Подарочек любви

п/а: Извините за столь долгую задержку! Не гарантирую, что следующая глава выйдет быстрее. У меня временно времени нет на написание...) Небо пасмурное, темное. Прохладный ветер бьет в лицо, растрепанные светлые волосы теребит этот ветерок. Мальчишка, и не думает уходить с балкона, ему нравится такая погода, она расслабляет, после долгого палящего солнца. Все же лето вступило в свои права. Весна ушла, и наступила жара. А дождя давно не было, и сейчас это самая прекрасная погода для парня, но скоро опять будет жарко. После заявления Ханы парень понял, что ему некуда деваться и нужно просто следовать ее указам. То есть просто наслаждаться спокойствием, и ее заботливостью. Весь этот месяц она, как заботливая мамаша, все потакала ему, спрашивала хорошо ли чувствует себя Шин, хочет ли он что-то конкретное кушать. Парню конечно приятно, но за целый месяц это порядком поднадоело. К тому же, он стал чаще уставать и больше спать. Раньше он желал бы побольше походить, побегать с псами госпожи Судзуки. Ах, да, у нее два пса и один щенок. Белая пушистая лайка Нури, второй огромный эштрельский овчар коричневого цвета Слем, и маленький их щенок девочка, с белой шерсткой и черными пятнами, Анни. Но теперь он почему-то больше предпочитал отдыхать. Конечно настроение Шина не скрылось от зоркого глаза Ханы, и она решила, что мальчику пора узнать о его таком усталом состоянии. Она удивлялась, как он не учуял свой же запах беременного. Уже ближе к обеду женщина позвала парня за стол. Тот пришел на удивление очень быстро, хотя раньше он предпочитал хорошенько так припоздниться. Парень сел за стол и начал есть. Он ел, как будто пришел из голодного края. - Шин, я хотела бы тебе, кое что сказать о твоем самочувствии. - О каком? – не переставая есть. - Ты, ведь в последнее время много спишь и устаешь, больше ешь, предпочитаешь только любимую еду. И, Шин, у тебя была в этом месяце течка? – смотрит прямо в глаза мальчика. Парень давно прекратил есть и внимательно слушал женщину. Она права все это происходит с ним, а главное, течки то не было. - Нет. – тихо, еле слышно ответил парень. - Ох, мальчик мой, ты беременный. – женщина вздохнула, положила руку ему на плечо, поцеловала щечку и показав Фреду на выход ушла. Уже в другой комнате возле окна, женщина снова тяжело вздохнула, она понимала состояние молодого парня. - Ему нужно сейчас побыть одному. ****** Шин подозревал о беременности, но почему-то думать о ней не хотел. Когда ему Хана сообщила, что его подозрения правда, он и не дрогнул. Все же его запах беременного слаб, но ведь он должен был принюхаться. Сейчас его глаза, не на что не реагировали, он думал. Парень встал из-за стола, и пошел в свою комнату. В комнате вышел опять на балкон, в лицо сразу ударил холодок. Шин вышел под дождик. Никто, ни солнце, ни луна, ни один человек, только сама природа, видела слезы Омеги. Он плакал, ведь теперь осознал, что никого у него нет. Почему родные его не ищут, или у него их нет? Бросили… А просто близкие? Бросили… А сам Альфа, который изнасиловал? Бросил… Такое чувство, что в этом мире он остался совершенно один… Все бросили… Нет. Парень медленно опустил руку на живот, провел рукой по нему. Он остался. Только это чудо в жизни способно осчастливить и опечалить, обрадовать и спасти… Оно осталось, не бросило, и юный папа будет оберегать, то единственное, что у него есть. Улыбка сквозь слезы… Когда Хана пришла в комнату Шина, то ее удивлению не было предела. Мальчик, укутавшись в одеяло, спал, но его руки были на животе, а у самого животика мальчишка разложил мягкие игрушки, которые ему покупала Хана, чтобы парень не грустил. Женщина мягко улыбнулась. "Все же молодец парнишка, не унывает, а только радуется, у него точно родится такой же солнечный и смелый ребенок" И женщина тихо покинула комнату, все же она видела мокрые дорожки от слез, она все понимает, она не бросит. Второй месяц… Реальность жестокая. Шин уже понял, что ему нужен постельный режим, а Хана продолжает ему выговаривать свое недовольство. Объясняем все по порядку. Первый месяц прошел, как уже поняли спокойно, и даже более чем хорошо. Но на второй месяц у парня начались головные боли. А через две недели после начала второго месяца Шин свалился с обмороком. И сейчас он лежит на своей кровати, и думает, что его головные боли никогда не прекратятся, если Хана будет и дальше орать на него из-за его безрассудства. Но он, ведь вышел только погулять, и потом поиграть с собаками. А еще эта тошнота, просто убивает. - Ладно, отдыхай. Уж думаю, после этого ты прекратишь так сильно бегать в твоем-то положении. – женщина тяжело вздохнула и ушла, оставив парня наедине. - Не думал, что это будет настолько тяжело. Ух, что же ждет меня впереди, а, малыш? – парень вздохнул, и погладил животик. Улыбка, для Шина стала постоянным выражением всех его мыслей. Он с самого понимания, что под его сердцем развивается новая жизнь, которая зависит от него, полюбил своего, и только своего, ребеночка. Третий месяц… Светло так. Красивый сад успокаивает и убаюкивает. Шин вдыхает эти прекрасные ароматы цветов, наконец-то они ему не противны. Он медленно гладит уже немного округлившийся животик. Сам Омега давно уже ждал, когда же животик будет кругленьким. Хоть он и не большой, а наоборот слишком маленький, а для него это неимоверная радость. Тошнота почти прекратилась, парень может немного лучше питаться, но вот излишняя усталость только прибавилась. Парень стал чаще спать, а когда не хотелось решал лишний раз с собаками пойти в сад, просто гулять Хана позволяет. Те уж очень заскучали. Хана по прежнему ничего ему не дает даже сложное делать, или помочь чем-то Фреду. И парню приходится спать, либо скучать. Позже женщина все же поняла, что парень не выдержит скуки и точно что-то да и наделает, не к добру. Поэтому она послала Фреда в город за книгами. Пусть учится, все, о чем она и думала. Поскольку, учебу он пропустит она поможет ему хотя бы чему-то обучится. Четвертый месяц… - Ох… - удивился Шин. – Хана-сан…. – он повернул голову к женщине, сидя на диване, и смотря на нее своими голубыми глазками, в которых плясали искорки удивления и радости. - Что такое? – Хана сидела напротив Шина и также, как и парень читала книгу. Подняла голову. - Кажется, малыш пошевелился… - парень положил руку на заметно округлившийся животик. Сейчас с его лица не сходила улыбка, искренняя и счастливая. Такого Шина Хана не видела еще никогда. Он был воистину великолепен, счастливый и с милой улыбочкой на устах. Все это время женщина внимательно наблюдала за парнем, и поняла, что ребенку действительно повезло с его папой. Хана также улыбнулась и смотрела, как смешно Шин гладит свой животик. Книги немного развеяли скуку парня, но надолго ли, а все равно теперь с таким раскладом он не заскучает. Но женщина придумала еще кое что. Пятый месяц… - Как будто в нем порхающая бабочка… - весело говорит Шин доктору, указывая на животик. Вот такой сюрприз приготовила Хана пареньку. Она вызвала знакомого доктора к Шину. Ей очень хотелось чтобы он осмотрел парня, а то всякое может быть. Сейчас беременный омега описывает ощущения в животе, когда шевелится малыш. Доктор был рад услышать, что малыш активно шевелится. Но послушав дальше рассказ мальчика, немножко задумался. - У меня такое ощущения, что ребенок в двух местах одновременно… - смех. - Пожалуйста, поясни как? – как-то серьезно обратился доктор к парню. - Ну не знаю, шевелится иногда и там.. – указал вниз живота. – и тут… - указал верх живота. - А потом резко может шевельнуться намного дальше, - задумался парень. - Вот как. Хана, ты бы не хотела свозить папашу на УЗИ? – серьезно сказал доктор, обернувшись к Хане. - Нельзя. – вздохнула женщина. – Извини. - Вот как. Но я все равно скажу. Шин, у тебя вероятней всего здесь, - указал на живот, – двойня. Женщина нисколько не удивилась, а парень…… - Малыши… - яркая улыбка и теплая рука Омеги на животе, - Невероятно... Шестой месяц… Желтый, красный, коричневый. Все эти цвета заканчиваются. Слишком уж в конце осени они напрягают глаза. Декабрь. А снега нет. Но эти цвета мелькают перед глазами. В беседке сидит Омега, тепло одетый, и с заметным животиком. Хана постаралась, чтобы омега не заболел. Шин любит снег, а его все нет. Теперь он и любит улыбаться, ведь это позитивно влияет на развитие малышей, так сказал доктор. - Я придумал, – парень закинул голову верх. И увидел, первый снег, – Я знаю! Мальчик будет Юки, – парень весело рассмеялся. – Да! А девочка Маеми! Маленькие, папа вам уже и имена выбрал, – заливисто смеясь гладил свой животик Омежка. Седьмой месяц… Скоро новый год. Хана готовилась к походу за подарками. А Омега стоял у выхода на улицу, держась за животик, и дулся на женщину. - Ну, пожалуйста! – надоедала беременная Омега. - Нет. Во-первых на улице сейчас слишком холодно, во-вторых нельзя чтобы тебя кто-то из твоих видел. – строго говорила женщина. - Они уже давно забыли обо мне, – надулся пуще прежнего. Омега уже давно все вспомнил. Но говорить о своей же глупости и доверчивости, он не желал. Почему не ушел от Ханы? А зачем? Все это время о нем никто даже и не вспомнил, никто не искал, хотя парень уже понял, что это не так уж и легко, но, наверняка, за полгода возможно, или нет? Он не обижается, и не осуждает своих друзей, все же они верные ему, и он их любит. К тому же парень не хотел чтобы кто-то знал о его беременности. Слишком это обернется хлопотно, поэтому он решил сначала родить, немного воспитать малышей, а потом может и наведается к друзьям, и к дяде. А пока он решил думать только о будущих родах, и воспитания. Но Хана все же заставила его написать письмо им. А дяде он не смог, тот сейчас за границей на целый год. Поэтому волноваться не будет, и знать тоже. Сейчас же Хана не хотела брать с собой парня ехать за подарками, она боялась, что с парнем может что-то случится. Потому, что там сейчас скользко. Захлопнув дверь перед самым носом Шина, женщина ушла. Это последний раз, когда Шин ее видел. Уже вечером в дом Судзуки звонят в дверь. Фред открывает дверь, мужчины в форме ему в лицо говорят, что мисс Судзуки Хана погибла в автокатастрофе. Дальше похороны. «А, ведь Хана-сан говорила, что скользко…» - последняя мысль Шина, а потом впервые за долгое время беременности он плакал. На похороны парень пойти был не в состоянии. Позже утром парню сказали, что все состояние и много денег госпожи Ханы переходит ему. Хана завещала все по документам, родственников у нее нет. Как она его любила. Эта женщина стала мальчику матерью. Восьмой месяц… После гибели Ханы, Шин долго не мог прийти в себя, но его беременность помалу возвращала его к жизни. Он понимал, что нельзя отчаиваться, иначе Хана не будет рада за него на небесах. За весь этот месяц он улыбнулся, хоть и грустно и измученно, но улыбнулся. «Ты сильный! Ты вытерпишь! Борись ради них!» - звучал голос Ханы в голове парнишки. Она здесь, она рядом, она обещала, что не бросит. В руки, которые лежали на животике стукнул малыш, который из них не ясно, но они поддерживают папу. И они скоро будут поддерживать его своими ясными глазками, когда родятся. Чаще Шин начал неуклюже себя вести, разбивал что-то, или просто не мог нормально пройти чуть не падая. Его животик изрядно изматывал. Хоть он и привык, но с огромным животом все же удается с трудом передвигаться. Малыши ведут слишком активную жизнь внутри животика. Фред наблюдал за парнем с легкой улыбкой. «Не сдается! Молодец!» - этот слуга не смог покинуть дом госпожи, он хотел закончить присмотр за только обретенным «сыном» госпожи Ханы. Мальчик с самого начала очень понравился Фреду. Девятый месяц… Уже почти конец девятого месяца. Осталась неделя до срока. Парню становится, как-то трусливо. Все же это первая беременность, еще и двойней. Сейчас он одет в теплую кофту и штаны, с шарфом на шее, и небольшой сумкой, сидит в беседке и смотрит на мокрую землю. Снег тает, скоро весна. В этот раз видимо она придет раньше. Его волосы сияют на солнце. Парень поднялся с места. Закинул на плече небольшую дорожную сумку. Уже возле выхода из двора дома Ханы, он обернулся и помахал ручкой Фреду. Фред знал, куда идет Омега, поэтому и не пытался остановить. Упрется, ведь, и все равно уйдет. - Не рожать же мне дома. Я боюсь. Ну все вперед, мои маленькие, в больницу! – бурчал Омежка, попутно гладя большой живот. И направился по тропинке к дороге. ****** - Что за…….. – Тору вынимает из почтового ящика письмо, на котором отправитель Мураками Шиничи. Тору быстро поднимается в свою квартиру, его Омеги нет дома, она сейчас у родителей. Парень открывает конверт и начинает читать: Привет, Тору! Это я Шичи. Не волнуйся, пожалуйста, за меня, со мной все в порядке. Я каким-то образом попал в одну знакомую мне деревушку, и нашел свою тетю. Она за мной присматривает, я пробуду у нее достаточно долго. Извините меня за то, что заставил тебя и Акеми поволноваться. Ты же знаешь меня, Тору. Доверься мне, и не ищите меня. Дяде не сообщать, что я пропал. Спасибо, вам! Только поверьте, я надеюсь на вас) P.S. Передай Акеми, что в клубе я просто потерялся) И все..... Тору вздохнул, откинулся на диван, улыбнулся. «Потерялся, да? Кого ты пытаешься обмануть, тот клуб ты с детства изучал. Ты знаешь его, как свои пять пальцев… Что же ты задумал, шалун? Но это хорошо, что с тобой все нормально, а то я думал, что всю Японию переверну, но отыщу тебя, обалдуя!» Смех Альфы, и снова тяжелый вздох. Потом позвонила Акеми, сообщила, что ей похожее пришло письмо. Альфе пришлось ей все по порядку объяснять, а потом и успокаивать, что с Шиничи все в порядке. Все закончилось довольно хорошо, но на сердцах остался осадок грусти. ****** Яркие лучи солнца пробиваются в огромный кабинет президента компании «Sayuto Company». На кожаном белого цвета диване спит брюнет. Его кожа настолько была бледной, что казалось она светится от яркого освещения в комнате. Но, как только лучи попали в лицо мужчине, он поморщился, а потом медленно открыл глаза в, которые резко забрались лучики, и начали слепить. Черноглазый все же соизволил подняться, и сесть на диване. Но в кабинет резко врываются... - Кано! - орет друг мужчины, Фудо. Президент, только потянулся, зевнул, и наконец перевел заспанный взгляд на друга. - Слушай, отец передал это дело тебе... - начал Фудо, показывая бумаги, которые держит в руке. - Отказываюсь! - быстрый ответ, и поворачивается к столу. - Да ты даже не выслушал... - начал было возмущаться Фудо. - Мне плевать. Твой отец никогда мне не дает нормальную работенку, я как-то обойдусь и от этой, - ровно говорит, направляясь к рабочему столу. - Эх... - вздохнул. Ну да, сколько бы он не оправдывал отца, Кано все равно не согласится, он просто очередной раз перебьет его. - Ну, и, что ты намерен делать? - Хочу съездить к дому одной знакомой. Она погибла. Говорят, что ее состояние отошло какому-то оборванцу, которого она подобрала случайно, - ухмылка, смотрит на стол, - Интересно, что за оборванец у нее там завелся. Он же каким-то образом смог растопить лед в ее сердце... Хм, - потом поднялся, и собрался идти. - Опять... - вздохнул Фудо, и пошел следом. Опять его друг хочет вляпаться во что-то. Ну не умеет он с тех пор, как, не может, забыть того загадочного омегу на одну ночь, держать себя в руках. Кано не забыл, он, наверняка, ждет, когда ему на блюдечке принесут этого Омежку. Сам же пытался найти его, но не зная имени, внешности, хоть каких-то определенных примет, невозможно отыскать невидимку. Но он пытался. А забыть его запах он не в состоянии, просто не может. Позже он понял, что влюбился. Больше в его постели не было не одной Омеги, других он просто не мог переносить, было жутко противно. Сейчас же он узнал, что в недалекой деревушке, знакомая ему модель погибла. А ее все деньги перешли незнакомцу. Кано решил навестить знакомого ему ее верного слугу, он-то точно все знает. Дорога не долгая, так что его просто тянуло туда. Он помнил, что в той деревушке, в том же лесу все началось... П/А: Дорогие читатели,извиняюсь за ошибки, моя бета где-то затерялась))) И да, я не очень знакома с беременностью, поэтому заранее извиняюсь за недочеты! (если понимаете, исправляйте меня) Приятного прочтения, очень жду ваших коментариев (ваше мнение мне всегда приятно, даже самое маленькое)***