Красавчик и чудовище

***

Кэти выглянула из-за двери и поискала глазами кого-то. От стены в углу, тут же отлепился высокий силуэт и быстро подскочил к ней. — Только не долго! — прошептала она, нервно оглядываясь по сторонам. — Через полчаса мне надо будет ввести новую дозу снотворного. — Да, я только на пару минут! Спасибо вам большое, Кэти. — Можно на «ты», — улыбнулась девушка. — Но имейте в виду, — тут же добавила она суровым тоном, — Я могу лишиться работы, если доктор узнает… — Я быстро! — кивнул Стив. Девушка чего-то ждала, глядя на него в упор и Стив, не зная что сделать, дружески похлопал ее по плечу и юркнул в палату. Баки лежал в постели и мрачно смотрел в окно. — Баки… — тихо произнес Стив, подбираясь к нему ближе. — Привет… Баки несколько раз моргнул и скосил на него настороженный взгляд. — Как ты? — Стив осторожно коснулся его запястья, и рука Баки чуть вздрогнула, дернув наручник. — Я только хотел узнать, - как дела?.. — улыбнулся Стив. — В прошлый раз… Все так неловко вышло… Прости, что напугал. Я не сделаю тебе ничего плохого! Честно! Баки повернул голову в его сторону и чуть сощурил глаза, глядя на него с подозрением. — Ты… сердишься на меня? — выдавил Стив, глядя ему в глаза. Баки все также молчал и смотрел на него с подозрением, почти не шевелясь. — Баки… — растеряно произнес Стив. — Скажи что-нибудь! Баки молчал и в глазах его появились тревога и напряженная попытка что-то понять. — Я знаю, я причинил тебе боль… — потупив взор, произнес Стив, вновь касаясь запястья Баки, которое тот попытался убрать куда-то под одеяло. — Много боли.… Но, ты должен понять, это был не я… И все, что я наговорил… Я так не думаю! Гидра управляла мной. Они что-то сделали… И я… я не соображал… Гидра хотела тебя вернуть… При упоминании Гидры, дыхание Баки участилось, а в глазах снова мелькнул страх. Но Стив этого не замечал, перетаптываясь с ноги на ногу и глядя в пол. — Они хотели, чтобы я ненавидел тебя… И им почти это удалось… Я чуть не убил тебя, но ты должен понять… Все это Гидра… Они хотели… Стив поднял, наконец, глаза и увидел широко распахнутые глаза Баки, которые с ужасом взирали на него, а сам он тяжело дыша, судорожно пытался отстраниться куда-то в угол кровати. — О нет, нет! — испуганно спохватился Стив, и метнулся к нему, выставляя руки: — Не бойся, Бак! Все это в прошлом! Я уже избавился от этого… Не бойся! Он схватил его за плечи, и Баки судорожно вздрогнув, резко дернул железной рукой, звякнув наручником о поручень. — Баки успокойся! — в ужасе забормотал Стив, обхватывая его лицо, — Баки! Все хорошо! Это я! Все хорошо! Баки мотнул головой, пытаясь сбросить его руки, и отчаянно закричал от усилий, наматывая цепочку наручников на край поручня и давя железной кистью вниз. Цепочка, щелкнув, порвалась, и Баки сильно пихнул Стива в грудь, так что тот отлетел на другую сторону палаты и упал на вторую кровать. — Стив, тише! Что вы делаете?! — в комнату вбежала Кэти. Увидев Стива сползающего со второй кровати, она глянула в сторону Баки пытающегося подняться и сесть и пробормотала: — Меня уволят… И ринулась к столу с лекарствами, хватая шприц. Стив, наконец, вскочил, подбежал к Баки и с умоляющим выражением лица, вновь схватил его за плечи. — Бак, успокойся! Прошу! Успокойся! Я ничего тебе не сделаю! Баки снова отпихнул его и, скуля сквозь стиснутые зубы сел, держась за живот. В комнату вбежали двое санитар и, переглянувшись, ринулись к Баки. Тот вцепился во второй наручник и хотел оторвать его от поручня, но тут его повалили санитары. — Нет, не надо! Не трогайте! Я сам! — Стив отпихнул одного санитара в сторону и вновь протянул руки к Баки. Тот отпрянул от него в угол кровати, глянул на медсестру, которая поднесла шприц к капельнице, и резко выдернул из своей вены иглу. — О, нет! — вскрикнула от ужаса Кэти, заметив это, и схватилась за голову. — Только не это… — Дай шприц! — протянул к ней руку второй санитар. — Баки, тебе никто не причинит вреда! Пожалуйста, успокойся! — все пытался докричаться до него Стив. — Позови того, со шрамами! — крикнул медсестре первый санитар. Второй как раз кинулся к Баки со шприцем в руке, Баки затравленно глядя ударил его по кисти и шприц улетев в сторону, воткнулся в шею первого санитара. — Чееерт! — заорал тот, выдергивая шприц. — Какая тут доза?! — Четыре куба… — истерично вскрикнула Кэти. — Черт… — пробормотал санитар и медленно осел на пол. — Баки не шевелись, ты сделаешь себе хуже! — отчаянно пытался прижать его к кровати Стив. — Пожалуйста, успокойся! — Приведи того, со шрамами!!! — вновь крикнул оставшийся санитар, и Кэти выбежала из палаты. Баки отпихнул его от себя, и снова сел, санитар отшатнулся, споткнулся о лежащего на полу коллегу и упал. — Баки успокойся, я прошу тебя! — взмолился Стив, глядя на расползающееся кровавое пятно у того на боку. Баки попытался отпихнуть и его. Но Стив вцепился в него мертвой хваткой. Баки, упираясь ему в грудь, с силой отталкивал его от себя, а тот наоборот пытался приблизиться, преодолевая это. От усилий, кровь под повязкой у Баки заструилась по боку. Он снова сдавленно вскрикнул от боли и, передвинув руку, вцепился Стиву в горло. Тот захрипел, удивленно глядя и хватаясь за его железную кисть. В палату вбежал Рамлоу, и резко подскочив к Баки, отпихнул Роджерса плечом. — Эй-эй-эй! Успокойся! — крикнул он, склоняясь к Баки, и тот схватил за горло и его. — Ба… ки! — прохрипел Рамлоу возмущенно глядя на Барнса. Тот также удивлено глянул на него и разжал пальцы. Брок кашлянул и обхватил Баки за плечи. — Баки успокойся! Ты слышишь меня? — Брок склонился к нему и прошептал тише в самое ухо: — Красавчик, не дури! Ты в безопасности, я с тобой! Остынь! — Он агент Гидры! — надрывно и сурово произнес Баки, глядя ему в глаза. — Кто? — удивленно выдохнул Брок. Баки кивнул в сторону Стива, Брок обернулся. — О нет, нет Баки! Ты все не так понял! — Стив вновь рванулся к нему, но Брок отпихнул его плечом, не подпуская. — Роджерс, свали куда-нибудь, на хер! — рявкнул он. В палату быстрым шагом вошел доктор в сопровождении Кэти и еще одного санитара. — Что за?!.. — воскликнул он, глядя на валяющегося, на полу санитара и сидящего рядом второго. — Так, зовите охрану… — Нет, док! Не надо охрану! — крикнул Рамлоу. — Я его сейчас успокою! Доктор, подойдя, присел к лежащему санитару, проверяя пульс. — Что с ним? — Дексмедетомидин… — пискнула чуть не плача Кэти. — Он наткнулся на шприц… — Баки, все под контролем! — Рамлоу мягко обхватил Баки за лицо, направляя его взгляд на себя. — Успокаивайся! Пятая директива! Помнишь? «Медики неприкосновенны»! Медиков трогать нельзя! Даже если они делают что-то неприятное. Пятая директива! — Я больше не подчиняюсь директивам! — процедил недовольно Баки. Брок нагнулся совсем близко к нему, ласково обнимая за шею и ероша волосы на затылке. — Последний раз! Для меня, малыш! В последний раз! «Пятая директива»! — зашептал он ему на ухо. — Как только они поставят тебя на ноги, я тебя отсюда заберу! Клянусь! Просто не мешай им делать свое дело. Ладно? Хорошо? Он отодвинулся и с надеждой уставился в глаза Баки, тот посмотрел на него в ответ долгим тяжелым взглядом и обреченно вздохнул. — Вот и молодец! Ложись! Тебе надо лежать! Ложись! — Брок радостно погладил его по голове. Баки, кряхтя и корчась, развернулся, лег и замер. — Он что, сломал наручник?! Где там охрана? — нервно спросил доктор, глядя на обломок, болтающийся у Баки на железной руке. — Не надо охрану, док! — обернулся к нему Рамлоу. — Он успокоился и больше никого не тронет. Клянусь! Можете делать все, что нужно без опаски. Он никому из медиков не причинит вреда! Он просто разнервничался… — Это я виноват, — влез Роджерс. — Я его напугал, я не хотел… — Доктор, четыре кубика! Он не умрет?.. — медсестра чуть не плача, глядела на валяющегося под ногами санитара. — Так звать охрану или нет? — спрашивал второй санитар. — ТИХО ВСЕ! — рявкнул врач и все смолкли. — Стивен, выйдите! — обратился он не глядя к Роджерсу. — Но я могу по… — начал было тот, но доктор его перебил. — Выйдите за дверь, Стивен!!! Роджерс растерянно попятился и вышел из палаты. — Положите его на кровать, — указав на санитара двум другим, распорядился врач. Те подняли его за ноги и руки и отнесли на соседнюю койку. — Сестра, перчатки! — Кэти метнулась к столику. — Так говорите, он больше не будет буянить?.. — обратился врач к Рамлоу. — Клянусь! — выдохнул тот и на всякий случай склонился к Баки. — Этот в очках, тебе жизнь спас! — нагнувшись, прошептал он ему на ухо. — Восемь часов тебя штопал, мы ему теперь обязаны. Слушайся его, он тут главный. Понял? Доктор подошел к постели, держа руки в перчатках приподнятыми вверх. — Мне нужно осмотреть вас, вы позволите?.. — обратился он к Баки. Тот молчал, спокойно и мрачно глядя перед собой, и лишь на секунду поднял на него глаза и растерянно моргнул. — Придержите его за плечи! — вздохнув, обратился доктор к Рамлоу. Тот положил ладонь к Баки на грудь. Доктор стянул одеяло, приподнял края почти полностью пропитавшейся кровью повязки. Быстро глянул и вновь тяжко вздохнув, поднял глаза к потолку. — Я же предупреждал! — произнес он с досадой. — Доигрались?! Негодующе рявкнул доктор, почему-то глядя на Брока, тот лишь растеряно моргнул. — Позовите хирурга, — бросил доктор через плечо одному из санитаров. — Сестра, новокаин 0,5 в капельницу. — Он выдернул иглу… — пискнула Кэти. — Так вводите напрямую в вену! — рявкнул врач. Кэти насупившись, метнулась к столику и начала набирать в шприц препарат. — Нам нужно ввести вам анестетик. Придется вас повторно зашивать, — тем временем обратился доктор к Баки. Тот снова равнодушно моргнул, не глядя на него. Кэти дрожащей рукой протерла кисть Баки ватой смоченной спиртом. — Да не бойся ты, — буркнул Рамлоу. — Не тронет он тебя. Кэти кое-как ввела иглу в вену, несколько раз промахиваясь, но Баки никак не реагировал на боль от всех этих манипуляций. — Дексмедетомидина 0,3, — вновь скомандовал врач. Кэти метнулась к столику, вернулась с новым шприцом и медленно ввела лекарство. Баки также медленно закрыл глаза и уснул. Брок, грустно глядя, погладил его по голове.

***

Стив сидел у себя на постели и, опустив голову, заламывал руки, тяжко вздыхая. Раздался стук в дверь и в его палату вошел доктор. Стив вскочил встревожено глядя на него. — Как он?.. — выдохнул он, виновато опуская взгляд. — Отдыхает. Пришлось повторно накладывать швы. А ведь я предупреждал об этом! — недовольно высказался врач, садясь в кресло напротив. — К счастью, работы было не много. И все более-менее, обошлось. Могло быть гораздо хуже. Стив медленно сел обратно и тяжко вздохнул. — Неужели нельзя было немного подождать?! — вновь произнес доктор с упреком, глядя на Роджерса. — Я мог ожидать такого поведения от мистера Рамлоу, но никак не от вас, Стивен! — Простите, я уже сожалею об этом… — выдохнул Стив. — Я не думал, что все так закончится… Я просто хотел поговорить с ним… — Вы могли хотя бы посоветоваться со мной?! — всплеснул руками док. — Поставить в известность о ваших планах! Я бы распорядился дать ему успокоительного, хотя бы! Я не знаю, что у вас там за отношения с ним, но он уже второй раз крайне буйно реагирует на ваше присутствие! Стив еще ниже опустил лицо и ссутулил плечи. — Это был я… — выдавил он еле слышно, а затем, собравшись с духом, поднял взгляд и робко глянул в глаза доктору. — Это я его ранил… Доктор продолжал смотреть на него все тем же недовольным, но вполне спокойным взглядом. Стив удивленно моргнул. Он ожидал, какую угодно реакцию, — ужас, осуждение, изумление, негодование, гнев, но не это, почти равнодушное спокойствие. — Я нанес ему эту ужасную рану! Это был я! — повторил Стив, думая, что может доктор не понял, о какой травме идет речь. — Об этом я уже догадался, — хмыкнул доктор. — Как?.. — ошарашено, выдохнул Стив, хлопая ресницами. — По вашему виноватому виду, с которым вы бродили по больнице все это время. И по его бурной реакции на вас. — Но… И вас это не смутило?.. — все еще удивляясь, что поступок который он сам считал — «самым ужасным, подлым и жестоким преступлением в истории человечества», не вызывает у доктора никаких особых эмоций. Доктор устало вздохнул: — Вы — Капитан Америка, патриот и защитник всех нуждающихся, он — Зимний Солдат, опаснейший преступник и высокопрофессиональный убийца. Нет, меня это не особо смутило. Я разное повидал в своей жизни. Разве что, немного смутил характер раны и жестокость, с какой было нанесено это ранение. Это как-то не в вашем духе… — Я не отдавал отчет своим действиям… — вновь потупил взор Стив. — И он... он не убийца! Он фактически не виноват во всех тех, ужасных преступлениях, о которых все наслышаны! Его использовали как инструмент, оружие. Он находился под внушением, ему стирали память, заставляли беспрекословно подчиняться, почти лишили воли. Он просто выполнял приказы, почти не осознавая, что делает. Из него сделали смертельно опасную марионетку! Сам по себе он… Он просто парень из Бруклина, как и я. Он не злодей. Он жертва чужих интриг. Доктор очень внимательно смотрел на Стива, слушая все это. — Что ж, тогда это хоть и не полностью, но объясняет многое, — хмыкнул врач. — В частности, вашу веру в него, дружбу, заботу и привязанность к нему, и то, почему во время всех этих буйств, практически никто не пострадал, кроме него самого. А ведь он умудрился, несмотря на всю свою слабость, после всего перенесенного, сломать стальной наручник! Значит, ему вполне было по силам свернуть кому-нибудь шею, или сломать руку, разбить лицо, нос. После второго раза я уже признаюсь, боялся войти и увидеть гору трупов! Симмонс не в счет, он уже проснулся и ему даже пошел на пользу «незапланированный отдых». Да, и когда я смотрел ему сегодня в глаза, я не увидел там взгляда жестокого и бездушного, матерого убийцы, это были скорее глаза напуганного ребенка. И я все не мог понять, как такое возможно?! Списал все на действие седативов и посттравматический аффект. Я бы даже сказал, что на первый взгляд, мистер Рамлоу гораздо больше походит на хладнокровного киллера, чем этот ваш Баки. — Рамлоу… — хмыкнул Стив. — Я не удивлюсь, если так и есть. Он входил в группу прикрытия при операциях, в которых участвовал Зимний Солдат. А вернее, он возглавлял отряд огневой поддержки и прикрытия. Причем работал сразу на обе стороны, на Гидру и Щ.И.Т. Но потом внезапно исчез. Одно время считался погибшим, но на самом деле просто сбежал, воспользовавшись неразберихой, и, как потом выяснилось, прихватил с собой и Баки. До сих пор не понимаю, почему он все еще здесь?.. Я думал, он сбежит, если не сразу, то чуть позднее. Но он, судя по всему даже и не собирается. — Но вы ведь тоже все еще здесь. Хотя тоже очень рискуете. Я не хочу вдаваться во все подробности, Щ.И.Т, правительственные агенты, задания, прикрытия, — к счастью я больше не имею ко всему этому отношения. Но даже так, мне понятно, что вы сейчас на нелегальном положении, вы не хотите огласки и находитесь здесь тайно. От кого вы прячетесь от Щ.И.Т.а или от Гидры или от тех и других, мне все равно. Я знаю вас, знаю, что вы не способны на подлые поступки и грязную игру, ну если только вы не под воздействием чего-то, но сейчас на вас такого воздействия точно нет. Так что, вы вполне могли бы уйти отсюда, хотя бы после того, как узнали что с вашим другом уже более-менее все в порядке. — Но я же не могу, вот так его бросить! — удивленно пожал плечами Стив. — Ну, вот и он не может, — тоже пожал плечами доктор. — Да, но он ему никто! Максимум сообщник. А я друг! Самый близкий друг! — Сообщники так не переживают… — тяжко вздохнул доктор, вставая с кресла.

***

Когда доктор вошел в палату, Баки лежал, мрачно глядя в стену. — Доброе утро, Джеймс, — произнес доктор, медленно подходя ближе. Баки скосил на него настороженные глаза. — Или, может, хотите, чтобы я называл вас Баки? — уточнил доктор, осторожно подходя к постели. Баки некоторое время молчал, изучающе глядя на медика, потом шевельнул губами и хрипло протянул: — Баки… — Хорошо, Баки… — чуть улыбнулся врач и нервно почесал бровь. — Как ваше самочувствие? Баки молчал, исподлобья глядя на него немигающим взглядом. — Все хорошо? Ничего не беспокоит? — попытался подтолкнуть его к ответу док. Баки молчал. — Вас не тошнит? Швы не ноют? Может, слабость, головокружение, нет?.. Баки молчал, пристально и немного затравленно глядя на него. — Есть какие-нибудь жалобы? — вздохнув, попытался вновь выудить хоть что-то медик. Баки молчал. Потом губы его немного шевельнулись, он растерянно моргнул, и тихо, как будто опасаясь, что его ударят, за то, что он решился на это, произнес: — Жалоба на наручники… Доктор удивленно приподнял брови, а потом тихо рассмеялся. — Понимаю… — выдавил с улыбкой он. — Если будете себя хорошо вести, я подумаю над тем, чтобы снять с вас один. Но, я имел в виду, жалобы на ваше состояние. Все в порядке? Баки снова немного испуганно моргнул и продолжил молча смотреть на врача. — Вас не знобит? Температура в норме? Доктор поняв, что спрашивать бесполезно, отважившись, шагнул к изголовью и положил руку ему на лоб. Еще только когда он подносил руку, Баки еле заметно напрягся, вжимая голову в плечи. А когда теплая ладонь легла на его лоб, зажмурился и отчетливо вздрогнул, продолжая сжиматься под рукой, словно испуганный дикий зверек. Доктор удивленно приподнял брови глядя на это и машинально продвинул ладонь чуть дальше, погладив его по голове как ребенка в попытке успокоить. — Вам не надо так нервничать, — произнес он ласково, продолжая осторожно гладить Баки по голове. — Никто здесь не хочет причинить вам вред. Мы все хотим, чтобы вы быстрее поправились и снова вернулись к полноценной жизни. Мы все желаем вам только добра… Баки открыл свои большие, выразительные, серо-голубые глаза, которые казались еще больше на бледном, исхудалом лице и уставился на доктора в упор, встревожено и вместе с тем изучающе глядя на него, сильно сжимая губы и шумно сопя через нос. Доктор все еще пытался его успокоить, продолжая осторожно и очень медленно поглаживать, но подспудно ожидал любой невменяемой реакции. Но чем дольше Баки смотрел в его глаза, будто читая там что-то, тем он все больше успокаивался и расслаблялся. Под конец, совсем расслабившись и опустив веки, он даже начал еле заметно подаваться под ладонью навстречу, потираясь словно кот, и стараясь продлить и усилить момент соприкосновения с поглаживающей рукой. Доктор еще какое-то время гладил его, выжидая, когда тот окончательно успокоится. Хоть ему и казалось все это ненормальным и странным. А потом, попятившись, тихо вышел из палаты.