Не сегодня

***

      Дыхание становится все реже… Я чувствую это, потому что начинаю задыхаться - грудную клетку словно сдавливают тиски, вызывая боль и спазм. Что произошло? Вокруг темнота и я помню лишь… Свет вокруг так быстро гас, что колени начали покрываться мелкой дрожью, а когда приехал лифт, пронзающий тьму своим светом, появилась высокая тень. За тенью последовал мрак и та самая боль, которая не отпускала на протяжении… Как много прошло времени? Сколько я уже не могу пошевелить руками и ногами, чувствуя, как те занемели? М-м-м, еще и шея болит… Я сплю? Не похоже, чтобы это был сон - слишком много думаю.       Преодолевая боль и чувство, будто легкие “сдулись” окончательно, я сделала первый вдох, на выдохе услышав протяжный и хриплый стон, будто дикий, раненый зверь в последний раз попытался что-то прорычать, чуя скорую кончину. Как же больно…        Первая попытка приоткрыть глаза не увенчалась успехом. На вторую, ресницы, слипшиеся от слез, или еще чего-то, удалось с трудом “разлепить”, но увиденное предстало в размытом и непонятном свете, словно смотрела на все через мокрое стекло, за которым шел сильный дождь. Еще раз, и очертания стали четче, в конечном итоге напомнив собственные колени и ботинки, стоящие возле… Ох, голова болит.       Еще один тяжелый вдох, вызвавший спазм в легких, и за ним наступила боль в шее - голова опущена, от того и вижу собственные кеды, склонившись над ними. Тише-тише, надо сосредоточиться и понять, что произошло. Кое-как собравшись и вынудив сознание работать, мне удалось проморгаться и не без усилий поднять голову - шея не слушается, голова запрокинулась назад. Чёрт! - М-м-м, - стон стал очередным хрипом. - Что…очнулась? - чей-то голос прозвучал словно под водой - уши заложены, это называется дезориентация. - Эй!.. Эй! - головы что-то коснулась, вынуждая поморщиться и напрячь шею - наклоняя голову обратно, над собственными коленями. - Вот же стерва! Прикинулась!       Глубокий вдох, задержанное дыхание, боль в мышцах удалось преодолеть лишь зажмурившись, ведь руки никак не слушались, вернее, они не двигались. Что произошло? Еще вздох - все получится, нельзя сдаваться и снова терять сознание. - Ты что там удумала, идиотка!? - теперь голос был более отчетлив. - Кому говорю?!       Не без труда подняв голову и повернув в сторону, откуда, казалось, доносился звук, хотела увидеть человека, но его загородили собственные волосы, растрепавшиеся из ранее собранного хвоста. Какого хрена происходит!?       Встряхнув головой и сдув несколько прядей с лица, я все же увидела двоих мужчин, сидящих за большой катушкой, диаметром метра в полтора, на которой были намотаны толстые металлические кабели, на паре складных стульев. Благодаря солнцу, садящемуся где-то за лесным массивом, неровной полосой тянущемся ближе, чем сама линия горизонта, мне удалось присмотреться к импровизированному незнакомцами столу, рассмотрев… Это что, оружие? Они сидели и перебирали пистолеты, придерживая ножи и еще какие-то железки, не напоминающие ничего ранее увиденного. Стоп, если я могу увидеть макушки деревьев… Как далеко они? Метрах в двухстах? Или все четыре сотни? Если их вижу, значит должна быть на большой высоте… Нет, хватит, осмотрись!       Глубокий вдох и несколько взглядов - это открытый, не достроенный этаж какого-то здания: кругом бетон, большие колонны и открытые балконы, не обтянутые никакой сеткой или материалом. Здание не достроили и бросили, судя по всему, давно, раз возле обрывов этажа лежит тонкий слой занесенного ветром снега. Из-за высоты и холода, царящего вокруг, он не таял, что так же значит - мы не в Сеуле. За его пределами или на самой окраине, что подтверждает лес, сравнительно не далеко. Голые, бетонные стены, полукруглая форма этажа, вернее, той части, которую могла увидеть, напоминала обстановку торгового центра, в котором именно эта часть здания имела бы отношение к офису или частному спортивному залу, с прекрасным видом на окрестности. Солнце садится, а я потеряла сознание поздним вечером - значит, тут почти половину суток, и меня не нашли… Шансы на выживание крайне малы - поиски бесполезны, если никто не знает, где я… Нужен телефон, но, разумеется, его у меня не будет - эти идиоты за катушкой, наверняка нашли смартфон раньше, чем я сама о нем подумала.       На заброшенной стройке, в неизвестном месте и все еще не нашли… Думай быстрее! - Эй ты! - снова выкрикнув, один из сидящих, резко поднялся, начав приближаться ко мне. - Я кому сказал! - схватив за волосы - резко запрокинул голову, вызвав очередную боль в шее и хрип, сорвавшийся с губ. - Не смей смотреть, куда не надо-о! - Не сломай ей шею раньше времени! - произнес второй, оставшийся за катушкой. - Ахах, не то следующей сломанной шеей станет твоя! - На что уставила-ась?! - не переставал тот, сильнее тяня голову вниз. - Пусти… - это слово стало первым, которое удалось произнести, вернее, процедить сквозь зубы. - Смотри ка, еще и говорить умеешь! - наигранно изумился второй. - Мне говорили, что ты не знаешь корейского, - не без труда взгляну в его сторону, получила очередную усмешку. - Опустила взгляд! - толчок по затылку, и моя голова снова подалась вперед. - Ничтожество! - вот же гребанный..! - Боже, как же холодно, - раздалось со спины, вместе с несколькими шагами, следующими наперебой друг за другом. - Забрались на такую высоту, еще и в непонятно каком месте… И кому только в голову пришло..? - Скоро все закончится, - проворчал стоящий рядом со мной. - Нам хорошо за это заплатят. - И зачем она вообще здесь? Достаточно было бы ушей или пальцев - отрежем их, отправим фото и закончим на этом! - Она нужна живой - так сказал Господин. - А ему зачем “целая девушка?” Пошел бы в караоке, и… - краем глаз мне удалось заметить, как за катушку село еще несколько человек. - Ащщ! Идиот! Ты же знаешь, ему нельзя сейчас светиться среди всех отбросов, которые туда ходят! Завершит дело, получит деньги и свалит отсюда! - А как же мы? - Спокойно заживем, проблем не будет… - помахав рукой - поставил ее на пояс, принимая образ лидера, однако, кто же тогда их настоящий предводитель? - Проблем не будет?! - раздался громкий голос, от которого я машинально вздрогнула, поднимая голову. - Что ты только что сказал!? - через еще один вход, бетонную арку, расположенную в нескольких метрах от меня, вошел высокий мужчина, одетый в длинное, черное пальто, подол которого едва ли не волочился по грязному полу. - Прошу, простите меня, Господин! - тут же поклонился стоящий рядом, сжав кулаки так крепко, что костяшки на руках побелели. - Ты что о себе возомнил, кусок мусора?! - не переставал тот, вальяжно шаркая пятками по полу, совершая медленные шаги к нему. - Думаешь, - засунув руки в карманы джинс, слегка наклонился, притворяясь, что хочет увидеть лицо того, кто был в поклоне, - станешь умнее остальных, когда я уеду? - замахнувшись - легко, наотмашь, ударил пальцами парня по уху. - Хочешь быть главным? А ты доживешь до дня, когда я уеду? - еще один шлепок. - А? - и еще. - Успеешь? - еще. - Точно успеешь? - еще шлепок. - Прошу прощения, мой Господин! - произнес он, не поднимаясь из поклона. - Я допустил ошибку! - Ошибку допустила твоя ма-ать, когда позволила тебе жить! - Простите, Господин! - Скройся с глаз моих, пока не свернул тебе шею! - толкнув ладонью в шею - вынудил посторониться, если не отскочить в сторону. - Кусок мусора!       Не смея даже пошевелиться, я с осторожностью подняла взгляд на мужчину - ах, из-за прозопагнозии не могу различить его черт, но та жестокость, с которой говорил, внушала страх, вызывающий дрожь в коленях. Видимо, он тот, кого окружающие здесь боятся и, если верить собственным ощущениям - не просто так. Тихий вздох, и мои мысли стали немного четче - заброшенное, недостроенное здание, сквозняки и люди, держащие в руках оружие. Нельзя привлекать к себе внимание, нельзя поддаваться страху и нельзя его показывать - все получится, если смогу следовать этим рамкам, и тогда получится продумать следующий шаг, который необходимо сделать для сохранения своей жизни. - Так, - поведя головой, мужчина широко улыбнулся, - посмотрим, что тут у нас, - повернув голову, присмотрелся ко мне. - Хах, подружка той стервы, которая посмела меня арестовать, - вальяжный шаг, и он наклонился, сделав так, чтобы наши лица оказались на одном уровне. - Что, когда ее нет, не так смела?! - арестовать?       Среди всех знакомых, подобное могла сделать только Лина. Может, он ошибся? А может, она арестовала слишком многих, чтобы нажить таких врагов? Не понимаю… - Ащщ, - продолжил он, внимательнее всматриваясь в черты моего лица. - Меня бесит твой взгляд! - боль пронзила скулы - резко схватил за челюсть, вынудив поднять голову слишком высоко. - Что, такая смелая без подружки?! - рывок в сторону - едва не упав со стула, к которому оказались привязаны ноги с руками, почувствовала, что освободилась от его хватки. - Кх. Вы ошиблись, - проморгавшись, я попыталась собраться - нужно выбраться отсюда, и как можно скорее! - И делает вид, что не понимает, - откинув полы пальто, поставил руки на пояс, пригнувшись, чтобы взгляд стал более «точным». - Что, не узнаешь меня? Эй, где твоя тупая подружка?! - Я правда… - сама не поняла, почему голос не дрогнул. - Еще слово, и я размозжу твою тупую бошку! - замахнувшись, был готов ударить меня, если бы не зажмурилась, съежившись. - Тупица! - Господи-ин, тут холодно, - пожаловался один из его приспешников. - Замолкни, - переключившись на него - выпрямился, снова засовывая руки в карманы джинс, - закончим с ее подружкой и поедем есть говядинку. - О-о-о, говядину, - раздалось практически со всех сторон. - Вы невероятны, господин. - Да-да, замолкните, - отмахнувшись, он словно улыбнулся, переступая с ноги на ногу, но снова посмотрел на меня. - А ты - не дергайся. Пошли, - кивнув еще одному - скрылся в той же арке, из которой пришел.       Ох, сама не поняла, как смогла вообще что-то выдавить из себя, в его присутствии - внутри все начинает содрогаться не столько от холода, сколько от страха. Нет-нет, нельзя предаваться панике, надо искать выход и способ отвязаться от этих недоумков. Только дыши и нервничай - оцени все правильно и прежде, чем что-то сделать, подумай. - Та-ак, - протянув, потянулся тот, который первым подходил ко мне, что стало ясно по одежде. - Когда уже твоя подружка приедет? - демонстративно вальяжно начав ходить по этажу, потянулся. - Я скоро в ледышку превращу-усь! - Терпи, - еще голос позади, от которого ходящий по этажу насторожился, построившись. - Еще немного и поедем по делам. Жди приказа Господина. - Да… - но его перебили, а передо мной появился мужчина, в джинсах и застегнутом кардигане. - Так, вот из-за кого мы мерзнем здесь? - однако вопрос прозвучал риторически. - И кому ты нужна? - заведя руки за спину - наклонился ко мне ближе, всматриваясь в черты лица, однако я этого сделать не могла - лицо превращалось в подобие разбитой мозаики, в которой нечего рассмотреть или остановить взгляд. - Боже, было бы на что смотреть… Тебя заказали, а мы лишь исполняем, - по голосу стало ясно, что он усмехнулся. - Не без собственной выгоды, разумеется. - “Разумеется”, - сама не поняла, как передразнила его. - Что? Еще есть силы, чтобы огрызаться?! - Может, дело не в привлекательности, а желании другого? - продолжил стоящий в стороне. - Точно-о, - продолжил стоящий напротив, опуская взгляд ниже, к моей шее. - Тебя заказали не просто, чтобы заключить сделку, но, чтобы немного повеселиться. Может, нам первыми подумать об этом? - очередная усмешка - его рука потянулась к молнии моей куртки. - Посмотрим, что тут можно было выбрать, - потянув за молнию, начал медленно расстегивать ее, и тут… - Продолжишь, - голос не дрогнул, а превратился в шипящий, - и я сломаю тебе руку, - спокойно, не паникуй - драться ты не умеешь, хотя…       Братья показывали мне, как нужно себя вести, если кто-то напал - Чимми и Чонги показывали, а Сокджин тогда пострадал, когда пыталась повторить. Ну же, надо вспомнить все до мелочей и избавиться от скотча на запястьях и лодыжках, плотно притягивающих к ножкам и поручням стула. Освобожусь, и появится шанс на побег - судя по всему, лес не так далеко от постройки, а значит мне удастся в нем скрыться, нужно только добежать! Но я все еще не знаю, как много тут людей, что значительно осложняет ситуацию. Куда уж сложнее..? - А-а-а, - протянув, заискивающе улыбнулся, коснувшись кончиками пальцев моего подбородка, - вот, что в тебе привлекло. Можешь за себя постоять? - и снова риторический вопрос. - Или только на словах? - отпрянув, на сколько то было возможно, повела головой, освобождаясь от его мерзких пальцев. - Посмотрим… Развяжите ее. - Да! - воскликнул стоящий в стороне, достав из кармана нож и начав быстро разрезать скотч.       Несколько минут, и мои запястья снова оказались свободны, а за ними и лодыжки. Так, теперь у меня есть та самая свобода, от которой зависела жизнь - надо собраться и подумать. - Поднимайся давай, раз такая смелая! - не поняв, кто именно сказал, я схватилась за поручни, подтянувшись, и…       С усилием оказавшись на краю стула, я попыталась встать, но в ногах появилась слабость - колени не выдержали, и именно на них я упала, почувствовав острую боль в суставах. “А”, - машинально сорвалось с моих губ, стоило ладоням коснуться бетонного пола, на что со всех сторон раздался громкий смех. - Ты не можешь даже на ногах стоять, а хотела сломать мне руку! Ахах!       Сколько я сидела на стуле, что ноги не держат? Если меня схватили, когда наступила темнота, и сейчас солнце шло к закату, выходит…более восьми часов. Часа два могли везти, и в итоге - десять часов. Мышцы немного атрофировались, а ноги затекли - кровообращение нарушилось и теперь его нужно восстановить, делая постепенные шаги. В больницах для подобного существуют специальные барьеры по стенам или приспособления, даже персонал, а тут… Меня скорее скинут с этого этажа, чем в каком-то из смыслов помогут. - Дава-ай! Хватит на полу валяться! Ха-ха! - раздалось со стороны, отчего внутри все содрогнулось от беспомощности. - Шевелись! - кажется, что-то пнуло в ногу, пока пыталась собраться.       С большим усилием поднявшись на ноги, я попыталась ухватиться за край поручня, неожиданно для себя оказавшись на краю сидения, с которого так рвалась встать. Со всех сторон начал раздаваться громкий смех - чокнутые ублюдки! От их смеха, вызванного собственным самодовольством, меня начала переполнять злость - легко нападать на того, кто слабее и в явном меньшинстве! Мерзавцы! Будь у меня пистолет, перестреляла бы всех и вышла отсюда, по локоть в крови!       Несколько ударов кулаком по коленям - чувствительность постепенно возвращается, могу пошевелить пальцами ног, но все еще чувствую дрожь в коленях. До чего же унизительно - на глазах у каких-то отбросов, не могу даже нормально стоять на собственных ногах! Нет, о побеге не может быть и речи. Нужно хотя бы твердо стоять на ногах или делать первые шаги. - Встава-ай! - кто это сказал стало невозможно определить, что злит еще сильнее. - До чего же жалкое зрелище! - пару раз попробовав приподнять и опустить ноги, мне стало понятно, что могу попробовать встать.       Еще одна попытка, и небольшой, неровный шаг оказался сделан в сторону, под громкий смех, окружающий и наполнивший весь этаж. Ненавижу каждого из них и все, происходящее вокруг! Еще шаг - могу удержать равновесие. Снова шаг… Так, нормально, уже могу стоять. Кажется, что по сосудам и даже самым маленьким капиллярам ног, пробегает подобие электрического тока, “разливаясь” и усиливаясь - люди называют такое чувство “покалывание иголками”. Одновременно злюсь и одновременно понимаю, что лишь сама могу себя спасти - помощи ждать не от кого. Как и было раньше. Все время изо всего выбиралась сама, искала выходы и способы удержать свою жизнь в своих руках. Однако, стоит признать, что в Корее меня неоднократно спасал тот самый студент, который на данный момент не объявлен официально пропавшим, но все еще находится в неизвестности, где-то на территории Северной Кореи. Стоит ли вообще думать о спасении, если его так и не нашли, а тем более - не вернули домой? Конечно нет - думай, как отсюда выбраться. - О-О-О! - раздалось со всех сторон. - Что, смогла подняться?! - медленно обернувшись - увидела четверых мужчин, черты которых неизменно превращались в подобие картины, краски которой были размыты вылитой на нее водой. - И? Что дальше? - сердце начало биться так быстро и так громко, что едва могла слышать произносимые слова. - Ты едва стоишь - думаешь, сможешь сбежать? Нас все равно больше, и здесь негде спрятаться, - показалось, или это произнес кто-то другой? - Мне кажется, тебя «заказали», как игрушку, - дыхание участилось, и теперь все, оказавшиеся рядом, начали принимать образы размытых пятен, поглощенные эхом и шумом.       Сколько их? Не могу понять… Может, немного больше… Нет-нет… Двенадцать? Одиннадцать?.. Думай. Пожалуйста, соберись! - Так, что тут у нас? - по голосу поняв, что говорящий усмехнулся, я сделала шаг назад, окончательно выпрямившись, и… - Можешь не бояться, мы будем “осторожны”, - рука вновь потянулась к молнии на куртке, на что я резко, даже слегка неожиданно для себя, оттолкнула ее в строну, произнося. - Я же сказала - сломаю тебе руку… - голос стал тише, но стоило проморгаться, как образы едва ли приняли четкие линии, став одиннадцатью мужчинами, взявшими в полукруг возле бетонной стены. - Ахахаха! Так я и знал! - со стороны, раздались громкие хлопки - меньше полуметра от меня оказался человек в джинсах. - Слухи правдивы - ты не можешь отличить нас! - шлепок по плечу - ладонь наотмашь коснулась ткани. - Пхаха! - Получается… - Верно, - еще одна усмешка, - что бы сейчас ни произошло - она не сможет дать показания, - по спине пробежали мурашки, ставшие еще одним подобием «электричества». - Так половина Кореи будет обвинена в нападении. - А вторая половина, Господин? - Идио-от. Это женщины! - забрав черное пальто из рук стоящего рядом, быстро надел его - это тот, перед кем все преклонялись и называли “Господин”. - А, простите, - один из толпы поспешил поклониться. - И так, может не будем терять время? - полные пальцы вновь потянулась к куртке, в то время, как позади кто-то резко обхватил руками в кольцо, прижимая к себе. - Ахахаха! - громкий смех по сторонам и сильная хватка, сорвали с губ хрип.       О Боже! Не могу понять, от чего омерзительнее - прикосновения ублюдка, или самой ситуации! Их больше, да и я не умею драть… Хотя постойте…       “Если тебя кто-то схватит со спины, - голос Чонги неожиданно появился в сознании, - соберись и попробуй сжать кулаки, вложив один в другой. Глубокий вдох, задержи дыхание и попробуй одним локтем ударить того, кто посмел оказаться позади. Не бойся - бей со всей силой!” Раз, два… Несмотря на весь адреналин и бьющееся с безумной скоростью сердце, я в последний раз окинула взглядом всех, кто оказался рядом - одиннадцать. Громкий смех, руки, кажется тянущиеся ко мне со всех сторон, царящий вокруг шум - голова начинает идти кругом, но все становится еще хуже от осознания, что позади находится один из чокнутых придурков. От волнения и страха, появившийся ком в горле едва позволял дышать, вызывая приступ тошноты: кажется, еще немного, и я вот-вот потеряю сознание, чему остальные точно будут рады. Нет, так нельзя! Соберись-соберись-соберись!       Вложенный кулак в ладонь, глубокий вдох и задержанное дыхание - со всей силой, на которую только была способна, ударила стоящего позади локтем в бок, услышав протяжный стон практически над самым ухом. Машинально расжав руки, тот отпустил меня, отступая назад, и только я в машинальном порыве сделала шаг, как обо что-то споткнулась. Всего мгновение, и затылок пронзила сильная боль, вызвавшая звон в ушах: от потери равновесия, я упала, ударившись головой о ту самую стену, которая оказалась в метре позади. Едва ли в состоянии присмотреться, стало ясно понятно, что “предметом”, о который споткнулась, оказалась нога одного из мужчин, также повалившегося на пол - а, должно быть он и обхватил меня в кольцо из рук. - Ахахах! Вы только посмотрите на нее! - заговорил “Господин”. - Еще будут попытки? - приблизившись, наклонился, ставя руки на пояс. - Я с тобой говорю-ю! - однако звон в ушах не позволил быстро собраться. – Э-эй! Смотри на меня, когда говорю с тобой! - едва мне удалось приподняться на руках и повернуть голову, как левую скулу едва ли не обожгла пощечина.       М-м-м, как больно! Не могу поверить, что все это происходит со мной! И… Не выдержав, мужчина схватил меня за грудки, резко подняв на ноги, сокращая расстояние между нашими лицами до пары сантиметров. Лишь после того, как смогла проморгаться - увидела ярость, но в тоже время искры хищности, словно играл со своей “жертвой”. - Пока твоя подружка не придет - мы будем развлекаться с тобой, - еще немного - его мерзкие губы, обнажившие часть передних зубов, вот-вот коснутся меня, как… - Ну ка быстро убрал от нее руки, мусор!       Выкрик, и за ним какое-то черное пятно буквально сбило с ног мужчину, вынужденно отпустившего мою куртку. От неожиданности и все еще дрожи в коленях, я вновь упала на пол, ударившись не только ладонями, но и локтем правой руки. - А! - неужели, этот восклик сорвался с моих губ?       Даже голоса своего узнать не могу! - Госпожа! - то самое “пятно”, оказалось точно передо мной, приобнимая за плечи и помогая сесть на полу. - Моя Госпожа, - холодные кончики пальцев прикоснулись к моим скулам, а большие пальцы спешно провели по щекам. - О, моя Госпожа! - проморгавшись, сфокусировала взгляд на оказавшемся рядом. - Ты что творишь, ублюдок!? - это еще один парень, выпрямившийся, со злостью продолжая. - Мне дыру в твоей башке проделать, чтобы усвоил - к Госпоже даже пальцем не прикасаться! - Господин! Господин! - начали суетиться остальные, помогая своему “начальнику” как можно скорее оказаться на ногах. - Ты мелкий ублюдок! - вскочив, освобождаясь от надоедливых “рук помощи”, продолжил тот. - Забыл, с кем говоришь?! - Это ТЫ забылся! Тебя наняли, не для собственного удовольствия, а для работы-ы! Заткнись и отойди в сторону! - Ах ты мелкий..! - Тихо! Я говорю не с тобой, - вновь присев - с осторожностью посмотрел на меня, протянув ладонь к лицу, но в последний момент, словно не решившись, сжал пальцы в кулак. - Как вы? Боже… Вставайте.       Протянув руки, чтобы вновь коснуться куртки, в желании помочь, он почувствовал, как я быстро оттолкнула их, окончательно перестав понимать, что происходит вокруг. Внутри все содрогается от страха и адреналина, становящегося в крови все больше и больше. - Так, успокойтесь, - присмотревшись, задержала дыхание, чтобы успокоиться как можно скорее. - Не переставайте дышать - делайте это как можно глубже, - всплеснув руками, с демонстративным спокойствием продолжил. - Все хорошо. Больше вас никто не тронет, - пару раз моргнув - заметила большую ссадину возле левой брови, вплоть до самого виска, что-то напоминающее швы на одной из ладоней, кажется еще что-то с уголком нижней губы - она разбита? - Я рядом, - почему в нем столько беспокойства? - Вы знаете меня. - Она не может никого узна-ать! - раздалось со стороны. - Ты зря стараешься. - Замолкни, я сказал! - прикрикнув, даже не посмотрел в его сторону. - Вспомните, - еще один жест кистью, и на безымянном пальце левой руки, мне удалось рассмотреть кольцо, в виде переплетения тонких нитей, подобно лианам или даже корешкам, из золота.       Такое кольцо было лишь у… -Тэиль?.. - но ответом послужила лишь широкая, облегчения улыбка, вызывающая мурашки по коже.

***

      Большое пространство недостроенного этажа едва ли было закрыто от сильного ветра и снега, задуваемого с уровней выше. Бетонные стены, металлические пруты арматуры, тянущиеся от пола и до потолка, подобие сетки, лишь на некоторых из этажей, обтягивающей наиболее опасные участки, чтобы никто не упал вниз, мокрые лужи и остатки снега… На самом деле, это здание было не достроенным, многоэтажным бизнес-центром, рассчитанном не только на бутики и дорогостоящие салоны, но и расположение офисов компаний, которые, на тот момент, считал достойными сам владелец здания. Истинным владельцем был и оставался Господин Нан Кван Джэ, который, почти три с половиной недели назад скончался в одной из больниц Сеула. Сейчас оно, как и многие другие постройки, акции, финансы, вложения и предприятия, стали принадлежать юному, но единственному наследнику, все так же удивительно оказавшемуся без вести пропавшим, однако не объявленным таковым.       Стоит признать, что недостроенное здание, предполагало на первом этаже, в холле, фонтан; с двух сторон от него, практически по самым стенам, тянулась пара лестниц, напоминающих по своей форме песочные часы; лифтовую шахту вдалеке, но напротив главного входа с аркой; панельное деление пространства, для последующего размещения бутиков и многое другое. Сами лестницы заканчивались примерно на третьем этаже, позволяя попасть на открытый балкон бизнес-центра, впрочем, как и большинство этажей здесь. Множество уровней, потрескавшийся местами бетон, железная арматура и торчащие деревяшки, для заливки форм - все осталось не тронуто с того самого момента, как поступил приказ заморозки стройки.       Большое количество лесного массива вокруг, пара подходящих к зданию дорог, огромный резервуар едва ли не у самого фундамента, напоминающий пруд или даже озеро, выкопанное для нужд строителей, виднеющийся не так далеко город… Хорошее место, в котором, после открытия, инфраструктура будет развиваться все больше и больше.       С осторожностью оказав помощь американке, Тэиль, ворвавшийся на этаж и столь резко оттолкнувший от нее мужчину ногой, помог Харпер сесть на один из стульев, возле импровизированного стола из катушки с проводом. - Что происходит? - пробормотав, Джойс попыталась натянуть рукава куртки на ладони, покрывающиеся мелкой дрожью от боли и страха, испытываемого здесь и сейчас. - Вы целы, - стоило им встретиться взглядами, как на ее глаза начали наворачиваться слезы. - Правда целы! - нервная улыбка сорвалась с ее губ, получив схожую в ответ. - Конечно я цел, - не в силах перестать улыбаться, Нан облокотился на свои колени, подавшись вперед, к ней ближе. - Что произошло?! Почему вы так неожиданно исчезли!? - Исчез… - печально опустив голову, заметно помрачнел. - Произошло то, чего не мог предугадать никто… - нахмурившись, начал потирать большим пальцем одной руки, ладонь другой. - Я не хотел…

***

      Частный самолет, на борту которого оказалось не только некоторое количество ценных, исторических экспонатов, но и наследник крупнейшего бизнеса Кореи, вылетел из аэропорта Инчхон с четким курсом на аэропорт Сунан. Сам перелет занял не более двух с половиной часов, включая взлет и саму посадку и, если быть точными, уже через три часа Нан Тэиль полноценно смог ступить на землю страны, некогда считающейся единой с его родиной.       Как и было рассчитано агентством, ему выдали новую sim-карту и телефон к нему, для постоянной связи со всеми, с кем тот пожелает, однако, сеть никак не появлялась - где бы он ни находился, куда бы ни ехал и сколько попыток перезагрузить технику не совершал - все бесполезно. Сопровождающая девушка, следящая за каждым его шагом и каждым движением службы охраны, поспешила заверить, что все будет в порядке, и сеть появится, но немного позже, “неполадки уже устраняют и проблема будет решена в ближайшее время”. Однако, при всем своем нежелании оставаться без связи, юный наследник ничего не мог сделать - только тяжело, не довольно вздыхать и ждать. Для чего ему на самом деле был нужен телефон? Почему такое стремление оставаться на связи? Все просто…он ждал решения от той, которая никогда не позволяла отказаться от мечты или пасть духом, ругала, но поддерживала, злилась, но помогала… Джойс Харпер не покидала его мыслей на протяжении всего полета, даже когда тщательно рассматривал свой маршрут и планы на ближайшие пару дней. Даже произошедшее ночью, не могло оставить такого следа, который вытеснил бы его предложение американке. - Вы бы хотели поехать в отель и отдохнуть? Или в начале поесть? - спросила сопровождающая, сидя рядом на заднем сидении автомобиля. - Я буду есть в своем номере, - сухо ответив, Нан отвернулся к окну, опуская руку на подлокотник. - Но тогда вы не увидите города, Господин. - Я приехал не для того, чтобы смотреть на город, - повернув голову - окинул женщину презрительным взглядом. - Едем туда, где будут расположены экспонаты. - Господин, заверяю вас, они будут… - Я не стану верить ни чьим заверениям. - Нам нужно придерживаться графика… - Да. В графике написано, что мы едем на выставку для расположения экспонатов, - только она набрала воздуха, чтобы возразить, как оказалась перебита. - Едем. - Да, Господин.       Машина быстро выехала на еще одну дорогу, вскоре притормозив возле большого здания с множеством окон. Несмотря на собственную усталость, Тэиль тщательно и весьма строго относился к тому, как драгоценные экспонаты доставали из контейнеров и расставляли на свои места. Кто-то даже начал перешептываться и говорить, что он слишком предвзят, строг и даже выражает жестокость в управлении людьми, однако ни один не отказался выполнить приказа. Безропотно продолжая выполнять свою работу, сотрудники все чистили, расставляли, приводили в порядок и убирали лишнее.       Как бы ни было - время взяло свое и желудок напомнил о собственном существовании, громко заурчав. Из-за строгости и тщательности в проверках, Нан не успел пообедать, в конечном счете принимая пищу в салоне машины. Как бы забавно это не прозвучало, но улыбка впервые коснулась лица юноши именно в салоне машины, когда сопровождающая протянула ему пару кимпабов, с тунцом и креветками - в договоре было прописано, что у него аллергия на морепродукты, и вот… Улыбка появилась лишь от того, что вспомнил, как заботливая Госпожа Харпер тщательно подбирала его рацион, давая перекусы, правильное питание и напитки, чтобы у него не возникло сложностей со здоровьем или сном. В анкете, подаваемой при прослушивании в агентство, он указал, что испытывает аллергию на морепродукты и цитрусы, что американка несомненно запомнила. Тут…       Вне всяких сомнений помня про свои обязанности, Нан следовал в очередную точку, согласно плану, видя, как за окном постепенно начинает темнеть. Город сменился на деревню, а деревня на горный массив. Следующим шагом должен был стать визит к одному из старост пригорода Пхеньяна, которому в этом году должно было исполниться восемьдесят семь лет - его присутствие на церемонии открытия станет своего рода символом памяти того времени, когда Корея была едина и не существовало той самой границы, разделяющей семьи и близких друг другу людей. Благодаря собранности и четкому следованию плана, юноша смог переодеться в одной из комнат в джинсы, плотную кофту, кардиган, и куртку с мехом по всему воротнику. Разумеется, староста жил практически на вершине одного из массивов, куда нельзя было проехать на обычном автомобиле. Менять машину оказалось не на что, и в итоге, в сопровождении охраны и женщины, он поднимался по витиеватым тропинкам на самый верх. Лес, немного снега, старые листья, лежащие на тропинке и возле корней, пожухлая трава, множество камней и ям, не заметных из-за сумерек. В горах время исчисляется точно так же, как в любом другом месте, но темнеет намного быстрее. - Боже, - наступив на очередную кочку из грязи, проворчал Тэиль. - Господин? - один из охранников, идущих позади, молниеносно оказался рядом. - Да в порядке я, в порядке, - отмахнувшись - кивнул, чтобы те прошли вперед.       Поклонившись, охрана сделала несколько шагов вперед, на некоторое время оставив своего хозяина позади. С ворчанием, слышным только ему одному, Нан подошел к камню, брезгливо начав вытирать подошву теплого ботинка об острый, угловатый край. - Вот же! И что я тут делаю?.. - окинув склон еще одним взглядом, недовольно цокнул языком.       Открывающийся вид на весеннюю долину, которая еще не успела покрыться первыми листьями, вновь напомнила об американке: в некоторых местах на деревьях долины еще лежал снег, из-за большой разницы температур, такой же белый, какой был в SIN-RI. Замечательное время командировки, которое быстро закончилось и в которое его сердце впервые начало замирать от мыслей об этой девушке. - Господин? - голос со стороны вынудил юношу отвлечься. - М. Идем, - поведя головой - догнал идущих впереди, заняв свое место, и вот…

***

      Время прошло на удивление быстро, а староста, живущий в одиночестве, на вершине горного массива, оказался доброжелательным. Имея в качестве угощения гостей не так много еды, в виде риса, солений, кимчи, корешков и свежепойманного фазана, хозяин дома был рад всех видеть, понимая, что предлагает не так много. Скромное жилище, пара сараев, собака на цепи и небольшое хозяйство - он всем занимался сам, один, не ожидая ничьей помощи. На долю секунды в груди студента появился комок, сжимающий сердце в тиски - кажется, его называют жалостью, но быстро прошел, стоило тому проморгаться.       Несмотря на все неудобства, несмотря на бедноту и одиночество, старец находил в себе силы, чтобы улыбаться и приветствовать незнакомого человека, который прилетел из другой части некогда единой страны. Сильный духом, но все же слишком мягкий, раз предлагал последнее, что у него было, лишь бы угостить прибывших и дать им что-то с собой. Разумеется, прибывшие на вершину принесли с собой скромные дары, в виде фруктов, риса и капусты, для кимчи, которые нес, не сам наследник большой компании.       Стоило на улице появиться тьме, как староста предложил гостям остаться у себя, в скромном жилище, на ночь, на что те как можно вежливее отказались, поспешив покинуть столь добродушного человека.       Тьма и правда оказалась слишком близко и слишком густой, чтобы спускаться по склону вниз, однако у них не было выбора - согласно расписанию, Нан Тэиль должен был появиться в своем номере отеля, оплаченном на все время пребывания на территории Северной Кореи. Имея при себе фонари, прихваченные из машины, юный наследник в сопровождении охраны и женщины, спускался вниз, глубоко в мыслях ненавидя природу и все, что только окружало на данный момент.       Благодаря жесткому и даже жестокому воспитанию, Тэиль, после поступления в университет, оказался в клубе, славящемся своей аристократичностью, или иначе - “благородной кровью наследников”. Пользы от этого клуба не было никакого, однако покинуть его он не мог - Господин Нан, приказал не делать этого, если не хочет, чтобы тот от него отрекся. Что ж, в один момент, студенту и правда удалось найти положительную сторону - охотничьи вылазки на природу, в которых он учился стрельбе из ружья и правильному поведению на природе, вот только… Любовью к этой самой природе проникнуться так и не смог.       Спускаясь по склону все ниже и ниже, юноша старался смотреть под свои ноги, а не по сторонам, в собственных мыслях ругаясь все больше и больше. Шаг за шагом, они приближались к цели, и вот…       Наступив в очередную кучу грязи, Тэиль остановился, посветив на ботинок фонарем: - Вы в порядке, Господин? - неизменно пребывающая рядом охрана, продолжала следить за каждой его остановкой. - Да, - мельком взглянув на него, вновь начал чистить ботинок о камень. - Из-за дождя почву размыло. Ащщ, тут бесполезно строить дороги - не удивительно, что старик живет один. - Нам лучше пойти быстрее, Господин. - Верно, - только он хотел сделать еще шаг, как в блике фонаря, на самом краю дороги-обрыва, появилось что-то голубое. - А? Что это? - присмотревшись, понял, что это крошечный цветок, пробившийся сквозь толщу земли и листьев с палками. - Господин? - Ты тоже это видишь? - шаг к цветку. - Это просто растение, Господин. У нас такие тоже есть. - Не думаю, - оказавшись рядом, студент присел на корточки, как можно аккуратнее скинув с него грязь и пожухлые листья. - Смотри, - в свете фонаря, цветок приобрел темно-синий оттенок, похожий на тот, который бывает в глубинах океана, или цвете глаз… - Он напоминает цвет ее глаз… - снова улыбнувшись, шмыгнул носом. - Чьих глаз, Господин? - Харпер, - снова улыбнувшись, Тэиль потянулся к цветку, чтобы аккуратно сорвать столь дорогую и напоминающую об американке “вещицу”, как вдруг… - Осторожнее, Господин, - едва он успел протянуть руку к парню, как…       Размытый ранее прошедшим дождем обрыв дороги, начал резко сползать вниз - едва ли прошла секунда, как студент, и один из его охранников, начали падать вниз, цепляясь за ветки и корни мелких кустарников, и ударяясь об острые камни с булыжниками. Сорвавшись во тьму, они оба падали кубарем, получая удар за ударом - один из них пришелся на затылок парня, резко лишив сознания и даже самой малой возможности воскликнуть. Охранник, в первые пару секунд, пытался за что-то зацепиться, но после удара виском о какую-то корягу, так же лишился сознания, на мгновение налетев на очередной ствол дерева. Именно это мгновение и стало решающим, ведь именно за него юный наследник упал на небольшой выступ обрыва: тихий стон сорвался с его губ одновременно с клубом пара - с приходом вечера температура начала стремиться к нулю и преодолевать эту отметку к минусу. Шансы выжить без сознания также становились все меньше…       Тихий хруст дерева - охранник соскользнул по мокрой коре вниз, при падении задев тот самый выступ, куборем падая ниже. Пара секунд, и скромное «убежище» студента, от его собственного веса и все той же размытой почвы, начало распадаться на части, превращаясь в комья грязи и листья. В тот самый момент, когда ее стало совсем мало, Тэиль, из-за сильного сердцебиения, и появившегося в крови адреналина, приоткрыл глаза, чувствуя лишь холод и покалывание в руках. Что происходит?.. Вытянутые очертания, тьма вокруг, не пропускающая даже единого луча света, холод и пар, клубами срывающийся с губ… Боль окутала тело, проникая в каждую клеточку, пронизывая ее и превращаясь в цепи, не позволяющие под своим весом пошевелиться. За паром, с губ сорвался стон, едва различимый собственным сознанием, и в тот же момент остатки почвы развалились, увлекая того вниз, вместе с комьями грязи и листьев. Сильный удар о тонкий, ледяной настил, образовавшийся поверх почвы, и краски Мира в который раз приняли образ лишь одного оттенка - черного.       Погребенный под грязью, палками и листьями, на промерзшей почве, юноша остался один на один с собственным желанием жить. Среди горного массива, ночного мрака и холода, найти того, кто оказался в ловушке, посреди стволов деревьев - задача не простая.       Разумеется, пропажу идущих позади “гостя” и охранника, заметили практически сразу, вернувшись по дороге вверх, однако это было бесполезно - ни единого следа, в ночной мгле найти не удалось. Только размытые обрывки края дороги и торчащие камни. Как бы странно это не показалось, власти Северной Кореи почти сразу объявили о розыске двух людей, обратившись с подобным сообщением к властям Южной Кореи, из-за студента. Последние решили не придавать огласке “исчезновение”, зная, что журналисты и без того начнут окрашивать положение в не самые лучшие краски. Переживая, но не смея делать официальных заявлений, правительство предложило властям свою помощь, в виде техники и финансирования, однако те отказались, аргументировав это “не желанием видеть чужих людей на своей территории”. Самостоятельные поиски оказались продуктивны, но не настолько, как ожидалось в самом начале… Власти Республики Корея ХОТЕЛИ помочь и найти студента, но порой исторические события и принятые ранее решения, становятся слишком большой силой, по отношению к всего одной жизни. - … Охрану нашли на следующий день, висящим на одной из веток дерева, - не переставая потирать одну ладонь пальцами другой, Нан не смел поднять взгляда на сидящую напротив американку - каждое сказанное слово становилось свидетелем слабости. - Птицы объели его кожу на лице - опознать смогли по обручальному кольцу, на котором была гравировка даты свадьбы и имени жены. - Боже… - прошептала Харпер, чувствуя, как кончики пальцев начинают покрываться холодом. - Меня нашла какая-то старуха, живущая в деревне рядом, - печальная улыбка сорвалась с его губ от воспоминаний, в которые едва ли не вернулся. - Даже не она, а ее собака. А-хах! Почуяла запах и откопала руку… - белоснежные, ровные зубы - даже в таком состоянии он продолжал быть аристократом. - Как долго..? - Три дня, - ком в горле не позволил девушке задать еще вопрос.       Вопросов было много: почему не нашли сразу, почему не вернули в Южную Корею, как самочувствие сейчас, что было, когда пришел в себя, знал ли про отца, как смог вернуться..? Все они не были озвучены, ведь предусмотрительный юноша, пускай и измотанный, но по-прежнему сильный, знал, как, и когда на них ответить.       Поиски осложнились холодом и той грязью, которая завалила юношу, не позволяя отличить один пригорок земли от другого. Разумеется, поисковые собаки и некоторая доступная техника, были задействованы на следующий день, после исчезновения, однако они обнаружили лишь сопровождающего студента. Почему? Что ж… Из-за обстоятельств и “проделок все той же судьбы”, Тэиля едва ли не отбросило на десяток метров в сторону от того места, где был обнаружен охранник, и время превратилось в совершенно не осязаемую субстанцию.       На третий день, после исчезновения, все поиски были прекращены: правительство заблокировало связь охраны, чтобы те не разболтали лишнего, запретили им покидать город и начали думать над тем, как поскорее избавиться от проблемы со скандалом, в лице студента. Как того и следовало ожидать, Республика Корея не переставала выражать желание узнать, как можно больше об исчезновении своего человека, но этого было мало. Очень мало…       Проходящая по подножью горы старушка, услышала лай своей собаки и поспешила к месту “находки”. Ее удивлению, даже шоку, не было предела, когда под горой листьев и земли, обнаружилась рука человека. На крик никто не мог прибежать, ведь она была достаточно далеко от собственной деревни, вообще от любого населенного пункта, а потому, поиск людей и их прибытие на место, тоже заняли время.       Инфраструктура деревень и небольших городков Северной Кореи разительно отличалась от той, которая была в Южной, чем подтверждалось даже состояние дорог. Именно этот фактор стал решающим, в отношении “поисков пропавшего студента”: жители небольшой деревни, откуда оказалась старушка, совершенно не знали о том, что кого-то ищут, приняв Тэиля за заблудившегося парня, судя по испачканной и порванной местами одежде. В израненном, едва дышащем и замерзшем парне, никто бы в жизни не узнал прежнего аристократа, думая, что он один из тех, кто служил на границе и вернулся домой, в близлежащую деревню. Подобные “потеряшки” попадались не часто, но иногда вернувшиеся со службы парни, или те, кто был двойным агентом в Южной Корее, выпивали алкоголь в местных домах, плохо зная местность и блуждая по окрестностям. В силу собственной подготовки и непривычки к ландшафту, они могли забрести в соседние деревни или вовсе, поселки, утверждая, что стучатся в собственное жилье. Сообщать о подобном никто не собирался, ведь тогда, проблемы были бы у тех, кто незаконно производит алкоголь, незаконно его продает только прибывшим со службы, у самих служащих, и у командующих деревень, что допустили подобного беспорядка и не уследили за вверенными людьми. Все молчали, и по утру просто возвращали каждого на свое место. Так продолжалось из года в год - пару раз, не больше… До того дня.       Тэиля смогли привезти в одну из ближайших деревень, скромную больницу, в которой из медикаментов были только бинты, капельницы и пара обезболивающих, доступных практически по всей стране. Многочисленные раны, ссадины, подозрение на перелом ноги, которое впоследствии оказалось сильным ушибом, синяки и переохлаждение… Новость о “находке” быстро разошлась по всей деревне, и каждый в ней, надеялся на то, что юноша выживет. Рассказать кому-то, кто старше командующего деревни о том, что в горах обнаружили парня, среди грязи и холода, не решился ни один - очередная угроза власти и их укладу, ведь причиной тишины оставалось тоже - страх перед разрушением привычного уклада жизни, и следующее за этим наказание.       Более двух недель Нан оставался без сознания, скрываемый от “посторонних глаз” и лечимый теми средствами, которые были на тот момент.       Когда сознание постепенно начало возвращаться, первым, что почувствовал юноша, среди растворяющейся тьмы, боль. Тело пронзили тысячи тысяч игл, напоминающие ледяные острия, уничтожающие каждую клетку, а следом за ними наступило осознание собственного дыхания. Каждый вдох и каждый выдох были не просто болезненными, а намеренными - не задумывайся он о том, что надо дышать, грудная клетка бы не поднималась и не опускалась. Окружение начало проясняться по середине ночи, и к утру Тэиль смог окончательно понять, где находится: маленькая комната, старая штора, которые обычно вешают в сельских больницах или захудалых городках, небольшое окно с решетками, через которое лился свет луны, столь отчетливо и ясно видимой после пробежавших по небу туч, потертая тумбочка возле кровати… Это не Сеул и даже не пригород… Где он оказался?       Воспоминания очень быстро вернули студента к реальности, и первое, что он пожелал сделать - вызвать персонал, но вот в чем сложность - нет ни кнопки, ни телефона, ни даже колокольчика, чтобы позвать на помощь. Самостоятельно он встать не смог, ведь левая нога оказалась не просто перебинтована, а зафиксирована и подвешена на специальных спицах - пара палок и большое количество бинтов, дали свой результат. Это еще раз подтверждает тот факт, что больница слишком бедная, а значит, слишком далекая, чтобы оказать дОлжную помощь.       Утро наступило не так быстро, как он хотел: пришедшие врачи, уже без надежды смотрели на него, однако поняв, что тот открыл глаза, резко воодушевились. Беглый осмотр и проверка связности речи, дали понять, что он в здравом уме, хоть и под влиянием сильной боли. После заключения, парень, наконец, смог произнести собственное имя, до этого момента числясь в качестве “Неизвестного”, однако и это не помогла - из-за отсутствия интернета и даже телевидения, в деревне никто не знал, что на одну из ближайших гор приедет человек с Юга. Около суток командующий принимал решение, что делать со студентом: просить его скрыть факт пребывания в деревне, или же сразу раскрыть правду, заявив, что без его помощи он бы не смог выжить? Если он промолчит - у властей возникнет вопрос, как студент смог выжить, и получить лечение на протяжении более двух недель, в одиночку? Если обо всем расскажет - многие пострадают, по тому что изначально молчали и никому не сообщили о “находке”. Проблема, как ни пытайся ее решить…       В конечном итоге, рассказать о юноше пришлось: компетентные врачи сразу оказались в деревне, выяснив, что у него нет перелома, а всего лишь сильный ушиб и прочие мелкие ранения. Из-за положения Тэиля и того, что произошло, его быстро перевели в больницу Пхеньяна, где смогли дать заключение о состоянии здоровья: все те же ушибы, легкое недомогание, обезвоживание и ссадины. Еще неделя, и вот студента полностью выписали из больницы, сообщив полиции и в агентство, что недоразумение с исчезновением было исчерпано, и в скором времени того вернут домой. Новость, безусловно, потрясающая, ведь за время отсутствия наследника компании, выставка прошла успешно, все высокочтимые представители аристократии Северной Кореи, остались в восторге, и вовсе не заметив того, кто отвечал за коллекцию экспонатов. Как и говорили братья, как говорили все вокруг: пока ты известен и появляешься в обществе - все говорят о тебе и выражают беспокойство, однако, стоит исчезнуть или перестать проявлять интерес - все разом рухнет, превратится в пепел и просто воспоминания, со временем блекнувшие, становящиеся ничем.       Короткие переговоры, и вот, Нан Тэиль зашел на борт самолета, держащего курс в аэропорт Инчхон. Охрана, четкий курс, время полета… Все согласовано с агентством, кроме одного - дня вылета. По плану, рейс покидал аэропорт лишь на следующее утро, однако, самодовольный и не менее самостоятельный студент, больше не хотел откладывать собственного возвращения, как и оставаться в “прОклятой стране, в которой даже нет нормальной медицины!”       Всего час, и сеть его телефона вернулась, а вместе с ней - многочисленные сообщения в KakaoTalk: акции, реклама, операторы, менеджеры, агентство, “друзья”, и среди них - одно единственное имя, которое вызывало трепет в сердце. “Джойс Харпер”.       Эта девушка просто сводила его с ума, но вместе с этим…дарила надежду, а самое главное - не отнимала ее, когда происходило что-то страшное. - Не представляю, как трудно… - однако он не позволил девушке закончить. - Единственное, что не дало мне сдаться там, на ужасной кровати в грязной больнице - это вы, - впервые за все время, он осмелился посмотреть на нее. Этот взгляд…полнившейся искренности, открытости и той частички надежды, которую никому раньше не смел показать, заставил сердце американки почувствовать спицу боли. Более на его лице не было маски - только искренность и та правда, в которую верил сам. - Что? - маленький вопрос, едва слышимый и едва произнесенный. - Каждый день, видя через решетку часть горы и леса, я думал о вас. Думал о том, как вы помогали и поддерживали меня все это время, даже когда не верили другие, даже в день, когда предложил начать…встречаться, - кто-то со стороны издал усмешку, на что юноша посмотрел в сторону самым жестоким, самым кровавым и испепеляющим взглядом. - Тэиль… Но, я не понимаю… Почему тогда вы здесь? - неожиданно поднявшись, она Джойс протянула ему руку. - Идемте. Вам нужно поехать в больницу и лечь на об-бследование. - Хорошо, - удивительно быстро согласившись, он улыбнулся, поджимая губы и кивнув.       Вложив свою ладонь в ее, Тэиль впервые испытал то, что многие называли “счастьем”, когда сердце учащенно бьется не от страха или сомнения, а от того, на сколько воплотилось желание в жизнь. От одного лишь прикосновения и желания сделать миг как можно более долгим, Нан безропотно пошел следом за Харпер - уверенная, решительная, даже сейчас она думала о его состоянии, а не своем собственном.       Несколько шагов, и им преградил путь своим появлением, один из головорезов, выйдя из арки. - Прочь с дороги, - от жесткости голоса, по спине юноши пробежали мурашки. - Хочешь, чтобы нос тебе сломала? - и эта угроза, которая наверняка не станет реальной…       Мужчина лишь взглянул на своего истинного господина, стоящего в стороне, получив неоднозначный кивок на студента, не сделавшего более и шага. - Не слышал?! - Нам лучше остаться, - голос стоящего позади Тэиля, выпущенная из женской ладони рука, холод, пробежавший по коже…       За мгновение девушка догадалась, что все происходящее не случайно, точно так же, как похищение и появление студента, однако, решила дать ему шанс, на раскрытие правды. Медленно обернувшись, американка настороженно, но в тоже время с опаской, посмотрела в глаза парня, произнеся: - Как вы здесь оказались? И…почему…так спокойны..? - Госпожа, вы удивительны… - взгляд резко изменился на разочарованный, наполненный слезами и печалью. - Что я тут делаю? - голос стал строже, но в один момент дрогнул. - Я предложил вам стать больше, чем моим преподавателем, в вечер, когда улетел… Думаю, самое время, мне услышать ответ. - Тэиль… - все встало на свои места - он здесь не пленник, как я… - Присядем. Разговор будет долгим.

***

      Сидя напротив студента, на стуле, к которому была привязана, в стороне от импровизированного стола, девушка пыталась собраться, чтобы не показывать дрожи в руках. Натянув на костяшки рукава куртки, она проглотила ком в горле: Нан, не поднимая головы, листал сообщения в своем телефоне, положив ногу на ногу и откинувшись на спинку своего стула. Кто первым сделает шаг? Вопросов становилось только больше, и ответы на них получить не так просто. Единственное, что стало очевидным - студент не пленник этого места. Он не боится окружающих наемников, одного даже ударил, а сами наемники не трогают его… Сам нанял? Зачем?       При всем желании собрать правду всю, до последней крупицы, Харпер прекрасно осознавала свое положение, оставив одно единственное желание - выбраться из этого места как можно скорее. - Я хочу уйти отсюда, - несмотря на положение, американка продолжала сохранять стойкость и выдержку, готовые с минуты на минуту закончиться. - Хах! - раздалось позади нее. - Это невозможно, - бросив, Тэиль начал что-то набирать в своем телефоне. - Не сейчас. - Почему? Я поняла, что эти люди подчинятся вам - зачем… - и снова смех, но уже с разных сторон - слова американки рассмешили мужчин. - Они мне не подчиняются, - переложив ногу на другую, с легкостью, даже наивной простотой, посмотрел на девушку. - Они подчиняются ему, - короткий кивок в сторону того самого мужчины, которого окружающие называли “Господином”. - А он - подчиняется мне. - В итоге - они все слушаются вас. - Нет-нет, это совершенно разные вещи, - улыбка на его лице отразила ту самую наивность, которая читалась во взгляде. - Видите - это все ступени управления, на вершине которой нахожусь - я, - импровизированно показав руками ступени - четко дал понять, где именно находится верхняя ступень. - Кто этот человек? - Точно-о, она же не распознает нас, - снова раздалось от мужчины. - И можем делать, что хотим! - Аха-ха-ха! - Заткнулись все! - с нотками безумной ярости, выкрикнул студент. - Госпожа, - снова посмотрев на американку, в мгновение ока смягчился, - пока я рядом - к вам никто не посмеет прикоснуться, - всплеснув руками, едва не коснулся девушки, вовремя остановившись. - Ваша подруга, Лина, охотится за его головой, - с той легкостью, с которой произносил слова, обычно выступали безумцы, на суде, объясняя свою причастность в преступлении. - И вы, кажется, виделись в прошлом. - Нет…       В памяти Харпер, подобно шторму, накрывающему своими волнами каменистый берег, пронеслись воспоминания: та самая ночь в клубе, когда подруга подлила ей в бокал концентрат бананового сиропа, чтобы американка убежала в туалет и не мешала задержанию преступника. Квак Он - так звали мужчину, которого посадила под арест, как наркоторговца, и которого впоследствии полиция столь ловко упустила из-под собственного контроля! После побега, часть участка, в котором работала Лина, и сама подруга, волновалась, что мужчина будет мстить через Джойс, но крысы нигде не было видно - он словно испарился, не появляясь ни на камерах улиц, ни тем более мелких магазинчиков. «Ушел в подполье», скрылся так далеко, как только смог, «набираясь сил и власти», чтобы нанести удар в самое уязвимое место, когда этого ждали меньше всего! Но постойте, разве Тэиль не говорил, что… - Вы сказали, что я могу больше не беспокоиться о Кваконе, - не без труда преодолев шок, и новый приступ страха, от осознания того, как посмела говорить с наркоторговцем, Харпер все же сохранила хладнокровие в голосе, едва не дрогнувшем. - Как понимать его..? - Верно, - вздернув бровью, юноша снова переменился в лице: его глаза прервались в подобие стеклянных - смотрящих в пустоту, без жизненных и переливающихся блеском, от падающего света ламп, без движения и каких-либо эмоций, присущих человеку.       Воспоминания вновь настигли его, как и то состояние, в котором оказался несколько недель назад. Кто бы мог подумать, что один шаг приведет ко второму, третьему и дальше, по своему размеренному счету?

***

      В один из дней его охрана действительно поймала беглого наркоторговца, заперев на одном из складов: едва не превращенный в подобие животного, избитый, в испачканной одежде и голодный, Квакон выполнял то, что ему велели - сидел тихо, не высовывался и не имел желаний. Все было верно, безопасно для американки… Так продолжалось чуть больше четырех недель, однако…       Вернувшись в Республику Корея на день раньше, первая, о ком он подумал, оказался не мертвый отец, что объяснялось рядом обстоятельств, а американка, не дающая покоя сердцу и сознанию. Сойдя с трапа и сев в машину с личным водителем, с его губ сорвались слова, не имеющие отношения ни к кому, кроме Харпер - ими стал адрес ее дома, в квартале от которого находился небольшой цветочный магазин, работающий круглосуточно. Из-за конкуренции и высокой арендной платы, владелице магазина приходилось работать полные сутки, закрываясь лишь на шесть часов по воскресеньям, в остальное время принимая цветы, оформляя букеты и занимаясь их транспортировкой заказчикам. На тот момент, подобные проблемы оказались выгодны юному наследнику, ведь его рейс приземлился в аэропорту Инчхон, когда на часах оказалось за полночь, и все магазины давно стали закрыты. Спеша к единственной девушке, будоражащей мысли, он сказал водителю притормозить у этого магазинчика, заказав большой букет цветов из белых и синих роз, которые так любила Джойс, и попросив небольшой лист бумаги, напоминающий визитку: при всем желании, он прекрасно знал, что в доме, где проживала американка, существует владелица, не позволяющая мужчинам не то, чтобы проникать, а даже подниматься на этаж, выше холла, по тому и решил оставить записку, узнаваемую лишь иностранкой. «N», выведенное ручкой, на стойке продажи - что может быть проще..? Он ведь оставлял подобное в пакете, когда передавал ей палантин и ноутбук в подарок… Должна узнать… Должна понять, что он вернулся и хочет ее видеть. ГОТОВ к встрече и думает только об этом, ведь первое место, куда посмел податься - стал ее дом.       Несколько сотен метров, узкий, темный переулок, в котором лишь мусор, пробежавшая мимо кошка и баки, возле одного из углов - он так близок улице, на которой был построен дом Харпер… Сердце Тэиля забилось так сильно, как не билось за последние пару недель, что не могло не прибавить робости, в его надменный, и самоуверенный характер. Небольшой шаг… Взглянув в сторону подъезда, он замер, не посмев пойти дальше, ведь Джойс…       Стоя на мысочках, девушка находилась в объятиях парня, одетого во все черное, делающее силуэт неузнаваемым. Настойчиво притянув ее к себе, “силуэт” коснулся ладонью пояса американки, и только она прервала поцелуй, отстраняясь и произнося несколько слов, как… В свете фонаря Тэиль увидел лицо парня, и им оказался не кто иной, как Ким Нам Джун - невозможно представить, от чего студенту стало бы большее, окажись на его месте какой-либо другой парень, или все тот же айдол? - Только в твоем присутствии, я чувствую, и поступаю, как полный…       Харпер сама притянула RM за грудки, прильнув к его губам в очередном порыве и страстно поцеловав - этого Тэиль выдержать не смог. В груди что-то заболело с такой силой, что он едва устоял на ногах - колени подкосились, и от единственно-небольшого шага назад, ослабли руки. Букет упал на землю, а сам парень сделал еще шаг - почему так тяжело дышать? Почему не получается мыслить здраво - все так туманно, не получается сосредоточиться и поверить в то, что увидел… Джойс целуется с Намджуном? Нет, он знал, что они встречаются, но не думал, что увидит, как они… Невозможно сделать и единого вдоха… Еще шаг назад, и юноша едва не упал на землю, зацепив один из мешков с мусором - равновесие удалось сохранить, дыхание никак не выравнивается, боль в груди не становится меньше, а колени едва удерживают на ногах. Он знал… Знал, что они встречаются… Но не думал, что будет так больно. Ну почему, почему в груди боль становится лишь сильнее? Почему так невыносимо чувствовать удары сердца, которое пронзает десяток игл, превращая плоть в рваные куски, без шанса на выживание?       К такой боли он не был готов… Боль…разбитого сердца…       Чувствуя, что создал лишний шум, сам же его не заметив, Нан стал отступать назад, в скором времени перейдя на легкий бег и покинув переулок за мгновение до того, как в него заглянул лидер группы с девушкой.       Не помня, как спешно подошел к машине и оказался в салоне, Тэиль набрал номер своего охранника, сразу после слов приветствия, бросив: - Где та тварь, которую ты запер? ГДЕ КВАК ОН?!

***

- В вечер, когда вернулся в страну, - печально произнес Нан, снова отведя взгляд от американки, - первым местом, куда я поехал - был ваш дом, - в глубине души зная, что это так, Джойс не решилась задавать вопросов, - лишь сказав. - Та визитка…была ваша. - М, - кивнув - едва заметно улыбнулся, поджимая губы и все же подняв голову. - Я увидел вас, в…в объятиях Ким… Кхм… Ким Намджуна. Хах, - встретившись взглядами, девушка увидела, как его глаза начали наполняться слезами, тщательно скрываемыми под маской печали. - Не думал, что будет так…больно. - Тэиль… - В тот вечер я понял, что нужно делать. - Я вас не понимаю, - однако, в силу собственной сообразительности, девушка просто боялась услышать правду. - Я понял, что вы никогда не оставите мыслей о нем, а он - никогда не перестанет “играть вами”. - Пожалуйста, остановитесь. Давайте закончим этот разговор и вернемся домой. - Поймите, стоит вам только заговорить о том, как вы вернетесь в Штаты, и… - проглотив ком в горле, его глаза снова едва ли не стали похожи на стеклянные. - Все встанет на свои места, когда вас не станет в Корее, или Ким Намджун покинет ее на несколько дней. Вы станете одиноки, а он - встретит совершенно другую девушку, которая будет соответствовать его статусу, положению в обществе, и…нации, - вложив ладонь в ладонь, Нан коснулся пальцами собственных губ, не переставая облокачиваться на колени. - Вы совершенно ничего не знаете о наших традициях, совершенно не знаете, как себя вести и что делать рядом с теми, кто старше. Хах, вы даже по-корейски не сможете грамотно объясниться - его родители никогда не примут вас в семью, а ваши… Кто знает, на что способна миссис Харпер, когда недовольна тем, что не может контролировать. Ваша жизнь уже испорчена…поломана вами самой, - тяжелый вздох, и взгляд стал более осмысленным. - Остановитесь, не делайте ее хуже. Разорвите все отношения с Намджуном, пока не стало окончательно поздно. - Тэиль… - в какой-то момент, в горле девушки появилось подобие кома, не позволяющего нормально говорить. - Ответьте на мой вопрос, который задал перед своим отлетом. Только одно единственное слово… - Не могу… Никак, - слезы сами навернулись на ее глаза, и не от жалости или ощущения правдивости произнесенных им слов, а от того, как сильно изменился юноша, всего за половину часа. - Тогда…вы не оставили мне выбора, - выпрямившись, он достал телефон, демонстративно взглянув на циферблат собственных часов, ремешок которых обвивал правое запястье.       Убедившись, что время то, которого ждал, он набрал какой-то номер, переключив вызов на громкую связь. Долгие, громкие гудки… Они никак не заканчивались, отчего в мыслях девушки появился лучик надежды на то, что никто не ответит. Еще несколько гудков, и… - Алло! - взволнованный голос Намджуна, который невозможно было не узнать, с болью сжал сердце американки. - Господин Ким! - наигранно радостно воскликнул Тэиль, всплеснув руками, переступая с ноги на ногу. – Боже-е, как приятно вас слышать! - что, разумеется, являлось лишь сарказмом. - Тэиль? - не понял тот. - М-м-м. - Кто это? - раздался голос со стороны, напоминающий Тэхёна. - Хён, Чимину снова плохо! - выкрик Чонги, и Нан снова не выдержал. - Хорошо, что вы все в одном месте. Ах да, у вас же выступление в Пусане! И как я мог забыть..!? - Когда ты вернулся? - вступил Джин, чувствуя, что что-то не так.