Forever...

      Схватившись за футболку, Шоё притянул Кенму к себе. Его руки дрожали когда он обвивал их за спиной друга, скрепляя их в замок. Кенма застыл, ничего не понимая. Сердце бешено колотилось в груди, когда он думал, что все его мысли о близости с Шоё сейчас могут стать реальными. Он застыл в паре сантиметров от чужих губ, наблюдая за реакцией своего возлюбленного. Что будет между ними, если сейчас они сольются в поцелуе? Ясно было одно: между ними всё изменится и никогда уже не станет прежним. Поэтому если сейчас он ему не признается, то уже будет поздно. Хината нервно сглотнул, чувствуя, как в горле всё высохло от напряжённой ситуации. В голове гулял ветер и так хотелось прикоснуться к чужим губам, так хотелось почувствовать чужое тепло, но Шоё не мог сдвинуться с места, скованный страхом, что между ними всё испортится и уже никогда не будет, как прежде. Он задыхался от любви, рассудок затуманился и он уже был не в силах воспринимать, что происходит в реальности, а что в его голове. Кенма, знаешь, как сложно жить с тобой рядом, но без тебя, внутри всё жалобно скулит, принося большую боль. Прости, я такой трус! Я так хочу рассказать тебе о своих чувствах, хочу быть с тобой навсегда, хочу почувствовать твой тёплый поцелуй на моей холодной шее, но я не могу. Шоё закрывает глаза и Кенма, понимая, что между ними ничего не произойдёт, отстраняется от рыжеволосого и ложится рядом, смотря в потолок. Ему больно, он чувствует, как между ними расположена небольшая пропасть, которую можно в лёгкую перепрыгнуть, но никто из них не решается это сделать и поэтому сами себе приносят боль, страдая ещё больше. Слёзы накатываются на глаза от этой немощности, от того, что он не может сделать первого шага на встречу к Шоё. Маленькие капельки слёз скапливаются в уголках глаз. Неожиданно чужие холодные пальцы прикасаются к руке Кенмы, плавно сплетаясь с его пальцами. Повернув голову, Козуме видит своего друга, который также смотрит в потолок и по его взгляду можно заметить, что он тоже страдает, тоже боится сделать первый шаг. Шоё было страшно что-либо говорить, поэтому он пытается донести до Кенмы всё в своём движении. Кенма, пойми меня, пожалуйста. Я не смогу сказать тебе это пока что, но я обязательно осмелюсь. Я пытаюсь донести до тебя, что ты мне не безразличен, а наоборот. Холодные пальцы по-нежному гладили руку Кенмы и в этом движении было что-то успокаивающее, что-то родное. — Кенма, — он поворачивает голову, сталкиваясь взглядами со своим другом, — я хочу есть, — улыбка медленно появляется на его лице, заставляя Кенму тоже улыбнуться. Ты никогда не поменяешься, Шоё. Козуме улыбнулся своим мыслям. Они, как два влюблённых дурочка смотрят друг на друга и улыбаются, держась за руки. Если кто-нибудь сейчас посмотрит на них, то без колебаний скажет, что они очень милая пара. Никто и не подумает, что они влюблены, но до сих пор не рассказали об этом. Возможно, я тоже ему нравлюсь, — одновременно подумали оба. — Закажем пиццу? — произносит Кенма и, кажется, в глазах Хинаты появляются блики, которые ярко видны в темноте. — Да, конечно! Шоё встаёт с дивана, до сих пор держась с Кенмой за руки и тем самым помогает ему подняться. Это уже точно никак не похоже на обычную дружбу, между ними явно происходит какая-то химия и оба это понимают, но не могут обсудить этот вопрос. Поэтому они просто наслаждаются моментом.

***

      Помимо пиццы ребята заказали ещё по банке колы, чипсы и попкорн, поскольку собрались смотреть фильм. Когда заказ приехал, они расположились в комнате Козуме, разложили еду и включили фильм на ноутбуке Шоё, который назывался «Виноваты звёзды». Да, романтичный фильм с печальным концом — это была идея Хинаты, поскольку он давно не смотрел что-то в таком жанре. Кенма согласился, поскольку ещё ни разу он не смотрел такие фильмы, он скорее предпочитал ужасы и фантастику. Во время просмотра рыжеволосый почувствовал, как его веки тяжелеют и его начинает клонить в сон. Его голова скатывается на плечо блондина, от чего тот вздрагивает, когда он чувствует, как чужие локоны щекочут ему шею. Не удержавшись, он кладёт свою голову на рыжую макушку, чувствуя какой-то трепет в душе. Такая обстановка ему однозначно нравилась: на фоне играл фильм, на плече лежал Шоё, а в руке была банка с колой. Он аккуратно завёл руку на спину Шоё, прижимая его к себе, от чего младший вышел из состояния полудрёма. Его тёплая ладонь скользнула по талии Кенмы, крепко обнимая его, чувствуя, как чувства к блондину становятся сильнее. — Не отпущу, — шепчет под нос себе Шоё, но к сожалению Козуме это не услышал.       Фильм давно закончился и Шоё уже крепко спал, прижимаясь к Кенме, чтобы не было холодно. Рука неосознанно поднялась и уже перебирала чужие волосы. Кенма чувствовал, что Шоё тот самый кусочек пазла, который создаёт с ним полноценную картину. Без него ему было холодно. Без него в душе что-то так больно скулило, жалобно ища какого-то утешения. Внезапно рыжеволосый задрожал, его тело покрылось мурашками которые можно было нащупать. Кенма по-нежному обнял своего друга, прижимая ближе к себе, чтобы согреть его своим телом. Он уткнулся носом в его рыжую макушку, его волосы приятно щекотали ему щёки. Почему всё так сложно? Я очень хочу рассказать тебе о своих чувствах, но я не знаю, как ты на это отреагируешь. Между нами происходит намного большее, чем простая дружба и я думаю, что ты это понимаешь. Не оставляй меня. С тобой я чувствую себя по-настоящему живым, с тобой мне так хорошо, как ни с кем другим, с тобой я могу быть откровенным. Ты — моё всё. Тело становилось ватным, веки тяжёлыми, двигаться уже не было сил. Сон появился из ниоткуда и оборвал все раздумья Кенмы, отправляя его в страну снов.

***

Мяч громко ударился об пол по ту сторону сетки так, что никто не успел среагировать на неё. Быстрая атака Шоё и Кенмы получилась за этот день впервые, поэтому рыжеволосый громко закричал и прыгнул, опёршись на плечи блондина, как это делал Нишиноя-сан. Кенма улыбался, пытаясь не выдавать своих настоящих чувств, когда внутри всё ликовало. — Чиби-чан, тебе бы отработать приёмы и блоки, тогда ты точно попадёшь в основной состав Некомы, — Куроо подошёл ближе и уже тише сказал, — я ничего не имею против Льва, но его способности явно уступают твоим, — Хината улыбнулся, ведь капитан считает его способным игроком.       Перед Хинатой наступила темнота, он никого и чего не видел. Ничего, кроме яркого мяча, который очень быстро летел на их сторону. Никто не успел отреагировать, только он увидел всё, как в замедленной съёмке и подбежал вперёд, сложив руки для приёма. Боль прошлась по его рукам, оставляя красное пятно. Мяч коснулся его рук, но, к сожалению, улетел в аут. — Это было неплохо, Чиби-чан, — сказал Тетсуро. На его лице появилась хитрая улыбка. — Согласен, это был мощный удар. Не каждый такой сможет принять, — подтвердил Ямамото. Хината сжала кулаки.

***

— Хината, идём домой, — Кенма мягко коснулся его руки. — Да… да, идём, — он накинул сумку на плечо и встал с пола. — Чиби-чан, подожди, — к ним подбежал Куроо, — можно тебя на минутку? — он взглянул на Козуме, но тот уходить не собирался. — Куроо-сан? Да, можно, — Тетсуро без замедления схватил его за руку и повёл в другую сторону от Кенмы. Козуме насторожился. Такое поведение у Куроо было редкостью. Ему пришлось сосредоточиться, чтобы услышать, о чём они говорят. — Хината, не хочешь сходить со мной на свидание? — Шоё чуть слюной не подавился, а Кенма, кажется, подавился. Да, Куроо всегда был таким человеком. Если ему что-то нужно, он не будет колебаться и спросит напрямую. Вот бы мне такую смелость, как у тебя, Тетсуро. В сердце что-то неприятно закололо, его волновал ответ Хинаты. — Ну-у… я не знаю, — протянул Шоё, — я не знаю, как отреагирует Кен… — он резко замолчал, его щёки покраснели. Что? Мне послышалось? Нет, мне не должно было послышаться, я уверен, что слышал, как он не договорил моё имя. В груди всё сжалось и взволнованно перевернулось с ног на голову. — Прости, я не расслышал. Что ты сказал? — Куроо вопросительно поднял бровь. — Э-э… нет, ничего, — он опустил взгляд, чувствуя, как кровь приливает к голове. Он чуть не проболтался, чуть не сказал капитану, что ему нравится Кенма. Повезло, что тот не расслышал. Или расслышал? — Ну, так ты согласен? — Куроо выглядел спокойным, будто приглашал на свидания не одну сотню раз.  — Я… — сердце Кенмы замерло, — не могу ответить так сразу, мне нужно время, — напряжение спало, Кенма медленно поплёлся на улицу, засунув руки в карманы. Холодный ветер проникал через одежду, пронзая до костей. Было так холодно: и телу, и в душе. Он поднял голову к небу. На тёмном небе уже загорались первые звёзды. Вселенная бесконечна… Блондинистые волосы плавно разлетались на ветру, слегка попадая на лицо, нос замёрз и покраснел, щёки тоже были розовыми. Кенма, от холода, натянул ворот красной кофты на лицо, спрятав нос, пытаясь согреться. Ему не хотелось думать о Куроо, об ответе Хинаты на его предложение, хотелось забыть об этом. Чужая рука неожиданно легла на плечо блондина, от чего он дёрнулся. Осторожно обернувшись, он увидел Шоё, который явно задумался о том, что ему ответить Куроо. — Идём домой, Кенма? — его янтарные глаза выглядели ещё более завораживающими в этой темноте. — У-угу, — мгновение помолчав, он дополнил: — Шоё, только давай зайдёт в супер-маркет. Нужно придумать, что сготовить на ужин. — Конечно! Я помогу с выбором, — глаза младшего загорелись, он уже мысленно представил, как съест чего-нибудь вкусненького.

***

      Кенма и Шоё завалились в квартиру и упали на кухне с двумя пакетами, полными еды. В магазине оба бегали от одного прилавка к другому и совсем не заметили, как тележка заполнилась разными продуктами. Родственники обоих парней отсылали им деньги, поэтому с оплатой не возникало проблем. — Шоё, что будем готовить? Ну, точнее, я не умею готовить, но помочь я не против, — смущённо заговорил Козуме. — Я взял яблоки, можно приготовить на десерт яблочный пирог, — Кенма улыбнулся, чуть не накинувшись на Шоё с обнимашками, — ну, и мы можем приготовить онигири. — Я давно не ел онигири, я согласен, — чуть тише он добавил, — только, Шоё, — тот сосредоточил взгляд на нём, — я совсем не умею его готовить, — блондин неловко почесал затылок. — Не переживай, я тебя научу, — улыбнулся Хината, — идём, — он протянул ему свою руку. Кенма осторожно вложил свою в его, такую тёплую и мягкую, словно у маленького ребёнка ладонь. Шоё сжал его руку, потянул на себя, помогая встать Кенме с колен. Щёки блондина залились краской, он уже совсем забыл о том, что Тетсуро позвал на свидание его друга, и он пока не знал, какое решение примет рыжеволосый.       На включенной плите варился рис, пока Шоё нарезал рыбу (тунец) для начинки. Кенма стоял рядом и наблюдал, как рука рыжеволосого плавно двигалась, свободно управляя ножом. Попутно Шоё рассказывал о том, что он сейчас делает. Рис сварился, он растёр щепотку соли в руках и взял небольшое количество риса в руки, скатывая его в шарик. Затем он сделал углубление в центре и положил туда начинку из тунца, закрыв углубление чайной ложкой риса. Чтобы придать онигири привычную форму, он положил его на пищевую плёнку и сформировал треугольник. Последним пунктом было обернуть вкусность полосочкой нори. — Вот и всё, — Кенма восхищённо смотрел то на ониги, которое рыжеволосые держал в руках, то на Шоё. — Теперь давай ты попробуй. — Шоё, я не уверен, что у меня получится, — он замахал руками перед лицом.  — Я тебе буду помогать, — Козуме смутился, его щёки покрылись лёгким румянцем. — Хорошо. Козуме в точности повторял движения за Шоё, где-то он помогал Кенме: придать форму или сделать углубление. — А у тебя хорошо получается, — щёки Кенмы запылали, эти слова согревали его. — Спасибо, — Кенма улыбнулся. Неожиданно прядь волос упала, попадая прямо на глаза Козуме. И поняв, что это явно мешает другу, повернул его к себе. Блондин удивлённо посмотрел на него из-за волос. Хината потянулся к другу и слегка касаясь пальцами кожи его лица, заправил выпавшие пряди волос за уши. Он смотрел на него дольше положенного, поэтому Козуме покраснел и не выдержав, отвёл взгляд. — Давай я дальше сам, — послышался голос рядом стоящего Шоё. Кенма кивнул ему в знак согласия.       Он сидел за столом, пристально глядя на своего друга. Сейчас он выглядел, как заботливая мамочка, готовящая своему сыну ужин. Но всё же это было намного лучше. Это было больше похоже на то, как его парень готовил ему ужин. Сердце учащённо забилось, щеки залились краской, по телу прошлась какая-то волна, заставляя внутри всё вспыхнуть фейерверками. Стул тихонько скрипнул и послышались легкие шаги, постепенно приближающиеся к Хинате. Он даже и не заметил, как встал. Тело само, поддавшись какому-то порыву, двинулось к Шоё. Он, словно боясь потерять Хинату, обвёл двумя руками вокруг его талии и прижал к себе, уткнувшись носом в макушку рыжеволосого. В ушах слышались удары сердца, а от запаха, исходящего от Хинаты, вскружилась голова. Он не хотел отпускать своего друга, не хотел портить такой момент, но теперь он прекрасно понимал, что Хината уже скорее всего обо всём догадался. Рыжеволосый стоял с красными щеками, чувствуя какое-то удовлетворение. Он не хочет, чтобы Кенма отпускал его, не хочет выбираться из этих тёплых объятий друга и чтобы показать ему это, он вынужден помыть руки, чтобы обнять в ответ. Кенма недоумённо смотрит, когда Хината говорит ему, чтобы он разъединил руки, крепко сжимающие талию друга. Его слова, как яд змеи. Он чувствует, как этот яд распространяется по венам, смешиваясь с кровью. Но ему ничего не остаётся делать, кроме как послушаться. Как только он отпустил его, Хината направился к раковине, чтобы помыть руки. Вот же всё-таки я дурак. Я больше никогда… Шоё подходит спереди, обхватывая талию Кенмы, прижимаясь ближе. Его нос уткнулся в шею блондина, глаза сами закрылись, тело расслабилось. Ему хорошо. Он понимает, что Кенма — единственный человек, с которым он хочет быть. Кенма не верит. Не верит, что Шоё сейчас обнимает его, но это всё же происходит. Счастливый, как маленький ребёнок, он прижимает Шоё к себе ещё ближе, наслаждаясь моментом. Простояв так несколько минут, их прерывает телефонный звонок на мобильный Шоё. Хината лениво достал телефон. На экране высвечивалось «Куроо-сан» и, кажется, Кенма это заметил.

***

В ванной было прохладно. Шоё разговаривал с Тетсуро по телефону. Он позвонил ему, чтобы узнать, что решил рыжеволосый. Вспоминая, как ему хорошо с Кенмой, как они только что обнимались, не проронив ни слова, как они друг друга поддерживают, как вместе только что готовили онигири, он принимает решение. — Куроо-сан, вы очень хороший человек, и мне действительно непонятно зачем вы позвали меня на свидание. Неужели я вам нравлюсь? Хотя я в это не верю, — на том конце слышалось молчание, — Я принял решение, — Кенма, стоящий недалеко от ванной, сжал руки в кулаки, прикусив губу. — Простите, но я должен вам отказать. По телу Кенмы пробежали мурашки. Настроение резко подскочило вверх и он убегает снова на кухню, улыбаясь, как влюблённый дурачок. Хотя, почему как? На другом конце слышится тихий смех. — Куроо-сан, почему вы смеётесь? — недоумённо спрашивает Шоё.  — Спасибо тебе, Шоё. И хватит меня так звать. Просто Тетсуро. — Ладно. Тетсуро… почему ты… смеялся только что, — на другом конце послышался тяжёлый вздох. — На самом деле, Чиби-чан, ты очень интересный человек. Ты правда чем-то понравился мне, но я бы не стал приглашать человека на свидание, который мне не сильно нравится. Причина в другом. — Тогда в чём? — Расскажу как-нибудь. Ну, пока, Чиби-чан. — Э-э, ладно. Пока, — послышались гудки. Придя на кухню, низкорослый увидел, как его друг стоял около стола. Он делал онигири. Я сделал правильный выбор.