Night of debauchery

      Он глотает соленые слезы, держась из последних сил, чтобы не закричать в голос. Мерзко. Противно. Гадко чувствовать себя дешевой шлюхой, не в силах это предотвратить. Он давно уже сдался. В первый раз, когда брат поимел его–он просто кричал, просил остановиться. Но со временем смирился и понял, что это все бесполезно. Он позволяет ему снова и снова брать над собой контроль, а потом сидит в прострации по несколько часов, заглушая всю душевную боль спиртным. Легче не становится, становится только хуже. Ведь когда Джэхен снова приезжает и видит младшего в состоянии алкогольного опьянения, всего в слезах и в полураздетом виде–его голова отключается, а остаток убывшего разума  твердит только одно"Накажи эту потаскуху. Он весь твой. Он не сможет тебе отказать" и, слушая внутренний голос, он делает это. Младший снова пытается кричать, стоная от боли, но ничего не способно вывести брата из вновь накатившего безумия. Донхек устал. Устал слышать от родного человека такие мерзкие слова: "Шлюха. Ты даже не в состоянии дать отпор, а все это потому, что тебе нравится происходящее. Мерзкая блядь, об которую не грех вытереть свои грязные ноги. Ты просто подстилка, не имеющая право голоса. Ты создан только для того, чтобы быть использованным. Мной. Посмотри на себя:и не стыдно тебе стонать под собственным старшим братом, а,мелкая мразь? Кричи-кричи, тебя никто не слышит. Родители уже не смогут тебе помочь. НИКТО не сможет тебе помочь.... " Ядовитые слова, сказанные братом, так и всплывают в голове, ударяясь об помутневший разум эхом и заставляя зайтись в новом приступе истерики. Он снова сдается. Опять сдается. Подставляет свою задницу брату, продолжая тихо плакать в подушку во время всего полового акта. Он уже не слышит ни оскорблений в свой адрес, ни хриплых стонов Юно, не чувствует боли, от ударов по ягодицам, рукам и пояснице. Не чувствует ничего. Ничего, что может чувствовать обычный, живой человек. Он принял тот факт, что брат может пользоваться им так, как ему вздумается. Может делать с его телом все, что только хочет. Может плевать ему в рот, заставляя глотать. Может рвать ему глотку своим членом, вбиваясь по основание. Может трахать на протяжении 4 часов, даже когда Донхек уже почти в полуобморочном состоянии. Юно это не останавливает. Он пришел только за тем, чтобы снова унизить младшего,показать его истинное предназначение. Брат снова в ярости. Донхек тихо шепчет молитвы,прося бога чтобы Юно не заставил снова его сосать своим друзьям и всю ночь удовлетворять их животные потребности. Но, видимо, в прошлой жизни он сделал что-то не так:перешел кому-то дорогу, был серийным убийцей, загубившим тысячу человек, либо жизнь просто так его ненавидит,только за то, что он вообще родился. И этот вариант ему кажется самым правильным. Брат всегда говорит ему, что он жалок. Что лучше бы его не было. И Донхек просто привык. Привык к этим словам. Привык ко всему. Привык к брату,который ежедневно заставляет его глотать сперму, задыхаться от режущей боли в анусе и просто страдать от собственной слабости. Юно своеобразно выражает свою любовь. А Донхек не умеет любить...