Пропитанная кровью история человеческой глупости

      Прошло несколько минут ночной, успокаивающей тишины, прежде чем девушка решила заговорить. Признаться, она сама особо не поняла, почему вдруг прервала молчание. В конце концов, Леви Аккерман казался понимающим человеком. И если бы они просто просидели в тишине ещё пару десяток минут, после чего направились спать, никто не был против. И всё же… Йегер заговорила.        — Ты много куришь, — художница опустила взгляд на пепельницу.        — Когда выпиваю, к сигаретам тянет сильнее, нежели в трезвом состоянии, — согласился парень, кивнув. — Ничего с этим не поделаешь.        — Пробовал бросить?        — Пробовал.        — Не получилось?        — Напротив. Просто потом во время очередной тусовки выкурил пару сигарет.        — Непрерываемый круг…        — Можно сказать и так, — Аккерман вновь кивнул, помолчал немного и задал свой вопрос: — Тебе стало легче?        — Что?.. — она осторожно посмотрела на своего собеседника.        — Я про твоё состояние днём.        — А… да. Легче… Спасибо…        — Вот и хорошо.        — Ты… не говорил Эрену?        — Нет. Но, уверен, он сам всё прекрасно заметил.        — Тоже верно…        — Что-то собираешься с этим делать? — поинтересовался парень.        — Я всю жизнь что-то с этим делаю, — Йегер пожала плечами. — Точнее… это родные помогали мне с этим что-то делать. Зик даже пошёл в сферу психологии ради этого и всячески пытался мне помочь. Я же… — она тяжело вздохнула. — Я же до этого времени молчала о главном.        — До этого времени? — уловил главную мысль Аккерман.        — Да, — «Shadow» кивнула. — Завтра с утра приедет Зик. А вечером я всё расскажу ему, Эрену и Поку. Что действительно со мной происходит. Вот только… поверят ли они мне?..        — А ты сама-то в это веришь?        — Сложный вопрос, — взгляд золотых глаз был направлен на луну, что освещала всё вокруг, включая и лицо девушки. — Скорее да, чем нет. Я верю, но… но не хочу это принимать.        — Почему?        — Без объяснения не понять.       — Понял, — он кивнул. — Можешь не продолжать. Я не настаиваю.        — Знаю. И спасибо тебе за это, — уголки её губ дрогнули в сторону улыбки. — Будь на твоём месте Микаса, она бы попыталась выбить из меня все ответы. Если хотя бы на каплю догадывалась, что именно со мной происходит…        — Я думал, Микаса и Армин в курсе, — заметил Аккерман.        — В курсе галлюцинаций и панических атак, — и добавила, но уже мысленно: «А также моих попыток самоубийства…», — однако подробностей они не знают.        — А Порко Галлиард? Вы, как я понял, с ним очень близки.        — Да-а… Я люблю Микасу и Армина и очень ими дрожу, потому что они мои друзья с самого детства. Но Пок… он тоже друг с самого детства. Даже, можно, сказать, с рождения, — девушка издала тихий, еле слышимый смешок. — Наши матери всегда вместе гуляли с колясками. А когда мы подросли и начали потихоньку познавать этот мир, мы как-то с Поком стали близки. С взрослением у нас появлялись общие интересы, а даже если потом они менялись, связь осталась. Так что… Пока можно даже считать моим третьим, названным, братом. А от братьев у меня мало тайн…        — Но они всё же есть.        — Ты умеешь улавливать из рассказа самую важную суть, — вдруг сказала Йегер, вновь посмотрев на парня, на сей раз — в его серо-голубые глаза. — Хорошая и очень удобная способность.        — Не без этого, — он кивнул.       «Shadow» хмыкнула, о чём-то задумалась на несколько секунд, после чего продолжила:        — Да, у меня есть тайны от братьев. От всех троих. От Зика их чуть больше. Наверное, на одну. Однако завтра вечером… тайны начнут становиться явными, — с её уст слетел очередной тяжёлый вздох. — Надеюсь, это поможет решить мою проблему… Но, признаться, я не особо верю в эту надежду.        — Тогда почему решила обо всём рассказать? — поинтересовался парень. — Как я смог понять, в то, что ты хочешь рассказать братьям, сложно поверить. Значит, это что-то из ряда вон выходящего. К тому же, ты не веришь, что это сможет тебе помочь.        — Почему, спрашиваешь?.. Сама не знаю… — она пожала плечами. — Эрен в последнее время настаивал на том, чтобы мы рассказали Зику, что галлюцинации никуда не исчезли, а панические атаки вернулись вновь. А потом… как-то… понимаешь, разговор за разговором, слово за словом и… всё как-то пришло к тому, что я решила обо всём рассказать. Не знаю, к чему это приведёт, но обратного пути уже нет.        — Ты можешь передумать.        — Нет… не могу, — Йегер покачала головой из стороны в сторону, грустно улыбнувшись. — Во-первых, братья теперь не отстанут от меня. В особенности Эрен.        — Он о тебя сильно беспокоится.        — Не без этого, — девушка кивнула.        — А во-вторых?        — Во-вторых, да?.. — чуть тише переспросила художница. — Во-вторых… она бы так не поступила.        — Она?.. — это ввело Аккермана в лёгкое замешательство.        — Ты ведь… слышал всё, что я тогда сказала на кухне, да? Не только упоминание о ней.       Парень сжал губы, не отводя взгляд от профиля Йегер. Девушка прекрасно ощущала на себе это пристальное зрительное внимание, однако поворачиваться и отвечать ему она не собиралась. Страх ли это увидеть в его глазах положительный ответ или страх рассказать ему своими глазами слишком многое? «Shadow» не знал. И знать не хотела. И без того в её жизни было слишком много проблем, которые стоило решить. Первая из них: начать рассказывать всё своим братьям. Что тоже представляло из себя определённую сложность.        — Да, — в свою очередь, ответил Аккерман, хоть и не сразу. — Первый твой вопрос я тоже слышал.        — Понятно…       Однако продолжать эту тему никто не собирался. Девушка, потому что не желала её раскрывать. Парень, потому что прекрасно понимал, что его собеседнице тяжело о подобном говорить. Да и… честно говоря, никто бы не хотел, чтобы о подобном знал кто-то посторонний. Даже если эти двое и считали друг друга друзьями.       Собственно, дальше разговор не вязался. Да они особо-то и не были против этого. Посидеть в тишине на свежем воздухе, ночью, под светом луны, так ещё и когда на улице тепло, — это ли не частичка счастья, так всем необходимая в этой жизни? По крайней мере, эти двое считали именно так.       Когда время перевалило за четыре, Йегер и Аккерман всё же решили лечь спать. Парню необходимо было немного проспаться, чтобы запах алкоголя выветрился из его организма и глаза не казались такими уставшими (всё-таки от остановки полицейскими никто не застрахован), а девушке просто нужно было поспать (как минимум потому, что старший брат-близнец будет сильно беспокоиться).       Алери и Леви лишь взглядами договорились о расходе, молча поднялись со своих мест и пожелали друг другу спокойной ночи только у лестницы, по которой «Shadow» начала подниматься на второй этаж, в свою комнату, и у которой парень стоял и наблюдал за удаляющейся спиной девушки до тех пор, пока не услышал звук закрывающейся двери.       «Становится всё любопытнее и любопытнее, — подумал Аккерман, укладываясь на выделенное ему место и прикрывая глаза. — И в той же степени развиваются страх и беспокойство…»       С этими мыслями Леви провалился в сон, сам того не заметив. В конце концов, с ним у него всегда были проблемы — засыпал он долго, спал мало, проснуться мог от любого шороха. Однако в этот раз уснул парень быстро, вот только пробудился всё-таки рановато, и то не сам — его разбудил еле слышимый топот, звучащий со стороны лестницы, за которым последовала открывающаяся и закрывающаяся входная дверь, тихий-тихий шёпот, снова шаги, направляющиеся на кухню…       «Видимо, Зик, — пронеслось в голове парня, решивший всё же тоже подняться — ему просто была необходима чашечка горячего чёрного чая. — И время-то… начало десятого».       Пройдя на кухню, он и правда застал там самого старшего и самую младшую из детей Йегеров.       Ну да, действительно, средний ведь до сих пор дрых в гостиной.        — Доброе утро, — проговорил Аккерман. — Зик, привет.        — О, Леви, — Йегер-самый-старший поприветствовал парня рукопожатием. — Чего в такую рань проснулся?        — Да для меня это ещё поздно.        — Всё те же проблемы со сном?        — Как видишь, — он занял одно из свободных мест за столом.       В этот самый момент перед парнями появились чашки с дымящейся жидкостью: перед Зиком — кофе, перед Леви — чёрный чай, — и третья — для девушки — тоже была наполнена чёрным чаем; а также плошка со сладостями, включая вафель и оставшегося со вчерашнего дня пирога (хоть и всего лишь несколько кусочков).        — Доброе утро, — сказала младшая Йегер, усаживаясь на свой законный стул.        — Ну, Леви, как тебе Алери? — тут же завёл разговор парень. — Наверняка удивила тебя своими знаниями?        — Можно сказать и так, — Аккерман кивнул, посмотрев на девушку. — Ты говорила ему об олимпиаде?        — Нет, — «Shadow» покачала головой. — Как-то… забыла.        — Олимпиада? — удивился самый старший Йегер. — По математике?        — Да, — ответил гость. — И сразу скажу: она не школьная, а всемирная.        — Ого-о… Алери, восхищён! Это ведь огромный шаг для тебя. Что сподвигло тебя на это?        — Желание узнать, на что я способна, — сказала девушка.        — О-о… Отлично, — старший брат покивал. — Я очень рад и горд тобой, Алери, — и тут же обратил своё зрительное внимание на друга. — Как идёт подготовка?        — Мы только начали. Но у Алери огромный потенциал. Уверен, первый этап она пройдёт с лёгкостью.        — А сколько всего этапов?        — Три.        — Хо-о… А первый этап когда?        — Через месяц.        — Звучит очень любопытно, — хмыкнул по-доброму Йегер-самый-старший. — Алери, держи в курсе событий. Это тоже стоит обсуждать, — и он ей подмигнул.        — Да, — прекрасно понимая, что имеет ввиду брат, кивнула девушка.       Дальше Зик завёл разговор про работу. И в теме этой участвовали лишь двое: сам Зик и Леви. Правда, когда Алери поднялась со своего места и принялась готовить завтрак, парни перешли к кухонному фартуку и принялись ей помогать. «Shadow» пыталась отговорить их, сославшись, что справиться сама, однако уговорить двух упрямых баранов ей не удалось. Именно поэтому теперь она по большей части говорила, что и как лучше делать, тяжело вздыхая каждый раз, когда старший брат делал что-то не так или сжигал блин до такой степени, что его уже невозможно было есть. Зато вот у Аккермана получалось всё просто идеально. Казалось, ему и говорить не нужно, что и как следует делать. Он сам прекрасно знал, как замешать тесто и как печь блины. Это, признаться, удивило художницу.        — Как же повезёт твоей жене, Леви… — протянул, с тяжёлым вздохом, Йегер-самый-старший.        — В этом нет ничего сложного, — хмыкнул Аккерман. — Как ты живёшь в одиночку, если не умеешь печь элементарные блины?        — Даже не спрашивай…       В итоге завтрак был приготовлен парнями. Правда, Зику удалось сделать не так много блинов, как Леви, однако всё же удачные результаты были. И это отчётливо виднелось в его горящих детским счастьем голубых глазах.       К окончанию готовки все спящие уже проснулись. Эрен с радостью поприветствовал старшего брата и приступил к завтраку, попробовав его блины. По вкусу они напоминали блины сестры, вот только всё же отличие имелось. Как отличались от её блинов и блины друга.       «Всё-таки переплюнуть Алери в готовке никто не сможет», — так подумал парень, с наслаждением поглощая завтрак.       Друзья близнецов просидели до обеда, не забыв покушать ещё и днём — в конце концов, с чем спорить никто не собирался, трапеза от Алери Йегер была одна из самых лучших (не считая матерей каждого, у кого они были). До вечера братья и сестра вели беседы, совсем не касающиеся проблем самой девушки, успели поиграть в приставку (втроём!) и посмотреть новые картины художницы. Правда, последним в большей степени занимался самый старший Йегер, поскольку давно не видел работ своей сестрёнки. И, признаться, он бы ещё несколько часов провёл в мастерской «Shadow», если бы к ним не пришёл Галлиард, что означало одно: пришло время рассказа. Об ужине все позабыли, не налили даже по чашечке чая. Лишь сразу же заняли места в комнате близнецов и принялись внимательно слушать девушку.       Алери сидела у изголовья дивана, обняв подушку и смотря в точку, видимую только ей. Первые минуты она молчала, обдумывая, с чего начать и какие слова лучше подобрать для этого начала. В конце концов, если рассказ с самой первой точки пойдёт не с того, его никто не поймёт, а в последствие, что девушка собирается объяснить своим братьям и другу, ничего не будет понятно.        — Для начала расскажу об одном существе, — всё же решив, подала голос младшая Йегер. — Давным-давно, когда в мире ничего не существовало, кроме материи, пока бесчисленное множество неизвестных вещей появлялось и исчезало, кое-что из них всё же выжило. Сейчас мы знаем это как «жизнь»…        — Решила начать с объяснения, которое дала тогда эта краснозадая макака? — усмехнулась она, появившись в самый неподходящий момент и устроившись на кресле-подушке. — Можешь не обращать на меня внимания. Мне интересно послушать, как ты будешь доносить до них истину, и посмотреть, как они отреагируют на правду.       «Shadow» вздрогнула, услышав до боли знакомый голос. Это заставило насторожиться парней. Однако девушка покачала из стороны в сторону головой, сделала глубокий вдох, медленно выдохнула, после чего продолжила:        — У этой «жизни» нет так такового официального названия. Кто-то называл его «Источником всего живого», однако в те времена, которые будут занимать большую часть моего рассказа, его называли «дьяволом» или же, что лучше, как по мне, подходит, «паразитом».        — Как выглядел этот «паразит»? — поинтересовался Йегер-самый-старший, держа в руках специальную записную книжку.        — Не смогу объяснить словами. Лучше увидеть. Но показывать я пока не буду. Не готова…        — Не торопись, — парень кивнул, тепло улыбнувшись. — Всё по порядку. Рассказывай и показывай столько, сколько сможешь.       «Shadow» поблагодарила брата одним лишь взглядом, возобновляя свои объяснения:        — Эта сущность обладала страшными силами. Сама по себе она не особо причиняла кому-то вред. Просто существовала, никем неизвестная. Однако человек, который произвёл с ней контакт, становился обладателем силы титанов. Титаны — огромные человекоподобные существа, достигающие нескольких метров. Некоторые были, казалось, совсем маленькие — метра четыре, — бывали и семнадцатиметровые, и выше пятидесяти метров… существовал и титан, что своей высотой достиг выше четырёхсот метров… Но о нём потом. Это конец истории…        — Алери, — позвал её близнец, взяв за кисть и нежно проведя по тыльной стороне ладони, — если совсем тяжело…        — Нет-нет, — она покачала головой. — Не совсем… Тяжело, но не настолько. Просто… ах, столько информации… Не знаю, как точно её донести… В какой последовательности… Понимаете, чтобы начать историю, нужно объяснить некоторые аспекты… По сути, «паразит» и титаны — одни из главных аспектов. Однако есть ещё два… даже три, наверное, важных аспекта.        — И каких же? — уточнил Галлиард.        — Первые два — это две расы, с которых и началась вся история. Я скажу несколько фактов о них, чтобы вы их не путали. Потом объясню некоторые моменты более точно.        — Не против, если подобное я тоже буду записывать? — поинтересовался самый старший Йегер.        — Нет, не против, — девушка кивнула, продолжая: — Элдия — страна, населённая элдийцами. Они являются единственными представителями человечества, способными превращаться в титанов и господствовали какое-то время в мире. Марлия — нация, проживающая по другую сторону моря от острова Парадиз. Когда-то в древние времена Марлия была завоёвана Элдией. Собственно, я начну свой рассказ с короля Фрица, что правил в те далёкие времена, почти за две тысячи лет до девятого века нашей эры.        — Подожди, подожди, — остановил её Йегер-старший. — А что за третий… пятый, получается, по счёту, аспект, о котором ты говорила?..        — Я о нём расскажу по пути истории. Не хочу, чтобы вы путались и… пугались раньше времени.        — Пугались?.. — Галлиард слегка прищурила глаза. — О чём ты?..        — Всё по ходу истории…       «Shadow» сделала глубокий вдох, медленно выдохнула, после чего начала рассказ про девочку по имени Имир, что стала первой обладательницей силы титанов, заполучив её после прикосновения к тому самому «паразиту».