Алан

В прихожей раздался звонок. - Кто-нибудь, откройте дверь! Я у верхних полок - крикнула Маргарита. Анна и Руслан со всех ног побежали к двери. - Кто там? - спросил мальчик. Он был на пять лет старше сестренки, в этом году перешел из младшей школы в пятый класс. - Евгения - ответили по ту сторону двери. Дети открыли. Маргарита к тому времени уже успела поставить вазу, которую протирала влажной тряпкой на место и спуститься со стремянки. - Прости - обратилась она к подруге. - Алан с утра невесть куда запропастился, уборка висит надо мною как Домоклов меч. Он никогда не исчезал надолго, да и вообще, не отлучался без поручения. - Значит, подобное с ним впервые - Евгения повесила куртку на вешалку. - Собственно говоря - вздохнула Маргарита. - Он уже неделю ведет себя несколько неестественно, я даже сказала бы отрешено... - А еще он забывать стал - начала было Анна, но тут же получила солидный пинок в бок от старшего брата. Женщины пристально посмотрели на детей. - Что он стал забывать? - с ударением спросила Евгения. - Рассказывайте всё, без утайки. Если с вашим роботом случилась беда, я должна знать, чем могу помочь ему! Он знал о моём визите. - Знал - потупил взгляд Руслан. - Я вчера вечером сказал ему, что ты - мальчик повернулся к матери. - Звонила Евгении. И Алан испугался... - Он никогда прежде не боялся меня - заметила робототехник. - Его побег только усиливает мои подозрения. Ребята, как давно он стал забывать? И что именно он забывает? - Названия предметов, и порядок действий - дрогнувшим голосом сказал Руслан. - С ним это уже две недели. Он просил не выдавать его. Сказал, что боится. Боится, что вы причините ему вред, или убьете. - Его необходимо немедленно разыскать! - Евгения оделась и развернулась к двери. - Рита, я дам тебе знать, как только его обнаружат. Сегодня наши группы собирались провести рейд отлова беглецов и бродяг. Я разошлю параметры, и попрошу доставить его ко мне. - Вы не сделаете ему больно? - со слезами на глазах спросила Анна. Маргарита обняла дочку и погладила ее по голове. - Я обещаю, что больно Алану не будет - проговорила Евгения, и покинула квартиру. Алан свернул с главной аллеи и по боковой вышел к каруселям. Летом, даже в это время здесь было полно народу. Играла музыка, светились разноцветные огни. Сейчас все было припорошено снегом, и сковано морозом. Бережно укрытые брезентовыми чехлами, дремали карусели. Вокруг них искрился не потревоженный ни чьими ногами снег. Робот огляделся и опустился на лавочку рядом с аттракционом "Юнга". Мороз крепчал. Жутковато поскрипывали акации. Алан несколько раз тряхнул головой, стараясь привести спутанные мысли в порядок. С ним что-то происходило, и что именно - робот не мог понять. Вероятно, биоорганический мозг поразила какая-то новая болезнь. Он забывал названия предметов, и их приходилось подписывать на бумажках с картинками. Готовить он мог только по рецепту, отмечая галочками использованные ингредиенты. Робот прикрыл глаза. Мороз крепчал. Ему показалось, что жидкая биоплазма, наполняющая его тело на манер крови, начинает двигаться медленнее и словно замерзает. Двигаться не хотелось. Алан медленно погружался в манящий зимний сон. Он не знал, что переохлаждение смертельно для домашних роботов-помощников, не предназначенных для критически условий. Да и его сенсорная система отказала вместе с отказом памяти. Кто-то дернул его за плечо, и вырвал из сладкой морозной дремы. С трудом раскрыв замерзающие веки, Алан потратил около минуты на корректировку зрения. Рядом стоял робот аналогичной модели. - Ты решил убить себя? - спросил он. Алан непонимающе покачал головой. - Ты скоро деактивируешься от переохлаждения! Идем со мной! - робот потянул замерзающего сородича с лавочки. Алан упал на колени. Незнакомый робот рывком поставил его на ноги. - Ну же! Шевелись, если не хочешь превратиться в снеговика, и стать легкой добычей ловцов. Сегодня рейд по наши души. Идем. Кстати, меня зовут Рэй. А тебя? - Алан... - Идем, я отведу тебя под крышу. Как отогреешься - расскажешь историю своего побега. Роботы прошли вдоль череды каруселей, и остановились в самом конце аллеи. Здесь находилось подсобное помещение, в котором работники парка хранили запчасти и инвентарь. Сейчас оставленный на зиму сарай был обитаем. Около дюжины бродячих роботов обосновали там свое временное гнездышко. Посреди сарая стояла бочка, в которой горел костерок - роботы поочередно выбирались в дебри парка за валежником и хворостом. Вокруг "очага" бродяги разместили запасные сидения, машинки, и даже карусельных животных. Сидевший на верблюде робот, у которого не хватало трех пальцев на правой кисти, присвистнул при виде Рэя и Алана. - Везет тебе на новичков! - Ты прав, Гектор. У Алана настоящая беда. Он болен, и поэтому ушел от своей семьи. Он не хотел отключения... Правда, сейчас чуть было сам себя не деактивировал на морозе... И рейд сегодня, ты же знаешь... - Да, мы погасим очаг на это время - кивнул Гектор. - Алан, подсаживайся к огню. Ты должен сейчас просто отогреть плазмоводы. Беглец кивнул. Он расположился между ног лежащей на боку карусельной лошади и вновь закрыл глаза, но теперь уже от приятного тепла, проходящего сквозь тело. Его мозг погрузился в "режим отдыха" - состояние сходное с дремотой у человека. Было тепло... спокойно... безопасно... - Беда! Они вычислили нас! Бежим - раздались встревоженные возгласы. Рэй отчаянно тряс Алана за руку: - Проснись! Ловцы! Окружают - роботы последними покинули убежище и устремились в ледяную ночь. Перед ними возникли две человеческие фигуры. - Стоять, товарищи - сказал первый из Ловцов не спуская с роботов волновой парализатор. - Либо идете по-хорошему к машине, либо будем по-плохому - он кивнул на оружие. Рэй обреченно протянул руку, и на его запястье тут же захлопнулся блок-браслет. - Теперь ты - обратился человек к Алану. Робот дернулся как капризная лошадь. - Алан, не надо... - произнес Рэй, но объятый страхом робот рванул прочь. - Значит по-плохому - Ловец выстрелил. Алан почувствовал, как его системы разом отказали и рухнул головой в сугроб. Ловцы осторожно подняли Алана и подвели к машине. Робот с трудом переставлял ноги, после парализующего разряда, поразившего системы. - Стойте - Ловец с особой пометкой на рукаве поднес к Алану сканер. - Этого доставить в техпункт на Радужной. На него у нас ориентир. - Его дала Евгения? - поинтересовался робот, содрогаясь от страха. - Да, парень. Успокойся и лезь в машину, если не хочешь повторения. Алан повиновался. Прибыв на место, он был размещен дежурным техником в изолятор. Утром пришли Евгения и Рита. Робототехник тестировала робота по всем параметрам, включая глубокое зондирование памяти. Последнее выглядело вовсе удручающе. - У Алана отказ сенсорной системы, это по техническому сканированию - обратилась Евгения к Рите. Но хуже всего, что у твоего робота развилась деменция, причины которой не ясны. Через некоторое время его память и навыки окончательно сотрутся. В лучшем случае он превратиться в биоорганический овощ, а в худшем - может натворить бед. Я не могу допустить его к эксплуатации в семье. - Его деактивируют? - голос Риты дрогнул. - Не сейчас. Случай весьма загадочный. Его необходимо передать для обследования в Институт Патологического Функционирования Роботов. Всесторонне обследовать и выявить причину сбоев. - Разрешите мне провести хотя бы Новый год с семьей - вмешался в разговор робот. - Я очень их люблю, и если предстоит расстаться, то позвольте мне достойно попрощаться с ними... - Если бы ты любил семью, которой служишь, ты не сбежал бы и не скрывал от них свою проблему - вздохнула Евгения. - Нет, Алан, я не могу тебе этого позволить. Но возможно, ты вернешься к ним, если в ИПФРе тебе помогут. - Вы обещаете? - робот заглянул робототехнику в глаза. - Я ничего не могу обещать, Алан. Рита, заполни отказные документы. Документы по форме 4, образец над столом и напиши заявление на нового робота. Детям об отказе не говори ничего, что бы не портить праздники. Скажи, что Алана ищут. - Спасибо, Женя - кивнула Рита, и сжав руку Алана, всё еще привязанного к осмотровому столу проговорила. - Прости, не держи на меня зла. ИПФР являл собою сплетение стекла, бетона и металла, однако отнюдь не выглядел холодным и мрачным. Не смотря на пугающее название, Алан внутренне почувствовал симпатию к этому месту и с интересом рассматривал огромный вестибюль. Время от времени его пересекали люди в белых костюмах, с нашивками организации и хитроумными электронными бейджами. Седой мужчина с аккуратной бородкой провел под руку робота, в огромных очках. Алан развернулся вокруг своей оси, провожая их взглядом. - Прости, я задержалась - прозвучал рядом приятный голос. - Это и есть наш новый друг науки? Алан посмотрел на говорившую. Она была чуть старше Евегении, и на ее бейдже значилось Акимова Жанна Сергеевна доктор - далее шло название заумной специализации, которую мозг Алана не смог воспринять. - Передаю из рук в руки - голос Евгении прозвучал грустно. - Я только очень прошу, будьте с ним помягче. И... еще хочу спросить, если вы не сможете ему помочь... - Мы его отключим - договорила Жанна. - Не переживай. Степанов назначил тебя вторым куратором проекта, так как первоначально он числился за твоей службой. Будешь проведывать Алана. Тем более что в его состоянии это полезно. - Добро - робототехник выглядела печальной. - Алан, разреши представить тебе моего хорошего друга, доктора Жанну Сергеевну. Она постарается разобраться в твоей проблеме и, возможно, помочь. - Очень приятно - Алан протянул руку, и Жанна тут же ее пожала. - Совсем засмущала ты Алана - с шуточным укором бросила она Евгении. - Ладно, Алан, идем посмотрим твою новую комнату, надеюсь, она тебе понравится. Робот и две женщины вошли в стеклянные двери, и направились внутрь здания. По обе стороны коридора Алан заметил двери и широкие окна, скрытые жалюзями. Одно окно осталось открытым, и Алан увидел в небольшой но уютной комнате того самого робота в очках. - В шутку, мы называем это место "Аквариум" - проговорила Жанна. - Правда, некоторых роботов ужасно смущает наше наблюдение, поэтому мы разрешаем им использовать жалюзи. Вот твоя комнатка. Жанна поднесла электронный ключ к замку и открыла дверь. Вспыхнул свет. Комната была уютной, выкрашенной в тёплые тона, и обставлена довольно по домашнему - комод, ящик с ячейками, два кресла, небольшой диванчик длинный стол под окном, выходящим в коридор, несколько стульев. Обстановка никоим образом старалась не указывать на проводимые с дефектными роботами исследования и эксперименты. На большом столе Алан сразу заметил несколько головоломок. Большинство из них были детскими, некоторые рассчитаны на совсем маленьких детей. Сперва Алан не придал этому значения. Он решил, что вещи остались здесь от предыдущего робота. - Алан, я вынуждена с тобой попрощаться - обратилась к роботу Евгения. - Но я, как ты знаешь, буду приходить к тебе. А пока - оставляю тебя на попечение Жанны. Подождав, пока Евгения уйдет, Жанна спокойно обратилась к роботу. - Если тебя что-то беспокоит - спрашивай, я постараюсь без утайки ответить на твои вопросы. Хочу, что бы ты знал, ты - не пленник, и не подопытный, как может показаться на первый взгляд. Всё, что от тебя требуется - помочь нам разобраться в твоей проблеме. Чтобы на твоем примере научиться восстанавливать других роботов. - Евгения сказала, что у меня деменция, и что я со временем забуду все. Вы сталкивались с таким как я, Жанна? - Нет. Поэтому у меня к тебе будет одна просьба - доктор указала на головоломки. - Утром и вечером ты должен собирать их. Я буду приходить, отмечать качество, и разбирать до следующего раза. Если какая-то вдруг окажется тебе не по силам, откладывай их в эту - Жанна протянула роботу картонную коробку. - Коробочку. - Что будет, когда я не смогу собрать самую простую головоломку? - вздрогнул Алан. - В таком случае мы проведем одну небезопасную процедуру. Но для этого придется вскрыть твою черепную коробку, и воздействовать на центр памяти непосредственно на открытом мозге... - Я постараюсь не забывать - воскликнул робот. Жанна грустно погладила его по руке. Дважды в день Алан четко выполнял поручение Жанны, однако не упускал возможности интересоваться своей судьбой. Большинство вопросов он задавал о семье, в которой служил до этого, и доктора-робототехника очень трогала эта привязанность робота к людям. В день, когда в коробке оказалась самая сложная головоломка в глазах Жанны блеснули слезы. Это было 15 марта. К июлю головоломок из восьми осталось пять. Память робота продолжала ухудшаться, он мог дважды в день спросить одно и то же, и сильно расстраивался, внезапно вспоминая, что этот вопрос уже задавал. В середине сентября в "печальную коробку" перекочевали кубик Рубика и Змейка, из которой Алан не смог построить ни одной фигуры. Сейчас он сидел над совсем детским кубиком с прорезанными в гранях звездочкой, кружком, треугольником и тому подобными фигурами. Вот уже около часа он сосредоточенно пытался вложить квадрат через отверстие круга. Жанна остановила его бесплодные попытки. - Я не могу - проговорил он. Робототехник грустно кивнула и вышла. На утро следующего дня с ней пришел приятный на вид молодой человек. Он протянул роботу руку: - Константин. Я руководитель проекта «Прямой стимуляции». Завтра мы проведем эту сложную процедуру. И как честный ученый я хочу, что бы ты знал о ней все. Обычно для получения информации, содержащейся в биоорганическом мозгу робота достаточно зондирования памяти. Однако у Зонда есть недостатки. Он может только считывать параметры, и не достает до участков мозга, в ячейках которых может храниться внезапно скрытая информация. При «Прямой стимуляции» в мозг робота погружаются два электрода. Ряд импульсов заданной частоты проходит через них, и открывает необходимые пути. Ты самостоятельно вспомнишь, что случилось перед тем как ты – здесь Константин несколько замялся. – Заболел. - Значит мне просверлят два отверстия в голове? – поинтересовался робот. Жанна при этих словах тяжело вздохнула и отвернулась. Серьезное лицо Константина стало грустным. - Нет, Алан. Мы срежем верхнюю «полусферу черепа» и полностью откроем твой мозг. Да, при этом придется откачать всю защитную жидкость, но смерть от пересыхания мозга тебе не грозит. Нами разработан спрей, который по свойствам близок к ней. После операции мы будем обрабатывать твой мозг дважды в день. Кроме того, твой череп будет защищен вот этой прозрачной крышкой. Под ней установлен малый генератор силового поля, который сохранит твой мозг от травм извне. Замена блока питания генератора раз в месяц. Алан содрогнулся от ужаса. - И еще – Константин сцепил кончики пальцев. – Тебе повезло, что твоя сенсорная система полностью выведена из строя. Её не придется блокировать во время операции и в дальнейшем – тут ученый осекся. - А если мои сенсоры оживут во время операции – бесцветным голосом проговорил робот. - Нет, дружок, этого не произойдет – выдавил Константин и вышел из комнаты. Повисло тяжелое молчание. - Евгения – тихо произнесла Жанна. – Будет присутствовать на процедуре. - Я предпочел бы кого-то из моей…моей семьи – прошептал Алан. - Мы проводим процедуру чтобы ты вернулся домой – Жанна покраснела и поспешно вышла. Евгения вбежала в холл, срывая на ходу зимнее пальто. Она опаздывала. Встревоженная Жанна ждала в коридоре. - Константин со своей командой уже начали операцию – сообщила доктор на бегу. – Жидкость откачали, сейчас срезают верхнюю часть черепа. Евгения мрачно кивнула входя следом за коллегой в лабораторию. На столе, скованный обычными и дополнительными зажимами лежал Алан. Константин осторожно вводил в его мозг два электрода. - Начинаем с Малых импульсов – проговорил ученый. – Алан, как только твоя память начнет восстанавливаться – сообщи! - Хорошо – ответил робот. Раздалось чуть слышное гудение. - Повысить частоту! Алан содрогнулся. На мгновение его рот исказился от ужаса. По телу прошла судорога. - Я вспомнил. Вспомнил! – простонал он. - Рассказывай. Активировать запись. - Я возвращался из магазина – голос робота дрожал. – И переходил трамвайные пути. Что-то случилось с пантографом трамвая. Внезапно он рухнул на бок, а оборвавшийся контактный провод упал на меня. К несчастию я стоял одною ногою на рельсе. Меня подбросило вверх, а затем с силой стукнуло о бетонные плиты. Попытки высвободится, только усугубили моё положение - провод петлей обвил мою шею. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем питание было отключено. Мне показалось – целая вечность - Алан умолк. - Перегрузка – выдохнул Константин. – Наиболее уязвимая сенсорная система погибла первой. А после началась самопроизвольная блокировка памяти и заложенных навыков. Евгения и Жанна переглянулись. - Мы возобновим эксперименты с головоломками, Алан – обратилась к роботу доктор-робототехник. - И я смогу вернуться домой? - Пока об этом говорить рано – Константин похлопал робота по плечу и обработал его мозг спреем. – Сейчас прикрепим к твоей голове крепления для фальш-черепа с силовым полем, а после проводим тебе в твою комнату. Кроме того, мы дадим тебе одно общественное задание, если тебе, конечно, оно будет не в тягость. - Какое? – поинтересовался робот. - Будешь убирать несколько кабинетов и лабораторий, чтобы мы могли посмотреть, восстановились ли твои хозяйственные навыки. Глаза робота просияли. - Я с радостью исполню это поручение! Обнадеженный Алан с огромным рвением исполнял все возложенные на него поручения. Обработки мозга спреем, проводимые дважды в день (8:00 и 20:00) ничуть не стесняли его действий. Проверки, проводимые Константином, показывали, что рецидива можно не опасаться. Однако, ученый, на вопросы робота о возвращении домой, каждый раз опускал глаза или переводил тему. И однажды Алан узнал почему. Он только что закончил уборку кабинета принадлежавшего пожилому профессору Мстиславу Никифоровичу, и подходил к процедурной. Дверь была полуоткрыта, и из кабинета доносились голоса. Алан остановился. - Когда ты собираешься признаться роботу, что он не вернется в семью? – спрашивал Константин. – Довольно обнадеживать Алана, пользуясь его искреннем доверием и некой наивностью. Это противоречит любым моральным кодексам. И человеческим и робототехническим. - Предлагаешь деактивацию – голос Жанны звучал резко. - Да. Мы получили данные про блокировку ячеек и гибель сенсорной системы. И мы не имеем права мучить его. Он зависим от спрея, от силового поля в его «шлеме». Если Алан пропустит одну обработку – начнутся необратимые процессы. Его счастье, что сенсоры перегорели. Иначе помимо вышеуказанных средств, трижды в сутки, приходилось бы проводить инъекции блокиражного вещества. - Мне необходимо еще полтора месяца на окончание диссертации по его случаю – призналась Жанна. – После мы его отключим. Только постараемся сделать это незаметно. Например, под видом проверки используем… «Reasonable particles». Сенсоры не действуют, а значит при разрушении мозга боли не будет. Стоявший за дверями Алан охнул и осел на пол. - К сожалению, теперь деактивацию можно провести только их методом – согласился Константин. – Череп вскрыт и использовать «Протонный удар» нельзя. Но моё личное мнение – мы должны поставить Алана в известность. Кстати, что-то он задерживается на обработку. Стараясь не шуметь, Алан отступил назад и завернул за угол. Он прекрасно понимал, что робототехникам не стоит знать о том, что их разговор был случайно подслушан. Выждав несколько минут робот появился в лабораторном коридоре № 2 как ни в чем не бывало. Константин ждал его в дверях. - Простите за опоздание – извинился Алан. – Я готов к процедуре. Добрый вечер, Жанна Сергеевна. - Привет, Алан. Видела головоломки, все собраны. Ты просто молодец. - Я стараюсь – Робот посмотрел человеку в глаза. – Ведь наградой для меня станет возвращение домой! Робототехник не отвела взгляда, но на лице выступили некрасивые пятна. - Да, Алан. Возможно твое триумфальное возвращение состоится как раз после нового года. А пока мы возложим на тебя несколько дополнительных обязанностей. Все они предусмотрены программой твоей реабилитации. - Меня обеспечат увлажняющим спреем? И кто будет проводить замену элемента питания силового поля? Евгения или Константин? - Не гони коней, Алан. Тише едешь – дальше будешь – этими словами Константин дал роботу понять, что разговор окончен. После этого вечера у робота созрел план. Он понимал, что невзирая на притворно-доброе отношение сотрудников его жизненный путь окончится здесь. Да еще посредством «Разумных частиц»! Нет, он не хотел так умирать. Обязанности, выполняемые им по Центру облегчали исполнение «плана отчаяния» - как выражался сам робот. Теперь он просто выжидал удобного момента. Вечером, тридцатого декабря Мстислав Никифорович расстроено топтался на пропускном пункте. - Профессор я безголовый! Это же надо, Сережа! Интегральные уравнения любой сложности решаю в уме за считанные секунды, а куда положил шапку – запамятовал. Спрашивал Алана – он тоже не находил. Весь кабинет вместе обшарили. Стой-ка! Я сейчас вспомнил, что робот пошел выносить мусор. Я, голова садовая, видимо плохо на вешалку шапку повесил. А мусорная корзина в аккурат у вешалки-то стоит. Вот шапка-то и упала в пакет. А пакетик-то я завязал и на выброс приготовил. Эх, лысина теперь простудится. Но поделом мне, старому шкафу… - Мстислав Никифорович – к профессору подбежал Константин. - Вы Алана когда в последний раз видели? - В шесть вечера, когда шапку мою искали. Потом он собрал мусорные мешки и.. больше мы не встречались. - Дела… половина девятого а его нет. - В смысле? – насторожился профессор. – Сначала моя шапка потом… Молодой и старый ученый впились друг в друга взглядами. - Не может быть! Я оповещу все службы отлова немедленно – Константин сорвал трубку с телефона. Шапка, оброненная профессором лежала у двери. Алан только обрадовался такой удаче. Ведь подобранный предмет – это не кража с вешалки! Робот осмотрел ее. Это была шапка весьма грубой ручной вязки, с каким-то абсолютно безвкусным узором прошедшего столетия. По всей видимости головной убор вязала профессору жена. В глубине сознания Алан жалел старичка, которому предстояла холодная прогулка по городу. Но поступить иначе не мог. Он спрятал шапку за решеткой вентиляции, а потом добросовестно искал ее вместе с Мстиславом Никифоровичем. Естественно, головной убор обнаружен не был. Наступил час Х – время прогулки к мусорным контейнерам. Алан извлек из тайника свой «билет на волю». Всё было обдумано и решено уже давно, и отступать он не имел права. Черная шапка сливалась с черными пакетами. На улице давно стемнело, но задний двор Центра был освещен несколькими фонарями. - «Главное, что бы никто не выглянул из окна» - пронеслось в голове робота. Забросив мусор в раскрытую пасть контейнера Алан осторожно закрыл крышку. Теперь необходимо одеть шапку – Константин не говорил, защищает ли силовое поле от холода. А подставлять мозг морозу раньше времени робот не собирался. Поднявшись на мусорный бак робот без труда преодолел стену, и оказался на воле. Теперь ничто не мешало ему отправиться домой. В том, что часов до восьми его никто не хватится, робот был уверен. К тому же до сих пор прецедентов не было. Город ослепил Алана сиянием предновогодних красок. Люди и их роботы, спешившие в магазины кто за продуктами, кто за подарками не замечали его странного головного убора. На центральной площади сияла главная городская елка. Искусственная, но изготовленная настолько безукоризненно что была практически неотличима от настоящей. А встроенные распылители аромата придавали ей особый шарм. Алан грустно улыбнулся. Сколько раз он приходил сюда с детьми! Вскоре площадь осталась позади. Алан свернул в арку и вошел во двор. И где-то внутри его стегнуло раскаленной плетью. Анна и Руслан играли с новым роботом. Играли так же весело, как играли когда-то с ним. Алан пошатнулся, и чтобы не упасть ухватился за угол. Дети заметили его. Первой подбежала Анна. - Алан! Привет, мы знали что ты вернешься! Тебя починили? Ой, а почему ты в шапке? - Алан! Ура!!! - закричал Руслан. – Это лучший подарок к новому году! Теперь у нас действительно два робота! Мама обещала подарить нам с Аней собственного, но молчала, что это ты. Кстати, шапка тебе зачем? Ты разве мерзнешь? - Ребята – голос Алана прозвучал надтреснуто. – Ребята, простите, вы обознались. Я не Алан. Меня зовут Рикки-Рей. Вы спрашиваете, зачем мне шапка – он сорвал головной убор. Дети вскрикнули при виде полупрозрачного купола и зеленеющего под ним желеобразного мозга. - Разве у вашего Алана было такое? - Нет – протянул Руслан. – Рикки-Рей, тебе больно? Алан кивнул. Анна заплакала. - Я не хотел вас расстраивать ребята. Простите. Как пройти к техпункту на Речной? - Это в другом конце города. Конечная седьмого трамвая. На остановке спросишь – проговорил внезапно подошедший новый робот семьи. На чужака он смотрел с недоверием. - Спасибо, друг – кивнул Алан, и поспешил удалиться. Уже на улице он прошептал адресуя свои слова преемнику. – Береги их…. Теперь он направился в парк. Легкий снегопад перешел в свирепую метель. Невидимые хлысты гнали по аллеям резвые бураны, и на расстоянии вытянутой руки ничего не было видно. Алан ощупью добрался до какой-то карусели и отворив калитку подошел к ней. Всё должно было кончится здесь. Робот аккуратно снял шапку, и бережно надел ее на деревянный столбик перил. Затем он поочередно отстегнул фиксирующие защелки на своей голове. Некоторое время Алан вертел в руках фальш-череп, а затем размахнулся, и отбросил его прочь. Очередной яростный буран подхватил «крышку» как бумажный лист и умчал ее прочь. Робот только улыбнулся этому. Он присел на занесенные ступеньки карусели, приняв непринужденную позу. Когда снег облепит его – он станет просто снежным изваянием его не найдут до весны… до весны… до весны…. Снежинки падали на мозг не причиняя боли, сознанием овладевала сладостная дремота, и Алану казалось что он просто переходит в «режим сна»… Весна в этом году выдалась поздняя, промозглая и слякотная. В парке надрывно каркали вороны, газоны превратились в половодные луга, пруд набух и вышел из берегов. Лавируя между лужами Евгения и Жанна пробирались к каруселям. Под одной из них – с фигурами животных – был расстелен брезент на котором лежал деактивированный робот. Его глаза были приоткрыты, а на губах навсегда застыла улыбка. Мозг заледеневший за зиму растаял и вытек из открытой черепной коробки. - Ужасный конец – тихо произнесла Евгения. – А еще более ужасно то, что Алан сам сделал такой шаг. К сожалению мы не знаем причин. Константин клянется, что не открывал роботу правды. Возможно, он сам догадался, что его ожидает. - Или подслушал один наш разговор – заметила Жанна. – Знаешь, я стерла диссертацию с компьютера и порвала бумажный вариант. Техники замолчали. Одна из ворон пролетавших над ними бросила на дорожку грецкий орех. Тот с треском раскололся. - Я подожду бригаду утилизаторов – нарушила молчание Евгения. – Вернусь в техпункт на нашей служебной машине. - Хорошо – кивнула Жанна. – Мне пора возвращаться. Она прошла несколько метров и обернулась. - Прости, что подвела тебя. Евгения не ответила. Она знала, что эти слова адресованы Алану.