chance one on million

      Субин открывает дверь в подъезд и пропускает парня вперед, они подходят к лифту и поднимаются на 8 этаж. В отличие от него Джун живет в общаге, а со своим соседом геймером почти не общается. — Приехали, — с улыбкой на лице произносит младший когда лифт останавливается. Ёнджун чувствует себя уверенней после того как подышал свежим воздухом на улице, который выветрил большую часть алкоголя из мозга и позволил обдумать все. Он улыбается в ответ, но немного смущенно. Субин проходит вперед, подводя его к двери в квартиру, и открывает дверь ключом. Хён замечает что у того немного дрожат руки, это дает знак что старший нервничает не один, и становится спокойней. Его запускают внутрь, придерживая дверь, он снимает ботинки и ставит их под крючками с одеждой, куда указывает Бин, тоже в этот момент снимая обувь. — Ну эм... — Брюнет выпрямляется, вернув кроссовки в нужное место, а Джун вешает куртку на одинокие крючки на стене, которые, видимо, предназначены только для одежды по нынешнему сезону, так как пустуют. — Я даже не знаю с чего начать, — признается младший и неловко потирает шею. Что ж, они пришли сюда переспать. Бин сначала думал предложить чаю, но понял как глупо это бы звучало сейчас, да и чая у него на выбор только один, зато вот кофе на любой вкус, даже самый извращённый. И о чем он вообще думал? Он от своих слов конечно не отказывается, и очень даже за, но опыта у него не много, особенно с парнями, и плюсом ко всему бесконечная пропасть недосказанности между ними.       Пока они ехали в машине Ёнджун хватался за воздух из приоткрытого окна, пытаясь успокоить бешеные мысли. И пускай он завтра проснется с температурой, если вообще проснется, конечно, но зато принять более спокойный вид ему все же удается. Он смотрит через водительское зеркало на сидящего рядом парня, тот все так же не читаем в лице, но зато теперь кое-что изменилось. Теперь Ёнджун знает все что ему нужно было знать. Знает что нравится ему, и как бы сложно ему в это не было поверить, даже если ему толком не признались, но все таки Субин сказал что нравится. Сказал же... Так что страх перерос в приятное волнение в ожидании ближайшего будущего. За одну ночь их отношение изменились в пять раз сильнее чем за год, который они друг друга знают, и это факт. Он сам тоже изменился, Ёнджуну сама судьба дала такой шанс, и он всцепится в него зубами, пусть даже вырвет парочку, но точно не отпустит. Он так сильно полюбил этого обоятельного длинного засранца, он же не придурок терять свое счатье. — Субин, ты мне нравишься. — Его голос даже не дрогнул, удивительно. — Аа, я вроде бы говорил что знаю, э, там в клубе. Да и ты мне как бы тоже нравишься, ну типа... — Пока он мямлил, его прервали. — Лучше помолчи. — Фыркнул Джун без агрессии, Субин, стоящий с ним всё ещё в пальто в прихожей, хотел продолжить скомканный диалог. Они поменялись ролями? Просто волна смущения достигла высокого парня. Розоволосый сделал осторожный шаг вперед, и положил руки на чужие плечи, заглядывая в глаза. На него смотрели с явной симпатией и от того смущением, что раньше он почему то не замечал, но теперь видит. Видит и не может оторваться, это слишком приятно. Он сглатывает слюну, вместе с ней прогоняя свою нерешимость, и легонько прикасается к чужим губам своими. По телу быстрой дорожкой разносится эйфория от такого долгожданного, он закрывает глаза, прижимается ближе и тонет в таких ещё невинных ощущениях.       Субин снова берет себя в руки, в голове благодарствуя хёну, за то что ему не пришлось выходить из всей неловкости. Он чувствует его тепло на своих холодных после улицы губах и хочет получить еще. Все уже давно было решено. Он за талию прижимает хёна к себе,  углубляя поцелуй, отрываясь на секунду, чтобы снова поцеловаться. Они отстраняются и старший снимает с него пальто, вешая дрожащими руками. — Мы должны принять душ или типа того? — Спрашивает Бин от чего Ёнджун немного злится. Он устал ждать. — К чёрту, — обрывает тот и собирается вернуться в обьятья младшего, но он поднимает руку перед собой, показывая знак стоп. — Вторая дверь справа, — указывает пальцем. — это спальня. Подожди меня. Старший кивает и нехотя быстро удаляется, заходя в нужное место и прикрывая за собой. В комнате темно, блёклый свет от ночного города ложится на пол и край кровати по форме окна. Он просто стоит и, осматриваясь взглядом вокруг, потирает руки друг об друга, чувствуя подползающюю волну мурашек. "Это всё реально", — проносится у него в голове. — Ты чего в темноте? — Сзади поскрипывает дверь и подходит его любовник(?), приобнимает за согнутый логоть и подводит к кровати. Он включает маленький, но не такой уж тусклый торшер на прикроватной тумбе и кладет на неё тюбик и два маленьких квадратных пакетика (все мы знаем что это такое). Джун щурится от внезапного света в тёмном помещении, стоя позади брюнета. Не долго думая и смотря за его действиями, разворачивает его к себе и затягивает в поцелуй. Бин быстро отвечает, обхватывает его талию левой рукой, тем самым придерживая, и сажает на кровать, опираясь второй. Розоволосый обхватывает его шею, издавая хриплый стон, когда младший запускает язык, и проводит вверх по шее пальцами, заводя одну из рук в почти чёрные волосы парня. Он прогибается, поддаваясь вперед тазом и укладываясь лопатками на мягкую поверхность, тянет чужое тело на себя. Бин упирается обеими руками в матрац, обкусывает любимые губы и после сразу зализывает, пока другой млеет в его руках и глухо постанывает в поцелуй. Он спускает голову ниже, выцеловывая скулы и шею старшего, проводит губами по тонкой коже на ключицах и позволяет себе оставить здесь засос. На это Джун протяжно мычит и зарывается обеими руками в чужую голову, прижимаясь ближе. Субин отрывается, разглядывает потрепанные волосы хёна под собой, скосившийся хвостик и томный взгляд, из-под длинных ресниц. Приподнимая его, заставляет принять сидячее положение, и наскоро расстёгивает пуговицы на чужой рубашке. Перед тем как снять, нежно проводит руки по оголённым бокам вверх, а Джун краснеет еще больше. Субин кстати тоже, он тяжело сглатывает и смотрит на красивое худое рельефное тело, поднимает взгляд и снимает полосатую рубашку, бросая на вторую тумбу. Он не особо успевает отвлечься, как Ён снова прилипает к его губам, и пока неторопливо целует его в сидячем положении, расстёгивает свой массивный ремень, впервые жалея что надел его. Когда он все таки справляется с аксессуаром, замирает, его будоражат собственные мысли. Он стесняется и Бин это видит. — Забудь обо всем, — тихо произносит младший, прикладывая руку к его щеке, от чего тот вздрагивает. Ён выдыхает, смотрит на молочного цвета простынь и не может понять куда делась его решимость.       И пока Джун нажал на тормоз, второй давит на газ, потому что внизу живота уже кстати немножко поджимает не у него одного, и потому что пора. Притягиваясь к своей руке на чужом лице, он накрывает губы старшего уже блин в сотый раз. Тот хватаясь за край футболки Бина, тянет её вверх. Субин помогает ему и футболка летит за рубашкой следом, после чего он спешит избавится от своих узких джинс, которые мешают, сжимая самое сокровенное. Дело сделано и старший обнимает его шею укладываясь на кровать, не отрывает взгляд от чужого тела и вспоминает как представлял его в своих фантазиях прямо на парах. А второй и не против чтобы его разглядывали. Он помогает Ёну снять штаны с надоедливым ремнем и они оба остаются в боксерах.       Они теперь слегка потрепанные оба, Джун смотрит оленьими глазками, а Субину, нависшему над ним, от этого только труднее сдерживать пока еще скрытое за тканью возбуждение. — Все хорошо хён? — Беспокоится младший. — Хорошо. — Он закусывает губу и делает множество быстрых кивков, зная, что ответил бы так в любом случае. Субин наклоняется к уху парня и нежно шепчет. — Я буду осторожен, Джуни, — сам краснея с этого после. Старший улыбается и откидывает голову назад, когда Бин целует его в плечо. Далее быстро спускается ниже проводя носом по чужому животу, что вызывает сотни мурашек, заставляющих розоволосого нетерпеливо постанывать. Он поднимет голову и смотрит на хёна, тот почти незаметно снова кивает и закрывает лицо руками, чтобы не смущаться, ведь в его голове в этот момент одни маты. Брюнет оттягивает резинку трусов и спускает их, отправляя на всю ту же приевшуюся тумбу между стеной и кроватью, которая служит в данный момент видимо помойкой одежды и стоит здесь вполне кстати, даже полезнее ее сестры, стоящей с другой стороны. Проводит по эрекции вниз, обхватив ее ладошкой и оттягивая плоть, а старший через ик захлебывает воздух. Бин не хочет чтобы тот зажимался и отвлекает его, припадая к груди, оставляя там пару засосов. Обводит ореол соска языком, целует его втягивая воздух и получает протяжный стон в ответ. Продолжает надрачивать ему и снова целует, заводя язык. Младший берет второй рукой смазку обильно выдавливая на пальцы, пока у Ёна вытекает слюна и сбивается дыхание от хлюпающих поцелуев. Он проводит кончиками по кольцу мышц смазывая дырочку, Джун ахает ему в губы, кидает одну руку на постель и сжимает простынь. Высокий парень проталкивает две фаланги пальца, немного ждет, чтобы хён привык, и массирует изнутри, заставляя его издать ещё более громкие звуки. — У тебя было с парнем? Ты очень чувствительный, — интересуется Субин после сей картины. — Да, ах, это нормально, просто продолжай. — Провывая последнюю фразу, отвечает Джун. Младший, сам того не ожидая, чувствует ревность и заводит второй палец продолжая разминать проход. Спустя время неприятные ощущения проходят, Ёнджун держит рот ладошкой, прогибаясь на встречу, когда Бин трахает его пальцами и разводит их в стороны. Последний видит что старший уже готов когда в него с легкостью входит три пальца, и сам он издает слишком сладкие звуки для небесконечного терпения брюнета. Ему не приходится размышлять, он снимает с себя последний аспект одежды, открывает пачку с презервативом, аккуратно натягивает на член и подставляет головку ко входу. Джун, лежавший до этого в предвкушении с прикрытыми глазами, слыша звук упаковки, чувствует разгоряченную кожу около своего прохода, вздрагивает и шумно выдыхает через рот, в попытке расслабится, ибо мозг только заставляет в панике напрячь все тело. Он чувствует прикосновение к своей лежащей руке и смягчается, после того как младший ее поглаживает. Субин затаивает дыхание, смотря на это чудо из под ресниц и вставляет головку. Старший мычит. — От того что ты тянешь, мне только хуже, — удивляет тот своей фразой Бина, и он сразу насаживает его на себя. Джун шипит и издает очередной обрывистый стон, распахивая глаза, когда в него с силой упираются до конца. Брюнет замирает, давая ему привыкнуть, и начинает медленно двигаться. Его обхватывают за спину и цепляются словно когтями, оставляя царапины, но это не волнует. Старший притягивается и садится к нему на колени, что кажется не очень удобным для Бина, но сейчас хочется потерпеть. Ёнджун наваливается на него грудью и прижимается, заставляя опереться рукой, дышит ртом и глушит частые стоны, от постепенно ускоряющихся каждых последующих движений. Второй рукой Бин держит его за талию и пытается направить в нужное положение. Понимает, что нашёл комочек нервов, когда под ухом стоны усиливаются и продолжает ритмично выбивать их, сам подстанывая в унисон. Джун податливо двигает бёдрами, не сдерживает себя и и получает забытое наслаждение, пока комната наполняется шлепками тел. Он опирается о плечи брюнета и насаживает себя глубже, так что член упирается ему в простату, а Субин рыкнув сплетает их языки и мычит. В низу живота начинает тянуть невероятно сильнее и Джун сдерживает себя чтобы дождаться Субина, пошло подвывая ему в губы с в такт толчкам. Обнимает сильнее за шею и утыкается в нее носом, оставив багровое пятно. Брюнет крепко держит его за бедра, уже не боясь что оставит синяки, и подходит к разрядке. Издает блаженный звук, закидывая голову, и прыскает в резинку. По старшему ударяет ток, и он прочувствовав это всем телом, больше не может сдержаться и следом тоже кончает.       Субин приподнимает хёна, выходя из него, тот садится просто к нему на ноги и упирается лбом в грудь, после Бин наклоняется назад, опираясь на обе руки. Они просто сидят так минуту, младший смотрит в потолок, как вдруг слышит смех. — Ты чего? — Смотрит он на макушку старшего. — Ничего, — довольно произносит тот, и Бину кажется это милым, он не видит его лица, но чувствует что тот улыбается и сам улыбается тоже. Целует его в волосы и просто смотрит тепло.       Внезапно у него включается щелкунчик в голове, щелкает прямо по мозгам, и он внезапно вспоминает. Берет кисть Джуна, подносит и свою и начинает гипнотизировать взглядом их татуировки на запястьях. Розоволосый в свою очередь понимает, чего тот ждет, поднимает голову и охреневше смотрит на него типо: "Да не, это не возможно". — Смотри, — почувствовав на себе чужой взгляд говорит Бин, хотя скорее приказывает, и продолжает поочерёдно пялиться на их руки. Джун не знает, почему тот думает что они соулмейты, но ему эта мысль кажется крайне глупой. Хотя тут же всё встает на места и становится понятно почему младший захотел переспать с ним.       Проходит минут десять, и они все также продолжают смотреть невидимое кино на запястьях, уже перебравшись под одеяло. Они лежат, Субин пытается заколдавать своими глазами соумейт тату и постоянно произносит: "Жди", а Джун зевает и просто хочет уже отправится в царство Морфея. — Не будь так наивен. Соулмейты — штука сложная. Я спать хочу, — обреченно говорит старший, не имея с самого начала таких грандиозных надежд, и уже отворячиваясь на бок. — ААА, смотри давай!! — Брюнет чуть ли не кричит, да так резко что сердце Джуна сейчас остановится, он аж подскакивает и поворачивается обратно чтобы уже вбить его "другу" мозг. — Смотри, оно... Ёнджун думает что Субин визжит как маленькая девочка, на всё же слушается и устремляет взгляд на полустёртую линию татуировки. Стоп. "Подождите, что?" — раздается в его, мало того что совсем недавно пьяной, а теперь сонной головушке. Он берет пример с младшего и утыкается зрачками на кожу, на которой постепенно по линии растворяется полосочка тату. — Ты это знал!? Ты всё это время знал, — возмущённо восклицает старший и смотрит на Бина. — Не знал. Просто предполагал, — спокойно отвечает парень, лыбится и приобнимает за плечи недоумевающего хёна. — Ты потный, уйди. — Джун отворачивается к краю кровати и закрывает веки, он слишком много сегодня пережил чтобы еще думать. На сердце становится удивительно спокойно, и измотанный разум и тело предвещают ближайшую отключку. — Обиженка, — шепчет младший и улыбается в чужую макушку, продолжая обнимать его со спины. Он прикрывает глаза и быстро погружается в сон в след за уже посапывающим хёном.