Гарри Поттер и Куда ведёт жизнь

      Первая учебная неделя подошла к концу и наступили такие долгожданные выходные, походы в Хогсмид для всех учеников ещё были под запретом, разрешат их не ранее чем через две недели, разумеется данный запрет не относился к восьмому курсу, и из их общей гостиной не было слышно ни звука.       Драко проснулся после обеда, окружённый лишь тишиной полупустого замка, погода была пасмурной и как могла намекала на приближающийся дождь, но он как никто другой знал, что эти намёки обманчивы. Оторвавшись от такой уютной подушки и проведя ладонями по лицу в вымученном жесте, Малфой пытался понять причину своего плохого настроения, все домашние задания были выполнены и впереди два свободных дня, в этом учебном году он не собирался уступать грязнокровке.       Посмотрев на прикроватную тумбочку на сердце потеплело, что заставило юношу легко улыбнуться, кто бы мог подумать, что у такого человека как Малфой могут быть друзья, но тем не менее это так. На подносе стоял чёрный кофе под чарами стазиса и несколько кексов, Панси и Блейз знали, что есть по утрам Драко не любил и обычно обходился чашкой кофе, наверняка, сходив на завтрак, друзья захватили и ему, а поскольку всю неделю Драко спал плохо, будить они его не стали, вдвоём отправившись в Хогсмид.       Наслаждаясь кофе и неторопливым потоком мысли Малфой пытался вспомнить свои планы на сегодня и не придумав ничего лучше, чем посвятить это время себе, а вечером встретить в Хогсмиде Панси с Блейзом, кивнул собственной находчивости.

***

      Время приближалось к восьми вечера, юноша только закончил собираться, в такой спокойный день торопиться совершенно не хотелось. Надев свой любимый чёрный обтягивающий свитер с высоким горлом, удобные тёмные брюки с ровными стрелками и чёрное пальто Драко подошёл к зеркалу проверить, так ли идеально он выглядит, как планировал. Удостоверившись в своей неотразимости и ухмыльнувшись отражению, Малфой пошёл на выход, в коридорах замка почти никого не было, а если и были, то завидев бывшего Пожирателя сливались со стенами или убегали в противоположном направлении. Видеть никого не хотелось.       На выходе из замка Драко задержался, осматривая окрестности, вдруг совершенно неожиданно все звуки отошли на второй план, остался только стук собственного сердца в ушах. Понять, что произошло и испугаться времени не хватило, чувство лёгкости и свободы накатывало волнами оттесняя рассудок и здравый смысл. Сопротивляться слишком поздно - воля подавлена. Империо не оставляло выбора заставляя подчиняться голосу, что звучал в оглушительной тишине, слова текли сплошным потоком, лишая возможности вникнуть в их смысл. Страха не было.       Что Драко успел сделать и сколько уже шёл - неважно, только ощущение всепоглощающего счастья имело вес, и являлось движущим механизмом, в этом состоянии хотелось остаться навсегда, как же ему этого не хватало. Вот оно! Больше ничего не нужно, никто не нужен.

***

      Ночь сегодня была особенно ясной, видимо звёзды решили наконец-то устроить парад и зажигались то тут, то там в огромном количестве, создавалась впечатление, что какой-то неизвестный художник устал от кисточек и взял баллончик серебристой краски, обильно распыляя на чёрный холст, создавая один ему понятный шедевр. Даже полная луна на небосводе не была пугающей или одинокой в ожидании очередного волка и его песен, нет, сегодня ночью она была королевой, королевой своего бала.       Гарри сидя на подоконнике в одних пижамных штанах взял палочку, что лежала рядом, и наколдовал Темпус. Полночь. Суббота соединилась с воскресеньем. Пар с утра не будет, поэтому не было смысла торопиться в постель, но приятная усталость ощущалась по всему телу, всё же сегодня был насыщенный день: поход в Хогсмид с утра, обед с друзьями в «Трёх мётлах», полёты на метле с Роном и Джинни и домашнее задание по ЗОТИ. Гарри ещё раз глянул в окно, спрыгнул с подоконника и завалился спиной на кровать, заложив руки за голову и уставившись в тёмный потолок. Ночь была слишком спокойной, чтобы о чём-то размышлять или за прошедшую учебную неделю он слишком устал, улыбнувшись потолку уголком рта Гарри расслабился и закрыл глаза.       Неопределённое количество времени спустя раздался оглушительный хлопок, как при трансгрессии, и брюнет почувствовал навалившуюся на грудную клетку тяжесть. Мгновенно распахнув глаза и схватив лежащую рядом палочку, Гарри упёр оружие в горло предполагаемого врага, чувствуя, как растекается по венам адреналин.       - Малфой? – нахмурился гриффиндорец. Сказать, что Гарри был шокирован, значит ничего не сказать, ведь благодаря Гермионе точно знал, что на территории замка и прилегающей территории трансгрессировать невозможно, но логично предположил, что виду лучше не подавать.       - Что?.. Поттер? – голос Малфоя был услвашим и каким-то безжизненным.       - Люмос - Гарри, предположив, что ему пока ничего не грозит, осветил происходящее.       Малфой был намного бледнее обычного с синеватыми кругами под глазами, левой рукой упирался в грудь Поттера, сохраняя равновесие, а правую прижимал к животу, ладонью прикрывая левый бок, серые глаза как будто сканировали Гарри, то ли подмечая детали, то ли выискивая несоответствия, под этим взглядом гриффиндорец, собиравшийся что-то сказать, заткнулся, позволяя слизеринцу осмыслить происходящее. Взгляд Малфоя метнулся по сторонам, а после, вернувшись к Гарри, уже не был таким безжизненным, брюнет готов был поспорить на половину своего состояния, что если бы Малфой не был таким уставшим, то рассмеялся бы над помятым гриффиндорцем, который совершенно не понимает, что происходит, и ещё долго шутил бы про тормозную жидкость, ну... если бы знал о ней.       - Сюрприз Поттер! – вымученно ухмыльнувшись Малфой свалился с гриффиндорца на правый бок.       - Какого чёрта происходит? – встав с кровати и зажигая свет спросил брюнет, но Малфой не ответил.       Гарри подскочил к блондину и перевернул на спину, подавив неуместную панику, когда заметил красное пятно на белых простынях, становившееся всё больше. Не думая ни секунды, он разрезал чёрный свитер, осмотрел ранение, и сразу узнал последствия расщепления, порывшись в прикроватной тумбочке и достав кроветворное и настойку бадьяна... «Неусыпная бдительность!!!» - честное волшебное, когда Гарри умрёт, на том свете первым делом пожмет руку Грозному глазу.       После того как брюнет сделал всё необходимое и перебинтовал ранение дыхание Малфоя из хриплого и рваного стало размеренным и спокойным, плавно перетекая в сопение глубоко задремавшего человека, Гарри не стал нести его в больничное крыло, разумно предположив, что у бывшего, пусть и оправданного УПСа, будут проблемы, если всплывёт, что он ночами трансгрессирует по замку ошарашивая сонных студентов своей призрачно-бледной рожей и литрами собственной крови. Адреналин отпустил, и сделав последний рывок, измождённый морально и физически, Гарри завалился рядом с Малфоем, попутно мелькнул голос разума «Зачем тебе ему помогать? Тем более покрывать?», но гриффиндорец, как всегда, пропустил всё мимо и уже глубоко погрузился в мир Морфея.