Гипотермия

Морозный воздух пробивал до дрожи – даже тёплая униформа, предназначенная для таких погодных условий ни разу не спасала. Зима в этом году особенно сурова и в этом на личном примере убеждаются двое шиноби, которым выпала честь дежурить этой ночью. Парни поставили небольшую палатку, но, как бы им не хотелось, спать сейчас категорически нельзя. Хоть Коноха с соседними странами наладили все политические вопросы и нападения от, теперь уже, стран-союзников, можно не бояться, но, как говорят в народе: «Доверяй, но проверяй.», поэтому Учиха Саске и Узумаки Наруто в такой холод стоят в горах и ожидают нападения, которое, скорее всего, не произойдёт также, как и прошлой ночью и в остальные дни дежурств. – Саске, можешь отдохнуть, ничего не произойдёт,– видя как друга уже клонит в сон, произносит Узумаки, находясь в палатке.– Мне остальные ребята, которые дежурили, сказали, что в их смену ничего не было. Посоветовали слишком не заморачиваться,– ветер поднялся сильнее, от чего Саске продрог. Наруто заволновался за Учиху у которого не было никакого спасения от холода, ведь сам Узумаки хоть и мёрз, но внутренний зверь в нём помогал нормализовать температуру тела, согревая изнутри; Наруто тихо благодарил Кураму за такую заботу с его стороны. – Саске, давай, залезай в палатку, тут теплее, – на уговоры блондина Учиха лишь негромко фыркнул, сел поудобней и продолжил осматривать территорию на наличие врагов. Не выдержав упрямства Саске, Наруто вышел из палатки, сел напротив товарища так, чтобы перегородить ему вид. – У тебя уже губы посинели и тебя знобит! – Наруто схватил брюнета за плечи и, с беспокойным взглядом, начал смотреть на дрожащие губы, – Саске, с таким ветром ты всё равно ничего не разглядишь, давай, прекращай быть таким упрямым. – Усуратонкачи,– с трудом выговорил парень. Голос дрожал, губы еле шевелились,– это наша миссия, мы должны...– резко остановился Саске, почувствовав как перед глазами всё поплыло. – Не хочу ничего слышать! – произнёс Узумаки и заволок брюнета в палатку. Ощутив резкий прилив тепла, Саске удовлетворенно выдохнул. Его ужасно знобило и рук с ногами он почти не чувствовал. Но, благодаря теплоте одеял, расстеленных в палатке, стало немного лучше. «Пусть я и согрел как мог это место, но этого всё равно недостаточно,– думал про себя Наруто, наблюдая как дрожит его друг, прижимаясь к одеялу. – Что ж, выбора нет. Как там в книге учили...» – Наруто? – обратив свой взгляд на место, откуда исходил звук шуршания одежды, у Саске округлились глаза. – Ты совсем придурок? Ты зачем раздеваешься, идиот?! – то ли от холода, то ли от смущения, но щеки Саске заметно приобрели ещё более красный оттенок. – Мне Сай давал одну книгу, – снимая штаны, пробормотал Наруто,– там говорилось, что, когда холодно, тепло человеческого тела согревает лучше всего, – оставшись в одних трусах на которых были изображены маленькие нарутомаки, Узумаки взглянул на Саске.– А во мне этого тепла достаточно, – улыбнулся блондин, и принялся снимать остатки одежды. – Стой! – не выдержал Саске. Внутри всё бушевало и путалось в мыслях, а маленькие Саске в голове решали что лучше - воспользоваться возможностью или же взять себя в руки? Внизу же всё скручивалось от возбуждения из-за мыслей до чего Учиха сегодня может дойти. Наруто с удивлением и растерянностью от того, с каким тоном это было произнесено, взглянул на Учиху. Тот лежал в такой же позе, но выглядел более взволнованно, чем раньше. – Ты правда собираешься полностью раздеться и лечь рядом? – как бы Саске не старался держать невозмутимое лицо, из-за холода было невозможно быть подвластным над своей мимикой лица. – Тем более, – поняв, что его предложения звучат как-то не в том контексте, начал выкручиваться Учиха,– мы на задании, ты должен следить за округой, раз уж затащил меня в палатку лишив возможности выполнять миссию,– недовольно выгнул брови Саске, укоризненно смотря на своего почти полностью голого друга. Сердце стучало как бешеное от взгляда на рельеф мышц Узумаки, поэтому Саске пытался долго не заострять на этом внимание и смотреть только в глаза. Это было трудно. – Я же сказал, – слегка замешкавшись из-за тяжелого взгляда товарища, начал Наруто, почёсывая затылок,– сегодня на нас не нападут, да и я быстренько тебя согрею и вернусь к наблюдению, так что давай, – Наруто подполз к Учихе и принялся расстёгивать его куртку.– Тебя тоже нужно раздеть, – видя негодующий взгляд Саске, объяснил ему блондин. – ...Наруто...– тихо прошептал Саске на ухо Наруто, когда друг, разобравшись с верхом, принялся снимать штаны,–...знаешь, теплее может стать не только от объятий,– томно проговорил Учиха, смотря черными, покрытыми пеленой похоти глазами. То ли это из-за холода его мозг перестал функционировать, то ли из-за взгляда на аппетитное голое тело этого Добе, но Саске решил, что сегодня Узумаки Наруто будет его. Он осторожно обвил своей рукой руку Узумаки и уложил чуть ниже ширинки, позволяя партнеру притронуться к уже возбужденному органу через брюки. Лицо Наруто моментально залилось краской. Он вопросительно уставился на друга. – Ты... чувствуешь? – Учиха продолжал пылко нашептывать, не отводя взгляда от взволнованных голубых глаз. Он осторожно, чтобы не спугнуть товарища, начал водить его рукой, давая тому пощупать себя, от чего Саске тяжело дышал. – Стой! Стой! Стой! – внезапно пришёл в себя Узумаки, высвободив руку.– Ты сейчас серьезно? То есть я и ты?! Здесь?! Сейчас?!...– смущенно и растерянно начал тараторить блондин, смотря по сторонам, стараясь не словить взгляд Саске, который смотрел так властно и голодно на него. – Усуратонкачи,– перебил его брюнет, хватая за подбородок, вынуждая Наруто сфокусировать взгляд на друге,– не ты ли хотел помочь мне? – легонько проводя большим пальцем по губам блондина, сказал Саске.– Знаешь, а мне ведь всё ещё холодно,– Узумаки даже не успел понять, как одна рука Учихи оказалась на его бедре, поглаживая и задевая нижнюю часть белья, словно вот-вот эти длинные тонкие пальцы заберутся под последнюю оставшуюся деталь одежды на нем. Лицо Наруто вспыхнуло с новой силой. Внутри всё сжалось; дышать стало как-то тяжело, а сердце колотилось. – Саске, я... Не дав закончить предложение, Учиха заволок Наруто в поцелуй. Страстный, жадный поцелуй. Будто кричащий о том, что Наруто принадлежит ему и только ему. Дыхание было сбито. Наруто мычал прямо в поцелуй, но Саске не хотел прерывать его, самодовольно смотря на закрытые глаза и подрагивающие ресницы Наруто, вторгаясь языком и переплетая его с чужим, лаская изнутри. – С..Саске, подожди, мхм...ах, – ощущая, как одна рука Саске вторглась под нижнее белье, избавляясь от ненужной детали одежды, и принялась поглаживать уже возбужденный орган, а другой проводить по соскам, лаская их и слегка щипая, Узумаки застонал, изгибаясь и стараясь высвободиться из ловких рук. – Наруто, – прервав поцелуй и тяжело дыша, Саске хрипло шептал куда-то в шею Узумаки, покрывая ее поцелуями. Желание вторгнуться в извивающееся под ним тело окутывало его с головой; брюнет еле держал себя в руках,– я хочу тебя,– сдавленно проговорил Учиха, слушая громкие стоны, которые Наруто пытался подавить, закрывая рот рукой. Узумаки дрожал; тело всё обдавало жаром; капли пота стекали по вискам. Ощущение наслаждения заволокло его с головой - он уже не мог здраво мыслить, хотелось лишь погрузиться глубже в эти чувства и отдаться им полностью. Хотелось утонуть в этом удовольствии вместе с ним. Вместе с Учихой Саске. Мысли начали путаться, как только брюнет принялся вводить сразу два пальца в сфинктер, толкаясь в поисках нужной точки. – С..Саске, постой..– чувствуя мокрые поцелуи, которые должны были отвлечь парня от боли, задрожал Наруто, ощущая странное сладкое чувство перемешанное с болью. Нашлась. – там..Саске...аах,– Наруто застонал, выгибаясь и насаживаясь сильнее на пальцы, пытаясь снова почувствовать этот приятный разряд по телу. Саске пару раз помассировал простату, но резко вытащил пальцы, на что услышал недовольное хмыкание. – Наруто, я вхожу,– склонившись над Узумаки и приставив головку ко входу, с низким хриплым голосом произнёс Саске; пот стекал по его телу; дыхание было тяжёлым; сдерживаться уже не было сил. Наруто лишь слабо кивнул и, смотря сверкающими голубыми глазами прямо в глаза своему другу, застонал от боли, почувствовав внутри чужеродный орган. Саске медленно входил, давая Наруто привыкнуть. Горячо и тесно. Перед глазами всё потемнело; Учиха терял голову от таких бурных ощущений влажности, узости и теплоты. Ему так и хотелось резко войти во всю длину и выбить из Наруто весь воздух. Заставить его кричать и умолять. Дразнить его, не давая кончить и заполнить его всего изнутри. А после, не дав отдышаться, перейти ко второму заходу. Но Саске отбросил все идеи ворваться в любимого друга одним толчком, наблюдая за сжатыми глазами и дрожащим телом; тяжёлым дыханием и вздувшимися венами на шее; и, сжимая бока, медленно проталкивался внутрь, одной рукой лаская половой орган партнера и нежно целуя в губы, легонько прикусывая нижнюю губу; переходя дорожкой поцелуев к носу, щекам, лбу, глазам. Собирая соленые слёзы, стараясь отвлечь от болезненных ощущений. – Потерпи, ещё чуть-чуть, – тяжело дыша и ощущая, как Наруто болезненно сжимается, начал успокаивать того Учиха. Войдя до конца, Саске громко выдохнул и замер, прикрыв глаза от наслаждения и удерживая себя не начать движения, чтобы Наруто смог привыкнуть. – Я...весь в тебе,– с всё ещё прикрытыми глазами томно заговорил Саске, громко дыша. – Ты чувствуешь? Наруто осторожно поднёс дрожащую руку к щеке Саске и со слезами и нежностью взглянул на любовь всей своей жизни. Саске распахнул глаза и с удивлением взглянул на такой тёплый и любящий взгляд своего друга. Он ждал всего от этого человека после того, что он решил сделать: ненависти, злости, страха, отвращения; но никак не того, что Узумаки Наруто будет смотреть на него такими мягкими и ласковыми глазами. Учиха сам не заметил, как из глаз потекли слёзы, которые Наруто нежно вытирал рукой. Саске схватил руку Наруто и крепко сжал. Он был так счастлив - его близкий друг, его товарищ; будущий Хокаге; дерзкий и шумный идиот; единственный самый близкий для него человек, связанный с ним нитями судьбы находится сейчас рядом и смотрит на него такими горящими глазами, словно крича до боли в сердце, что он любит его. «Узумаки Наруто, ты - солнце, осветившее мою темноту и избавившее меня от погрязшей в моем сердце ненависти, – подумал Саске, убирая прилипшие от пота локоны с лица Наруто. – Я всегда буду защищать тебя, Усуратонкачи». – Саске, – тихо произнёс Наруто, – можешь продолжать, – Узумаки лучезарно улыбнулся, от чего сердце Саске сжалось,– я в порядке. Саске заключил ладони Наруто в свои и продолжил двигаться. Ощущения внутри Наруто были просто фантастические. Узумаки сжимал Саске, обволакивая его орган, от чего блондин мог поклясться, что отчётливо ощущает каждую венку полового органа своего друга. Вначале Учиха двигался как мог медленно, с каждым толчком наращивая скорость. Наруто стонал, срываясь на крик, когда Саске нашёл комок нервов и начал безжалостно толкаться туда, выбивая из Наруто весь воздух. Горло жгло от криков, которые растворялись в рёве ветра. Узумаки хватался за спину Саске, оставляя царапины и сжимая его кожу, на что Саске не обращал никакого внимания, потому что ощущение внутри Узумаки было потрясающим. Волосы слиплись от пота, спина горела, руки устали, но его это не волновало, чувства удовольствия перекрывали всё. Приближаясь к разрядке, Саске увеличил скорость и, слушая рваные стоны вперемешку с хриплыми криками; ощущая прилив наслаждения до потемнения в глазах; кончил одновременно с Наруто. Сладкая истома охватила их тела. Учиха обессилено лёг рядом с Узумаки, все ещё ощущая приятную лёгкую дрожь и стараясь восстановить дыхание. Парни долго молчали. Обоим было стыдно и неловко. Возлюбленные лишь смотрели друг другу в глаза. Но Саске не мог долго находиться в такой смущающей тишине и принялся дразнить своего друга, чтобы хоть как-то её нарушить: – Знаешь, Усуратонкачи, я и не представлял, что ты можешь ТАК кричать подо мной, – язвительно проговорит Саске, самодовольно ухмыляясь. – Неужели было настолько приятно? – с горящими хитрыми глазами сказал Учиха, наблюдая как лицо Наруто становится всё краснее и краснее от смущения. «Боже, какой же он Добе»,- улыбался собственным мыслям Саске. Наруто конечно же хотел ответить что-нибудь по типу: «Я лишь пытался поддержать тебя, чтобы ты сильно не расстраивался из-за того, что природа обделила твоего дружка», но из-за того, что он посадил горло и ощущая жгучую боль из-за криков, он лишь больше покраснел. – Знаешь, идиот, – повернув голову и смотря в потолок палатки, начал говорить Саске. Его лицо было расслаблено, глаза блестели как у ребенка, когда тот впервые в жизни увидел множество красивых огоньков от фейерверков в ночном небе. Наруто смотрел и любовался; сердце его лихорадочно стучало, – кажется, я люблю тебя, – брови его слегка дернулись и мягко сошлись к переносице - будто он сам не мог поверить в то, что говорит и чувствует; губы расплылись в нежной улыбке. – Я правда... люблю тебя, – усмехнулся своим словам Учиха. Наруто удивлённо смотрел на такого Саске: открытого, любящего, нежного и...счастливого. Он думал о том, что такого Саске видит только он. Только Узумаки Наруто. Только ему он открылся настолько, что, сбросив свои маски хладнокровия и безразличия, смотрит ТАКИМИ глазами и говорит ТАКИЕ вещи ему, и только ему. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Наруто думал, что стук его сердца слышен настолько громко, что даже рёв ветра не способен его заглушить. Он восхищенно и трепетно смотрел на любимого человека. Счастье и радость переполняли его. Ему даже на секунду показалось, что годовой бесплатный рамен не сможет поравняться с тем, какое чувство эйфории сейчас ощущает Наруто, наблюдая за таким Саске Учихой. Ему хотелось ответить также. Сказать, что он готов жизнь отдать за него. Что он любит его уже давно. Что его чувства так долго прятались внутри его сердца. Что, пусть он только этой ночью окончательно убедился, что именно он ощущает по отношению к Саске, эти чувства всё равно сильны. Он хотел много всего сказать, но главное, он хотел сказать, что он любит его даже возможно больше, чем Учиха любит его. Но он ничего не сказал, а лишь привстал и наклонился к Саске, поцеловав его с прикрытыми глазами и ощущая удивленный взгляд на себе. Поцеловал так, как никогда ещё не целовал, словно передавая через поцелуй всё то, что ему хотелось сказать. Больше не было холодно. Бонус: Шикамару Нара направился к парням по приказу Шестого Хокаге, чтобы сообщить, что из-за таких неблагоприятных погодных условий, лучше всего сворачивать миссию, потому как в любом случае наблюдение в такую погоду не поможет и лучше направлять другой дежурный отряд, который будет защищать деревню из другого укрытия, более пригодного для такой погоды. – М-даа, как я и думал,– рассуждал вслух Шикамару, заглянув внутрь палатки. – Ну хоть от холода не померли, уже хорошо,– рассматривая спящих в обнимку друзей, заключил Шикамару и, слегка толкнув Наруто ногой, сказал: – Не хочу прерывать ваш брачный уикенд, но Хокаге приказал мне отправить вас по домам,– смотря на парней, вяло произнёс Нара, мечтая уже уйти оттуда к себе домой играть в карты с Кибой и Чоджи. Наруто, еле разлепив глаза, хрипло произнёс что-то невнятное и уткнулся в грудь Саске, снова засыпая. Саске же сразу проснулся, почувствовав чужой взгляд на себе и, с холодным взглядом и активированным шаринганом в одном глазу посмотрел на того, кто прервал его сон, будто мысленно говоря, чтобы тот проваливал. – Эх... проблематично,– выдохнул Шикамару и, закрыв «дверцу» палатки, решил не заморачиваться и оставить любовничков наедине. «Свою работу я выполнил, на то, чтобы вытаскивать их силой я не подписывался,– думал Нара, спускаясь с горы.– За сверхурочные мне не доплачивают, так что...»,- он пожал плечами и исчез.