1
21 декабря 2020 г., 00:00
Феликс пытался покончить с жизнью.
— Зачем мне жить? — вопрос который тревожил его достаточно долгое время. И правда, зачем? Когда тебя бросает несколько парней, со словами: «Тебя никто не полюбит», «ты никому не нужен...», то это ранит. Каждый раз по-новому, как острое лезвие, от которого навсегда останутся шрамы. Он держался только благодаря Джисону, который был как спасательный круг в середине океана.
Но вот этот день настал, он не думал ни о чём и ни о ком. Ни о будущем, ни о друге, ни о последствиях, ни о себе. Хуже быть не может, это конечная, пора сходить... Также не думая Феликс стал искать таблетки в аптечке. Он взял первые попавшиеся и выпил их. Сразу все пятнадцать штук.
В глазах постепенно начало темнеть, а через несколько секунд он встретился с полом. Большое количество химикатов начало прожигать желудок, но ведь и это пройдёт. Всё рано или поздно проходит.
Джисон вернулся домой через восемь минут и застыл на месте, ведь увидеть как твой лучший друг лежит без сознания на полу, а возле него пустая упаковка сильного препарата, на самом деле ужасное зрелище. Он побежал к Феликсу, и к счастью нащупал его еле бьющийся пульс. Дальше всё было как во сне: он не помнит как вызвал скорую и как они оказались в больнице.
— Это так себя чувствуют в Аду? —спросил Феликс у самого себя, держась за голову, которая, как ему показалось, распадётся на тысячи мелких кусочков.
— Здравствуйте, я ваш лечащий врач, Хван Хёнджин. — сказал доктор. —А Вы, —
он посмотрел на листок. — Ли Феликс. Вы должны рассказать причину, чтобы я смог составить курс лечения.
— Причину чего? — спросил Феликс, смотря в стену напротив.
— Вашей попытки самоубийства. — аккуратно ответил Хёнджин.
— Меня постоянно бросают. Вот например мои бывшие, они все уходили с одинаковыми словами, что я никому не нужен, а я и не спорю, потому что не чувствую обратного. Я хотел сделать легче всем, в первую очередь себе. — ответил Феликс и провёл ладонью по щеке, вытирая появившиеся слёзы.
Хёнджин подошёл к нему и сел на корточки. Слова осели в глубине души, Феликсу хотелось помочь, как никому другому, вытащить из этого состояния и вновь показать, каково это - по-настоящему жить.
— Посмотри на меня. Ты не должен так говорить. Мы исправим это, я буду помогать тебе, ты должен жить. — сжимая руку Феликса в своей, сказал Хёнджин. Он смотрел ему в глаза, но казалось - в самую душу.
— Зачем Вам это? — спросил Феликс, смотря в глаза доктора.
— Я пропишу Вам таблетки, которые Вы, в обязательном порядке, должны пить три раза в день, я буду лично контролировать. А ещё, некоторое время здесь. — Хёнджин поднялся с корточек оставив вопрос Феликса открытым не только для пациента, но и для самого себя.
В палату ворвался, разъярённый Джисон, который всё время стоял за дверью и слушал, что говорил Феликс. И кажется, он плакал.
— Ты...что наделал? — кричал Джисон.
— Я пойду, пожалуй. — сказал Хёнджин, и вышел из палаты.
— А если бы я пришёл позже? — спросил Джисон. — Ты же знаешь, как ты мне дорог. — продолжил он, пряча мокрые глаза. — Что происходит, почему ты мне ничего не рассказываешь? — Джисон чувствовал себя ужасным человеком и другом, ведь Феликс ему ничего не рассказывал, о своих настоящих чувствах.
— Я не хотел тебя грузить. — шёпотом ответил Феликс.
— Ты...— Джисон обнял его. — Ты мой друг. Я чувствую себя ужасным из-за тебя. Феликс обнял его в ответ.
Джисону разрешили переночевать в больнице одну ночь, потому что ехать домой так лень, а добиваться своего - он мастер, ведь не каждая медсестра решится поспорить с ним, да ещё и на ночь глядя.
— Почему я слышу плач ребёнка? —открывая глаза, спросил Феликс, у лежащего на противоположной кровати Джисона.
— А, ты не в курсе. Мы в детском отделении.
— Что? — удивлённо спросил Феликс.
— Да, Феликс. Теперь ты ребёнок. —ответил Джи. — Во взрослом мест не было. Либо они подумали, что тебе восемь. Не знаю. — продолжил он.
— Так они и подумали. — Феликс кинул нервный смешок.
— А что? Всякое бывает. Спи уже.
Несмотря на время сон к Феликсу никак не шёл, только к утру, когда еле видно было солнце.
