Операция по захвату сердец

      Тэхен просыпается, тяжело дыша. За окном уже рассвет, но в просторной комнате темно и мрачно, все из-за массивных бордовых штор, или в отсутствии проблеска света виновата атмосфера царящего горя и отчаяния. Тэхен плохо спал, даже особо не приглядываясь, можно с легкостью обнаружить залегшие синяки под глазами, потрескавшиеся губы и нездоровый оттенок кожи. Последний раз он был так разбит и ошеломлен, когда скончался его отец, а папа, ещё совсем непреклонного возраста, сорокачетырехлетний омега покинул страну и перебрался к своему любовнику в Соединенные Штаты Америки.       Ким снова пытается пошевелить веками и хоть как-то попробовать встать, ведь его ожидает тяжелый, наполненный ответственностью и важностью, день, но невольно вздрагивает, когда чувствует, как на соседней стороне кровати сворачивается в клубочек и тяжело дышит его самая близкая душа и главная причина по которой Ким все ещё радуется жизни и полноценно проводит свои дни на этом свете.       Задумчивый взгляд устремлен на оголенную ключицу, где стоит метка, парень вспоминает, как неделю назад, он старательно растягивал узкое нутро его мужчины, как кончал в него и как собственный узел доставлял огромный дискомфорт и даже боль неприспособленному телу и самому Тэхену, ведь они оба альфы и их мышцы заднего прохода не предназначены для огромных узлов и, в целом, вторжения чего-то массивного. Он перебирает воспоминания, как гладил в тот момент живот плачущего альфы и шептал несбывшиеся мечты:       — Жаль, я не могу оплодотворить тебя и мы не сможем родить ребенка.       — Почему это в твоих мечтах я обязательно должен беременеть, мы универсалы, хочу напомнить тебе, Тэхен. И ты тоже не мало времени проводишь на моем узле, - щетинится, огрызается старший альфа, но, конечно же, в шутку. Несмотря на первое впечатление сурового и безэмоционального альфы, Юнги мягче Тэхёна, и отлично бы вписался на роль мамочки.       В их отношениях, обоих альф всё устраивает, и им очень даже плевать на общественное мнение, да и в целом не все люди гомофобны, бывают случаи, когда на них даже не кидают осуждающие взгляды. Но есть одно «но», Юнги и Тэхён с детства мечтали о полноценной дружной семье с детьми, но, увы, это не в их силах. Было, до этих пор.       Ким прикасается к голой шее губами, чтобы в следующие секунды вгрызться поцелуем в бледную кожу, но переминает ее между губами недолго, чтобы не потревожить беспокойный сон. Затем Тэхён осмеливается откинуть одеяло и ступить голыми ступнями на белый паркет.

***

      На часах только 6:30 утра, а Ким уже заводит свою новенькую Jeep Grand Cherokee. Он нервничает и его руки заметно трясутся, даже подташнивает от переживаний, и в таком состоянии не желательно садится за руль машины, но он должен, в первую очередь самому себе и близкой подруге, что умерла три дня назад.       Подъезжая к детскому приюту, Тэхён с удивлением замечает, что он больше не боится и настроен уверенно, как никогда. Эта поездка не просто поход в магазин, это ответственный шаг, который Ким сделает до конца. Перебирание худощавыми пальцами приятной текстуры руля помогает «не впадать вглубь себя», не задумываться о возможных провалах и неприятностях. Всё-таки Тэ имеет в законном пользовании достаточно финансовых средств, чтобы суметь правильно ими распорядится и предложить давнему отцовскому другу «вознаграждение». Он сделает всё, чтобы Юнги, он сам, сын подруги, и отошедшая в мир иной девушка были счастливы и спокойны.       Одетый в самый свой счастливый костюм, тёмно-синие брюки-клёш и широкий, пошива оверсайз, с высокими накладками на плечах, серый пиджак, под презентабельным костюмом находилась спокойного голубого оттенка водолазка, Тэхён целеустремлённо направился к обветшалой тёмно-коричневой двери. Разумеется, на руке были часы последней модели от модного дома «Gucci», что в этом году стал производить данный вид аксессуара.       Это приёмный корпус старенького детского приюта на окраине небольшой красивой деревни. Значит, альфа может не беспокоиться, что разбудит детишек в выходной, громко хлопнув входной дверью, ведь здесь никого нет кроме персонала и ожидающего управляющего данного учреждения.       Ким зорким взглядом напряжённых зрачков оглядел миниатюрный холл в поиске дальнейшего своего направления.       – Мистер Ким, добрый день, проходите сюда, – приветливо обратился к застопорившемуся парню преклонного возраста мужчина, появившийся из самого дальнего кабинета.       Тэхён незамедлительно уважительно поздоровался, отражая хорошее воспитание, данное отцом. Сдержанная и располагающая улыбка изгибистых губ с целью предрасположения к человеку мгновенно украсила сияющее лицо корейца.       Мужчина, сэр Уолш, как уже когда-то было упомянуто, давний друг отца Кима, не стал сильно напрягать нервничающего парня официозом, поэтому как только мужчины перешагнули порог просторного и светлого кабинета, потрепал Тэхёна по густой шевелюре, предложил ему умоститься в уютном кресле.       — Как дела, Тэхён?       — Сэр, спасибо за ваше беспокойство, не особо радужны, после смерти подруги, мы с Юнги ... , - осунувшийся парень замолчал, так и не договорив фразу, проглатывая ком в груди, чтобы прямо здесь не разрыдаться.       Немного поседевший, в пору своих лет, мужчина понимающе промычал и подал Тэхёну стакан прохладной воды.       — Что ж, Тэхён, я прекрасно понимаю, зачем ты здесь, поэтому перейду сразу к щепетильному вопросу.       — Да, и я хочу сказать, что ни за что не уйду отсюда без ребёнка и сделаю всё возможное. Вы ведь меня понимаете?       — Я понимаю, Тэхён, и уже принял решение, но пока не знаю, что со всем этим делать.       Альфа в ожидании начал грызть ногти, переняв недавно вредную привычку у своего возлюбленного.       Сэр Уолш продолжил:       — Кэйси просила, после её смерти, передать воспитывать своего сына вам и что вы отлично позаботитесь, это нам с тобой хорошо известно, кроме того, в завещании она написала то же самое, не изменяя своему слову. Но существует несколько «НО». Ваша пара не относится к традиционной, что может привлечь внимание общественности, негативно повлиять как на мою репутацию, так и на твою, если это дойдёт до «верхов» – ребёнка отберут, меня оштрафуют, вас даже могут судить, так как, увы, одногендерные браки в стране пока не разрешены.       — Сэр Уолш, вы знали моего отца, вы знали, какой был его характер, вы не раз приезжали к нам в гости и видели, как отец воспитывал меня. Его главные принципы уверенность, целеустремлённость и забота о близких. Если мои близкие люди будут в опасности, я найду выход из каждой западни, уж поверьте мне. Кейси была моей подругой детства, родным и верным другом, её дитя оказалось совсем одним и вы прекрасно знаете, как живётся детям здесь, без родителей. И ещё, вы прекрасно осведомлены о деньгах, оставленных мне отцом после кончины. Я могу предоставить огромную сумму вам для «особых» случаев, когда вдруг усыновление станет достоянием общественности, вы можете рассчитаться с «нападающими псами».       Руководитель приюта был впечатлён пламенной речью и понимающе кивнул в конце тэхёновых слов. В этом есть смысл.       — Тем более, через пару тройку лет, я и Юнги планируем переезжать в Америку, где, конечно же, узаконим наш брак, тогда ребёнок Кэйси законно станет нашим сыном.       — Тэ, – мужчина дружелюбно улыбнулся и посмотрел своим живыми глазами прямо Киму в душу, – я знаю, что ему будет хорошо с вами рядом, я наблюдал каким воспитанным мальчиком и ответственным ребёнком ты рос. И как я уже обмолвился ранее, решение принял ещё вчера вечером. Благодарю тебя за честность и за ответы на мои вопросы, – Уолш крепко обнял ничего непонимающего Тэхёна.       — Давай оформим усыновление маленького Чонгука, сегодня он поедет в свой новый дом, – махнул рукой на свой рабочий стол мужчина и позвал юриста.

***

      Молодой альфа аккуратно подъезжал к особняку на противоположном конце деревни от детского приюта. С лица не сходила счастливая улыбка, а дорога требовала особого внимания, нужно быть аккуратным, ведь на переднем сидении спит малыш в переноске. После того, как Тэхён услышал копошение, он еле слышно прошептал: «Не бойся кроха, мы почти приехали».       Только припарковав автомобиль у своих ворот, Ким узрел выбежавшую фигуру из дома с яростными глазами и взъерошенными волосами.       — Ким, я тебя ненавижу! Почему поехал один? Почему не разбудил? Как я должен чувствовать себя в одиночестве, не зная ничего? – Юнги так разозлился, что готов был ударить под дых, спрятавшегося за дверь машины альфу.       — Тише, солнце, а то разбудишь маленького, – тихо, насколько это возможно, промурлыкал Тэхён, кося глаза на зашуршавший комочек.       Юнги оказался совсем разбитым, так как последнее время он только и делает, что отчаивается и плачет, но здесь небольшая влага выступила на глазах, только лишь от шока и разбушевавшейся радости.        — Тэхён, ты серьёзно ...       «... подарил нам мечту» так и не закончил фразу сентиментальный альфа.       Маленького карапуза, уже начавшего хныкать из-за одиночества и шума, тут же подхватили четыре руки и стали рассматривать. Да, родители из них никудышные, вместо того, чтобы успокоить ребёнка, они начали внимательно его изучать и нюхать, принадлежащий только маленькому щекастому малышу запах.       Омежка, на удивление только ставшим папочкам, тут же перестал кукситься, ведь однажды, всего лишь раз, после собственного рождения, он уже встречался с этими глупенькими альфами. А после того, как увидел искреннюю, излучающую теплоту, улыбку Тэхёна тут же робко улыбнулся в ответ, насколько это получается у малюток.       — Юнги, моё сердце, кажется, всё-таки украл один омега.       — Моё тоже.

***

      Пучеглазенький Чонгук жадно сосёт новую бутылочку, предназначенную для кормления грудных младенцев, предварительно промытую кипятком и наполненную питательной смесью. Он обиженно глядит исподлобья на бледного и перепуганного Юнги, что аккуратно придерживает под спинку лёгкого омегу.       — Ну, прости меня, Куки, я не специально так долго возился с твоей едой. Слишком всё это сложно, для альфы. – Ребёнок всё также безнадёжно хлюпает носом, но зато перестаёт злобно смотреть. Хотя как шестимесячный малыш может злобно смотреть? Что-то воображение Мина разыгралось. – У меня-то нет материнских инстинктов, как у твоей мамы, но мы всему научимся, не переживай детка. – Сладкий поцелуйчик прилетает в лобик.       — Хэй, Юнги, ну как он?       Да Тэхёну стыдно, да он трус, оставил плачущего дитя на более сообразительного в стрессовых ситуациях альфу, да парень ушёл от нервов курить на улицу. Ну а что?       — Блять, Тэхён, я тебе сейчас реально врежу. После этого ты смеешь говорить, что любишь меня и дорожишь мной? Ты снова оставил меня одного разбираться с катастрофой! А уж поверь на слово, плач голодного Чонгука – это, действительно трагедия.        — Юни, не матерись при ребёнке, – словно провинившийся щенок проскулил с виду отважный альфа.       — Он, всё равно ничего не понимает, а вот ты - предатель, как раз таки всё понимаешь. И то, что я тебе год отсасывать не буду, это ты тоже, надеюсь, понимаешь.       — Тише, дорогой, не злись, а то Гуки опять расплачется.       А упомянутый омежка, наоборот, лишь выпустил изо рта соску и начал улыбаться своим беззубым ротиком.       — А нет, ему весело, – шокированно уточнил Ким.

***

      Кроватку молодая пара пока не приобрела, поэтому на ночь решили уложить сладкого малыша между ними на просторной кровати.       Уснуть у Чонгука не сразу получилось, он всё хныкал и стонал, ведь рядом нет знакомых запахов, не ощущается ласковая материнская рука. Омежка, не успокоился, пока Юнги не прижал аккуратно хрупкое тельце к своей груди, а малыш тем временем нащупал через тонкую футболку у альфы сосок и сжал своим кулачком, ни в какую не желая отпускать.       А Тэхён в этот умилительный момент ржал.       — Я всё ещё тебя ненавижу, Ким, – одними губами прошептал раздражённый альфа.       Ничего, придёт время, Чонгук испытает и нервы веселящегося Тэхёна.