Воскрешённая Лисица

      Перелёт был долгих, семь часов, выматывающим, её нервная система потеряла ни один миллиард клеток, откуда на ночном рейсе столько детей? И видимо, этот рейс был ещё и с животными, так как лай, с нижнего отсека, стоял жуткий. Её место как раз, располагалось в хвостовой части, где по прикидкам и должно быть место для живности. Засыпающие или спящие дети, каждый долбаный раз, вздрагивали, при особо громких возгласах. Начиная с ними соревнования, девиз которого был не иначе как «Смотри, как могу! Херня. Смотри, как надо и учись, студент!». Она не знала, кого хочет больше придушить детей или собак, выдержка держалась на последних соплях.       В аэропорту её встретили мужчина с женщиной, обычные старички, ну как старички на вид им лет пятьдесят, может чуть больше, ни чем не примечательные, кроме женщины у неё были фиолетовые волосы. Она их узнала, только из—за герба клана, спирали на спинах и нагрудном кармане, такие же у них в семье. Познакомившись, они изначально договорились, что все вопросы решат по прибытии на место. Между самолетом и поездом у них чуть больше двух часов, к вокзалу подъехали за пятнадцать минут до отправки, час-пик, мать его! Заняв места в купе и воткнув наушники, Кицунэ притулилась в углу койки, включила любятинку в такие моменты, ей всегда представлялось, что она в каком-нибудь клипе или фильме. Спать хотелось ужасно, девушка не спала в самолете, до города ехать три часа с небольшим, ложиться не было смысла, Лиса знала, что если уснёт сейчас, то потом её хрен добудятся. Как ни странно время пролетело быстро, вылетев из душного вагона, Кицу несколько раз вздохнула полной грудью. Так она делала всегда сколько себя помнила, где бы не находилась, этакий собственный ритуальчик.       Она это называла «приветствие» с новой местностью и немой договоренностью в случае чего, воспользоваться энергией сего места. Девчушка свято верила, что каждое место имеет свою энергию и чакру, она представляла, что каждое новое место — это как новый дом или человек. Прежде чем пройти или перейти к беседе нужно поздороваться, спросить разрешение и убедиться, что они не против её посягательства в их личное пространство и пользование личных ресурсов. К реальным людям это правило, разумеется, не применялось, если и применялось, то это были не люди, а гораздо больше. Фукасаку и Шима смотрели на неё с бОльшим уважением, чем до этого, они боялись, что её нужно обучать с нуля, но видимо не всё так плохо. Судя по матам и нелестным эпитетам в сторону водителей в Пекине, они переживали, что будет трудно донести, одно из важнейших правил её силы, уважение к местности и природе. В аэропорту они встретили её на стоянке, посему не видели её «приветствия» на взлетной полосе. — Сегодня переночуем здесь, добираться до конечной остановки далеко. — Произнесла Шима, когда они покинули вокзал и остановились подле крыльца здания. — Как долго и как мы будем добираться туда? — Спросила Фукка, усталость отступила, данное место поделилось с ней небольшим количеством энергии.       Пока она дышала, успела пропустить через себя часть местной чакры, передавая часть своей в обмен на чужую, эту фишку она позаимствовала, когда переехала на свою квартиру, в Японии принято обмениваться презентами с новыми соседями и визитками при знакомстве. — Четыре часа пешком вглубь гор. — Ответила Женщина. — Тогда незачем отдыхать здесь, отдохнем на месте. — Решительно высказалась девушка. — Не хочу останавливаться, когда мы вышли на финишную прямую. Пока со мной поделились энергией надо ей воспользоваться. — Кто поделился? — Подозрительно прищурившись, поинтересовался седой старик, бабушка склонила голову в бок, внимательно смотря ей в глаза. — Местность. — Как само собой разумеющиеся откликнулась Лиса, она посмотрела на них обоих так, словно взглядом спрашивая «Вы, блядь, серьёзно не поняли? Кто кого учить собрался?». — Хорошо, — Пара усмехнулась, кивая своим мыслям. — До выезда из города мы поедем на такси. — Дал указания мужчина.       Фуккацуми мученически простонала, у нее жопа, как табуретка, плоская и квадратная, она была уверена, если её положить на живот, а на попу положить шарик, он никуда не укатится, потому как на ней нет скатов и ямочек, она идеально ровная. А что вы хотели, когда сидишь больше двенадцати часов? Она очень боялась, что её великолепный зад-орехом, которым она очень гордилась, больше к ней не вернётся. И станет она доской не только в области груди, но и в другой не менее важной части её тела. — Долго нам ехать? — С надеждой на лучшее прохныкала Кицу. — Если без пробок, то около часа. — Задумчиво ответила Шима. — Я худею… — Свесив голову, обречённо буркнула девица.       Они приехали в начале обеда, значит ехать им два часа, если повезёт, а если воспользоваться ВАЗ — 21-пешкарус, время увеличится практически в полтора — два раза. Возведя горе — очи к небу, Лиса накрыла свои бедные полу-попия ладонями, начиная их массировать, мять, растирать, шлёпать по ним, яростно крутила бедрами, даже попрыгала, чтобы понять, они двигаются или им не помочь и они атрофировались. — Что ты делаешь? — Возмущенно воскликнули старички, всплеснув руками. — Спасаю свою единственную выпуклость и причину, по которой у меня еще есть секс, потому что характер у меня говно, честно признаюсь и менять его не собираюсь. Вопросы остались? — Раздражённо прошипела девчонка. От такого ответа оба старика подавились воздухом. Парни стоящие рядом, лицезрели импровизированный массаж, и дёрганья с самого начала, заржали от такого пояснения. — У тебя еще мордашка в запасе имеется. — Прилетело от кого-то из них, Фукка кинула в их сторону холодный взгляд полный презрения и отвращения. — Морда у тебя, Быдло, и у животных, еще раз тявкнешь в мою сторону, кастрирую без анестезии и в гарем отправлю, евнухом подрабатывать. — Сказала леди таким тоном, что бедные парнишки испуганно вылупились, яйцами чуют, не врёт, быстро закрывая самое ценное, развернулись на пятках, ринувшись обратно в здание вокзала.       Повернувшись к старшим она увидела их лица, Шима стояла, гордо задрав подбородок, в её глазах читалось восхищение, гордость с лёгким укором, мол: «Круто, но ты же девушка!». Фукасака же стоял весь бледный, держась одной рукой в районе груди, второй прикрывая пах, видимо угроза подействовала и на него, или же он представил действия в красках. За не имением лучшего варианта, Лиса весело рассмеялась, благодаря чему деду вернулась краска к лицу, а бабуле позволило задорно улыбнуться.       На место троица прибыла довольно скоро. Сильно не осматриваясь, девушка попросила, показать её комнату, проходя в комнатку, обнаружила кровать. Сил хватило только на то, чтобы доползти до мягкой вертикальной поверхности. Мысленно крича «БА~АНЗАЙ!» мозг на скорости звука умчался в царство Морфея на добрые, счастливые сутки. Вернулась от Морфея она бодрая, отдохнувшая, полная сил сворачивать горы, но желудок громко послал её, для подвигов еще пожрать надо, и помыться, и кошачий туалет изо рта вымыть. Вняв тираде желудка Лиса соскребла свои косточки с постели отправляясь в душ, который примыкал к комнате. Вещи, наверно разложила Шима так, как сумок в комнате не наблюдалось, зато ванные принадлежности волшебным образом появились на своих местах в шкафчике над раковиной. После водных процедур и обедом, оный проходил под лозунгом «Жрём всё, что отдалённо напоминает еду!», Фуккацуми поползла на улицу. Сколько времени она не знала, внутренний циферблат показывал начало второй половины дня. Поздоровавшись с местностью, девица вышла на поляну возле дома, с конца поляны к ней направлялись бабуля с дедом. Подойдя ближе, все поздоровались кивком головы. — Мы сейчас закинем рюкзаки и отведём тебя на место будущих тренировок. — Проинформировал дедушка, скрываясь за дверью в дом.       За время ожидания, девчонка повертелась осматривая всё вокруг, не далеко была река, она её услышала. Дом находился в километрах пятидесяти от окраины города. Местность потрясная: хвойно-широколиственный лес, немаленькая деревянная хижина, очень гармонично смотрелась на поистине большой поляне, за домом расположился овраг с ручьём. Ей понравилось то, что она обнаружила тихо, спокойно, заставляя душу раствориться в природной неге.       Когда все собрались, направились вверх по ручью, где, по словам мужчины, находился родник. Сам ключ окружен чем-то вроде дамбы-забора из камней, не перекрывающий поток воды. По обе стороны от импровизированного заборчика, лежали здоровенные, одинаковые булыжники, вершины скатертью застилал мох, спускаясь по бокам причудливыми узорами вниз. Это место действительно потрясающее трава мягкая, короткая, стелилась одним сплошным ковром. По кругу возвышались деревья одной культуры, первый круг из клёна, второй берёза, дальше ель, сосна, пихта, тсуга, лиственница больше она не знала, что за растительность. Деревья росли в шахматном порядке, по возрастанию, чем выше, тем дальше, подле камней рос жасмин, по одному кустику, кустики маленькие, видимо молодые совсем.       Кицунэ решила поздороваться с местом, она уже здоровалась в самом начале пути, возле дома и сейчас хотела поздороваться с родником. Она встала поодаль от источника в начале полянки, так как это природный исток, дикий, самовольный, подпустивший только несколько человек. Девушка расслабила плечи и руки, запрокинув голову к небу, и сделала большую ошибку, закрыла глаза, вдыхая полной грудью. Истоку, видимо понравилась её Чакра, что хлынул, как цунами, не сдерживаясь, поглощая сознание и перекрывая кислород. Ощущалось так, словно её швырнули в эпицентр урагана, который разделён на сектора, то холод арктический, то горишь, будто тебя подвесили над вулканом, что начнёт извержение с минуты на минуту. Кости выламывало и выкручивало, заставляя думать, аки она попала под камнепад, мышцы брала судорога, точно через них проходит ток. Понимая, что если так продолжится, она превратится в чудо природы, памятник, напоминающий человека. Вытащили Фукку дедуля с бабулей, ударив в спину, делясь своей силой, тем самым прерывая поток из родника, было такое чувство, как будто она на минах подорвалась. Кицу грохнулась на колени, если бы не Шима, оная вовремя перехватила её по поперёк груди, то пропахала бы носом землю, Фукасака подхватил её на руки и побежал с ней на поляну.       Очнулась она резко, будто её выдернули со дна озера, все движения, что Лиса смогла сделать — это открыть глаза, тело не двигалось от слова совсем. Телоощущения отдавались дичайшей болью, яко (устаревший синоним: словно, будто, точно.) все нервы оголены и по ним бьют раскалённой кувалдой, распространяясь импульсами в сопровождении сильно жжения, такое с ней впервые. Как поняла девушка, лежала она на улице, взор упирался в небосвод и кроны деревьев, пока она пыталась оглянуться, на периферии зрения кто-то замаячил. К слову из всех чувств остались только зрение и гипер-осязание, остальные и частично вестибулярка пропали. За это время субъект, возник прямо перед лицом, Фукка не сразу сообразила кто это. Сфокусировав внимание, расплавившийся мозг и оперативная память выплюнули определение, субъект, представитель животного мира вид: лиса, подвид: обыкновенная, но может, нет. Шерсть грязно-белая, нос и глазищи чёрные, ушки торчком, животинка, смотрела внимательно, даже серьёзно с явными признаками понимания и осознания происходящего. Затем исчезла так же быстро, как появилась, через какое-то время показались два пожилых человека, с беспокойством вглядываясь в лицо девушки что-то говоря, но она их не поняла, снова отключаясь.