Хвост Льва

      Снег крупными хлопьями появлялся где-то в недрах пепельной дымки облаков и, кружась в медленном вальсе, бесшумно опускался на землю. Сизый вечер расползался по закоулкам внешне замершего замка. На самом деле за старинными каменными стенами вовсю кипела жизнь. Юноши и девушки пристально всматривались в собственные отражения, которые так же внимательно смотрели на них из-за рам сотен зеркал по всем спальням Хогвартса. Тысячи оттенков сверкающих, бархатных, струящихся и летящих тканей. Причёски, заколки, гребни, ленты, цветы. Воздух буквально дышал этим надвигающимся событием — Рождественским балом. -Помаду, — потребовала Пэнси, протянув руку в сторону, и при этом ни на секунду не отрывая внимательного взгляда от собственного отражения. Оттуда на неё смотрела взрослая девушка с такими правильными, но слегка резковатыми чертами лица. Зелёные глаза, выгодно подчёркнутые широкими, чёрными стрелками, смотрели уверенно и прямо. Не хватало лишь завершающего штриха — алой помады на пухлых губах. -Держи, — Дафна, грациозно придерживая подол струящегося по бёдрам золотого платья, подбежала и вложила в требовательно раскрытую ладонь подруги крошечный чёрный футляр. Пэнси открыла крышечку и аккуратно очертила край верхней губы. -Ты… такая красивая… - раздался за спиной неуверенный комплимент. Паркинсон отложила помаду в сторону и, несколько раз похлопав губами, как любознательная аквариумная рыбка, обернулась, кокетливо прижав подбородок к плечику, чтобы одарить лукавой улыбкой стоявшую напротив девушку. На ней было тёмно-зелёное атласное платье с длинными рукавами, цеплявшимися петелькой за средние пальцы. Такое закрытое, невинное, словно у принцессы. Дафна суетилась вокруг тёмных волос девушки, пытаясь собрать непослушные пряди и заколоть изящным серебряным гребнем. Но раз за разом он сползал, теряясь в густоте каштановых волн. -Спасибо, Тори, — пропела в ответ Пэнси. — Ты тоже удивительно прелестна сегодня. Дафни постаралась. -Чёрт, — выругалась в ответ подруга, в очередной раз впихивая гребень куда-то в гущу сестринских кудрей. — Я сдаюсь, Астория. Это невозможно! Иди лохматой. -Я не могу! — воскликнула в ответ девушка. -Ну, и я бессильна! — всплеснула руками Дафна. — Мне ещё нужно уложить свою причёску. -Конечно, ведь только у тебя сегодня важный вечер! — поджала губы Астория и, подобрав подол платья, быстрым шагом ушла прочь, в другой конец комнаты, где девочки помладше помогали друг другу собраться. -Первый раз вижу твою маленькую, серьёзную леди в таком волнении, — усмехнулась Пэнси, поправляя и без того идеально уложенное чёрное каре. Она удивительно смахивала сегодня на диву французских кабаре 20х годов. Серебряное платье струилось по телу, словно прозрачная родниковая вода. А длинный разрез, заканчивающийся где-то у самого основания бедра, выгодно подчёркивал длину изящных ног. -Ты будешь смеяться, если узнаешь повод, — хихикнула в ответ Дафна, быстрыми, уверенными движениями подкалывая светлые кудри мелкими невидимками. Каждую венчал крошечный белый бутончик. -Я заинтригованна, — Паркинсон склонила голову чуть вбок, хищно разглядывая вереницу позвонков на обнажённой спине подруги, которую прикрывала разве что едва заметная золотистая вуаль, невесомо парящая в воздухе всякий раз, когда Гринграсс двигалась. Несомненно платье придётся Блейзу по вкусу… -Она надеется пригласить на танец Драко, — с виноватой улыбкой отозвалась Дафна, перехватывая взгляд Пэнси в зеркальном отражении. -У меня появилась соперница? — добродушно поразилась та. -Разве это возможно? — с явным облегчением поддержала шутку Гринграсс, изо всех сил растягивая на лице льстивую улыбку. Паркинсон за долгие годы изучила их все. Но злиться на бедняжку Дафну хотелось сейчас меньше всего. Пусть наслаждается своим звёздным часом…       Вместо этого Пэнси перевела взгляд на широко улыбающуюся Асторию, окружённую хлопочущими над её причёской подружками. Такая крошечная разница в два года ощущалась сейчас невероятной пропастью. Каковы шансы, что Малфой вообще знает о существовании этой крошки, так по-детски наивно влюблённой в образ холодного, отстранённого, но в тайне пылкого принца? Пэнси гадала насколько фантазия на самом деле далека от реальности. И как сильно разочаровалась бы милая Астория, узнай она, каков на самом деле плод её мечтаний.       Отмахнувшись от бестолковых мыслей, Паркинсон застегнула тонкий ремешок серебряной босоножки на щиколотке, встала и потянула затёкшую спину. Сидеть в душной спальне, насквозь пропитанной дикой смесью духов, пудры и средств для укладки волос, было больше невыносимо. Бесшумно проскользнув к двери, она поднялась в общую гостиную. Несколько студентов помладше восхищённо уставились на неё, когда Пэнси роскошно продефилировала к камину и болтающей у него компании. -Прекрасно выглядите, — очаровательно промурлыкала она, легко касаясь плеча Забини, стоявшего к ней спиной. -Мерлинова борода, Пэнс, — присвистнул Нотт, заметивший её ещё издалека. — Ты умеешь удивлять. -Рада, что твой социальный статус всё ещё позволяет делать комплименты кому-то помимо выскочки Стоун, — язвительно заметила девушка, забирая из его рук начатый бокал с шампанским. — Снейп разрешил разогреться перед празднеством? -Это же просекко, — закатил глаза Теодор. — Считай, мы просто открыли бутылку с компотом. Не умирать же от жажды, в конце концов, пока вы, леди, закончите свои вечерние туалеты. -Твоей подружки я, кстати, наверху не видела, — Пэнси пригубила напиток и поморщилась от ударивших в нос пузырьков. -Мы встретимся в Большом зале, — подтвердил Нотт. — У неё дополнительные занятия со Снейпом. -В праздничный вечер? — уточнила Пэнси. — В таком случае, наш декан должен быть на празднике в отличном настроении…       Она растянула щёку языком с внутренней стороны, наглядно демонстрируя Теодору предполагаемую причину добродушия их мрачного декана. Нотт не оценил шутки и, ещё сильнее закатив глаза, поспешил сменить компанию на громко смеющихся в отдалении Крэбба и Гойла. Пэнси проводила его задумчивым взглядом и снова отхлебнула глоток холодного, кислого напитка. -Чёрт возьми, — вздохнула она, отставив бокал на каминную полку. — Старый добрый огневиски сейчас был бы как нельзя кстати. -Узнаю привычную мне мисс Паркинсон, — усмехнулся Блейз. — Ты чудесно выглядишь, кстати. -Ты забудешь обо мне в ту секунду, когда здесь появится малышка Дафни, — усмехнулась Пэнси. — У неё такое платье, что я сама зажала бы её в каком-нибудь из укромных уголков подземелья, если бы не была занята сегодня… -Сомневаюсь, что это возможно, — вишнёвые глаза Блейза на секунду пронзили её каким-то смутно знакомым, едва уловимым выражением. Но прежде, чем девушка успела уточнить в чём конкретно он сомневается, в гостиную и впрямь вплыли сёстры Гринграсс, вызвав очередную волну восхищения.       Паркинсон отрешённо наблюдала, как Забини, едва касаясь губами изящных пальцев Дафны, уводит её в сторону от Астории.       Чёртов джентельмен.       Внезапно всё тело Пэнси покрылось ледяной, неприятной гусиной кожей. Словно бы что-то случилось. Что-то, что она упустила из виду. Что-то, из-за чего ей резко захотелось отвернуться от заливисто хохочущей в компании Блейза белокурой Гринграсс. В этом своём блядском, лишь пытающемся выглядеть невинно, золотистом платье.       Паркинсон наугад нащупала оставленный ранее бокал с шампанским и залпом опустошила его. -Не туда! Стой! Погоди же ты!       Джинни сновала от одной девушки к другой, поправляя причёски, помогая вложить в гнёздышки причудливо завитых прядей, свежие цветочные бутоны, завязывая тесёмки и ленты, одёргивая подолы и застёгивая крошечные молнии на тонких талиях. Она чувствовала себя насквозь пропахшей собственным потом, чужими духами, и вдобавок с ужасным жирным пятном на груди от геля для волос, который опрокинула на неё Элоиза Миджен. До начала танцев оставалось меньше часа, но Джинни просто не успевала позволить себе добраться до душа и сменить наконец мятую клетчатую рубашку и джинсы на более подходящий случаю наряд. -Эй, мисс Всеобщая Помощь, — знакомая ладонь на бегу перехватила младшую Уизли, когда та пыталась пересечь запруженную гриффиндорскую гостиную и помочь спасти причёску очередной однокурснице. -Боже, — выдохнула Джинни, вдруг оказываясь в статичном положении в опасной близости от идеального чёрного смокинга. — Ты такой красивый! -Из нас двоих ты больше заслуживаешь этого комплимента, — Гарри усмехнулся, заправляя ей за ухо намокшую от пота прядь волос. — Ты собираешься пойти в платье или мы нарушаем правила? -Мне ещё нужно… -Они справятся, — он улыбнулся шире. -Но… — Джинни уже заметила Натали МакДональд, которая призывно махала ей рукой явно с какой-то очередной просьбой. -Посмотри на меня, — попросил Гарри и ей пришлось подчиниться. — Они справятся без тебя. Я настаиваю на том, чтобы ты тотчас развернулась и пошла прямиком в душ. -Но… -Никаких «но»!       Он мягко, но настойчиво развернул её за плечи и подтолкнул в сторону спален. Джинни закрыла глаза, медленно выдохнула, чтобы не расхохотаться, и, чувствуя как внутри разливается невероятное тепло, поплелась в сторону лестницы.       Игнорируя сотни просьб, ворохом посыпавшиеся на неё, как только младшая Уизли вновь перешагнула порог общей спальни, Джинни уверенно направилась к душевым. Каким счастьем было наконец оказаться под струями тёплой, чистой воды. На несколько минут она позволила себе просто отключиться от реальности в тишине опустевшей ванной. Осознание, что этажом ниже её дожидается Гарри Поттер, облачённый в идеально сидящий на нём смокинг, и ждёт он только её одну, — всё это заставляло что-то внутри сиять и искриться миллионом волшебных огоньков.       Большое пушистое полотенце впитало в себя всю влагу с поверхности кожи, а простенькое заклинание быстро привело в порядок намокшие волосы. Джинни лишь слегка коснулась губ красной помадой и пару раз ущипнула себя за щёки, чтобы те зарделись живым румянцем. Платье давно дожидалось её, повиснув на плечиках, которые девушка предусмотрительно зацепила за полог кровати. Тёмно-синий бархат приятно шуршал в унисон с каждым её движением, пока Джинни неспешно и осторожно застёгивала молнию на жёстком лифе.       Она несколько раз покрутилась у большого напольного зеркала, чтобы рассмотреть со всех сторон абсолютно идеально подобранный образ. Затем быстро влезла в аккуратные тёмно-синие туфли-лодочки в тон платью. И, наконец, встряхнула головой, заставляя жидкое пламя волос рассыпаться по спине и плечам невесомыми, воздушными локонами. -Ты… — Гарри смотрел на неё так, словно видел впервые. Джинни спускалась по лестнице осторожно, боясь оступиться. И медленно таяла с каждым шагом под этим пристальным, восхищённым взглядом. Гостиная уже значительно опустела, и в креслах остались лишь кавалеры ожидающие особенно медлительных дам. -Я лишила речи самого Гарри Поттера, — улыбнулась она, преодолевая последнюю ступеньку и тут же обвивая руками его плечи и шею. -Не верю, что иду на этот бал с тобой, — выдохнул он, всматриваясь в её сияющее лицо. — С самой Джинни Уизли! -Я всего лишь младшая из рыжеволосого племени, — забавно поморщилась девушка. — Это ты у нас герой войны, всеобщий любимец и просто красавчик…       Рядом с ней это не имело значения. Рядом с ней он чувствовал себя как маленький мальчик, впервые увидевший огромную рождественскую ёлку с кучей подарков. И кто-то говорил, что всё это — для него одного. Но он стоял в абсолютном неверии, не в силах сделать ни одного шага ближе. И просто пытался не разучиться дышать. -Я люблю… — прошептал он, стремясь к её губам. -…тебя, — закончила Джинни и тихонько рассмеялась, не нарушая поцелуй.       Гермиона нервно сжала пальцы в замок. Выдохнула. Досчитала до десяти. Но всё внутри дрожало так сильно, что она до сих пор удивлялась, как умудряется ровно стоять. Уже полчаса, облачённая во всё то великолепие, которое заставила купить её Джинни, Грейнджер мерила шагами крошечную общую гостиную. Наверху, в спальне Малфоя, было подозрительно тихо. В какой-то момент Гермиона вообще заподозрила, не решил ли он просто напросто проспать столь ответственный день.       И вдруг дверь в глубине их стен негромко хлопнула, закрываясь, а через несколько тягучих мгновений Драко неспешно спустился вниз. Он на ходу застёгивал крошечные серебрянные запонки на рукавах тончайшей хлопковой сорочки. Всё также, в движении, надел смокинг и резким, отточенным движением одёрнул его так, чтобы он идеально сел по фигуре. И Гермиона в очередной раз поразилась, что для того, чтобы выглядеть безупречно ему даже не требуется зеркало. Малфой вообще словно бы старался избегать собственного отражения. Пересекался с ним взглядами лишь мельком и по острой необходимости.       Потому что видеть лицо отца было в последнее время воистину невыносимо. -Отлично выглядишь, Грейнджер, — сухо бросил он, даже не взглянув в её сторону. Гермиона, конечно, ожидала не этого. В её воображении соревновались две версии встречи. Самым нереальным был взгляд восхищения, сопровождавшийся россыпью комплиментов. И досадно было, что реальность ни на йоту не соответствовала фантазии. С другой стороны, был вариант с тем, что Малфой вообще не заметит её присутствия. И в этом случае девушка даже выиграла. -Спасибо, — вздохнула она. — Ты тоже.       Малфой в ответ лишь неопределённо фыркнул. Словно бы говоря: а могло быть как-то иначе? -Ты готова? — уточнил он, скользнув по её фигуре равнодушным взглядом. И Гермиона действительно засомневалась в своем внешнем виде. -Да, — отмахнувшись от взметнувшейся стайки сомнений, кивнула она. — Мы можем идти.       Малфоя этот ответ, кажется, удовлетворил целиком и полностью. Довольно кивнув, он первым шагнул к выходу.       В полном молчании они шли по коридорам, причудливо украшенным к рождеству. То тут, то там попадались тонкие веточки омелы, развешенные в проходах. И каждый раз Гермиона мысленно считала, сколько раз они нарушили непреклонную традицию, оказываясь вдвоём под этим растением. Она пыталась развлекать себя фантазиями о том, как нарушит их звенящую тишину неуместной шуткой о необходимости остановиться и поцеловать друг друга, отдавая дань установленным правилам.       И как он оставит от неё лишь горстку пепла за подобный дешевый юмор.       Чем ближе они подбирались к дверям Большого зала, тем прямее становилась спина быстро шагающего впереди неё Малфоя. Он словно неспешно, но методично натягивал на себя какой-то выбранный образ. И с каждым таким шагом Гермиона чувствовала, как он намеренно отдаляется от их общей реальности. Уходит куда-то глубоко за ледяные защитные стены. -Руку, Грейнджер, — приказал его бесстрастный голос, и девушка послушно вложила в протянутую ладонь свои тёплые пальцы. Малфой перехватил её запястье, осторожно обвив его вокруг своего локтя и, улыбнувшись кому-то, кого Гермиона ещё не успела заметить, уверенным шагом направился к разноцветному шумящему морю студентов. -Мистер Малфой, мисс Грейнджер, — широко улыбнулся облачённый в золотистый смокинг профессор Флитвик. — Чудесно, что столь прекрасная во всех отношениях пара откроет сегодняшний вечер. -Благодарю, — коротко кивнул в ответ Драко, и Гермионе на миг показалось, что сказано это было вполне искренне.       Или ей просто хотелось в это верить.       Они прошли глубже в толпу, перебрасываясь необходимыми светскими комментариями с теми, кто оказывался на пути. И всякий раз Гермиона не переставала удивляться как хорошо жизнь подготовила Малфоя к выживанию в подобных ситуациях. -Грейнджер, — тягуче пропел за спиной знакомый голос, и староста внутренне сжалась, предчувствуя необходимость повернуться. — Какое симпатичное платьице. -Пэнси, — вздохнула девушка, буквально насильно завершая полукруг, к которому принудил её на редкость дружелюбный сегодня спутник. Паркинсон стояла напротив, положив руку на плечо коренастого Гойла, абсолютно великолепная в своей броской, роскошной красоте. Она словно бы бросала окружающим девушкам вызов своим не в меру откровенным платьем и алыми губами. И Гермиона снова ощутила этот знакомый щелчок по носу. Вот такие девушки нравятся мистеру Малфою. -Миленькие цветочки, — почти вежливо заметила слизеринка, едва заметным кивком указав на украшенный вышивкой подол её платья. -Спасибо.       Ещё несколько секунд они молча смотрели друг на друга, и Гермионе начало казаться, что она откровенно пасует перед этой вычурной, слишком громко кричащей роскошью. -Ничего не хочешь мне сказать? — хищные болотно-зелёные глаза метнулись к Малфою. Пэнси плохо удавалось скрыть бушующее внутри раздражение, но как только она заметила его отрешённый взгляд, направленный куда-то поверх своей головы, пятна бешенства проступили даже под слоем светлой пудры. Она повернулась, проследив за его внимательным взором и едва сдержала рвущийся наружу вопль бессилия.       В нескольких метрах поодаль, обмениваясь какими-то явно забавными репликами с Блейзом и Дафной, в коридор вошли Нотт и Стоун. Изящно оперевшись на подставленную Теодором руку, Аделин открыто и искренне улыбалась Забини, громко рассказывающему очередную историю. На ней было чёрное платье, идеально подчёркивающее тонкую фигуру и расходящееся от талии плавными, широкими складками. Фигурный лиф переходил в тончайший шифон, едва прикрывающий ключицы, и объёмные рукава, перехваченные у запястий широкими манжетами. По всей этой невесомой, больше похожей на дымку, ткани мерцали редкие серебристые блёстки, так удивительно похожие на настоящие звёзды. Длинные светлые волосы она собрала в намеренно небрежный пучок, отдельные пряди из которого так невинно и очаровательно падали ей на лицо.       Паркинсон как во сне смотрела на Теодора, раздувшегося от важности словно павлин, на Дафну, цепляющуюся коготками за здоровое предплечье Блейза и искренне хохочущую над его конечно же удавшейся шуткой. И на самого Забини, который так рьяно отнекивался от важности светских мероприятий, и которого Пэнси своими руками заставила пойти под руку с сестричкой Гринграсс. И почему тогда сейчас она вдруг почувствовала себя так, словно собственноручно выпустила всю обойму себе под рёбра?       И почему, чёрт возьми, они выглядели так, словно сошли с обложки какого-то пафосного журнальчика?! -Челюсть подбери, — сквозь сжатые зубы выплюнула она, вновь поворачиваясь к застывшему на месте Малфою. — Смотреть тошно.       Но он ничего не слышал. Сквозь разделяющее их расстояние, снующих туда-сюда студентов, совершенно неопределённый статус, в котором они оба друг для друга оказались, Аделин вдруг повернула голову и посмотрела на него. Так, словно бы тоже всё это время искала взглядом и хотела увидеть. Задержала взгляд на какие-то доли секунды сверх положенного, и медленно повернулась с улыбкой к Дафне, очевидно обратившейся к ней с комплиментом.       Малфой всё ещё был каменным изваянием. Но Гермиона видела как набухла голубая венка на виске Драко, когда он заставил себя отвернуться от представшей картины. И боль отвергнутости вдруг сменилась внутри на тотальное понимание. -Ты справишься, — прошептала она, немного склонившись ближе к напрягшемуся плечу. Малфой не ответил. Но его пальцы вдруг чуть сильнее сжали её ладонь, покоившуюся на его предплечье. И Гермиона неожиданно поняла, что улыбается. -Мистер Малфой, — он повернулся на этот знакомый и чопорный голос. Макгонагалл в неизменном зелёном платье, с кокетливо заколотой шляпкой в подёрнутых сединой волосах, стояла у дверей Большого зала. — Мисс Грейнджер. Вы сегодня удивительно прекрасны. -Благодарю, мадам, — зарделась в ответ Гермиона и присела в коротком реверансе, когда они подошли ближе. -Полагаю, мы можем начинать, — директриса оглядела заполненный студентами коридор, обернулась к дверям и распахнула их. Через мгновение всё окружающее пространство заполнили звуки оркестра. И десяток ведущих пар кружа вплыл в празднично украшенный Зал.

HURTS — Help

      С потолка, так удивительно копировавшего ночное небо за пределами замка, на каменный пол падали хлопья волшебного снега. Всё вокруг было увешано пушистыми, терпко пахнущими еловыми ветками; мерцающими россыпью золотых огней, гирляндами; алыми бантами и шарами. А на вершине постамента, где всегда располагался учительский стол, теперь стояла огромная рождественская ель. Профессорский состав, разбившись на пары, уже кружился в вальсе, и студенты, повинуясь отточенному плану, плавно влились в их размеренный, совпадающий с тактами музыки, ритм.       Шаг. Шаг. Шаг. Поворот.       Теодору казалось, что он летит. Опьянённый тремя бокалами шампанского, выпитыми ещё в гостиной, а потом окончательно лишившись рассудка при виде своей спутницы, он как идиот едва сдерживался, чтобы не расхохотаться от бурлившего внутри счастья. Девушка, так настойчиво и неуловимо ускользавшая из его рук теперь всецело и легально принадлежала ему одному.       Шаг. Шаг. Шаг. Поворот.       Он снова поймал её тонкую талию в кольцо своих рук. Приподнял над полом, сделал необходимый поворот и улыбнулся, перехватив сверкающий голубой взгляд. Аделин была здесь. Мыслями и телом. И Нотт впервые явственно ощущал, что она реальная. Что она не может просто исчезнуть по мановению волшебной палочки.       Шаг. Шаг. Шаг. Поворот.       Гарри притянул Джинни ближе, неловко уткнувшись носом в её висок. -Держите себя в руках, мистер Поттер, — рассмеялась в ответ девушка. — Это ведь только первый вальс! -Не отвлекай меня, — крайне серьёзно произнёс он. — Я считаю шаги.       Шаг. Шаг. Шаг. Поворот. -Прекрати считать, — резко заметил Малфой, притягивая Гермиону к себе в очередном танцевальном повороте. — Помнишь, что я говорил? Расслабься и позволь мне вести.       Она внимательно следила за его каменным выражением лица. Серые глаза порой безучастно скользили по лицу своей партнёрши, но в такие моменты девушке казалось, что смотрит он сквозь неё.       Шаг. Шаг. Шаг. Поворот.       Пары сменились. Нотт усмехнулся, когда в его пальцы вдруг попалась староста девочек, умудрявшаяся выглядеть собранной и серьёзной даже в таком странном положении. -Мисс Грейнджер, — промурлыкал он ей на ухо, — Вы удивительно прекрасны сегодня.       В ответ Гермиона сбилась со счёта и едва не упала, но Теодор умело поддержал её, снова направив на нужный ритм. Он уверенно вёл в их паре, но эта короткая ошибка, сбитый на мгновение шаг, заставил смениться отточенный неделями репетиций танцевальный узор.       Шаг. Шаг. Шаг. Поворот. -Мы сбились! — прошептала Гермиона, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Паника охватывала её мгновенно, словно резко вспыхивающее пламя. -Никто не знает, как должно быть, — мягко улыбнулся Теодор, заметив её смятение. — Не волнуйся и делай то, чему тебя учили.       Обхватив руками её тонкую талию, Нотт поднял девушку в воздух на нужных аккордах, и также осторожно опустил вниз, продолжая повторять отточенный ритм.       Шаг. Шаг. Шаг. Поворот.       И снова смена партнёра.       Аделин сделала шаг в сторону, всё ещё улыбаясь тёплым зелёным глазам Гарри. Их пальцы наконец расцепились, и она почувствовала, как падает в другие объятия.       Выдох. Глаза закрыты.       Вдох.       Пронизывающий серый взгляд встречается с растерянным голубым. Улыбка не успела слететь с её губ.       Он смотрел прямо на неё, удерживая в кольце крепких рук.       Шаг. Шаг. Шаг. Поворот.       Дыхание предательски сбилось. Стоун вдруг показалось, что она вообще перестала дышать. Малфой уверенно вёл их обоих, словно танцевал всю жизнь. И не успев выстроить необходимые их общению оборонительные стены, Аделин почувствовала, как внешний мир меркнет и теряет краски. Как музыка становится тише, а окружающие люди превращаются в единую цветную массу, бликующую где-то на периферии сознания. Драко смотрел ей в глаза не в силах отвести взгляд. Когда он поймал её, будто летящую к нему от Поттера, то вначале не поверил собственным глазам. А затем, окончательно убедившись, что не спятил, ощутил, что скорее летит, чем танцует.       Шаг. Шаг. Шаг. Поворот.       Впервые за всё время, находясь на глазах практически всей школы. Не прячась по углам, не скрываясь в темноте коридоров и пустых школьных дворов. Не в пропахшей пылью и перьями совятне. Не под дождём на ступеньках крыльца.       Из-за чьей-то ошибки и по стечению обстоятельств, они так неожиданно оказались близко друг от друга, что не успели выставить щиты. И электричество, усиливающееся в миллионы раз, когда они прикасались друг к другу, вдруг ярко заискрило.       Шаг. Шаг. Шаг. Поворот.       Он поднял её в воздух, легко и просто, словно Аделин вовсе ничего не весила. Поднял, ни на секунду не разрывая зрительный контакт. Завершив поворот, вернул на землю, нехотя возвращая пальцы к её ладоням и плечам.       Шаг. Шаг. Шаг. Поворот.       И последний аккорд.       Тишина.       Аплодисменты.       Он согнулся в необходимом поклоне, прижав свободную руку к груди. Пальцами другой всё также крепко сжимая узкую, прохладную ладонь. Драко не видел, но знал, что сейчас Аделин замерла в глубоком реверансе. И также как и он боится сделать следующее движение. -Драко! — раздался слева робкий, смутно знакомый оклик. Он не хотел оборачиваться, но пальцы Аделин выскользнули из его ладони, а через мгновение перед ним возникла Астория Гринграсс. -Чем обязан? — рассеянно поинтересовался он, пытаясь разглядеть, куда нахлынувшая толпа студентов отнесла его прекрасное видение. -Потанцуешь со мной? — выпалила девушка, тут же покрывшись забавным румянцем. -Да, — неосознанно кивнул Малфой, замечая, как Нотт галантно склоняется в поклоне, чопорно приглашая Стоун на очередной танец. -Гляди-ка, — усмехнулась Пэнси, отправляя в рот крупную, полупрозрачную виноградину. — Малышка Гринграсс не промах. Всё же умудрилась пригласить его на танец. -О чём ты? — удивлённо переспросил Гойл, высматривая среди забитого до отказа фуршетного стола рулетики с беконом. -Забудь, — отмахнулась она, уже невесело наблюдая за кружившейся поблизости Дафной. Блейзу с явным трудом давался классический вальс, поэтому партнёрше постоянно приходилось импровизировать. И тем не менее, Пэнси легко догадалась, с каким удовольствием Гринграсс играет против правил.       Иронично складывался простой ребус: Паркинсон, так отчаянно жаждущая Бал, чтобы блистать, тоскливо стояла во всём своём великолепии на обочине, в компании куда более заинтересованного в угощении, чем в девушках, спутника. Пока равнодушный к танцам Блейз наслаждался красотой очаровательной сокурсницы. Пока ледяной и неприступный Малфой неосознанно превращал вечер Астории в настоящую сказку. Пока ненавистная Стоун порхала в объятиях опьянённого и полубезумного от счастья Нотта. И даже Грейнджер, кажется, искренне хохотала над шутками Энтони Голстейна. -Грегори? — рассеянно позвала Пэнси. -Что?! — он даже поперхнулся. Кажется, за всё время их знакомства, эта девушка впервые обратилась к нему по имени. -Забудь, — повторила Паркинсон, словно приходя в себя. Тошнота вдруг резко подкатила к горлу, а глаза налились слезами. Она знала, что не может позволить себе расплакаться — иначе точно придётся вытирать лицо от чёрных подтёков подводки и туши. И тем не менее всё, чего остро хотелось — вернуться в пустую спальню и накрыться одеялом с головой. И оставить всех здесь, с их приторно-сладкой радостью обладания друг другом. -Рональд! — Джинни похлопала брата по плечу. Её, раскрасневшуюся и запыхавшуюся от череды непрекращающихся танцев, Гарри наконец сумел подвести к фуршетным столам. Залпом осушив кубок прохладного яблочного пунша, она многозначительно взглянула на Рона и подмигнула. -Что? — усмехнулся он. -Значит, Ромильда Вейн? -Перестань, — поморщился в ответ брат. -Кудрявая, красивая, как ты любишь, — загибая пальцы, перечислила сестра.       Рон мельком взглянул на Ромильду, которая отпросилась перекинуться парой слов с подружками, и сам себе усмехнулся. На первый взгляд она совершенно не напоминала Гермиону, но после замечания сестры он и сам вдруг заметил отдалённые общие черты. -Не всю же жизнь мне ждать её благосклонности? — миролюбиво признал он, пожимая плечами. -Герми, кажется, тоже наслаждается компанией, — прокомментировал Гарри, вручая Джинни тарелку с маленькими песочными корзиночками. -Потому что я — гениальный планировщик… — загадочно провозгласила девушка, отправляя в рот особенно крупную голубику. — Лин! -Привет! — Стоун пробралась к ним сквозь густую толпу танцующих тел. -Счастливчик Нотт умудрился на секунду выпустить тебя из своих цепких лапок? — наигранно удивилась Джинни. -Я всё ещё наивно лелею надежду, что однажды он перестанет закатывать глаза, когда я в очередной раз попрошу сопроводить меня к столу Гриффиндора. -Сказочница, — рассмеялась младшая Уизли. — Ты так противилась Балу, а теперь не покидаешь танцпола! -Кажется, я умею веселиться, — признала Аделин, осторожно забирая с тарелки любезно предложенное пирожное. — И всё так чудесно украшено! -Флитвик в этом году сумел разорить попечительский совет, — пояснил Рон. — Отец говорит, Люциус Малфой…       Его слова внезапно заглушил резкий звон разбившегося о каменный пол бокала. Аделин обернулась, пристально всматриваясь в толпу, а затем вдруг, повинуясь скорее внутреннему предчувствию, метнулась вперёд. Джинни, расталкивая озадаченных студентов, которым ничего не помешало продолжать празднество, помчалась следом.       На первый взгляд не происходило ничего особенного. Нотт, облокотившись на высокий стол, за которым стояли отдыхающие студенты Слизерина, что-то громко вещал столпившимся вокруг зрителям. Аделин заметила, что он пьян, но ещё не настолько, чтобы не отдавать себе отчёта в том, что он делает. Напротив, в нескольких метрах, застыла напряженная до предела фигура Малфоя. Он бесстрастно смотрел на Теодора, ожидая дальнейших слов. Выглядело так, словно бы они просто громко беседовали. Но что-то внутри Аделин заставило всё тело предупреждающе напрячься. -Так что? — вызывающе поинтересовался Нотт. — Время платить за свои слова. -В чём дело? — Стоун подошла ближе.       Малфой сделал несколько шагов по направлению к ним. Затем словно бы замешкался, отыскал что-то в нагрудном кармане и, насильно подняв руку Теодора, вложил ему в ладонь маленький предмет. -Доволен? — спокойно уточнил он, отступая назад.       Аделин переводила взгляд с одного на другого, панически силясь самостоятельно разобраться в смысле происходящего. -Этого недостаточно, Малфой, — фыркнул Нотт. -Я не собираюсь делать из идиотского спора — фарс, просто чтобы повеселить тебя. Ты хотел значок? Ты его получил. -Ты пытаешься вывернуться, цепляясь за формулировки, — покачал головой оппонент. — Так не пойдёт. -Чего же ты тогда хочешь? — спокойно поинтересовался Драко. — Скандала? -Я хочу понять, чего ты стóишь, когда за твоей спиной не возвышается вездесущий и всемогущий призрак твоего папаши. -Прекрати, - Аделин осторожно положила руку на плечо Теодора, заставляя его посмотреть на себя. - Мы уже это проходили. Хватит. -Ты одержал победу, Нотт, — горько усмехнулся Малфой, указывая на стоявшую рядом с тем девушку. — Ты попросил в качестве выигрыша значок старосты? Я тебе его отдал. Так чего ещё тебе надо? -Это даже не было соревнованием, — осторожно отодвинув Аделин в сторону, Тео подошёл ближе к противнику. — Ты отдаёшь мне то, в чём не видишь ценности. -Святая Цирцея, ещё чуть-чуть и я решу, что ты всё это устроил совсем не ради мисс Стоун, - с напускной шутливостью предположил Малфой.       Нотт прожигал его бешеным взглядом, и Драко вдруг осознал, что стрелял вслепую…       …а попал в цель.       Каким идиотом я был всё это время. -Ты хотел не этого, — медленно произнёс он. -Догадливый сукин сынок. -Чёрт дери тебя, Нотт, — улыбнулся Малфой. — Ты и впрямь влюбился… только не в мисс Стоун, а в меня?       Удар последовал почти сразу. Точный, сильный. От которого с неприятным звуком клацнули зубы, а во рту тут же почувствовался мерзкий, железный вкус свежей крови. Драко мгновенно оказался на полу, придавленный к каменным плитам весом своего противника. Нотт махал кулаками как бешеный. И неопытность в рукопашном бою в этот раз сглаживалась дикой яростью, с которой он бессознательно впечатывал Малфоя в пол. -Прекратите! — раздался над залом громогласный голос Макгонагалл. -Я хочу видеть, как ты окажешься на самом дне, — прошипел Теодор, наклоняясь к самому лицу Драко. — И, клянусь, я сделаю всё, чтобы оказался ты там моими стараниями.       Почти тут же чьи-то руки оттащили Нотта в сторону, позволяя Малфою наконец перевернуться на спину и вдохнуть воздух полной грудью. Удивительно, но он совершенно не чувствовал боли. Только какую-то тупую, вязкую пустоту. Чья-то жёсткая ладонь схватила его за шкирку и подняла на ноги как котёнка. -Идиот, — прошипел на ухо знакомый низкий голос. — Какого чёрта ты ведёшься на эти дешёвые провокации? -Он ударил первым, — тихо ответил Драко, сглатывая сгусток крови. -Твоё счастье, что большинство зевак радуются во дворе бестолковому фейерверку, — продолжал Снейп, нашаривая в кармане чистый платок и грубо всучивая его крестнику в руки. — Вытри кровь. Умойся. И перестань вести себя как деревенское быдло, ищущее только возможности помахать кулаками.       Драко стёр кровь с лица и действительно услышал отдалённые взрывы и радостные возгласы учеников. Алые пятна контрастно выделялись на кипельно-белой ткани, и он с трудом оторвал взгляд от них, чтобы через мгновение пересечься с голубыми глазами напротив. Аделин стояла, кажется в полной растерянности, глядя на него с каким-то совершенно неопределённым выражением. А за огромными окнами позади неё небо окрашивалось разноцветными красками. Он хотел сказать ей, чтобы она не боялась. Что ему не больно, и всё это на самом деле такая вселенская глупость. Хотелось сказать что-то остроумное и хлёсткое, чтобы как-то лишить этот внимательный взгляд колкого сочувствия. Драко уже даже набрал полную грудь воздуха, чтобы зазвучать вслух, когда окружающую их реальность пронзила секундная тишина.       И зелёная вспышка.       И пронзительный, ни с чем не сравнимый крик ужаса.