Тепло

Ох, твое тепло греет лучше, чем камин, любовь моя. Обычный заснеженный городок Америки, пушистые хлопья снега кружили, медленно покрывая своей массой серый асфальт. Милый белоснежный коттедж, окруженный полысевшей, когда-то зеленой изгородью, излучал домашнее, по-настоящему родное тепло. Уют и дух рождества. Маленькая девочка, лет пяти, стоит возле домика и пытается поймать языком первую снежинку. Ее черные волосы, с утра заботливо заплетенные мамой в две тугие косички, растрепались, а лазурные глаза любопытно осматривали каждый кристаллик льда. Любопытное развлечение прервал голос матери. — Айла, помоги мне пожалуста. Девчушка рванула в кухню, женщина заботливо протянула деревянную ложку с остатками крема, на столешнице стоял огромный торт. — Я же знаю, что ты любишь когда я даю тебе ложку. Малышка улыбнулась. Канун рождества, вот- вот наступит чудесная ночь. В комнату вошел мужчина, его светлые волосы собраны в аккуратный пучок, а лазурь его глаз сияла, так же как и у девочки. — Милая, а почему ты в куртке? Знаешь сколько на ней микробов? Девочка ойкнула, и бурча о том, что на просто забыла, улетела в коридор. Ангел приблизился к девушке и приобнял со спины. — Тебе помочь, моя демоница? Мими хмыкнула, расправляя белоснежные крылья. — Меняешь ради него сторону, а он этого не признает. Брюнетка резко разворачивается, оставляя на губах брюнета легкий поцелуй с привкусом сливочного крема, кислая малина пробивалась сквозь пелену чудесных запахов, заставляя все нутро Дино сжиматься от удовольствия. Минутную идиллию прерывает мелодичный голос, — Натри сыр. Дино улыбается и дразня закатывает глаза. — Нормально же общались. Бывшая демоница смотрит на него испепеляющим взглядом, мужчина не видит смысла спорить. И вновь около столешницы мельтешит черноволосая макушка, а любопытные васильковые глаза жадно изучают кондитерское изделие, выдавая ребячий интерес шалуньи. — Мама, а можно торт? Ну пожалуйста? Женщина откладывает кондитерские розочки и внятно говорит, — Айла, ты весь день спрашиваешь меня о торте, сколько раз я должна повторить, что это на рождество? Не прошло и минуты, как девочка улетела с кухни. Последняя розочка поставлена, последнее блюдо обрело идеальный вид, начинается праздник. Пышное убранство стола и его разнообразие не оставляло сомнения, что над ним хлопотала Мими. Зеленая елка украшенная Дино и Айлой мерцала от обилия блесток и гирлянд, а на верхушке сидела маленькая лошадка вместо звезды. Мими лишь улыбнулась на эту шалость, пускай не идеально, зато сами. Вот Дино заканчивает сервировку стола, его белоснежная рубашка смотрится просто превосходно в контрасте с ее бордовым платьем. Мягкий свет подчеркивает мужественные скулы, а голубые глаза становятся небесными. Его массивные и такие мягкие белые крылья вздрагивали от каждого шороха, ведь когда в доме пятилетка нужно быть на чеку. Мими никогда не устанет любоваться на своего сильного и такого замечательного мужа. Легкий поцелуй в щетинистую щеку заставляет Дино покраснеть, словно мальчишку, но затем его лицо пробирает воистину теплая улыбка. Юный ангел влетает в комнату на своих белоснежных крылышках, чуть ли не снося праздничный стол. После нотаций Мими о том, что надо быть аккуратнее, все сели есть. Сейчас в комнату должны внести боольшой торт, девочка сидит, как на иголках. Лишь сейчас Мими замечает на детской ангельской щеке крошки и остатки крема. Внутри нее все закипает, когда в комнату вносят надкусанный торт, но брюнетка старается держать гнев под контролем. Не портить же праздник. Все шло своим чередом, капризы Айлы, шутки Дино и, Мими что уравновешивала эту парочку. Теплые и мягкие улыбки, рожденственский дух и единение с семьей. Вот что чувствовал каждый во время этого маленького торжества. Айла уже начинала клевать носом, это заметил Дино, — Не пора ли оставлять молоко Санте? Буквально секунду назад клевавший носом ангелок, вмиг оживился и побежал в широкий кухонный проем за печеньем, но по пути слишком устал и чуть ли не опустился на теплый паркет. Хорошо, что ангел успел на помощь, и предотвратил маленькую трагедию, вскоре малышка лежала в постели и сладко сопела. Дверь скрипнула, теперь они отпразднуют вдвоем. Звонкий хрусталь, шипучее шампанское. Счастливые, лучистые серебряные глаза изучали лазурные, жадно, как в их первую встречу. Дино же постепенно сокращал между ними дистанцию, впиваясь в пухлые губы нежным, но таким страстным поцелуем, ощущая своим языком щекочущий запах малины. Брюнетка зарылась рукой в его волосах, кислород начал заканчиваться, и они неохотно отстранились друг от друга. Вбирая в себя воздух и новые бокалы искристой жидкости. Вновь поцелуй, на этот раз страстный и жгучий, вся демоническая с рождения натура Мими вышла наружу, мужские ладони гуляли по ее формам сквозь тонкую ткань, теплые прикосновения пускали электрические импульсы по всему телу, заставляя Мими вздрагивать и слабо постанывать в губы ангела. — Тише, моя дьяволица, тише Пелена возбуждения застелила глаза, в порыве страсти Мими прокусывает губу, ощущая на языке металлический привкус, девушка чувствует на своей шее теплое дыхание, а энергия с привкусом мяты и мёда осела в носовых рецепторах. Покусывая мочку его уха, Мими ощущала, как разделяющая их ткань исчезает. Густая поволока возбуждения ослепляла и пленила Дино, он чувствовал себя покорной марионеткой в руках своего личного кукловода. Внизу живота завязывался неприятно тянущий узел, кой не давал дышать и делал дыхание в разы горячее. Жар наполнил комнату, в воздухе витал коктейль из страстности и желания, коктейль сводящий их с ума. Вжимая уже обнаженную Мими в мебель, ангел распускает алые бутоны на фарфоровой коже, поглаживая ее тонкую талию вспотевшими ладонями. Грудь не остается незамеченной, пышный бюст бывшей дьяволицы плавится в умелых ангельских руках, сжимая розовые бусины сосков, надавливая, перебирая. Казалось, девушка потерялась в пространстве, возбуждение окончательно заполнило каждую клеточку тела, изредка выходя наружу слабыми стонами. Светлые руки огладили загорелый торс, двигаясь вверх по рельефному прессу, достигая шеи и замыкаясь на спине. Искусанные от поцелуев уста слегка приоткрылись, обнажая белоснежный ряд зубов, а в серебряных глазах читалась такая сладкая, и такая мучительная истома. Мими слегка изогнулась, словно кобра, сладкий поцелуй вновь сплел их языки, и Дино, попутно нависая над Мими и вдавливая в диван еще сильнее, вошел в горячее лоно. Из глаз девушки прыснули искры, а вскоре ангел начал набирать темп, заставляя брюнетку закатить серебристые очи. Это был их личный сорт наслаждения, то что могли себе позволить лишь они. Мягкий свет, будто зажег в глазах Дино искорку, похотливую, и ту, что возбуждала бпюнетку еще сильнее, изгибаясь всем телом, в попытке сделать Дино еще приятнее, Мими прикусывает шею своего ангела, выбивая из его уст хриплый рык. Сладостная, и такая привычная близость, разливалась яркой негой по телу, витала в воздухе густым паром, шлепки тел учащались, стоны становились громче с каждой секундой, а девушка искусала все губы в попытках сдержаться, ангел сжимает округлые ягодицы до красных следов, с губ Мими срываается последний стон, на спине ангела следы в виде красных полумесяцев, тело, оставившое эти следы, обмякает, следом за ней падает Дино, накрывая их мягким пледом. Время шло к четырем утра, под елку был убран сверток в разноцветной обертке, а два ангела засыпали прямо на диване в обнимку, их тепло согревало, казалось больше в мире никого нет. — Нам и камин не нужен.- сквозь сон шепчет Мими, чувствуя на своей макушке легкие невесомые поцелуи, оставленные таким любимым ангелом. — Не нужен. Поспать им так и не удастся, ведь через двадцать минут, в комнату ворвется ураган по имени Айла и своим визгом потревожит чуткий родительский сон.