Убийство Бога

      Открыв глаза, я пытался понять, с каких пор в моей комнате так темно и почему кровать такая жёсткая. Поднявшись, чтобы открыть окно, я вдруг поймал себя на мысли, что нахожусь отнюдь не дома — на потолке горел блекло-жёлтый огонёк, огороженный решёткой, а позади меня была потрёпанная койка. — Что произошло? — тихо спросил я сам себя, надеясь на ответ. — Это не похоже на обычный сон…       Прогулявшись взглядом по комнате, я пытался вспомнить хоть что-то. Внутри было ощущение, словно я потерял что-то очень важное, но забыл об этом.       В дальнем углу я заметил, как тень странно двинулась, словно живая. Заинтересовавшись, я подошёл ближе и тогда понял, что там кто-то сидит. Кашлянув, чтобы привлечь внимание, я ничего не добился, что и вынудило меня подойти опасно близко к чему-то незнакомому. — Всё хорошо? — тихо спросил я, смотря на незнакомца. — Ты как?       Вместо ответа, на меня уставилась пара безумных глаз. Внутри что-то опасливо сжалось от этого взгляда и я отступил назад. — Вот и поговорили, — тихо сказал я, упрекая себя в том, что вообще решил встать с койки. — Новенький? — прозвучал вопрос. Тембр голоса мне показался странным, не человеческим. Я даже почувствовал, что он исходит не от моего собеседника. Он, словно бы, исходил от самой комнаты, заполняя собой весь мир. — О чём ты? — уточнил я. Незнакомец молчал. — Внутри тебя есть что-то знакомое, манящее, — произнёс незнакомец. — Только вот не пойму, что именно. Ты что, правда? То есть… — Это уже звучит как-то не слишком хорошо, — попытался отшутиться я, отступая обратно к койке. — Ты не помнишь… — по спине пробежали мурашки. — Ты же житель того городишки, где мы задержались…       Лампа, до этого светившая монотонным светом, вдруг мигнула и погасла. С места, где сидел незнакомец, на меня всё также смотрели два горящих безумных глаза. — Хотя, может ты и сможешь хоть что-то изменить… — теперь голос стал более гулким, отражаясь от стен комнаты. — Посмотрим.       Стоило голосу смолкнуть, как меня схватили за горло и сбили с ног. Больно ударившись затылком о пол, я хотел закричать, но тут же мой закрыли грубой ладонью. — Тише, это не больно… — раздался тихий шёпот, схожий с шелестом листьев, после чего глаза существа оказались напротив моих, а в мой рот начала литься какая-то горькая и вязкая жидкость. — Пей, иначе тьма не отступит.       Мне показалось, что изнутри меня что-то выжигает. Словно я дерево, которое изнутри пожирает пламя. Сознание снова покинуло меня.

***

      Прохладный ветерок приятно ласкал кожу, разнося запах морской соли. Совсем недалеко был спуск к пляжу, но идти плавать не хотелось. Оставаясь в высокой траве, я наслаждался шёпотом ветра. Нутро подсказывало, что выходить из дома этой ночью не стоило, но меня это не остановило — отказываться от созерцания полнолуния я был не готов. Сейчас я ждал, пока она окажется в своём зените, прямо надо мной. Хотелось провести так всю ночь.       Плывущее по небу облако закрыло собой луну и произошло что-то странное — на несколько секунд всё вокруг окутал густой туман. Липкий страх неприятно проник в душу, но быстро отступил. Что-то ужасное должно было произойти в этот момент, но я не понимал, что именно. Вскочив, я понял что не могу видеть дальше вытянутой руки. Однако туман исчез, как только на него упал лунный свет. — Дитя, эта ночь слишком опасна для прогулок, — раздался рядом незнакомый голос. Безэмоциональность, не присущая кому-либо, заставила меня напрячься. — Тебе лучше вернуться домой. — Кто ты такой? — достаточно громко спросил я, собираясь с силами, чтобы обернуться. — Не имеет значения, кто я и зачем пришёл, — позади меня стоял человек. Он был выше и сильнее, как мне показалось. Всё его тело скрывал под собой доспех из чёрной кожи, а лица из-под капюшона было не рассмотреть. — Дети всегда были слишком любопытны до диковинок, — он провёл рукой по поясу, на котором висела пара кинжалов в ножнах. — Ты правда хочешь получить ответ на свой вопрос?       Ответить я не смог. Нутро требовало, чтобы я бежал, но я словно окаменел. Меня начинало мелко трясти. — Когда-то я был сброшен в бездну, оставлен за границами этого мира и его правил, — начал он, сняв капюшон. От человека его отличал блеск чешуи на щеках, похожей на мою и горящие ярко-алым глаза. — Меня лишили имени, однако не тронули память. Моя тюрьма казалась совершенной, однако я смог выбраться и теперь стою на земле, что когда-то горела и было окрашена в цвет крови. — Вы безумец… — сорвалось с моих губ, на что незнакомец ответит усмешкой. — Свой рассудок я сохранил, — ответил он мне. — Уверен, мой тюремщик надеялся на иное.       Наклонившись ко мне, он медленно провёл рукой по волосам. После его холодные пальцы коснулись моей шеи, заставив вздрогнуть. Он словно изучал меня. — Как тебя зовут, дитя? — спросил он, приложив ладонь к моей груди. — Медил, — ответил я, после чего сердце в груди кольнуло.

***

      Очнулся я в холодном поту. В памяти начали всплывать ужасные картины, предшествующие моему попаданию в эту камеру.       Подтянув к себе ноги, я обхватил их руками, вспоминая, как Нерема пронзил клинок наёмника. По щекам снова потекли слёзы. «Да, это мародёры», — подумал я, пытаясь сдержаться, чтобы не закричать. — «Почему они пришли к нам? Что привело их сюда?»       На этот вопрос я не мог найти ответа, ведь из всех рассказов Агориана про мародёров, я понял одно — в нашем мире ничего полезного и интересного для них не было. Даже общий уровень способностей не поднимался выше отметки «ниже среднего» уже много лет, так что причина их появления оставалась загадкой.       Вдруг дверь в камеры открылась и свет ослепил меня, а потом я услышал громкий крик, только в нём не было страха, а только сильная озлобленность. — Олухи безмозглые! — эхом отдалось по камере. — Его нужно было отправить в первую очередь!       Ударив кулаком в стену, мародёр посмотрел на меня. Подойдя ближе, он со злостью сплюнул, а потом опустился рядом со мной и внимательно посмотрел в глаза. Его глазницы были пусты, однако веки привычно смыкались, словно так и должно быть. — Идём, — он снял с пояса вещь, похожую на ошейник и надел на меня. — Не стоит заставлять гостей ждать. «Гостей?» — мелькнуло у меня в голове. — Живо! — рявкнул мужчина. Испугавшись, я быстро встал на ноги и последовал за ним.       Выйдя из камеры, я прищурился — свет был очень ярким, отчего глаза начали болеть и ещё сильнее слезиться. — Пустота бы пожрала этих дурней! — недовольно произнёс он, останавливая меня. — Дай-ка надену повязку хоть. — взяв меня за подбородок, он приподнял мою голову. — Товар должен быть презентабельным, а какая польза будет от слепого раба? — Раба? — тихо спросил я, пытаясь сдержать дрожь. — Где я? — Скоро всё узнаешь и перестанешь быть моей проблемой, — ответил наёмник, закрывая мне глаза плотной повязкой и завязывая её на затылке. — А теперь просто иди вперёд.       Свет стал тусклее и я смог открыть глаза, правда ткань была настолько плотной, что через неё не было возможно что-либо увидеть. Последовав совету, я просто шёл вперёд, прислушиваясь к гулкому звуку шагов. Какое-то время только он и нарушал тишину. — Я привёл его, — сказал он кому-то, заставив меня вздрогнуть и остановиться. — Займись им. Он из первой категории. — Новость не из лучших — их уже распродали, — ответили ему. Голос принадлежал женщине и звучал уверенно. — Что же, посмотрим.       После этого меня взяли за запястье и потянули за собой. Послушно, словно марионетка, я следовал за кем-то, пытаясь не думать о плохом, однако мысли роились в голове пуще роя диких ос. И одна была хуже другой. Вдруг со спины раздался тихий хлопок, а после с меня сняли повязку. — Хм… — перед моим лицом зависло чужое, женское. Острые скулы и линия разделяющая нижнюю челюсть надвое делали его хищным, не внушающим особого доверия. Она смотрела прямо мне в глаза, напоминая ту тварь, которая что-то сделала со мной. — Он сделал неплохой выбор — твои глаза скоро станут похожи на две жемчужины, а это многого стоит. Да и чешуя у тебя крепкая… В бою тебя будет не так просто отравить.       Усмехнувшись, женщина отдалилась от меня и внимательно прогулялась взглядом по моему внешнему виду. Я немного осмотрелся — вокруг были те же холодные железные стены, а с потолка падал тусклый красный свет. — Раздевайся, — скомандовала она. Я же застыл в нерешительности. — Нечего бояться, — тихо произнесла она, не отрывая от меня взгляда. — Я не собираюсь как-либо вредить тебе. Не за этим тебя привели ко мне.       После этих слов легче мне не стало.       Взявшись за низ рубахи, я потянул её наверх и, спустя мгновение, бросил к ногам. Следом я снял штаны, чувствуя, как внутри просыпается неловкость. — Хорошие ноги, широкие плечи и длинные волосы… — задумчиво произнесла она. — Ты будешь отлично выглядеть в костюме прислуги. Вот только нужно будет что-то придумать, чтобы не прятать чешую. — Меня ждёт аукцион Душ, верно? — тихо спросил я, наблюдая за женщиной. Её губы расползлись в улыбке. — Верно, — кивнула она, — с мозгами у тебя даже лучше, чем мне говорили. Откуда знаешь, как называется это сборище «чистокровных»? — Я много читал, — ответил я. — Вы говорили про костюм прислуги? — Честно говоря, тебя можно и так отправить, — пожала она плечами, снова прогулявшись взглядом по моему телу, вызвав волну смущения. — Но, это против правил. Сейчас найдём, во что тебя приодеть. *** — Дамы и господа, почтившие нас своим присутствием, — раздался громкий и уверенный голос, — уверен, что все вы ждёте начала этого аукциона. Однако вряд ли кто-то мог знать, что сегодня в наших руках окажутся две диковинки! Сегодня вам выпадет шанс приобрести легендарного Забытого, рождённого всего полвека назад и проклятого Пустотой, пойманного на границе!       Занавес начал медленно подниматься. После передо мной открылась ужасная картина — огромный зал, некогда обители Создателя, был заполнен людьми в причудливых масках. Белоснежные мраморные стены и колонны были украшены золотыми изваяниями разных существ, руки которых были закованы в кандалы. — Да начнётся аукцион! — радостно воскликнул аукционер, стоя у небольшой кафедры. Я с ужасом наблюдал за тем, как ведущий описывал каждого из пленённых, а после лишь объявлял сумму, чтобы потом ударить молотком, обозначая конец одной сделки и тут же начиная новую. Очередь дошла и до меня. — Прекрасный юноша, столь сладостно невинен и оттого желанный, — начал он, указывая на меня. — Ого юношеское тело прекрасно сложено, а взгляд поразит каждого живущего. Однако не стоит вестись на эту красоту, ведь за ещё мальчишечьим личиком прячется страшная тварь — сама Пустота, просочившаяся в наш мир! Начальная цена всего пять тысяч золотых!       Ведущий увеличивал цену с каждой поднятой рукой в зале. Это продолжилось недолго — после того, как моя цена достигла отметки в двадцать три тысячи, массивные двери в зал со стуком распахнулись, и внутрь вошла статная женщина в тёмно-синем одеянии и длинными, как снег волосами, собранными в массивную косу, что лежала на левом плече. Её движения были спокойными, хотя по центральному проходу она двигалась слишком быстро для обычного человека. По залу раздался тихий шёпот, отражающийся от стен не хуже слов аукционера. — Госпожа Арментил! — ведущий заметно занервничал, хоть и старался сдержать это. — Какой приятный сюрприз! — Для меня тоже было сюрпризом, что я не получила приглашение на аукцион, — властно произнесла она, остановившись у первого ряда. — Как вижу, я не пропустила лакомый кусочек. — взглянув на меня, она довольно улыбнулась и громко объявила, — пятьдесят тысяч!       В зале повисла мёртвая тишина, словно никого в нём и не было. Аукционер сжал ручку молотка так сильно, что его костяшки побелели. — Рад объявить, что проклятый Пустотой был продан госпоже Арментил из Третьего дома! — воскликнул он, ударив молотком. — Теперь ты принадлежишь мне, — услышал я, после чего мою клетку увезли со сцены. ***       После аукциона меня выпустили из клетки, но ошейник снимать не торопились. По взглядам своих надзирателей я понимал, что им крайне противно находиться рядом со мной. Но долго терпеть компанию друг друга нам не пришлось, поскольку меня просто провели к комнате, где уже ждала эта "госпожа" и мужчина, не скрывающий довольной ухмылки.       Они какое-то время обсуждали условия сделки, но я из слушал вполуха. Не очень приятно чувствовать себя экзотическим товаром для зажравшейся знати. Но стоило мужчине покинуть комнату, как женщина резко встала с дивана и направилась к двери. — Можешь радоваться своему везению, — спокойно сказала она, поворачивая ключ в замке. Закрыв дверь, она сделала шаг назад. — Агориан не просит спасти кого попало. — Вы знаете моего опекуна? — спросил я, пытаясь понять, стоит ли доверять незнакомке, которая вывалила за меня пятьдесят тысяч золотых. — Позвольте узнать… — Это долгая история, так что повременим с откровениями, — холодно отрезала она. — Сначала нам нужно добраться до восточной границы. — Вы везёте меня в Бож’Эран? — я вспомнил, как Агориан рассказывал мне об одном из своих путешествий. — Старик не врал, что ты смышленый малый, — Арментил довольно хмыкнула, положив мне руку на плечо. — Да, мы едем на родину Пауков ночи. — Мародёры действительно ведут дела со знатью? — уже тише спросил я, вспоминая Нерема. — Да, город Создателя, в котором его давным-давно нет, успел стать тем ещё гнилым местом, — Арментил протянула мне овальную маску. — Теперь у власти стоят те, кто готов поддерживать беззаконие и бессмысленную жестокость. — На Ведан напали по чьему-то приказу? — я посмотрел на женщину. Она кивнула, а после я надел маску Паука. — Спасибо.