Красавчик и чудовище

***

Стив медленно спустился по лестнице вниз, потирая сонные глаза и заметив свет в кухне, чуть помедлив, побрел туда. Подумал, что забыл его выключить после того, как помыл посуду после ужина, и мысленно отругал себя за это. Но войдя внутрь, он понял, что ругал себя зря. За столом сидел Рамлоу и мрачно курил. Рядом стояла початая бутылка виски, стакан и блюдце, куда он стряхивал пепел. — Я же просил не курить в доме! — проворчал недовольно Стив, разгоняя руками дым. Он подошел ближе и взглянул на полупустую бутылку. — Прекрасно! Теперь ты еще и пьешь! Рамлоу не отвечал, молча и равнодушно глядя на него чуть исподлобья. Стив развел руки. — Что-то случилось? Или это твое обычное времяпрепровождение? Рамлоу глядя ему в глаза, сделал глубокую затяжку и выпустил облако дыма. — Пошел на хуй, — тихо и спокойно произнес он. Стив фыркнул и криво усмехнулся. — Н-да… Похоже, что все в порядке. Он развернулся, чтобы уйти но, чуть подумав, обернулся обратно. — Слушай, Рамлоу, ложись спать. Шерон просила по минимуму жечь электричество и светить окнами. — Можешь выключить, — буркнул Брок. — Мне без разницы. Стив куснул свою пухлую нижнюю губу, глянул в сторону и, отодвинув стул сел напротив, сложив руки и пристально глядя Броку в глаза. — Что? Ждешь, что я начну душу тебе изливать? Так не дождешься! — буркнул Брок. — Вали к себе или… — Я все хотел спросить… Он всегда такой? — неожиданно выдал Стив. — Баки? — Какой «такой»? — непонимающе нахмурился Брок. — Ну… Слегка «механистический», что ли… Не знаю, как поточнее выразиться. Будто, не живой человек, а очеловеченный механизм какой-то… Брок нахмурил брови и сделал новую затяжку, непонимающе глядя на Роджерса. — Я сперва все думал, что это он просто дистанцию держит. Не доверяет, присматривается, осторожничает по привычке. Но… он такой почти постоянно. Даже когда совсем расслаблен и спокоен. Иногда в нем проскальзывает жизнь, но это так редко… И до этого нужно так долго копать… — А чего ты хотел? — выдохнул, наконец, Рамлоу. — Из него делали «послушную куклу». «Оружие» без собственного мнения, чувств и воли. — Да, но прошло уже столько времени… — выдавил Роджерс, разглядывая собственные пальцы. — Такое само собой не проходит! — сбив пепел в блюдце, произнес Рамлоу, и залпом допив виски, налил себе еще. — Да, я понимаю… — кивнул Стив. — Но мне очень больно и грустно видеть его таким. Я ведь знал его совсем другим… — И каким же? — Брок раздавил окурок и, достав из кармана пачку, вынул еще одну сигарету. — Веселым, — задумчиво глядя, улыбнулся Стив. — Самоуверенным. Даже немного нахальным, но добродушным. Смелым, великодушным и справедливым. Открытым… Брок поджег сигарету и вновь затянулся. — Он почти всегда улыбался, — все еще продолжал Стив, глядя внутрь себя. — И всем нравился. Девушки к нему так и липли! — Ну, это и сейчас так! — хмыкнул Брок, добавив мысленно: «и не только девушки…» — Да, но тогда он… Не гнушался пользоваться своим обаянием во всю мощь.… И порой, перебарщивал с количеством новых пассий… — То есть был бабником?.. — хмыкнул Брок. — Ну, не совсем… — чуть смутился Стив, думая о том, не портит ли он репутацию друга, в глазах Рамлоу, но тут же решился продолжить. — Но… в общем, да. Был слегка избалован женским вниманием и довольно легкомысленно к этому относился. Стив вдруг мягко рассмеялся и взлохматил свои волосы. — Еще он постоянно пытался свести с кем-то и меня. Вечно расписывал меня, как не знаю кого… Будто принца сказочного! А девушки, увидев меня реального, шарахались как от чумы… Ведь я тогда был, не тот, что сейчас… Стив еще немного помолчал задумчиво глядя и тяжко вздохнул: — А теперь он на всех смотрит волком… — закончил он с горечью. Лицо Стива помрачнело, взгляд погрузился в задумчивую печаль и отрешенность. Брок некоторое время смотрел на него, потом подался вперед, облокотившись о стол, и взяв в руки стакан, вгляделся в янтарную жидкость. — Когда мы слиняли… После гибели «Хеликериеров». Зависали на одной из моих тайных квартир. Правительство сообщило о твоей смерти и объявило траур по Капитану Америке, — произнес он минуту спустя, чуть взбалтывая виски и глядя на блики внутри стакана. — В тот день он просто лег мордой к стене и почти неделю не вставал, пока шел траур. Не жрал, не разговаривал, не спал. Просто лежал, пялясь в стену и все. Стив, очнувшись от своих воспоминаний, внимательно посмотрел на Брока. — Я пытался его расшевелить. Говорил с ним. Убеждал. Ругал. Злился. Попытался поднять его силой однажды, так он меня так шарахнул этой своей рукой, что я аж из комнаты кубарем вылетел! Брок снова стряхнул пепел в блюдце и мрачно усмехнулся: — Поил его молоком, вместо воды… Чуть ли ни силком вливал! А то, думал, — сдохнет еще с голодухи…. Жрать он не жрал. Он по ходу реально собирался сдохнуть. А, может, и нет… Не знаю. Достучался до него, только когда предложил ему мстить за тебя Гидре. Убедил его, что это они во всем виноваты. Не знаю, поверил он мне, или сам так решил… Хер его знает… Стив практически не шевелился, напряженно слушая этот рассказ. Брок улыбнулся задумчиво глядя в стакан. — Всю дорогу, слова про тебя плохого не давал сказать. Сразу в лоб! Или за горло схватит и глядит прямо в душу, пока не извинюсь. А ночью… Все прощения у тебя просил. Во сне. Сам, небось, об этом даже и не в курсе. Но я слышал. Не раз. Заебал он меня этим!!! Брок сделал глоток и снова затянулся глядя в стол: — Нельзя было вас вдвоем оставлять…. Я знал это, но зачем-то оставил. Поперся за этим гребаным бензином! Я для него просто исчез. Ты воскрес, и я просто растворился… Он был так счастлив в тот день… А когда я вернулся с бензином… Там был уже не он… Брок затушил сигарету и глянул Роджерсу в глаза. — Ты был его смыслом. «Якорем» на земле. Причиной жить… В Гидре ему зачищали память, лишали чувств и эмоций. Следили за этим строго, чтобы не дай Бог…. Убили почти все в нем. А ты это в нем возродил. Он тебя вспомнил. А следом вспомнил и себя. Он ожил. Он вспомнил, что человек, а не кукла. Он так терзался, от того, что бросил тебя там, у реки и ушел со мной… Он просто… просто дико боялся попасть обратно в Гидру! И когда ты кромсал его там, на складе… Рамлоу внезапно смолк и зажмурился, потом залпом допил виски и чуть помедлив, продолжил: — Когда ты всадил в него нож… Резал… Рвал его плоть… убивал его… И с улыбкой, с издёвочкой спрашивал: «Больно тебе Баки?» А потом отшвырнул его в сторону, как мусор… Как сломанную игрушку… Сломал и выкинул… Я никак не могу это забыть. Никак. Не могу. Перед глазами так и стоит, как будто прямо в мозг клеймом впечаталось, прямо в душе ожогом выжгло… Это так нечестно! Так несправедливо! Он такого ничем не заслужил… Тем более от тебя. Стив медленно закрыл глаза и сильно закусил губы. Брок снова поджег сигарету и затянулся, рука его чуть дрожала. — То, что ты меня хотел грохнуть… — произнес он уже чуть бодрее, глядя куда-то вдаль. — Я прощаю. И то, что заставил его меня избивать, издеваясь над нами, тоже прощаю. А этого не могу. Просто не могу. Никогда не смогу… Никогда… Стив открыл глаза, и некоторое время молчал, глядя в стол. Брок курил, словно не видя его. — Я понимаю, — наконец произнес Стив. И Брок, словно внезапно очнувшись, глянул на него с удивлением, будто забыл, что он вообще здесь есть. — Я поступил чудовищно. И я уже тысячу раз каялся. Мое пребывание в Гидре… Я как будто был не я…. Все мои качества, как будто выкрутили на максимум, и их зашкалило и закоротило, вместе с моим мозгом! И то, что я делал… Я сходил с ума, когда думал об этом… Я был в ужасе, когда это осознал. Я так сожалею, о том, что сделал. И я все равно, все равно продолжаю чувствовать вину, хоть он меня и простил. Особенно после того, как простил. Но я ничего не могу изменить. Ничего! Я понимаю, твои упреки. И твои чувства… Ты во многом прав. Но все же… Это только наше с ним дело. Стив поднял лицо и уставился Броку в глаза. Тот посмотрел на него в ответ и стиснул зубы, выпуская дым через ноздри. — Наше с Баки. И мы это решим. Уже решили, — твердо произнес Роджерс. На скулах Рамлоу заходили желваки, а взгляд стал острым и злобно-едким. — Я просил у него прощения… И не раз… И, наверное, буду просить до конца своей жизни… — продолжил, все также решительно глядя Стив. — Но я ни разу не просил его у тебя… Потому, что честно говоря, мне было плевать. Я считал тебя мерзавцем, которому просто зачем-то нужен Баки. Для каких-то своих целей, далеких от дружественных. Но… я, кажется, опять ошибся… Напряженно-ненавидящее выражение глаз Рамлоу, сменилось озадаченной настороженностью. Стив криво улыбнулся. — Перед тобой я тоже виноват… Так что… прости и ты! Я сожалею, что пытался тебя убить и о прочем, что причинило тебе боль. И да, возможно ты далеко не ангел. Даже, скорее всего ты еще тот засранец. Но, Баки тебя искренне любит и ценит. А он никогда в здравом уме не стал бы водить дружбу с законченным ублюдком и подонком по доброй воле, если только в том не было бы хоть капельки чего-то хорошего. Я слишком хорошо его знаю. Брок скептически хмыкнул, затушил окурок, и налил себе еще виски. — Сейчас слезу пущу! — фыркнув, проворчал он себе под нос, и, взяв стакан, сделал большой глоток. — Не надейся, что я внезапно размяк. Я просто напился. Ты мне никогда не нравился и вряд ли это когда-нибудь изменится. Я-то может и засранец, но я этого не скрываю. А ты, гребаный чистоплюй, всю жизнь строил из себя праведника! И, все с теми же праведными речами и ебанутыми глазами фаната-патриота чуть не угробил человека, который только тобой и жил! Стив тяжко вздохнул и, опустив голову криво усмехнулся: — Ну, пошло-поехало! Так и знал, что этим все в итоге закончится… — он, снова тяжко вздохнул, и решительно поднялся со стула. — Хватит пить! И курить тоже. Уже дышать не чем в доме! Давай, говори свою коронную фразу и я пойду… — Я еще не закончил! — Брок перегнулся через стол и схватив Стива за руку дернул вниз, заставляя того сесть обратно. Роджерс снисходительно глянув, сел. Брок задел локтем стакан и едва не свалил его на пол, но в последний момент, успел схватить его двумя руками. Залпом допил оставшийся виски и, так и застыл, глядя перед собой. — Я заебался уговаривать его жить! — произнес он мрачно. — Он мне на это отвечал, что «его существование ничем не обосновано и бесцельно»! Брок попытался изобразить интонацию Баки, но язык его заплетался, и он с досады плюнул на пол. Стив, чуть нахмурившись, внимательно смотрел на него. — Говорил, что он опасен. Что его могут использовать в чужих целях. Что Гидре нужен только Зимний Солдат, а Баки Барнс не нужен никому. Был нужен только одному человеку, — тебе. Но ты мертв! Был… тогда… Ну, как мы думали… А значит, и ему жить не зачем! Он собирался пойти и взорвать Гидру вместе с собой. А меня чуть не отправил в Европу, блять, одного! Чтобы я жил там подальше от всех опасностей. Я предлагал вместе плыть, а он, зараза такая, обдурил меня, блять… Я прыгнул, а он нет! Гаденыш! Но, я не об этом сейчас… Брок на секунду смолк, задумавшись, и помассировал складку между бровей. Затем подняв лицо, глянул на Роджерса. — Так вот… — он вдруг почти лег грудью на стол и, дотянувшись, схватил Роджерса за толстовку на груди, дернув к себе. — Теперь ты, блять, живой! И, только попробуй мне, еще хоть раз ему боль причинить! Только посмей! Я тебя из-под земли достану и урою! Ты понял меня? Понял, спрашиваю?! — Я понял, понял! — усмехнувшись, попытался отцепить его руку от себя, Стив. — Достанешь и уроешь. Ты кого хочешь достанешь... — Я не шучу с тобой Роджерс! Он должен быть счастлив. Он должен, блять, наконец-то быть счастлив! — Он будет счастлив, обещаю! — снисходительно улыбаясь, покивал Стив. — Давай я отведу тебя в твою комнату?.. — Я сам дойду! — буркнул Брок и, поднявшись из-за стола схватил бутылку и качаясь сделал шаг. Стив тоже поднялся и подошел ближе. — Думаю, бутылку лучше оставить здесь… — Пошел на хер! — фыркнул Брок и сделал еще пару глотков прямо из горла. Опустил бутылку и внимательно вгляделся в лицо Стива, как будто только что его увидел. — Ненавижу эту самоуверенную рожу! — проворчал он. — Такой весь из себя… безизяна… Тьфу! Без-из-яна… Он сделал шаг, покачнулся и едва не рухнул, но Стив успел его поймать за локоть. — Отъебись от меня! — буркнул Брок, каким-то невероятным образом умудрившись не выронить бутылку из рук. — Мы дойдем до твоей комнаты, и я от…стану, — пообещал Стив, отобрав все-таки бутылку и быстро поставив ее на стол. — Я сам дойду! — вновь отмахнулся Брок. Но Роджерс держал его крепко, обхватив одной рукой за пояс, а второй пытаясь накинуть его руку себе на плечи. Брок вновь уставился в лицо Стива теперь почти в упор и проворчал: — Такой весь… Красивый… Идеальный… Идеальный идеал! Прекрасный, мать твою, принц! А я — чудовище! Чудовищное чудовище… — Пойдем, чудовище! — Стив, усмехнувшись от этих слов, повел его из кухни. — Не хочу я с тобой идти! Отвали! Не трогай меня, — выдирался Рамлоу. — Где Баки? Отведи меня к нему! — Баки спит. Не тревожь его. — Я не буду его тревожить, только поцелую! В лобик или щечку, на ночь… — Рамлоу, ты пьян! Сперва проспись, а потом иди к нему. — Не указывай мне что делать! Отъебись! Хватит лапать мои соски! — Ты сам сползаешь у меня из рук! Выпрями ноги! — Что ты ко мне прицепился вообще?! Я не заблужусь в этом гребаном доме! Не замерзну насмерть по пути в свою комнату, и меня не обчистят гопники за углом! — Угомонись уже! Просто идем! — фыркнул Роджерс. Без конца пререкаясь, они добрались до лестницы и Стив, поглядев наверх, тяжко вздохнул, и без лишних разговоров, закинул Брока себе на плечо и понес по ступеням. — Ты совсем охуел?! Ты что творишь вообще? — возмутился тот. — Отъебись я сказал, на хуй, от меня! И не суй мне в лицо свою чертову идеальную задницу! С этими словами, Брок размашисто шлепнула Роджерса по заду. Тот аж подпрыгнул на месте и замер, сцепив зубы, и борясь с горячим желанием, сбросить Рамлоу с лестницы вниз. Все же дотащив Брока до его комнаты он небрежно швырнул его на кровать. — По аккуратнее! Эй! — огрызнулся тот, сразу же приподнявшись, — мне нужно за сигаретами… — Если ты сейчас же не угомонишься и не заснешь, я тебя свяжу! — пригрозил Стив. — А я твое ебало смазливое разъебашу! Съебись уже куда-нибудь на хуй от меня! Пиздуй бля, командир сраный нашелся! Осточертел мне уже дальше некуда! Хуйло злоебучее! — И рот заклею скотчем! — сурово сдвинув брови, добавил Стив. — Пошел к черту! — придвинувшись ближе, проорал прямо в лицо Стиву, Брок. Тот повалил его на кровать и прижал за руки к матрасу. — Отъебись! — дернулся Брок. — Хватит орать! — приблизив к нему лицо, прошипел Стив. — Отъебись я сказал! — Ты разбудишь Баки, он начнет волноваться, попытается встать и ему опять станет хуже! Брок еще несколько раз дернулся и замер яростно глядя ему в глаза. Стив все еще продолжал его держать. — Что так и будешь сидеть? — не выдержав, гаркнул Брок. — Я так всю ночь могу! — хмыкнул Стив. — Отвали, сказал! — буркнул Брок чуть тише. — Все! Я успокоился. Отстань! — Глаза закрой. — Может тебе еще хуй пососать?! — Я сейчас точно заткну тебе чем-нибудь твой грязный рот! — не выдержав рявкнул Стив. — Ладно, я закрою глаза! Отпусти только! — неожиданно сдался Рамлоу, которому уже порядком надоело бороться с несдвигаемым и скалоподобным Кэпом. — Закрывай. — А ты отпусти! — Хватит пререкаться, закрывай! — Блять… Какой же ты занудный! — яростно пробурчал Рамлоу и, опустив веки, замер. Стив чуть подождал и, отодвинувшись, сел на подлокотник кресла, утирая вспотевший лоб. Брок открыл глаза и быстро глянул в его сторону. — Я все вижу! — тут же произнес Стив. Брок зажмурился и, приподняв кисть, показал ему средний палец руки. — Ты все-таки хочешь, чтобы я тебя связал? — угрожающе поинтересовался Стив. — У тебя это прям навязчивая идея… — проворчал Брок, отворачиваясь к стене и обхватив подушку, замер. Стив сложил руки на груди и молча сидел, думая о своем, пока не услышал тихое похрапывание. Посидев еще немного, он бесшумно поднявшись, выскользнул из комнаты и тихо прикрыл за собой дверь. Рамлоу тут же обернулся и глянул ему вслед. Некоторое время прислушивался, потом перевернулся на спину и растер лицо ладонями. Пригладил растрепанные волосы, глядя в потолок. Протянув руку, нащупал бутылку под кроватью, достал ее и сделал еще несколько внушительных глотков. Потом сел, снял обувь и босиком, чуть покачиваясь, выскользнул за дверь. Внизу горел свет, Роджерс расстилал свой диван, собираясь лечь спать. Рамлоу быстро посмотрев туда, прошел к соседней двери. Заглянув в комнату, он некоторое время вглядывался в темноту, потом неуверенно шагнул внутрь. Тихо прикрыл дверь и, выставив руки перед собой, покачиваясь, пошел вперед. Наткнувшись на кровать, он осторожно взобрался на нее, очень аккуратно нащупал голову Баки и, прижавшись к нему щекой, зарылся носом в его волосы. Обнял его поверх одеяла, прижимаясь все теснее, и гладил его по лицу голове, взлохмачивая волосы, упиваясь его запахом. Баки перевернулся на спину и обернул к нему лицо. — Брок? — произнес он тихо. — Ты что?.. — Не могу без тебя… — пробормотал Брок, гладя его по щеке. — Не могу, не могу, не могу… Он притянул его за шею к себе ближе и принялся покрывать его лицо поцелуями зажмуриваясь и бормоча: — Ты мой маленький котенок… Маленький, затравленный котенок с искалеченной лапкой, которого я отбил у живодеров… Такой сильный, крутой, охеренно красивый и такой несчастный… Это так несправедливо! — Брок, ты напился? — выдавил Баки, вяло пытаясь уворачиваться из-под его губ, которые попадали куда попало без разбора, то в глаз, то в подбородок, то в нос. Рамлоу обхватил его крепче и сев, уткнул носом себе в грудь. — Люблю тебя! Люблю! Люблю! — простонал он, и, скривившись, затрясся, сильно зажмуривая глаза. — Больше всей своей гребаной жизни люблю! Никого никогда так не любил, как тебя! Никого! Никогда! Он задушил всхлип, но по щекам его все же поползли слезы. — Брок успокойся! — пытаясь высвободиться, произнес Баки. — Что с тобой? Тот мотнул головой. — Ты должен быть счастлив! Живи! Хватит с тебя всего этого дерьмища и боли, хватит! Живи! Я хочу, чтобы ты был счастлив, я хочу, чтобы ты улыбался как раньше! Как тогда, когда еще не был таким… Как тогда, когда эти мрази еще не сделали тебя таким… Он снова затрясся от рыданий и громко всхлипнул. Баки, наконец, вырвался и, отодвинувшись, хлестко влепил ему пощечину. Брок охнув, замер с широко раскрытыми, удивленными глазами. А Баки бережно обнял его и повалил на кровать рядом с собой. — Успокойся, — произнес он мягко, поглаживая его по голове. — Слышишь меня? Успокойся Брок! Тише! Все хорошо. Расслабься и спи! Все хорошо. Все в порядке. Со мной все хорошо. Я тоже тебя люблю! Спи, Броки. Расслабься и спи. Чш-ш-ш… Он гладил его по голове глядя в лицо и бормоча успокаивающие слова, а Брок смотрел на него слегка растерянно, но уже более-менее, вменяемо. Потом нервно рассмеялся. — Теперь ты, меня успокаиваешь, да? Баки ухмыльнулся в ответ и быстро чмокнул его в губы. Брок тоже улыбнулся и немного помешкав, приблизил свое лицо к нему. Заглянул в глаза и мягко прижался губами к губам. Долго целовал его то нежно, то горячо... А потом долго не хотел отрываться от губ, ничего не делая, просто неподвижно касаясь их. Обхватил Баки за шею, прижал к себе и закрыв глаза, замер.