Круиз.

Pov Caroline. Прошло два дня с моего приключения, а сегодня меня ожидало еще одно испытание. Я должна убедить женщину, что рукоприкладство мужа – это не нормально, но больше меня тревожили мысли о ее маленькой дочери, которая должна на все это смотреть. Сегодня выдался хороший день, на небе ни облачка, воздух чистый и теплый, лучи солнца нежно скользят по моему лицу, даря ощущение покоя. Мне так не хватает покоя, душевного равновесия, которое так тяжело мне давалось. Я с омерзением вспоминала встречу с Клаусом, мне было нелегко быть вблизи от него и не прикасаться, не любоваться им. Он очень многое мне дал, в те дни, когда мы были вместе, счастье переполняло меня, и я становилась сильнее. Он научил меня любить, а это большой дар, но я не смогла подарить ему то же. С ним я впервые я почувствовала себя женщиной, и хотя бы за это должна его благодарить. Я увидела, как с такси вышла Жаклин. Сегодня на ее лице не было следов от побоев. Повезло. Она старалась держаться уверенно и спокойно, но ее глаза выдавали все ее секреты, ее страх. - Здравствуйте, Кэролайн, - она приветливо мне улыбнулась, от чего выражение ее лица смягчилось. - Привет, Жаклин, - я тоже искренне улыбнулась. – Рада, что вы пришли. Ну что, пойдем? И она утвердительно качнула головой. Я мысленно успокоила себя и убедила, что все у меня получится. Жаклин еще не знала, что я ей приготовила, и это было к лучшему. Многоэтажное здание выделялось на фоне других в этом укромном уголке, возле него находился огромный двор, а сзади великолепный сад и игровая площадь. Я привела Жаклин в «Дом сирот». Здесь жили мальчики и девочки, которые не достигли восемнадцати лет. В большинстве родители этих маленьких человечков погибли и больше некому было о них заботится, но были и такие, которых не хотели знать или помнить. Жаклин вопросительно взглянула на меня, когда увидела надпись на табличке. Она не понимала, зачем я ее сюда притащила, на ее лице виднелось сильное удивление. - Все потом, - успокоила ее я, и мы зашли в здание. Деревянные старые полы, закрученная лестница, которая ведет на верхние этажи. В помещении было прохладно и влажно, мебели было мало и поэтому наши шаги отдавались сильным эхом. К нам вышла пожилая женщина с аккуратно уложенными седыми волосами, она куталась в черный шерстяной шарф, придерживая его своими морщинистыми руками с тонкой кожей, под которой виднелись синие вены. Женщина стала с интересом нас разглядывать, а потом спросила: - Вы кто? - Здравствуйте, - я быстро заговорила, делая шаг навстречу. – Я Кэролайн Форбс. Я звонила вам на той неделе и договаривалась о встрече. - А, - воскликнула женщина. – Помню, помню. Ну, что вам показать. - Все, - ответила я. – Покажите нам здесь все. Следующие два часа мы бродили по различным комнатам, библиотекам и дворе. Нам встречались маленькие дети, которые с восторгом принимали сладости, которые я успела прикупить, они неподдельно восхищались моей сумкой или часами, а потом говорили, что когда вырастут, то обязательно купят себе такие же. Встречались и подростки, которые враждебно изучали «чужаков». Я не удивлялась и не злилась на них, ведь они еще совсем юные, а уже столько всего пережили. О них некому заботится, их некому любить. Они словно одичавшие звери, которых бросили на выживание посреди пустыни. При взгляде на них все мои проблемы казались ничтожными и надуманными. Жаклин со слезами на глазах разговаривала с ними, но она все еще не понимала моего плана. Все дети были чистенько одеты и вымыты, но одежда их была сильно изношена. Они мечтали о том, о чем я в их возрасте даже не задумывалась, а принимала, как должное. Они мечтали о новеньких, своих ботинках, или большом торте, который им подарят родители на день рождение. Но они лишены всего этого, несправедливо. Когда мы вышли на улицу с Жаклин, то каждая из нас была опустошена, но в это же время наш мир круто изменился, хотя мы все еще стояли на месте. Перемены произошли внутри нас, и поэтому они были значительнее любых других. - Зачем все это было? – спросила Жаклин осипшим голосом, вдыхая глубже, чтобы не расплакаться. - А вы разве не поняли? - Нет. - Что будет, когда муж не рассчитает силы удара и случится непоправимое? – я без сомнений и даже с вызовом взглянула ей в глаза. – Вы умрете, а его посадят. А что случится с вашей дочерью? О ней есть кому позаботится, или она попадет в такой же приют, или даже в этот? - Вы не имеете права такого говорить, - ответила она мне со злостью в глазах. – Вы ничего не понимаете, еще слишком молода. - Чего я не понимаю? Муж избивает вас и это, скорее всего не прекратится. Он ведь может и дочь вашу побить. И что тогда? – она ничего не отвечала. – И что тогда, Жаклин. - Он этого не сделает? - Вы уверенны? - Мне пора идти. И она ушла, ни разу не взглянув в мою сторону. Плевок в душу, я очень старалась, так хотела ей помочь. Но Жаклин не нуждалась в помощи, она думала, что у нее нет проблем. Но когда все дойдет к своему пику, она все поймет. Я решила прогуляться к своему дому, он находился в нескольких кварталах отсюда, а погода была замечательная. Я шла медленно, разглядывая людей и счастливо улыбаясь, оголяя свои чувства, отпуская свою горечь. Боль уже не была резкой, она превратилась в ноющею и почти незаметную, если не обращать внимание. Бабушка уехала, и стало немного грустно, хотя я была все еще зла на нее за то происшествие. - Кэролайн, - я оглянулась на знакомый голос, но никого не увидела. – Кэролайн, - снова кто-то окликнул меня. Вдалеке показалась смутно знакомая фигура. Получше присмотревшись, я увидела Алекса Грина, конкурента Клауса. Так злорадно я еще никогда не улыбалась. - Привет, рада тебя видеть, - сказала я, как только он подошел поближе. Он выглядел очень хорошо в черном брючном костюме с белоснежной рубашкой и развязанным галстуком. - Я тоже рад тебя видеть, - он мило улыбнулся, обнажая ряд белых зубов. – А где Клаус? Почему ты одна? - Не знаю, мы с ним не вместе, - ответила я и добавила: - Если ты об этом. - Это так здорово... - он поправил себя, – то есть грустно, - продолжил он, состроив милую гримасу. Я не удержала смеха. - Да, я так и поняла. – Он тоже задорно засмеялся. - Так теперь я могу пригласить тебя на свидание? – он поднял одну бровь вверх и немного наклонил голову. - Да, конечно. - Хорошо, тогда я тебе позвоню, и мы договоримся? – он оглянулся по сторонам. – Ну, мне пора, мой автомобиль приехал. Тебя подвезти? - Нет, я, пожалуй, пройдусь. - Ты наверно считаешь меня козлом, потому что я обещал позвонить, а номера твоего не знаю, да? – и он заулыбался еще шире. - Да. – И Алекс прокричал мне мой номер, а потом сел в машину и уехал, давая мне время поднять свою челюсть с асфальта.