в твой сладкий плен я сам сдаюсь

      — Вам повторить?       — Да, — без сомнений кивает Антон и бармен снова наполняет его стакан виски.       Сегодня вечером, вернувшись из университета, Антон обнаружил в коридоре чемоданы и свою девушку, застёгивающую пальто. «Я больше так не могу», «Я не чувствую от тебя никакого тепла», «Антон, так нельзя», «Ты больше носишься со своим Поповым, чем со мной». Антон делает глоток. Он пришёл в бар, чтобы запить слова Иры, но они продолжают крутиться в голове, как рой пчёл. Он действительно почти ничего не чувствовал к ней. Их отношения держались на нежелании обоих быть одним. Есть отношения — галочка поставлена. Они вместе ходили на тусовки, где вместе напивались и Ира демонстративно поправляла чёлку Антона, выкладывали «счастливые» совместные фоточки в инстаграм, спали, но за ужином каждый сидел в своём телефоне, а при каждом удобном случае Ира проводила время с подружками, а Антон — со своими друзьями, с Поповым в первую очередь. Красивая обёртка с пустой сердцевинкой. А сейчас, кажется, Ира встретила того, с кем не только удобно, но и с кем сердце замирает. Антон вздыхает.       «Ты больше носишься со своим Поповым». Арсений Попов — друг Антона из универа. Они в одной группе, а ещё, играют в универской команде КВН, Арс — капитан и по совместительству староста группы, глава студсовета и в театральном кружке занимается. В общем, и швец, и жнец, как говорится. Арсений вообще популярный в университете парень с пятью тысячами подписчиков в инстаграме — ради фотографий он специально ходит на фотосессии или просит своих друзей фоткать его — Антона чаще всего — иногда в очень странных декорациях и обстоятельствах. Странно — скажут все, концептуально — скажет Арсений. А ещё, Арсений — гей. Антон как сейчас помнит ту вечеринку полтора года назад с признанием Арса.       — Это как-то повлияет на твоё отношение ко мне?        — Нет.       Нет. Антону вообще как-то всё равно, кто кого предпочитает в своей постели. Главное, чтоб не детей, животных и трупы.       И ничего Антон с Арсом не носится! Ну, может быть, чуть-чуть. Арс — первый, кому Антон кидает мемы или понравившуюся песню, ходит на все его спектакли, поддерживает все его дурацкие идеи фотографий, смеётся с его шуток и каламбуров, однажды полетел с ним в Казань просто потому что Арсу был «нужен именно вот этот вот шоурум», а когда весной Арс сломал руку, Антон разве что не ночевал у него, помогая. Хотя, и ночевал же.       А ещё, Антону нравится с Арсом разговаривать — он, кажется, знает обо всём на свете. Нравится обсуждать с ним фильмы и сериалы. Нравится просто проводить с ним время.       Но это ведь всё по дружбе, правда? Только вот в последнее время Антон всё чаще ловит себя на том, что залипает на ресницы Арса, рассматривает его родинки, старается сесть рядом, потому что с Арсением тепло и спокойно, старается чаще прикоснуться, потому что это приятно. А ещё, Антону нравится, как Арс пахнет. Антон встряхивает головой. «Нет, Попов, ты не затянешь меня в своё гейское болото!» — думает Антон, а следом — «Надо спросить у Арса, как он понял, что гей»       Антон достаёт телефон, и так и пишет:       «Арс, как ты понял, что ты гей?»       Блокирует телефон и делает глоток вискаря. Через пару минут Арс отвечает:       «Внезапно)) ты что, пьян?)»       Пффф. Какой догадливый.       «НЕ УХОДИ ОТ ОТВЕТА»       «Позвони мне как протрезвеешь)) а сейчас давай домой и спать»       Антон хмурится. Бе-бе-бе. Он не хочет ждать до завтра, он хочет поговорить с Арсом прямо сейчас. А ещё, ему очень не хочется ехать в свою пустую квартиру. Антон нажимает на контакт «Арс» и слушает гудки.        — Да?       — Аааарс! А можно я к тебе приеду? Ну, пожааааалуйста!       Арс усмехается. Разве он может отказать Антону?       — Хорошо, пьянь. Тебе вызвать такси?       — Не, я сам. Поставь чайник.

***

      Антон приезжает трезвее, чем он был, когда звонил. Они пьют чай и Антон жалуется, как достали эти бабы.       — Переходи на мою сторону, — шутит Арс.       — А вот возьму и перейду! — восклицает Антон.       Арсений давится чаем. А Антон продолжает как ни в чём не бывало:       — А что? У некоторых парней ресницы такие красивые, — Антон взмахивает руками, а Арс выгибает бровь, — вот у тебя, например. Ты видел их вообще?       Арсений смущённо опускает голову и списывает слова Антона на алкоголь внутри него. Трезвый Антон никогда бы в жизни такого не сказал.       Антон протягивает руку к щеке Арса, но тот отшатывается.       — Ты… Чего..?       Антон зависает. Опускает руку.       — Извини… Я просто…       — Давай спать?       — Давай.       Арсений постелил Антону на диване, а себе кинул одеяло на пол, на него подушку и плед — Арс под ним не умещается, слишком высокий, ну да ладно, это всего на одну ночь. Но Антон ни в какую не соглашается занимать место на диване — «Ты — хозяин, ты и должен спать на нём»       Арсений закатывает глаза и соглашается.

***

      Арс никак не может уснуть, он ворочается с бока на бок, то накрывается одеялом с головой, то скидывает его до пояса, в итоге, бросает эту затею со сном, ложится на спину, вытягивая ноги — пальцы выглядывают из-под одеяла, открывает глаза и смотрит, как снег падает за окном, освещаемый фонарём.       Арс слышит вздох и копошения с пола, и понимает, что Антон тоже не спит.       «Может, ему неудобно там?»             — Антон? — тихо зовёт Арсений.       — Что?       — Ты чего не спишь? Неудобно?       — Нет, всё в порядке, просто не спится почему-то.       Арсению вдруг приходит в голову сумасшедшая мысль. Он мечется между желанием и этическими принципами — Антон всё-таки ещё пьян, но так он, возможно, согласится. И желание почувствовать его рядом оказывается сильнее, Арс зажмуривает глаза и решается:       — Эй?       — Мммм?       — Иди сюда, на диван, тут хватит места.       Антон ничего не отвечает, Арс свешивается с дивана и смотрит на него:       — Ну? Что скажешь?       — Арс… Мне правда тут удобно. Честно.       — Ну да, ну да. А завтра будет спина болеть.       Антон скользит глазами по плечам и ключицам Арса — он в майке, и спасибо фонарю за окном — их очень хорошо видно. И так же хорошо видно родинки. Блятские родинки. Антон залипал на родинки у Арса на руках и лице, но на плечах — это оказалось выше его сил. Эти ебучие родинки должны быть запрещены на законодательном уровне. «Интересно, а сколько их на спине?». Антон зажмуривает глаза.       — Эй..? Не бойся, я не кусаюсь.       «Жаль» — проносится в голове у Антона. Он мысленно отвешивает себе пощёчину и открывает глаза. Арсений внимательно смотрит на него. «Какой же ты, сука, красивый. За что. За что ты так со мной?»       — Или ты боишься, что я заражу тебя своим гейством? Не бойся, это так не работает, — усмехается Арс.       — Я… Я не боюсь.*       Арсений ложится обратно на подушку и двигается к стене. Антон берёт свою подушку, плед и ложится рядом. Чувствует волны тепла Арса. Волны, смывающие всю его выдержку куда-то очень далеко. Он сглатывает и косится на Арсения. Тот закрыл глаза и тихо дышит, положив ладони под щёку. Антон не спеша поворачивает голову и смотрит. Смотрит на кончик носа, которому хочется сделать «буп». На ресницы. На губы. Губы. Антон непроизвольно облизывает свои. И тут внезапно Арс открывает глаза и недоумённо смотрит на Антона. Неловко.       — Ты чего?       — Хочу кое-что сделать.       Арс напрягается.       — Что? — шепчет он.       Антон поворачивается на бок, к нему лицом, но Арсений двигается дальше к стене. Антон поднимает руку, тянется пальцами к Арсовому носу, касается кончика и шепчет:       — Буп!       Арсений офигевающе смотрит, а потом начинает смеяться.       — Ты дурак?       Антон подхватывает смех.       — А ты только узнал?       Арс перестаёт смеяться первым и нечитаемым взглядом смотрит на Антона. Тот снова тянет к нему руку и на этот раз гладит Арсения по щеке.       Арсений прикрывает глаза и, как кот, ластится к ладони Антона. Чувствует, как по телу бегут мурашки, а сердце готово выпрыгнуть из груди. Антон никогда не касался его так. Арс понимает, что всё дело в алкоголе и завтра утром Антон снова будет ему просто другом и, возможно, жалеть о своих словах и жестах, но чёрт возьми, как же приятны эти нежные прикосновения. Арсу хочется остановить время, а ещё, хочется заплакать, потому что это волшебство скоро испарится. Карета станет тыквой, а Антон — обычным Антоном, который внимания ни на чьи ресницы не обращает.       — Так как ты понял, что ты гей?       Арс замирает. Он шумно вздыхает и открывает один глаз.       — Не знаю. Я как будто всегда это знал, — открывает второй и опускает взгляд, — когда лет в 13 все друзья на дискотеках приглашали на танец девочек, я хотел потанцевать с мальчиком из параллельного класса. А в 15 я вкрашился в физика, — Арс грустно смеётся, — красивый был, зараза. Я не хотел поцеловать ни одну девочку, зато хотел поцеловать лучшего друга. Это и случилось. На выпускном. — Он делает паузу и снова вздыхает. — После этого он больше никогда не сказал мне ни слова. Спасибо, что не разбил лицо и не распиздел всем — всё же хороший человек оказался. Но оказался не готов к такому мне. А в 17 я переспал с тем самым физиком, — рука Антона замирает на Арсовой щеке и Арс поднимает на него глаза, — не смотри так. Всё было по обоюдному согласию. Мы даже пытались в отношения. Но потом он признался, что я был всего лишь экспериментом и через полгода женился. Было больно, — снова пауза, — а потом я поступил в универ и тут, знаешь, как-то полегче с этим.       Антон смотрит во все глаза.       — Я даже не знаю, что сказать…       — Да что тут скажешь, Антон.       Почему Арс никогда не рассказывал это?       — Почему ты никогда не рассказывал это?       Арсений пожимает плечами.       — Не знаю. Ты не спрашивал. А я как-то не считал нужным ворошить прошлое.       — Ты встречался с кем-то в универе?       — С Егором. Мы даже жили вместе на втором курсе.       — С Булаткиным..?       — Ага.       Антон охуевает.       — Чё, бля? Почему я не знал про это?       Арсений смеётся.       — Видел бы ты своё лицо. Мы с тобой тогда ещё не очень общались.       — И как долго вы встречались?       — Около года. Но он оказался ебланом, — Арсений серьёзно смотрит на Антона, будто решаясь на что-то, а потом снова опускает глаза, — а потом я влюбился в кое-кого. Очень. И с тех пор не могу ни с кем встречаться.       Сердце Антона пропускает удар.       — В кого? — еле слышно шепчет он. Ему очень сильно не хочется слышать ответ.       Арсений бегает глазами по лицу Антона. Антон смотрит таким взглядом, как будто от ответа Арса зависит что-то очень важное. Антон, который всегда рядом, Антон, который самый тёплый, самый смешной, самый родной. И которого Арс сейчас может навсегда потерять. Ладонь Антона успокаивающе гладит по щеке, Арс поджимает губы и решается. Была-не была, блять.       — В шпалу двухметровую, зеленоглазую, которая курит, как паровоз и матерится через каждое слово.       Внутри Антона всё переворачивается, сердце разгоняется, как сумасшедшее. Он неверяще смотрит на Арса. Да не, да ну нахуй. Не может этот прекрасный, самый лучший человек на свете быть влюблён в Антона. В такого обычного, несуразного, с оттопыренными ушами, Антона.       — Ты, — Антон сглатывает, — влюблён в… меня?       — Ага, — вздыхает Арсений.       — И как давно?       — Да уже давненько.       Антон упирается взглядом в родинку на щеке Арса, медленно выдыхает, не веря в происходящее. И решает дополнить картину этого сюрреалистичного вечера.       — Можно я тоже кое в чём признаюсь?       — Конечно.       — Я тоже в кое-кого, кажется, влюблён.       Арс хмурится.       — В Иру? Да это не секрет.       — Нет, не в неё, — улыбается Антон, — есть тут один… человек…       «Ну, не медли ты, разбей уже моё сердце» — думает Арс.       — С красивущими такими ресницами и кучей родинок. Я их так, сука, люблю.       Арс открывает рот.       «Что?»       Это какой-то пранк? Сейчас Антон скажет, что он просто пошутил. Или что просто хотел посмотреть на реакцию Арсения. Или просто хотел посмеяться. Потому что это не может быть правдой. Но Антон подаётся вперёд и прижимается своими губами к губам Арса.       В груди Арсения всё замирает и ему не хватает воздуха. Он просто не верит, что это всё действительно происходит. Он признался Антону, а Антон — в ответ, а сейчас он его целует и это самое приятное чувство на свете.       Антон отрывается от губ Арса и непонимающе смотрит на него.       — Что-то не так?       Арс быстро моргает.       — Нет, всё так. Просто…       — Ты не веришь.       Арс медленно кивает, а Антон мягко улыбается ему.       — Придётся поверить, — и снова целует Арса.