя превосходство. Ко всему прочему, уж Мастер-Вор имеет на то полное право.