Любовь, как всегда...

За окном метель, которая вдруг решила в этот особенный день всё облачить в белые, праздничные одежды. А ведь не зря: канун католического рождества как никак, а всё же повод навести марафет. Лысые деревья в мантиях из серебра как-будто приглашают к себе на торжество, а белоснежные ковры прямо-таки шепчут: сегодня твой день, позволь себе чуть больше, расслабься, обойдёмся без рамок дорог и ограничений на часах — просто насладись сим чудным мгновением! Везде шум, веселье, музыка и сама атмосфера пленяют слух и взор каждого прохожего, так и маня зайти в какой-нибудь ларёк купить себе глинтвейна или кофе и спокойно вдохнуть сей прелестный аромат торжества. Такое бывает лишь раз в году и похоже все понимают это: почти никто не остаётся дома. Все люди бегают по магазинам, видать не успели прикупить родным подарки, ибо работа как всегда отнимает всё свободное время, даже выходные! И не удивительно: все мы хотим надбавку, а особенно в предпраздничный период. Большинство уже едят всякие вкусности и пьют тонизирующие напитки для согрева, а кто-то даже успел совместить их с алкоголем, ну да ладно — сегодня можно. Таков он — праздничный Берлин, весь сияет яркими огнями, а сама архитектура заворожит даже самого скурпулёзного эстета, возвышаясь над улицами и площадями будто насмехаясь над ничтожностью людей и лишь птицы могут достойно лицезреть се достояние искусства. И вот, в этом же Берлине, в самом его центре расположилась довольно-таки богатая на вид съёмная квартирка одной пары. Высокие потолки, шикарные цвета тёмного шоколада гардины, однотонные кофейно-бежевые стены, ламинат из тёмного дерева — словом, прекрасный интерьер явно намекает на эстетическую чувствительность жильцов. В прихожей заметны мужские классические ботинки и женские ботфорты и, соответственно, пальто принадлежащие тем же лицам. Далее проследуем по коридору: справа расположилась просторная гостиная, слева — кухня, чуть поодаль, судя по всему, ванная и санузел, а дверь, которая прямо перед нами — вход в спальню, где и находятся действующие фигуры моего рассказа. Утончённая рослая фигура девушки в шёлковом халате расположилась на спинке кресла, пытаясь распутать свою прическу, которая видимо решила «самостоятельно» закрепиться на её голове во избежание развала во время насыщенного дня. Левая приглушённо жёлтого оттенка, как и большая часть тела девицы, нога, опирающаяся о кресло, соблазнительно выглядывала из-под одежды, демонстрируя всю подтянутость форм барышни. Мужчина же, в таком же шелковом халате, правда чуть подлиннее, просто молча наблюдал за движениями своей избранницы, хотя похоже основным предметом его внимания была та же ножка. Девица всё-таки расплела свой «морской узел», после чего стали видны красивые закрученные чёрные локоны, длинна которых была почти до поясницы. Повернула лицо к партнёру и, чёрт возьми, я бы горела в аду, если бы не сказала, что оно невообразимо прекрасно: выразительные хищные кроваво-красные глаза, средней длинны, но утонченной формы нос, в меру пухлые алые губы и чётко очерченные скулы. Да у этого мужчины стальная выдержка, коль он всё ещё не набросился на неё! Хотя он может составить ей конкуренцию в цене своей внешности: чёткий силуэт лица, его бы можно назвать трапецией, ведь оно не такое грубо-квадратное как у большинства любимчиков публики, а скорее имеет какую-то явную аристократическую утончённость, подчёркнутую уложенными, в стиле средины девятнадцатого века, смоляных волос; глаза холодного металлического оттенка всегда отличались своей проницательностью, а длинный прямой нос и линия форменных губ лишь ещё больше дополняют этот образ. Я предлагаю на долго не останавливаться на фигуре сего индивида, ибо все мы знаем, что такое не перекачанные мышцы, которые регулярно поддерживаются в тонусе и манят к себе намного эффективнее «раздутой» рамы тяжелоатлета, касательно роста всё тоже понятно: метр восемьдесят шесть, не меньше. Предлагаю вернуться к самим героям. — Герман, ты чего застыл? — спросила особа женского пола. — Да так, наблюдаю красоту «рельефа», ведь нет ничего прекраснее, чем лицезрение эстетических видов, не так ли? — философски ответил немец прибавляя в конце лёгкую ухмылку. Последний наконец сдвинулся с места и подошёл к девушке, убирая тыльной стороной ладони, упавшую на лицо, прядь волос. Та лишь немного приподняла голову и потёрлась о руку любимого. Германии это явно понравилось, но длилось это не долго, ведь девица уже встала и решила продолжить разговор. — Всегда ты такой спокойный, даже, когда язвишь. До сих пор не могу понять, как ты смог привлечь меня буквально ничего не делая. — Этого науке не известно. Что поделать, коль я так неотразим? — саркастически ответил представитель арийской расы. — Да кто бы сомневался — отрезала барышня. Мужчина, уловив раздражение своей спутницы, притянул её к себе за талию, ели касаясь губами шеи, а потом и губ. Последняя не оказывала сопротивления, а даже наоборот: подалась навстречу, откидывая голову назад. Ей это явно нравилось, даже очень. — Ты опять ворчишь, Украина? — немного с упрёком спросил немец. — Тебе показалось, дорогой — уже задобренная своим мужем ответила украинка. — Ты опять просто отвлёк меня, зараза, ты там как вообще, любишь меня или просто использовать решил? — Добрый вечер-здраствуйте, это ещё что за клевета в мою сторону? — с долей юмора поинтересовался Герман. — Ну, а как же мне ещё думать, если ты ни слова не произнёс, а попросту начал соблазнять меня? — продолжала Украина издеваться над сыном нациста. — Ты в данный момент могла в принципе не думать, милая, потому что думать нужно было, когда я предложение тебе делал — съязвил тот. — Опять пошло-поехало. — В любом случае, я просто надеялся а… — Слушай, мне кажется, что нам с тобой пора это дело дозировать, а то уже злоупотреблять начинаем — посмеялась Веночек. — Не понял, а где это написано, что так нельзя? Сила есть… — Ума не надо. — Помолчи, женщина! — прорычал Германия, начиная кусать шею девушки. — Какие мы агрессивные. Слушаюсь и повинуюсь, мой господин! — поддержала инициативу Украина. — Ты там поаккуратней, а то мы на грани ролевой игры. — Да ну тебя — сказала украинка, принимаясь страстно целовать своего возлюбленного. Руки немца блуждали по телу украинки, всё ближе подбираясь к заветной нижней части тела. В свою очередь, Уки блуждала руками по спине и плечам мужчины, позже зарываясь руками в его волосы и нежно массируя кожу головы. Когда мужчина, вместе со своим аналитическим мышлением, решили приступать ближе к делу, то Герман подхватил свою жену за ягодицы и повалил на кровать, теперь уже имея возможность исследовать все «красоты» Украины. Девушка явно не скрывала наслаждения, искусно извиваясь под телом столь же раскалённым, что и у неё. Летела на пол вся одежда, ведь кому она нужна, словно пятое колесо в повозке. И вот уже два оголённых тела во всю наслаждаются обществом друг друга, все чаще и чаще издавая протяжные стоны наслаждения, а иногда прослеживается даже хищный рык со стороны актива, тот похоже не на шутку разыгрался, всё больше ускоряя темп процесса соития. По окончанию этой вспышки страсти, главные герои рассказа лежали в постели тихо наслаждаясь теплом тел их партнёров. Мужчина расположился на спине, а девушка на его груди, легонько поглаживая первого. — Ты так и не ответил на вопрос: ты любишь меня? — Люблю, как всегда. Это пожалуй всё, что она хотела услышать. Украины не сдержавшись выкарабкалась к мужу чтобы украсть у него ещё хотя бы один поцелуй, но тут уж немцу снова стало не хватать её общества, после чего робкий поцелуй перерос в страстные ласки с теми же блуждающими руками, с теми же горящими взглядами. Похоже нам пора их покинуть, а то как-то странно смотреть один и тот же фильм дважды подряд. Да и не стоит виснуть над душой, нечего пугать пленных Амура.