Теперь Юнги будет сосать

Его голос звучал словно карамель, определённо и неизменно лаская уши. Он выглядит меньше, мельче и женственнее, несмотря на грубоватый голос, вечное хамство и запах сигарет, невыносимо выраженный и яркий. Его член чертовски маленький, и Чонгуку это безумно нравится. Так, что «обожемойблять» всплывает в голове, если он видит, что у хёна стоит. Так, что если его хён выходит из ванной, нужно зажать его у стены и пытать, пока тот не даст свой хуй потрогать. Ведь «ебатьменяврот, он такой красивый» — всё, что способен выдать мозг макне. — Чонгук, имей совесть, дай поспать, — кричит Мин. — Я просто потрогаю, хён, ты спи, — Гук шепчет в полубреде. Просто, блять, потрогаю? Что, простите? Спать дальше? Нет, ну вмажте уже ему, кто-нибудь, заебал в край со своими пидорскими замашками. И автора пизданите, ибо нехуй. — Давайте, поебитесь тут ещё, — видимо кто-то спалился, да, Чонгук? — Чимин, я сейчас и твой член потрогаю, хочешь? — всегда работает, Пака как и не было. — Кхм, продолжаем, — Чон лезет под хёново одеяло, стягивает с него штаны. — Блять, вылези, — гей-паника, что сказать (тут я пожимаю плечами). А макне будто оглох. Он в своём маленьком мирке, где есть только хрупкий, словно ваза, Юнги и его пиздатый член (апзпхап, остроумно). Хочется трахнуть себя этим недо-фаллосом, потому что слишком уж красиво. Он (член) маленький и такой…вместительный? Да. Именно так. Размеры, будто созданные для чонгуковой руки. — Хён, я попробую? — он ведёт пальцем по головке, а у Шуги выражение, а-ля «непон». — Непон, — как неожиданно, не правда ли? И он берёт его в рот. Сосёт, лижет и целует, руками придерживая хёна за бёдра. Старший стонет хрипло, только лишь и может, что схватиться за чужую волосатую макушку, проталкиваясь глубже, упираясь головкой в стенку глотки и… — Ах, быстрее соси, — и Чон замирает. Он впервые видит и слышит хёна таким. Чувствительным, звонким, стонущим. Гук вновь вылизывает, вылизывает и вылизывает, слушая обрывистые, тихие «а». — Гуки, ещё немного, — Мин двигается на встречу открытой пасти и кончает в самые гланды, смотря как макне облизывает с подрагивающего хёного члена остатки спермы. Ведь «обожегосподи» сосать теперь будет Юнги.