Притворись моим парнем, на пару минут

Юнги заебался стоять посреди коридора учебного заведения и что-то втирать парню, который сталкерит его не по-детски уже больше года, под всеми мыслимыми и немыслимыми предлогами, что пора прекращать. Юнги — студент, ждущий скорейшего выпуска из этого ада, никогда бы не подумал, что на него кто-то может запасть, да еще так сильно, что невольно становится страшновато. Мин Юнги — четвертый курс, человек, учащийся на биоинженера, который занят лишь учебой. И вместо того, чтобы круглосуточно трахаться с какими-нибудь симпатичными парнями, как это делают его однокурсники, круглосуточно корпит над учебниками, грызя гранит науки, черт бы её побрал. У него есть пара друзей, и то, только потому что они с одного потока. Но все же, Юнги не старый дед, который считает учебу самым важным в жизни. Он стабильно, хотя бы раз в месяц, поддается искушению своих друзей и топает за ними на какую-нибудь вечеринку, ворча о том, что его друзья ебаные алкоголики, которым лишь бы напиться. Хотя все прекрасно знают, что Юнги это не со зла, просто из-за вредности, да и тем более, сам такой же, по натуре своей. Учеба учебой, а вот прибухнуть никогда не бывает лишним. Студенты сейчас живут в слишком сложное время. А что насчет друзей… Он никогда не заморачивался по этому поводу. Ну знает он всего двоих людей за все годы обучения, и что с того? Просто как-то не идётся на контакт с людьми, да и он не то чтобы нуждается в этом. По крайней мере, Хосок и Джин, как раз те друзья с потока, которые стали ближе чем семья, говорят, что Мин ахуенный друг и человек в том числе. Его университетская жизнь до безумия скучна, всё чем он себя иногда развлекает (не считая редких вылазок в люди и перепихонов на одну ночь) — это двенадцати часовой сон по выходным. В остальном же, обычный, ничем не примечательный студент. И вот, он точно никогда не мог бы подумать, что его, всего такого обычного, скучного, затраханного учебой студента, начнет преследовать какой-то одержимый шкет с первого курса. Общепризнанный факт — жизнь хуйня полная, потому надеяться на нее никогда не стоит. Мину этого сталкера впихнули за добрую душу и даже взамен ничего не попросили. Чангюн бегает за ним второй год и, если честно, Мину иногда кажется, что он медленно, но верно, скоро сойдет с ума со всем тем, что имеет сейчас. А именно: с двумя раздолбаями в виде друзей. Раздолбаи — это еще мягко сказано. Хосок и Джин вместе могут творить такое, что лучше бы они никогда не знали о существовании друг друга (Юнги иногда задается вопросом, а настолько ли плохо сойти с ума в компании двух сумасшедших, но любимых, долбаебов?). На этом его радужный списочек не заканчивается: учеба с кучей дедлайнов, которые Юнги чисто физически не успевает сдавать. А, ну и конечно же, парень который всюду следует за ним, в прямом и переносном смысле. Иногда, его рука сама невольно тянется к телефону, набирая телефон полиции, потому что парень с придурью, как минимум. Мин всю жизнь будет припоминать себе это, коря, за запускания этой ситуации на самотек. Почему он не спохватился своевременно? Да ну, вы че, прикольно же, когда за тобой первокурсники бегают, а ты весь из себя для них своеобразный Аполлон. Все это началось, когда Юнги был на втором курсе, во время полугодовой сессии. В такие моменты, его лучше не трогать, потому что весь на взводе и спит максимум по три часа в день, если повезёт. А из-за большого количества кофе и энергетиков в организме, нервозность, пожалуй, занимала в нем около 128% из 100. Тогда парню начал мерещиться один и тот же человек в разных местах. Куда бы он ни пошёл, будь то его дом, магазин или просто подработка, он везде видел парня с универа, с которым даже не общался ни разу. Так, мельком запомнил, когда проводил экскурсию первогодкам. Юнги все списал на галлюцинации из-за недосыпа и не обращал должного внимания. Но когда сессия закончилась, стабильный сон вернулся в его жизнь, а глюки не пропали — он заподозрил что-то неладное. Где-то его точно наёбывают. Так еще и по-крупному. Позже оказалось, что все это были не галлюцинации, а просто Чангюн таскался за ним везде, где только можно, наблюдая издалека. Сначала, Юнги это показалось даже забавным. Ну что этот хиленький парень мог ему сделать? Наблюдает и пусть. А у Юнги чувство собственной важности хоть когда-то потешится. Мин предполагал, что младшему надоест таскаться за скучным и ничего не делающим, кроме как просирание своей жизни, Юнги и отвяжется со временем. Только ни через полгода, ни через год ничего не изменилось. Да и «хиленький» первокурсник после летних каникул, вернулся нихрена не хиленьким. Стал выше и подкачаннее. А вот здесь уже становилось ссыкотно. Тем более, что даже летом это не прекратилось. Но Юнги, слава Богам, свалил в Тэгу на все каникулы, благо этот придурок за ним не последовал. Мин не раз пытался поговорить с этим парнем, но как только находилось время, Чангюн, буквально, как сквозь землю проваливался. Это пугало еще больше. Может, этого человека вообще не существует, а его разум просто сходит с ума от количества материала, изученного за день, да и вообще за всю жизнь? Но когда его «галлюцинация» подошла с претензиями о том, «что это ещё за хмырь ошивался рядом с его драгоценным Юни». Тогда Мин полностью выпал в осадок. Нет, скорее, он просто ахуел. По-человечески так. Что ещё за слащавое Юни? Он что, ревнует его? Что вообще в жизни Юнги происходит не так? Наверное, где-то здесь, Мин уже должен был догадаться и попросить остановить Землю, чтобы сойти. Тогда Мин растерялся, но все же собрав себя в руки, высказал все то негодование, которое копилось от выходок этого парня, больше года. Он не был мягок в своих выражениях, его лицо буквально покраснело от злости, а этому Чангюну хоть бы хны. Эта его невозмутимость жутко бесила. Парень, даже глазом не моргнув, улыбнулся, и попрощавшись ушел. Просто вот так оставил Юнги одного, и на все его едкие: «ты ебанный псих» или «найти другого придурка, а в мою сторону даже не смотри», никто даже не потрудился ответить. Конечно, ничего не прекратилось, а у бедного Юнги глаз начинал дергаться при виде Чангюна. Спасибо, что хотя-бы не подходил где-нибудь в темной подворотне со спины. Сегодня же, ситуация повторяется. Он вновь подошел к Юнги в коридоре университета, с какой-то новопридуманной претензией о том, почему это к нему домой постоянно таскаются какие-то странные личности (а именно Джин и Хосок). Что, кстати, примечательно, парень никогда раньше не предлагал хотя-бы познакомиться для начала, да и вообще не говорил и не просил о каких либо отношениях. Ему как будто нравилось быть на ком-то помешанным. Их локальные шутки, про алтарь в честь Юнги, который Чангюн холит и лелеет в своей комнате, переставали быть шутками. Не то, чтобы Юнги когда-нибудь в своей жизни согласился хотя бы дружить, потому что общаться с такими людьми, себе дороже. Просто Юнги предполагал, что если Чангюн так рьяно следит за ним, то наверное очевидно, он должен ему нравиться? В голове Мина это звучало довольно убедительно, но раньше никаких действий в доказательство его слов, не было. Но здесь ключевое слово раньше. Этот парень к своей непоколебимости и титаническому спокойствию, к тому же был очень наглый и настырный. Странно, что все эти качества были в одном человеке сразу. Пытаясь вести разъясняющий диалог, Юнги в итоге выяснил настоящую причину доеба со стороны Чангюна. Причина заключалась в следующем. Чангюн одним теплым утречком, решил что время начать встречаться с Юнги. Конечно же, не спросив его самого. У Мина снова начал нервно дергаться глаз, от осознания всего происходящего пиздеца. В принципе, он бы мог ему врезать сейчас пару раз, но он был все еще против насилия, хотя ему казалось, что ещё чуть-чуть, и он отойдет от своих моральных принципов, самолично закопав этого парня где-нибудь на университетском дворике. — Во первых, ты заебал; во-вторых, у меня есть чертов парень, с которым я встречаюсь год, — Юнги давно понял, что орать бессмысленно, потому, старался держаться ровно и спокойно, но из-за нечаянно сказанных слов, над которыми он не успел подумать, дергаться начали уже два глаза. Мин устало прикрыл их, потирая пальцами переносицу и понял, что либо все, либо ничего. Как в ебанном сериале: либо он выкручиваться из этого дерьма полностью, именно сегодня, либо прикончит Чангюна. — Смешно, — хмыкнул Чангюн.— Знаешь, мог бы придумать что-то поинтереснее. Я видел тебя только с теми, — он небрежно указал взглядом за спину Юнги, где возле подоконника стояли его друзья, сочувственно наблюдая за всем происходящим. Юнги и не надеялся, что человек, который буквально следит за ним, просто так поверит в этот детский лепет. Видя симпатичного парня на горизонте, он молится всем богам, чтобы сработало, а ничего не подозревающий парень, идущий в их сторону, оказался понимающим. Как только парень подходит ближе, Юнги хватает того за руку и притягивая к себе, обнимает со спины и укладывает подбородок на его плечо. — Малыш, тебе нужно меньше возиться в телефоне, иначе проебёшь меня, как только что чуть не произошло, — он делает немного обиженный вид, пока парня в его руках немного передергивает, видимо от неожиданных прикосновений незнакомого ему человека, и от неожиданного голоса возле своего уха. — Какого ху… — не успевает договорить паренек, как Юнги крепче прижимает его к себе и быстро шепчет все возможные мольбы о помощи, говорит, что в замен сделает все, что тот захочет и быстро добавляя «притворись моим парнем, на пару минут. Юнги». Парень переваривает в своей голове информацию и, повернувшись, смотря на Мина в плотную, видит что-то для себя, что-то решает, а после, прошептав одними губами «Чимин», звонко чмокает в щеку и расплывается в довольной улыбке, увидев, как Юнги немного смутился от подобных действий. — Ну не дуйся, как я могу проебать такого шикарного мужчину из своего поля зрения. Тем более, своего парня. Чимин всегда готов помочь людям, особенно таким красивым. Он пока не знает, что потребует взамен, но хули нет то? Хоть будет потом что вспомнить и повеселить своих друзей. Немного растерянный Юнги выглядел до одури умилительно, Чимин сдерживает в себе восторженный взгляд, но переводя его на парня стоящего напротив, находит знакомое ошарашенное лицо. — Им Чангюн, какого хуя ты тут забыл, так еще и рядом с Юнги? — Чимин откровенно ненавидел его. Эта ненависть была взаимной и случай опустить парня, подвернулся удачно. Юнги немного удивленно посмотрел на своего «парня», но ничего не сказал. — Серьёзно? Из всего универа ты выбрал его? Пак Чимина? — Юнги лишь пожал плечами, мол, как видишь. — Как я мог перед ним устоять? Ты вообще видел этого шикарного человека, — хоть Мин и видел Пак Чимина всего пять минут, он вроде не врал: на лицо симпатичный, даже красивый, а кубики пресса под собственными руками, говорили о фигуре парня сами за себя. — Завидуй молча и иди куда шел, и так два года глаза мозолишь своей мерзкой рожей, хоть дай душу отвести, рядом со своим парнем видеть тебя не для моих нервов. — Юнги определенно нравится Чимин. — Слушай, Чангюн, — не успевает ответить на колкость, как Юнги его перебивает. Мин устало прикрывает глаза. — Я второй год тебя прошу отвязаться от меня. Чимину думается, что видно не он один страдал от этого придурка, потому сразу проникается симпатией и сочувствием к парню прижимающего его к себе, как будто они и правда встречаются, будто так и должно быть. Рассматривать наглую морду напротив больше нет никакого желания, потому, найдя занятие по интереснее, а именно разглядывать Юнги, который поудобнее устраивает подбородок на плече Чимина, и вновь обнимает сильнее, Пак переводит на него свой взгляд. Его лицо совсем рядом, можно рассмотреть все до мельчайших подробностей. И лучше бы он этого не делал, ведь, Юнги безбожно красив, даже несмотря на мешки под глазами, намекающие на недосып и на уставшее лицо. У Чимина немного подкашиваются ноги, но благо сильные руки удерживают, не давая упасть. Боже, эти руки… В этом человеке собраны все скрытые (и не очень) кинки Пака, поняв это, он крупно вздрагивает, но увидев приоткрывающиеся глаза и вопросительный взгляд, он лишь улыбнулся и покачал головой. Интересно, это вообще нормально, что человека которого видишь первый раз в жизни, так сильно хочется зацеловать? Ни Пак, ни Мин ответа не знают. Удивительно, но Юнги так комфортно прямо сейчас, что ему хочется вот так и простоять ближайшую вечность. А когда чувствует чужие руки на своих, хочется убивать, в основном Чангюна, за то, что так портит хоть что-то хорошее в жизни Юнги. Наверное, странно чувствовать что-то родное в человеке, с которым даже не говорил, а просто вот так минут десять стоял обнимая, на что он, кстати, не жалуется, но Мин привык, что в жизни происходит одна хуйня.  — У нас с Мини скоро годовщина. Год как никак, а ты вот это вот все. Пожалуйста, хватит меня, блять, сталкерить везде, где только можно, отъебись ты от меня уже наконец, прошу тебя по хорошему. Серьёзно, скоро мое терпение лопнет и я всерьез задумаюсь о звонке в полицию. — он полностью открывает глаза, вдыхая приятный запах, исходящий от Пака. Юнги сейчас выглядит таким измотанным и истощенным, Чимину правда жалко его, а еще от чего-то хочется врезать Иму, который выглядит даже не удивленным. Чимин списывает это на свое постоянное желание. — Слушай, Юнги, я не вчера родился и, хорошо, возможно я переборщил с присматриванием за тобой, — он заменял этими словами, самое правильное в данной ситуации слово «преследование», — Но если ты думаешь, что отвяжешься от меня тем, что сделаешь вид «отношений» с первым попавшимся парнем, ты глубоко заблуждаешься. — он самодовольно смотрит на эту парочку. — То есть, ты сейчас так просто обесценил наши отношения с Юнги, протяжённостью в год? — Чимин от нервов не замечает, как начинает вырисовывать узоры на руках, лежащих поперек своей талии. — Да я вас даже не видел ни разу вместе, — усмехается тот. — Да и тем более, Чимини, зайка, — Чангюн протягивает каждое слова, приторно улыбаясь, — Зная какие слухи о тебе ходят, я не думаю, что Юнни бы встречался с такой проблемой как ты. — и, собственно, его совсем не смущает то, что слухи о Чимине начал распространять именно он. Юнги становится обидно. Видя, как сжимается уверенный Чимин в его руках, он нервно выдыхает, и немного отстраняется от Чимина, но не отпускает, и смотрит в глаза напротив, убивая одним лишь взглядом. Видя, как Пак собирается ответить, он его останавливает. — Слушай, ты, — Юнги порядком начинала выводить эта ситуация. — Во-первых, если ты нас не видел, это ничего не значит, потому что твой «умный» мозг, наверное, забыл, что ты не всегда рядом со мной. Например, ты никогда не видел что происходит в моей квартире, и уж точно не мог знать, что это чудо живёт в соседней от меня квартире. — Юнги ухмыляется, видя пошатнувшуюся уверенность, поражаясь тому, как он искусно придумывает ложь. Гений, никак иначе. — А во-вторых, все нормальные люди, если ты не знал, слухам не верят или проверяют их. Чимин, если тебя так интересует, ни с кем кроме меня не трахался, говорю по своему опыту. Пока он стоял в прострации и объятьях с этим парнем, в его голове начал всплывать диалог Хосока и Джина, который он слушал вполуха. Они недавно сидели у него и обсуждали все сплетни, которые слышали по всему универу. И конечно, если ты не кричишь направо и налево о своей половой жизни, то ты либо девственник, либо шлюха. Чимин выглядел слишком ахуенно для девственника, потому все негласно решили, что он шлюха, которая отдаётся каждому за просто так. Чимин же услышав это, пораженно расширил глаза, смотря куда-то в одну точку. Да неужели существуют люди, умеющие пользоваться серым веществом в своих черепных коробках. Он теперь точно не отдаст этого парня никому. Увидев немного покрасневшие кончики ушей Пака и умилившись этому, Юнги продолжил твердо смотреть в глаза Чангюна. — Если ты не хочешь услышать подробности нашей сексуальной жизни, то пожалуйста, уёбывай от сюда, и найди себе занятие, а нам дай спокойно пожить. — он поцеловал Чимина в макушку. Юнги сам точно не знает зачем, но это было скорее всего для убедительности. Именно так он себя и успокаивал. Чангюн же, послав их в далекий путь, быстрым шагом, ушел в сторону другого корпуса. Но даже несмотря на радость от ухода этого ебучего сталкера из жизни, Юнги было немножко грустно. Чимин ему приглянулся, и он, возможно, даже сходил бы с ним на пару свиданий, что ли… Но, наверное, сейчас развернувшись, Пак долбанет ему по роже и уйдет в закат. — Знаешь, а мне понравилось, — развернувшись в кольце объятий и смотря прямо в глаза, сказал Чимин. Юнги не до конца понял, что именно ему понравилось, но это уже было неважно. Пак не стал бить и уходить, а наоборот, стоял все так же близко и улыбался, как придурок. Чимин привык жить моментом, не тянуть с чем бы то ни было, а уж тем более с чувствами, потому, поддавшись порыву смешанных, и не до конца известных чувств, он приблизился к губам Юнги, не нуждаясь в разрешении. Обнимая его за шею и целуясь, вот так, посреди коридора. Им было до одури хорошо — они знают друг друга, минут пятнадцать от силы, но на сей факт, было абсолютно плевать. Пока с двух сторон есть желание узнать друг друга получше, ничего не важно. Когда в лёгких воздуха уже просто не хватало, Чимин отстранившись, тихо захихикал смотря в завораживающие, такие красивые лисьи глаза. — Это пиздец, — почему-то шепотом произнес Пак. — Согласен, — понижаясь до того же шёпота ответил Мин. — Так что там на счет моего «Сделаю все что ты захочешь»? Я обязан тебе за это. — Свидание. — Чимин утыкается носом в ключицы, обнимая и вдыхая запах какого-то геля для душа. — Может еще несколько поцелуев, а потом я очень хочу услышать о нашей сексуальной жизни поподробнее.— он высвободился из объятий Юнги, схватил за руку и утащил поближе знакомиться за пределами этого места. И все равно, что у обоих еще были пары. Все подождет. Пока Юнги, переплетая их пальцы, в самое ухо шепчет: «Думаю, за год отношений, она у нас ух какая разнообразная, не так ли Чимини?», ничего не важно. А Хосок, Джин еще и Тэхен, друг Чимина, который не стал мешать сему действу, отойдя от греха подальше. Да, он точно лучший друг Пака. Остались ахуевать у подоконника на третьем этаже учебного заведения, и завидовать всему тому, что только увидели.