раненная пташка.

весенние лучи солнца сияли на лице михримах, девушка любила прогуливаться по парку рано утром, только проснувшись. султанша любила собирать цветы, раздумывать о своей жизни. иногда гуляя с служанками или эсмахан султан и хуриджихан. уже больше двух лет михримах питает любовь к великому визирю ибрагиму паше. она решила дождаться прихода из похода, чтобы признаться. остался еще один мучительный день до того чтобы признаться в своих чувствах и почувствовать свободу, не таить свои чувства. -михримах, доброе утро. — к ней подошла эсмахан султан-ее двоюродная сестра. -доброе, эсмахан. ты так рано тут, что-то случилось? — девушка улыбнулась, перебирая тонкими пальцами полевые цветы. -нет, слава Аллаху, все в порядке. прекрасные цветы, что ты хочешь с ними сделать? — кареглазая взяла пару цветочков посмотреть. -наверное буду также собирать как остальные цветы. положу в шкатулку. -ты взволнованна михримах, что-то случилось? — девушка поменялась в лице и встала поближе к михримах. -я просто себя плохо чувствую. вышла подышать, сейчас пойду в покои., а зачем ты тут? -ничего серьезного, михримах? — голубоглазая улыбнулась и кивнула, — мы приехали с матушкой, останемся до возвращения повелителя здесь. михримах снова секундно улыбнулась. -госпо-о-о-жа. — протянул сюмбюль. -что случилось, сюмбюль ага? — сказала, улыбаясь хюррем султан. -шах султан и эсмахан султан во дворце. -странно. так рано, ничего не случилось? — женщина поджала губы и посмотрела на слугу. -я не знаю, госпожа. если хотите, я немедленно. -не стоит, — рыжеволосая перебила, — мне нет дела до них, сейчас есть дела намного важнее. когда прибудет повелитель, сюмбюль? -завтра утром повелитель будет в столице машАллах. — запел сюмбюль привычном голосом. -нам нужно скорее убедить повелителя в том, что рустем должен жениться на михримах. лютфи пашу и ибрагима тоже немедленно нужно убрать из совета, а лучше всего из жизни., а сейчас можешь идти. михримах сидела на узорной тахте и рассматривала свои украшения. как же глупо было влюбиться в мужа своей тетушки, врага твоей матери, тем более что он старше тебя почти на тридцать лет. если кто-то узнает, она упадет в глазах всей династии. более тяжко скрывать свои чувства и бояться о невзаимности. из мыслей девушки вывел стук в двери. на пороге стояла хатидже султан. при виде ее пробежали мурашки по коже, девушка встряхнулась, но быстро встала и поклонилась. -здравствуй михримах, дорогая, как ты? — женщина подошла ближе и встала напротив. -здравствуйте, все хорошо, тетушка. -я зашла к тебе, чтобы поздороваться, ты не занята? — хатидже улыбнулась и села на тахту. -нет… михримах нервно улыбнулась, сердце билось сильнее, она боялась что ее признание может разрушить семью тёти. «ты себя обманываешь михримах, твои слова ничего не значат… он женатый человек, у него дети, михримах. это пройдет. привязанность, не более. не смей говорить ему свои ненужные слова.» — самовнушение, совершенно безвыходная ситуация, но действительно ли ибрагиму будет все равно? все давно в курсе о их романе с нигяр, если бы он любил супругу, не поступил так. -михримах? -извините. вы что-то спросили? -нет, ты просто выглядишь плохо, может вызвать лекаря? — тетя подошла к своей племяннице. -не стоит. я чувствую себя хорошо, просто задумалась. может вы позавтракаете у меня? — проявив уважение, михримах предложила завтрак у нее, естественно это просто лицемерие, чтобы не внушать подозрения. -к сожалению, я откажусь, надеюсь ты не сильно обидишься? я хотела позавтракать с повелителем. — хатидже встала с тахты, тяжело вздыхая. -конечно нет, госпожа. хорошего вам дня. — девушка улыбнулась. хатидже султан была довольно странной, будто что-то заподозрила. может так и есть. может быть. госпожа удалилась из покоев михримах, и та с облегчением вздохнула. -сюмбюль, я хочу увидится с детьми, позови их. -как пожелаете, госпожа. через несколько минут в покоях хюррем султан собрались все ее дети. все разговаривали, смеялись. лишь михримах было неспокойно на душе, как случилось такое, что она влюбилась в человека что так дорог ее родной тети. эта мысль не покидала девушку, с того момента как она решила признаться. -михримах, — мехмед посмотрел на столь тревожную сестру, что уже десять минут смотрела на свою предложенную еду, — что с тобой? -михримах. — громко и твердо сказала матушка. -да? извините, мама, я задумалась. — одна отговорка на весь день, когда думаешь про ибрагима? странное чувство не покидало михримах. -ты странная, все хорошо? — спросила женщина и невинно улыбнулась. -все хорошо, я просто не голодна, уберите мою пищу. — девушка посмотрела на девушку что стояла возле стола. слушаясь великую госпожу девушка мгновенно убрала ее порцию и удалилась вовсе. михримах не слушала ничего, что говорили родственники, всего лишь делала вид что ей безумно интересно. все мысли про ибрагима, и самое трудное, нести эту ношу только на себе, никто об этом ведь не знает. даже не с кем поделиться. назовут глупой, безумной. -…правда же, михримах? — улыбнулась мать, думая что дочь слушала все, что она говорит. тишина царила несколько минут, девушка неловко мялась на подушках, смотря на мать с братьями. -михримах, что с тобой? ты сидишь печальная все утро, кто-то тебе что-то сказал? — мехмед подвинулся к сестре и шепнул на ухо. -я неважно себя чувствую, мехмед. -дети, вы можете идти. — хюррем встала из-за стола и попрощалась с детьми, — михримах, останься. мне нужно с тобой поговорить. — госпожа встала на середину покоев, жда дочь. сердце забилось быстрее, чем обычно, вдруг мама догадалась, или хуже того она все знает. все-таки это возможно. -матушка, что вы хотели? -михримах, доченька. ты у меня такая взрослая, — хюррем взяла дочь за руку, поглаживая ее нежную руку большим пальцем, — расскажи о своих переживаниях. -все хорошо. я не смею жаловаться, мама. я плохо чувствую себя. — какой раз эта отговорка слышалась от влюбленной по уши михримах? -тебе уже семнадцать, михримах. я приняла решение. мурашки пробежали по нежному телу михримах, что же скажет хюррем султан в данную минуту? возможно она примет решение, от которого михримах держится в страхе. -я выдам тебя замуж, михримах. — улыбнулась матушка, ожидая реакцию дочери. михримах удивлённо поднимает густые брови, и отдергивает руку, освобождаясь от руки матери. самое страшное только начинается, михримах. принимай свое решение скорее, дальше будет хуже, если ты не смиришься. или противостоишь решению любимой матушки.