Just Us

Их недавняя близость не означает, что они без устали трогали друг друга, не отходя ни на шаг от своего партнёра, но эта близость позволила им быть откровеннее друг с другом. Несколько многозначительных взглядов, мимолетных прикосновений и лёгких поцелуев могло быть намного красноречивее, чем что-либо ещё. Просто небольшие изменения в их взаимоотношениях, которые показывают, что их близость стала намного больше, чем была раньше. — Хорошо выглядит, Тэ, — голос Чонгука звучит у него за спиной, прорываясь сквозь его концентрацию, когда он оглядывается через плечо. Тэхён улыбается, чувствуя немного засохшей краски на своей щеке, и слегка наклоняется в бок, чтобы принять поцелуи от Чонгука. — Мне просто нужно закончить детализацию с затемнениями, и тогда можно считать, что мой проект закончен, — сообщает он своему парню, слегка взволнованный тем, что он был так близок к завершению. — Успеешь к поездке в Тэгу? — интересуется Чонгук с улыбкой, раскладывая их поздний завтрак на полу, за которым он сам сходил в магазин. — Мои занятия начинаются со следующего четверга, так что если я закончу сегодня вечером, то завтра утром мы могли бы уехать и провести четыре дня со стаей. — Не нужно спешить, — напоминает ему Чонгук, вытаскивая из сумки огромный сэндвич и пододвигая его к Тэхёну. Ким кладёт кисточку на газету, где лежат его краски, и осторожно разворачивает сэндвич, используя обертку, чтобы защитить его от своих пальцев, покрытых краской. — Я нахожусь здесь в четырёх стенах и чувствую, что вот-вот сойду с ума, так что тебе должно быть так же не терпится поскорее убраться отсюда, — говорит Тэхён, набив рот мясным мега-сэндвичем. Чонгук молчит, и Тэхён усмехается. — Я не хочу уезжать, — возражает люпи. — По крайней мере, мы здесь можем чем-либо заняться. А деревни в это время года мертвы. Тэхён отмахивается от этого: — Я бы лучше послушал тишину, чем вой сирен аварийных служб каждую ночь подряд. И это безумие, потому что воют они в последнее время очень часто. Чонгук, как ни странно, выглядит смущенный чем-то. — Хэй, — тихо зовёт его Тэхён. — Как я уже сказал, обычно ты не слышишь непрекращающийся вой сирен ежедневно. Это, возможно, просто люди увлекаются большим количеством алкоголя в своём организме. В конце концов, сейчас каникулы и некоторые люди отмечают их. Чонгук улыбается заверениям своего парня, но Тэхён замечает некоторую напряжённость в выражении его лица. — Может быть, нам стоит остаться ещё на день, просто чтобы убедиться, что ты со всем закончил, — предлагает люпи, откусывая свой сэндвич. Тэхён внимательно смотрит на него. Он не может игнорировать лёгкое покалывание в животе, которое он привык ощущать всякий раз, когда срабатывает его внутренний инстинкт в отношении людей с волчьим народом. — Остаться на день? — как бы невзначай повторяет Тэхён. Чонгук кивает: — Да. Таким образом, у тебя не появятся какие-либо незавершённые дела, когда ты вернёшься и поймёшь, что что-то недоделал. — Если в итоге я что-то недоделал? Чонгук дарит ему милую улыбку: — Тогда мы останемся до тех пор, пока ты всё не сделаешь. — Это то, чего ты хочешь? — спрашивает Тэхён, его внутренности скрутило ещё сильнее оттого, как странно сейчас ведёт себя Чонгук. Чонгук поддерживал его в работе, всегда следил за тем, чтобы он всё делал правильно. Но что ненормально, так это то, как язык тела Чонгука кричит о его дискомфорте при мысли о том, что они так скоро уедут в Тэгу. Чонгук смотрит на него: — Чего я хочу? — Ты ведёшь себя странно, — говорит Тэхён, забыв о своём сэндвиче. — Что происходит? Чонгук недостаточно быстр, чтобы спрятать панику на своём лице. Сердце Тэхёна чуть не замирает при виде этого: — Чонгук? — Я в порядке, — убеждает он его с улыбкой. — Ничего не случилось. Взгляд Тэхёна ожесточается: — Чонгук. Улыбка парня дрогнула. Тэхён начинает ещё больше нервничать. — Со стаей всё хорошо? — начинает он, садясь прямее. — Что- Чонгук мягко успокаивает его, усаживаясь перед ним; его запах, несомненно, усилился из-за внезапного беспокойства своей пары и наталкивает его парня на альфа-инстинкты. — Со стаей тоже всё в порядке, — уверяет его Чонгук. — С ними и с фермой всё хорошо. Тэхён не успокаивается: — Тогда почему ты ведёшь себя так подозрительно? Чонгук выглядит так, будто боится отвечать, но Тэхён наблюдает, как он вытаскивает свой телефон, и после небольшого вздоха что-то ищет в нём. Тэхён ждёт, и когда Чонгук протягивает ему свой телефон, он действительно не знает, чего ожидать, глядя вниз. — При чём тут мёртвый фермер из Чоннам? — в замешательстве спрашивает Ким, читая отрывок из статьи. — Вот дерьмо. Я думал, что вегетарианцы против насилия и убийств. — Это сделали Люпес. Тэхён медленно поднимает глаза на своего парня, убеждённый, что он ослышался: — Что ты сказал? Выражение лица Чонгука непроницаемо, как будто он готовится к нападению. — Стая Люпес убили фермера, Тэхён. Тэхён чувствует, как телефон выскальзывает из его рук, слыша, как он глухим стуком падает на пол. Карие глаза Чонгука смотрят на него, умоляя — о чём? Тэхён ищет на лице своего парня намёк на то, что это его глупая шутка, но ничего не находит. — Тэ- — Откуда ты знаешь, что это была стая Люпес? — перебивает его Тэхён. Чонгук сглатывает ком в горле: — Это… это не первый случай, когда фермера убивают так внезапно за последние несколько месяцев. — Не первый, — повторяет Тэхён, зацикливаясь на этой детали. — Это всё ещё не объясняет того, откуда ты знаешь, что это были Люпес. Чонгук смотрит вниз, по-видимому, собираясь с силами, что только заставляет сердце Тэхёна биться громче в ушах. — Фермеры были Смотрителями, — слышит он от Чонгука, видя в глазах люпи, как ему больно в этом признаваться, это всё лишь подтверждает то, о чём Тэхён знал с первого дня своего знакомства с волчьим народом. Он всегда знал, что волчий народ мог быть достаточно устрашающим, в конце концов, Восстание случилось не просто так. [8] Но это первый раз, когда он получает подтверждение — с доказательствами — того, что Люпес не только опасны, но и могут причинить вред Мирным, даже не задумываясь об этом. Всё лето стая внушала ему, что некоторые из волчьего народа агрессивно настроены к обычным людям, к которым также относились Смотрители. Всё лето ему внушали, вплоть до его отъезда и прощания с Чимином, что Люпес опаснее и сильнее людей, и что, поскольку Тэхён знает о них, он подвергается ещё большей опасности. Формально Тэхён является Смотрителем, из-за своей бабушки, которой больше нет. Это значит, что, если вдруг Люпес начали убивать Смотрителей, он будет в их числе, независимо от того, живет он с этим знанием или нет. — Почему стаи внезапного начали нападать на Смотрителей? — спрашивает Тэхён. Чонгук большими пальцами ласкает его лицо, глаза горят желанием защитить, когда его инстинкты обостряются из-за запаха Тэхёна. — До этого произошло только два нападения, — говорит люпи. — И мы не знаем всех деталей, почему случились эти нападения. Всё, что я знаю, это то, что случилось разногласие, и всё вышло из-под контроля. — Разногласие между стаями или между стаей и Смотрителем? — уточняет Ким. — Это две очень разные ситуации, и они подчёркивают две совершенно разные проблемы. — Я… Я не знаю, — честно отвечает Чонгук. — Я просто знаю, что первый спор случился в стае, в которой каким-то образом участвовал местный Смотритель. — А теперь ты беспокоишься обо мне и не хочешь, чтобы я приближался к территориям Люпес, — заявляет Тэхён. — Хосок упомянул, что в его прошлой стае возникло разногласие, и они находятся очень близко к Тэгу, — говорит Чонгук, и Тэхён впервые видит, как сильно это беспокоит его парня. — Я не хочу рисковать, пока сам в этом не разберусь. Тэхён вздрагивает. — Ты не вмешиваешься, — говорит он Чонгуку, его беспокойство растёт. — Это стая Хосока, они- — Это мой долг, Тэхён, — мягко перебивает его Чонгук. — Это моя ответственность — как и Юнги — как альфы, обеспечить безопасность людей, живущих рядом с территорией Люпес. И если такие разногласия в стаях станут регулярными, то нам как можно скорее предстоит выяснить причину всего этого, пока не стало слишком поздно. — Намечается ещё одно Восстание? — резюмирует Тэхён, и у него из-за этого щемит от беспокойства в груди. Чонгук кивает: — Мы в нашем обществе считаемся бойцами. Мы те, кто, в первую очередь, имеет дело с конфликтами и спорами. После второго убийства Смотрителя я не удивлюсь, если Чоннам сейчас буквально кишит альфами. — Получается, тебя, на самом деле, здесь не должно быть? — медленно выговаривает слова Тэхён, читая между строк. — Так ведь? — Больше ничего не происходило, — отвечает Чонгук. — Но на следующей неделе мне вместе с Юнги придётся поехать в Чоннам, просто чтобы мы смогли связаться с альфами, которые уже находятся там. — А потом разобраться с родной стаей Хосока? — Это зависит от того, смогу ли я «прочитать» Хосока, когда вернусь, — заявляет Чонгук, играя с пальцами рук Тэхёна. — Юнги-хён думает, что он не совсем честен с нами. От этой мысли у Тэхёна сводит живот: — Ты думаешь, что Хосок пытается защитить свою родную стаю? — Его мама, братья и сёстры всё ещё являются частью его прошлой стаи, так что да, я думаю, что он хочет защитить их, — мягко отвечает ему Чонгук. — Ни одна стая не хочет иметь дело с чужаками, особенно с альфами - это всё равно что незнакомец заявится в твой дом с упрёками. — Но это должно случиться, если вы думаете, что что-то происходит не так? — спрашивает Тэхён, ещё больше понимая, какую незаменимую роль играют альфы в их волчьем обществе. — В стае Хосока остались лишь пожилые альфы, все молодые покинули стаю много лет назад, так что будет не очень весело пытаться убедить их, что они развиваются в неправильном направлении. — Ты когда-нибудь делал это раньше? — внезапно интересуется Ким. — Вмешивался в дела чужой стаи? Чонгук качает головой: — Но Юнги-хён делал. Ему пришлось вмешаться в дела своей собственной родной стаи. — Почему? Парень отрывает взгляд от их рук: — Лидеры его стаи были не самыми лучшими людьми. Давай просто оставим это. Теперь Тэхён может только вообразить историю жизни Юнги. Почему это был только он один? Неужели в его родной стае не было других альф? И что именно имеет в виду Чонгук, когда сказал «вмешаться»? Тэхён старается сопоставить всё, что знает об альфе, и те незначительные детали о нём, о которых говорил когда-то Чимин. Он знает, что они встретились, когда были совсем юны, что Хосок был первым из их стаи, кто познакомился с Юнги, но Тэхён всегда предполагал, что это потому, что они были практически одного возраста и что, возможно, они пересекались в те сезоны, когда молодые Люпес должны были заботиться о себе сами. Тэхён внимательно рассматривает своего парня, вспоминая все моменты, когда он видел Чонгука рядом с Юнги. Юнги старше, так что жизненного опыта у него больше, но сейчас, думая об этом, это выглядело так, если бы Чонгук смотрел на старшего люпи снизу вверх, словно тот был, в некотором смысле, его наставником. — Чонгук? Парень смотрит на него с нежностью в глазах. — Кто-, — Тэхён резко обрывает себя, качая головой в ответ на растерянный взгляд Чонгука. — Неважно. Тэхён мало что знает об иерархии среди альф, и вопрос, который он собирался задать, был достаточно грубым. Никому не нравится, когда сравнивают его с другими, и, если бы Тэхён спросил, кто обладает большим доминирование между Чонгуком и Юнги, двумя альфами, которые хорошо уживаются и работают вместе, казалось бы, что он просто оценивал их значимость в их обществе, основываясь на том, у кого между ними наиболее высокое доминирование. Альфы бросают вызов друг другу, чтобы учиться и расти. Он видел, как такое происходило между Чонгуком и Юнги, когда старший проверял Чонгука, особенно первые дни их ухаживания. Тэхёну не нужно знать, кто из них более доминантный альфа. Это не его дело. Только другие альфы должны знать об этом. — Ты в порядке? — спрашивает люпи, всё ещё ожидая, что Тэхён что-либо скажет. Тэхён глубоко вдыхает, краска на его одежде, к сожалению, пересиливает собственный запах Чонгука, и отбрасывает своё любопытство насчёт Юнги, возвращаясь к их теме разговора. — Ты же знаешь, что можешь уехать, — говорит своему парню Тэхён. — Тебе не нужно оставаться со мной на все каникулы, только не тогда, когда в ваших сообществах творится такое дерьмо. Люпи наклоняется, задевая носом его щеку. — Я остаюсь, — шепчет он, утыкаясь носом в носик Тэхёна. — Серьёзно, я не буду возражать, если тебе нужно уехать, Чонгук, — продолжает он, желая, чтобы его парень знал, что он не будет обижаться на него из-за этого. Чонгук отстраняется, чтобы тыкнуть пальцем в его носик, из-за чего Тэхён закатывает глаза. — Я остаюсь, — повторяет люпи с улыбкой на лице, но его тон звучит твёрдо. Тэхён вздыхает и отстраняется. — Хорошо, но в следующий раз скажи мне, — велит он своему парню, засовывая свой сэндвич в открытый рот Чонгука, который, разумеется, собирался поспорить с ним. — Я не стеклянный, тебе не нужно беспокоиться обо мне. Чонгук быстро откусывает кусочек и также быстро прожевывает его. Тэхён постукивает пальцем по его носу: — Я серьёзно, Чонгук. Я был откровенен с тобой по поводу моего беспокойства о всяких придурках, так что и ты должен быть со мной откровенен обо всём, что тебя беспокоит. — Я знаю, — говорит Чонгук, тяжело сглатывая. — Я просто боялся, что это может разрушить иллюзию. Ким пристально смотрит на своего парня. — Когда ты позволишь себе поверить, что я с тобой, потому что я восхищаюсь тобой и ты мне н-нравишься, — Тэхён запинается на последнем слове, сердце подступает к горлу, когда он произносит это слово, которое, как ему кажется, он ещё даже не готов полностью осознать. К счастью, Чонгук, кажется, не замечает этого. — Это моя плохая черта, — застенчиво говорит люпи. — Я склонен верить, что у меня отнимут всё хорошее. Тэхён с нежностью обнимает щёки Чонгука, при этом его грудь сжимается от боли, ему тяжело слышать такое от него. — Ты можешь возложить к моим ногам все ужасы того, на что способен твой вид, но, в конце концов, я с тобой, а не с ними. Я знаю, кто ты, и я уважаю это, но я также знаю тебя, Чонгук. И единственное, что может встать между нами, — это если что-то случится между нами, а не вокруг нас. Чонгук прерывисто вздыхает, прижимаясь своим лбом ко лбу Тэхёна. Тэхён закрывает глаза, чувствуя, как очень знакомые эмоции бурлят в его груди, согревая всё его тело. — Так что не держи меня в неведении, хорошо? — шепчет Тэхён, утыкаясь носом в Чонгука. — Я твоя пара, так что позволь мне быть одним из вас. — Я буду стараться, — шепчет Чонгук в обещании. — Думаю, это просто… привычка. Держать всё в себе. Как сама личность, так и его принадлежность своему виду, — это то, о чём Чонгук не может рассказать вслух, но Тэхён всё равно его понимает. — Я знаю и понимаю, — заверяет Тэхён. — Мы оба новички в этом, так что у нас обязательно где-нибудь да возникнут незначительные проблемы. Он чувствует улыбку Чонгука. Тэхён нежно целует его и тоже улыбается, когда Чонгук целует его также нежно. Тэхён много узнал о своём парне, пока был с ним в Сеуле. Он узнал, что Чонгук относится к тому типу людей, которые хотя бы постараются попробовать те вещи, что доставляют ему дискомфорт, если он считает, что это того стоит. И он показал это на своём примере, когда приехал в Сеул и остался надолго с Тэхёном, хотя ему было не очень уютно находиться среди большого количества Мирных. Он также узнал, что Чонгук из тех типов людей, которые любят быть ведомыми, ещё раз доказывая то, что только потому что он альфа, это не значит, что он должен быть тем, кто ведёт, чтобы контролировать всё вокруг. Он видел, как его парень сталкивался с некоторыми ситуациями, которые действительно выводили его из зоны комфорта, но ни разу он не жаловался и не отказывался от ответственности за свои действия. Он возвращался к тем ситуациям, несмотря на стресс и дискомфорт. Он учится справляться и приспосабливаться. Он переживает ситуацию, в которой у него не было опыта, и извлекает из неё для себя урок. Тэхён говорил Чонгуку ещё тогда, когда они впервые вместе поехали в супермаркет, что, даже являясь альфой, он не должен быть готовым ко всему, что приготовит ему жизнь. Чонгук показал своим поведением, своей готовностью попробовать самостоятельно искать выход из неудобной ему ситуации. Он, может, и не знает, как реагировать поначалу, но он не позволяет этому расстроить его, он лишь учится и приспосабливается. Ко всему прочему, Тэхён для себя тоже кое-что понял. Он с поразительной ясностью осознал, как сильно он заботится о Чонгуке, что на самом деле у него нулевая терпимость ко всему, что потенциально может вызвать у его парня чрезмерный стресс. Ким также заметил, что нынешние отношения сильно отличаются от его прошлых. Эти отношения кажутся более интимными, даже несмотря на то, что они только начали быть физически близки друг с другом. Он чувствует, что у него немного другой уровень близости с Чонгуком. Они во многом похожи, особенно в их чувстве юмора, так как они всегда игривы и неугомонны друг с другом, но, тем не менее, они оба привносят в отношения свои собственные различия, на которых учатся. Трудолюбие Чонгука — это то, чему Тэхён научился у люпи, пока тот был с ним здесь. И Тэхёну нравится думать, что Чонгук научился быть чуть более любопытным в развитии своих интересов, вместо того, что «забивать» на них, например, в его новом увлечении в фотографиях. Смеясь в поцелуй, когда пальцы Чонгука щекочут его бока, Тэхён отстраняется, бросая на своего парня влюбленный взгляд. Чонгук просто тыкается в него носом, довольствуясь моментом. — Всё ещё думаешь, что Сеул слишком забетонен? — дразнится Ким, ссылаясь на комментарий Чонгука, упомянутый летом. — Я свыкнусь с этой мыслью, — произносит Чонгук в ответ, усмехаясь. Тэхён фырчит, отталкивая своего парня назад. У него перехватывает дыхание, когда рука Чонгука вляпывается прямо в серую краску, которая была к нему ближе всего. Пока люпи таращится на свою теперь уже серую руку, Тэхён не может перестать смеяться при виде явного удивления на лице парня. — Ты же не сделаешь это, не так ли? — смеётся Тэхён. А потом он видит озорной блеск в чужих глазах. Тэхён отползает назад ещё до того, как его громкие возгласы, призывающие Чонгука держаться подальше от него, слетают с его губ. Смех Чонгука сливается с пронзительным визгом Кима, когда тот прижимает его к полу и играючи угрожает ему своей испачканной в краске рукой. — Ты такой придурок! — ноет Тэхён, покраснев от собственного смеха, когда люпи рисует серую полоску у него на носу. Чонгук наклоняется и целует его, с лёгкостью заставляя его замолчать. — Но я твой придурок, — заявляет парень, слегка подмигивая. В начале лета Тэхёну следовало заключить пари с самим собой, когда он предсказывал, что влюбится в Чонгука. Это было бы единственное пари, которое он точно выиграл бы в своей жизни.

***

Тэхён просматривает распечатанные стопки бумаг рядом с собой, пересчитывая — снова, — чтобы убедиться, что у него распечатаны все заданные на каникулы работы. В копицентре библиотеки абсолютно пусто, только он и одинокая сотрудница, работающая с огромной тележкой книг за столом, под тихое пиканье сканера она добавляет новые книги в их университетскую коллекцию книг. Тэхён мычит себе под нос, когда идёт за бланками, необходимыми для его работы, беря несколько штук, потому что он наверняка ошибётся где-нибудь при их заполнении. Вернувшись в кресло, он смотрит на телефон и не видит мигающего индикатора или загоревшего экрана блокировки от пришедшего уведомления. Стараясь не волноваться, он копается в сумке в поисках ручки и, найдя её, начинает заполнять свои данные на всех листах бланка. Он заполняет лишь три строчки, прежде чем сдаётся. Снова. Нажав на веб-страницу, которую он открыл, когда впервые зашёл в интернет на своём компьютере, ручка Тэхёна несколько раз постукивает по столу, когда он перечитывает огромный шрифт статьи, мелькающего перед его глазами. В этот момент его телефон начинает громко вибрировать на твердой поверхности стола. — Да? — отвечает он прежде, чем связь соединяется. — Я доехал, — раздаётся голос Чонгука, и тревога Тэхёна немного усиливается. — Я- — Не надо, — резко прерывает Тэхён своего парня. — Мы обсуждали это недавно, Чонгук. Я не против. Парень тихо вздыхает, и Ким слышит приглушенные звуки громких голосов на заднем плане, как будто он находится в другой комнате: — Мне всё ещё жаль. Он бросает взгляд в сторону сотрудницы и видит, что её уже нет на месте. Тэхён слышит, как будто бы что-то упало на том конце линии, и вздрагивает от того, насколько громко это прозвучало даже так. — Я- — Иди, Чонгук, — говорит ему Тэхён. — Поговорим позже. Чонгук поспешно прощается, и линия обрывается. Тэхён сглатывает ком в горле, когда его взгляд прикован к фотографии сгоревшего здания, земля вокруг которого почернела. Он закрывает страницу сайта. Но заголовок статьи всё ещё перед ним.

Фермер Тэгу был убит в огне. Домашний скот был забит до смерти.

Тэгу. Получается, борьба становится намного ближе к дому, чего ни он сам, ни Чонгук не ожидали.