Нам хватит на двоих

      Пламя в камине согревало холодные каменные стены комнаты Влада и проникало под кожу, разливаясь приятным теплом. Я впервые находилась здесь, и, несмотря на витражные окна и довольно прохладную погоду, в спальне было совсем не холодно. Уютно устроившись на пушистой белой шкуре напротив очага, я водила слегка подрагивающими пальцами по строчкам книги. Но вовсе не ее сюжет меня сейчас волновал. Присутствие рядом мужчины, от одного взгляда которого внутри все искрилось, не давало шансов сосредоточиться на пожелтевших со временем страницах, и мой взор то и дело украдкой скользил по фигуре Влада. Было так непривычно видеть его не в застегнутом на все пуговицы пиджаке и шелковом шейном платке. Сейчас он был такой домашний… и такой близкий. Но в то же время я чувствовала, что нас разделяют километры, которые нестерпимо хотелось преодолеть, оказавшись в его сильных объятиях. Но я знала, что тем самым причиню ему боль, поэтому не отваживалась приблизиться. Оставалось довольствоваться лишь возможностью созерцать его привлекательный внешний вид. Закатанные по локоть рукава белой рубашки открывали взору сильные руки, на коже которых проступала паутинка слегка выпирающих вен, по которым так хотелось провести кончиками пальцев. Но я одергивала себя в самый последний момент. Распахнутый ворот давал возможность разглядеть точеные ключицы, от которых поднимались мышцы шеи. Заметив мой блуждающий взгляд, Влад сглотнул, отчего дернулся кадык и начала пульсировать вена. Я уже представляла свои губы, прижимающиеся к ней, язык, исследующий терпкость его кожи, и руки, отодвигающие ворот, когда мягкий баритон вывел меня из видений: — Лайя… — его тяжелый выдох, и я нехотя оторвалась от соблазнительной картины и встретилась с голубыми глазами, в которых сейчас таилось столько нерастраченной нежности и тепла, что слезы навернулись сами собой. — Мне нечего предложить тебе. Только растерзанное в клочья сердце и ворох проблем. Ради твоего же блага я должен был бы исчезнуть из твоей жизни, — он сделал небольшую паузу, вглядываясь в мои глаза, словно ища в них подтверждение своих слов. Но я не дам его, потому что никогда не соглашусь с тем, чтобы не видеть его больше. — Но я не могу. Да, я худший из тех, кого мог бы представить рядом с тобой… — от слов Влада становилось больно, и я сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони, чтобы не дать подступающим слезам вырваться наружу. — Но я хочу быть рядом. Сглотнув подкативший к горлу комок, я все же нашла в себе силы ответить: — Это не так. Ты всегда защищаешь меня, в любой ситуации. И не только меня — Милли, Сандру. Даже Лео, с которым вы сначала не поладили. Легко быть хорошим, когда нет проблем. Гораздо сложнее сохранять свет, если изнутри гложет тьма. Кое-как справившись с эмоциями, я поднесла руку к его лицу, на секунду задержала у щеки. Но потом отвела, несмотря на немое согласие, читаемое в его глазах. Я не могу причинить ему боль, хоть и нестерпимо хочу оказаться ближе. Он внимательно разглядывал меня, не отрываясь, как будто не мог насмотреться и пытался запечатлеть в памяти образ до мельчайших подробностей. Я, в свою очередь, не сводила взгляда с кристально-голубых глаз, понимая, что безвозвратно тону в них. Но мне хотелось этого, хотелось раствориться в этом человеке. Внезапно пришло осознание, что передо мной сидит мужчина, которого я всегда ждала, и буду ждать, сколько бы ни потребовалось времени, даже если сердце будет рваться от тоски. — Знаешь… я так соскучился. Несколько слов, сказанных спокойно и без надрыва, заставили сердце бешено колотиться, глухо ударяясь о грудную клетку. Дыхание перехватило, и я едва слышно прошептала: — Я… тоже. Он улыбнулся. Наклонился ближе и ласково сдул с моего лба прядки волос, после чего на мгновение замер, вдыхая мой запах. В этот момент мы были так близко, что я чувствовала его тепло, энергию его тела, его всего целиком. — В тебе столько света, Лайя, — прошептали его губы, — поэтому я не могу тебя касаться, ведь во мне живет тьма. В голове возникло некое озарение, и я придвинулась ближе, не отрываясь от его глаз. — Значит, моего света хватит на нас двоих, — подрагивающая ладонь накрыла грудь Влада в области сердца, отчего он невольно дернулся, но не отстранился, — пожалуйста, доверься мне, — прошептала, снова касаясь его через тонкую ткань рубашки. Я закрыла глаза и сосредоточилась на внутренних ощущениях. Поначалу ничего не происходило, но спустя пару минут где-то в районе солнечного сплетения я почувствовала тепло, которое начало разрастаться, постепенно заполняя грудную клетку и проникая под ребра. Тот самый свет. Я услышала прерывистый вздох Влада, который продолжал сидеть, не шелохнувшись. Ему больно. Пожалуйста, потерпи… Сконцентрировавшись на внутреннем свечении, я пыталась мысленно завладеть им и направить. Я чувствовала, как напряжено тело Влада: он весь вытянулся, словно струна, от болезненных ощущений. Из-под моих прикрытых век покатились слезы, оставляя за собой мокрые дорожки на горящих щеках. Ничего не получалось. Я уже хотела было отпустить свою дурацкую затею и отдернуть ладонь, чтобы не делать ему еще больнее, но неожиданно почувствовала какое-то движение, и часть тепла, исходящего от света внутри меня, устремилась к руке, что сейчас лежала на груди Влада. Давай же, еще немного… Пожалуйста… Прохладные пальцы коснулись моего лица, смахивая слезы, и в тот же момент я ощутила мягкие губы, накрывающие мои. Внутри взорвался такой фейерверк эмоций, что я едва ли не задохнулась. Не сомневаясь ни мгновения, ответила на столь долгожданный поцелуй, не переставая плакать. Но сейчас это были слезы счастья от того, что я могу наконец коснуться этих желанных губ. Сильные руки Влада притянули меня к себе, порывисто усаживая на колени, и я прильнула к нему всем телом. Он провел языком по нижней губе, и я приоткрыла рот в неистовом желании углубить поцелуй. В эту секунду наше дыхание смешалось, а языки встретились в страстном танце. Мужчина запустил ладонь мне в волосы, притягивая еще ближе и становясь все более жадным до моих ласк. Мы оба утопали в этом мгновении, сгорая в пламени, бушующем внутри каждого. Этот момент был настолько долгожданным, хоть и было неизвестно, сколько еще продлится действие света. Может, несколько минут, а может и останется в нем навсегда. Другая его рука блуждала по спине, тактильно изучая изгибы тела, я выгнулась навстречу, и Влад припал губами к шее, жаждущей его поцелуев. Бретели платья скользнули по плечам, мужчина начал прокладывать вереницу поцелуев к груди, одновременно сминая ее ладонями. Одно ловкое движение, и бюстгальтер освободил грудь, а я чуть дрогнула, почувствовав на сосках горячее дыхание за секунду до того, как Влад втянул в рот один из них, вырывая из легких прерывистый стон. — Боже, Лайя… — хриплый голос, — я не могу насытиться тобой, — и я притянула его за подбородок, вовлекая в очередной головокружительный поцелуй. Поначалу неторопливый и нежный, но быстро переходящий за грани дозволенного и распаляющий такие искры желания, что грозились привести к взрыву, распространяющему ток по телам обоих, так сильно жаждущих друг друга. Пальцы судорожно пытались расстегнуть оставшиеся пуговицы на его рубашке, и каким-то чудом мне это удалось. Вытянув ткань из-за пояса, я сняла с него одежду, неторопливо оголяя сильные мужские плечи. Сама не заметила, как начала осыпать их влажными поцелуями, вдыхая волнующий аромат хвои и черного перца, что с каждым мгновением сводил с ума еще больше. Влад обнял меня, и я почувствовала, как его пальцы расстегивают молнию на платье, избавляя меня от ткани, что была единственным препятствием между пылающими в агонии телами. Большие ладони накрыли мои ягодицы, грубо сминая и прижимая еще ближе. Наконец, Влад подхватил меня под бедра и опрокинул на спину, нависая сверху могучей скалой. Лопатки коснулись мягкой шкуры, в то время как мужчина аккуратно и неторопливо избавлял меня от оставшейся одежды. Когда кружево нижнего белья отлетело в сторону, я приподнялась на локтях и потянулась к пряжке его ремня, не спеша расстёгивая и глядя в любимые глаза, подернутые поволокой обжигающей страсти. Мы оба сгорали в обоюдном желании почувствовать друг друга, стать единым целым, раствориться… но мы так долго этого ждали, что хотелось еще несколько минут просто любоваться идеальными изгибами наших тел. Я приподнялась на коленях, становясь напротив Влада, и справилась, наконец, с брюками. Какое-то время мы рассматривали друг друга, а пламя камина отражалось от горячей кожи. Это как услада для глаз, я не могла на него насмотреться. Пальцы скользнули по торсу, обводя каждую рельефную мышцу. Ему не больно. Он прикрыл глаза, наслаждаясь неторопливым движением, отчего я улыбнулась и мысленно прогнала так некстати подступающие слезы. От того, что могу наконец коснуться его, от того, что делаю ему приятно, и, в конце концов, от того, что сейчас стану его. Не только душой — она давно уже принадлежит ему, — но и телом. И Влад, не в силах больше терпеть сладкой дразнящей пытки, притянул меня в свои объятия и снова уложил на спину, овладевая губами. Пальцы пропускают его короткие пряди, а я льну все ближе к своему искусителю, но он неожиданно отстраняется и спускается поцелуями ниже. Слегка прикусывает ключицы, обводит языком ореолы и целует покрывшуюся жгучими мурашками кожу живота. Я наблюдаю за этой восхитительной картиной: блики пламени играют в его темных волосах, плавно перетекая на выступающие скулы, а затем и на мою кожу. Огромное, всеобъемлющее чувство заполняет внутренности без остатка, когда я не могу от него оторваться и лишь одними губами шепчу, не уверенная, что он услышит: — Я люблю тебя. Он на мгновение замирает, глядя прямо перед собой, практически неуловимо, но потом снова спускается губами ниже, оставляя поцелуи на внутренней стороне бедра. Тугой узел затягивается в низу живота, когда он приближается к средоточию желания, и его губы накрывают клитор. Выгибаюсь в пояснице, а тело инстинктивно пытается свести ноги, но я одергиваю себя и позволяю продолжить неторопливую ласку. А Влад наслаждается этим, я вижу, что это доставляет ему удовольствие, и желание стать с ним единым целым накрывает меня с головой. — Иди ко мне, — обхватываю широкие плечи и тяну его на себя. Оставив финальный поцелуй, он повинуется, и какое-то время мы еще смотрим друг другу в глаза. Влад бережно убирает растрепавшиеся пряди с моего лица и припадает к губам, сминая медленно и сладко. Его движения такие трепетные, будто я хрупкий цветок, а он боится повредить нежные лепестки. Коленом мужчина раздвигает мои бедра, и я изнываю от желания ощутить его в себе и обнимаю ногами за талию. В тот же момент он входит в меня, и мир исчезает. Остаемся только мы вдвоем и непрекращающийся зрительный контакт, когда он подается тазом вперед и проникает еще глубже, а я обвиваю руками его шею. Глаза в глаза, и он входит до основания, выбивая из легких стон наслаждения. Мне так хорошо, и до сих пор не верится в происходящее. Он здесь, он рядом, так запредельно близко, что ближе уже просто невозможно. Он во мне не только физически, но и ментально. И я вижу, что все эти мысли Влад читает в моих глазах, потому что в его голубых океанах отражается то же самое, и даже если он ничего не говорит, я чувствую это. Я знаю. Тянусь к его губам и подаюсь бедрами навстречу. Он начинает толкаться внутри меня, постепенно наращивая темп, и мы будто парим в воздухе от мимолетного ощущения счастья и возможности быть рядом в эту секунду. Приятная истома проходит по телу, и с каждым движением я чувствую приближающуюся разрядку. Напряжение достигает пика, когда мое тело покорно принимает его, и по венам пробегает электрический импульс, приводящий к взрыву. Моя Вселенная разлетается на миллионы сверхновых, когда я достигаю оргазма с именем Влада на губах и чувствую, как он выходит из меня, оставляя пустоту, и изливается на мой живот. Наши лбы, покрытые мелкой испариной, прижимаются друг к другу, в то время как дыхание смешивается, и мы буквально дышим одним кислородом. Я поглаживаю его по щеке, пока Влад пытается выровнять дыхание. — Я не знаю, как ты это сделала, Лайя, — на выдохе произносит он, — и не знаю, сможет ли это когда-нибудь повториться… — падает рядом и притягивает меня к себе, уютно устраивая на своей вздымающейся груди. — Я сделаю для этого всё, — тихо произношу, прильнув к нему, и обнимаю крепкое тело. Его пальцы перебирают мои слегка влажные волосы, я слышу биение его сердца. Он хочет что-то сказать, но не решается. Молчу, не смея торопить. — Но хочу, чтобы ты знала, — Влад сглатывает, прижимая меня сильнее к сердцу, — то, что ты сказала… взаимно, — непонимающе хлопаю ресницами, не сразу соображая, о чем он говорит, и приподнимаюсь, заглядывая в небесную лазурь его глаз. — Я люблю тебя. Теплый поцелуй касается моего лба, нежность которого затмевает катящиеся по щекам слезы. Растворяюсь в мгновении, желая запечатлеть его на пленку глубоко в своей памяти, теперь точно зная, что свет моей души сможет победить всё. Разогнать любую тьму, таящуюся в сердце, а главное, сделать нас по-настоящему счастливыми.