Щеночек

И откуда только столько шпаны развелось? Гопники сраные! Кирилл бежит со всех ног: подошвы ботинок скользят по противной скользкой жиже, покрывающей узкие дорожки меж домами. Утром начался дождь и лил весь день - воды и грязи к вечеру было везде по колено. Что уж говорить о всяких подворотнях, где сроду никто асфальт нормально не укладывал. Зачем он вообще свернул? Шел же по тротуару вдоль дороги нормально. Идиот. Коротким путём, дворами решил до дома прогуляться. Поспешишь - людей насмешишь. И вот теперь ему просто несказанно весело, уже аж до боли в боку - несется как угорелый туда, где светлее, ближе к проезжей части, может там эти мудаки наконец отстанут: быстрее, еще немного, нырнуть в арку - и вон уже огни проспекта, рукой подать... Сука.

***

Другой раз он бы и не подумал останавливаться, какое его дело? Закон железных джунглей одинаково жесток ко всем, без скидки на возраст и обстоятельства, но пацан один, а их много, человек семь и у каждого второго в руке поблескивает бабочка. Загнали мальчишку и обступили плотным кругом, кто-то без замаха уже съездил храбро отбивающейся жертве в лицо кулаком. Сам не заметил, как зачем-то вывернул руль.

***

Догнали сволочи. Кирилл сплевывает кровь: губы разбиты и бровь еще кажется. А теперь, пока какой-то переросток завернул его в бараний рог - еще один из ублюдков, тот, которому он чуть раньше морду разбил, заряжает коленом прямо в солнечное сплетение. На ногах бы удержаться, но совсем что-то хреново. Дышать нечем. В добавок ко всему, ему точно бы сломали нос или скулу, но мудачье отвлекается, когда огромный джип въезжает в темную арку. Дальний свет бьет по глазам, машина резко тормозит. Кирилл слышит хлопок закрываемой двери и прокуренный бас верзилы, что держит его, обращенный к новому участнику действа: - Ты че за хрен с горы? Вали отсюда, дядя! У дяди с ними разговор короткий. Приподняв голову, Кир видит, что абсолютно все навострили уши. Силуэт "спасителя?" подсвечен мощным лучом фар монстра, на котором тот приехал. - Отпустите парня по-хорошему, - эхо усиливает голос и звучит он настолько впечатляюще, что шпана настораживается. - Иначе что? - Иначе узнаете, что такое по-настоящему нечестная игра. Пара отморозков, что ближе ко въезду, осклабившись двигаются в сторону мужика, решившего диктовать им свои правила. Через секунду их всех как ветром сдувает. Совсем. Оно и понятно: звук передергиваемого затвора ни с чем не спутать даже Кириллу, державшему в руках такую игрушку только пару-тройку лет назад в школе на ОБЖ. Ни хрена себе спаситель. А с ним что теперь будет? - Эй, пацан? - Это уже ему. - Живой? Кир стоит, привалившись спиной к холодной бетонной стене, утирает рукавом кровь с разбитых губ и думает выйдет ли притвориться ветошью. Жаль, не слишком похож. Он ощупывает подбитый глаз (вроде бы не сильно, заплыть к утру не должен, а то мама снова будет причитать) и хрипит, еле продышавшись: - Нормально. Судя по приближающимся шагам, на веру его слова не приняли. Или в принципе не в том дело, и это сейчас только что хищная рыбка побольше разогнала стайку маленьких пираний и просматривается к добыче. Но что с него взять такой акуле? Кир щурится на подошедшего мужчину, стараясь разглядеть не то его самого, не то его намерения. Впрочем, он никогда себя не считал большим экспертом. - Еле на ногах стоишь. Нехило они тебя отходили, а? - Не впервой, - Кирилл сморщившись от боли наклоняется, чтобы поднять валяющийся на земле рюкзак. Незнакомец громко не то хмыкает, не то усмехается, очевидно впечатленный его потугами казаться стойким оловянным солдатиком. - А ты смелый, - подмечает он. - Да, - соглашается Кирилл. - Смелый. Драпал от них дворами только пятки сверкали. - Любой бы поступил так же, гонись за ним свора бешеных псов. "А Вам что надо?", - хочет спросить парень, уже составляя план как бы удачнее драпануть еще раз. Вряд ли мужик кинет свою машину и погонится за ним. Но с одной стороны въезда та же тачка, загородившая почти все пространство, а с другой...кто знает, как далеко свалили те придурки. - Ты боишься меня что ли? - в голосе столько иронии, но какой-то больно уж теплой, и Кир ловит себя на том, что тоже начинает улыбаться. - А мне не следует? Конечно, с чего бы ему бояться? Мужика на огромном чёрном танке, да еще и с пистолетом. Каждый день с такими тусуется, ага. Но что ни говори, угрозы от него не исходит. Только ощущение какой-то силы. Мощи. Кирилл чувствует себя... в безопасности? Нет, он не уверен, что так. Но определенно заинтересован, хотя лучше бы не. - Сейчас точно не следует. Поверь, если бы мне было что-то от тебя нужно, я бы уже это взял. И как это понимать? Кир громко сглатывает. Откуда во рту вмиг взялось столько вязкой слюны? - Давай-ка запрыгивай, сам ковылять до утра будешь и точно нарвешься еще раз, а я вроде как теперь в ответе. Будет неприятно найти твой некролог в утренней газете. - В машину к незнакомому мужику с пистолетом практически под покровом ночи. Всегда мечтал, ага. - А ты дерзкий. Мне нравится. Вот только у таких обычно проблем полно. Кирилл хмурит густые брови. Что за наезды, он не понял. - Не обижайся. Это так, мысли в слух. - примирительно поднимает руки мужчина. - Ну, так что? Кир достает из рюкзака телефон (кроме телефона с него-то и взять нечего, вот бы гопари расстроились): сел гад. Ни позвонить, ни такси вызвать. Да и платить ему нечем, а скажи родителям что приключилось - разведут драму. И ногу он походу сильно подвернул, когда горным козликом через лавку перелетел, улепетывая. Самому до дома почти нереально добраться. - Ладно, - кивает он, отряхивая джинсы и куртку - изгваздался порядочно. - Поехали что ли, если не боитесь, что я обивку замараю.

***

- Ну, рассмотрел? - Извините, - бурчит Кир. "Не слишком и рассмотрел, в темном-то салоне", - думает мальчишка. А посмотреть было на что. У него оказывается очень светлые волосы, не похоже, что цвет натуральный, хотя Кир мало разбирается, и по-мужски привлекательные черты лица: не мягкие, но и не очень грубые (хрен знает сколько лет, так навскидку и не скажешь, похоже, что около тридцати с небольшим, может и меньше, а может...что угодно может быть). - Не извиняйся, все путем, - усмехается и сует в зубы...это зубочистка что ли? - И не выкай мне. Не в школе. - А я и не школьник, - отрезает парень. - Вот оно как? Взрослый уже? Кирилл закатывает глаза. Знает он эти разговоры про взрослых. Да и сам не то чтобы себя таким считает, не тогда, когда по факту на шее у родителей... Да, так и есть: какой из него взрослый? - Не парься ты, я просто пытаюсь поддержать беседу. Расскажи, к примеру, куда так поздно один ходишь? И что он так интересуется? Все ему расскажи. Кир безбожно врет. - На тренировке задержался. - Спортсмен, значит? Спортсмен, ага, только вот забросил тренировки. Сеструха теперь пилит постоянно по этому поводу, да и...он тоже скучает. - Вроде того. - А спорт? - Кэндо. Не ощутить на себе пристальный, брошенный искоса, изучающий взгляд просто невозможно. - Серьезно, - присвистывает блондин. Виснет пауза и Кирилл занимает себя тем, что рассматривает машину изнутри: круто, конечно, ему так не жить, и интерес его, само собой, без внимания не остается (такое впечатление, что с него вообще глаз не сводят, хотя абсолютно точно мужчина сейчас следил за дорогой). - Нравится? - На таких тачках ездят или политики, или бандюки, - парень презрительно морщит симпатичную мордашку. - Считай, что я бизнесмен. - Да уж, понятно какой вы...ты бизнесмен. Кириллов взгляд скользит по участку открытой кожи в глубоко распахнутом вороте чужой легкой куртки: все покрыто цветной вязью узоров аж до подбородка. - Что ж за бизнес такой? Мужчина усмехается. - Слишком много вопросов задаёшь, пацан. Скажи лучше, как тебя зовут? - Я что-то не слышал, чтобы ты представлялся. Да и с чего это я должен? - Какой хороший мальчик. Домашний, воспитанный. Знаешь, что нельзя разговаривать с незнакомыми дядями, и что в машину к ним лучше не садиться, но делаешь все наоборот? И дерзишь. Улыбка незнакомца становится хищной, но Кирилла почему-то...не пугает. Пожалуй наоборот. Притягивает. Он весь притягивает взгляд, что, единожды взглянув - уже не оторвать. Не только эта ухмылочка и зажатая в зубах зубочистка. Широкие плечи, большие сильные руки, крупные ладони. Татуировки эти. Если у него от груди до самого лица все забито, то где еще скрываются цветные узоры? "Тебе же нравятся дерзкие" остается не озвученным. Кирилл чувствует, как горят щеки, ерзает на сиденье и отворачивается к окну, застывая изваянием. Только бурчит себе под нос: - А выбор у меня был? - Ладно, не ершись. Нам вообще куда ехать? Кирилл непонимающе вскидывает на него взгляд. - Живёшь где? - А. - Точно, он же не сказал. Блин. Такому скажи, где живешь, потом спать спокойно перестанешь. - А может, я сбежал из дома? - Да брось. Такой хороший домашний мальчик? Пацан так громко и саркастически хмыкает, что сразу становится ясно: не такой уж и хороший, не такой уж и домашний. Что же. И это тоже интересно. Только с остальным рассказом не ладится. Кир вздыхает и называет адрес соседнего со своим дома. Незнакомец кивает, прикидывая видимо маршрут (недалеко в принципе), и продолжает. - Так что на счет имени? - Я же могу соврать, какая разница? И вообще...В любом случае, ты первый. - Действительно. Ладно, хороший мальчик, давай так. Можешь звать меня Драконом. - Серьезно, что ли? - парень приподнимает брови и старается не рассмеяться в голос: вот те на! - Это погоняло такое? В ваших кругах? - В наших кругах, Щеночек, - низкий хриплый голос осязаемо пробирается за шиворот куртки, проходится невесомым касанием по позвоночнику и разливается теплом у поясницы, вызывая неметафорические табуны мурашек, - меня еще и не так зовут. Кирилл смотрит в обращенные к нему удивительно светлые глаза будто загипнотизированный. - Мы приехали, кстати, - будто между делом замечает мужчина. Кир вздрагивает отмерев и понимает, что с момента, когда поймал этот странный, пронизывающий насквозь, до самых костей, взгляд своим почти не дышал. Действительно, машина стоит упершись монструозным носом в боковину перегородившей въезд во двор легковушки, кажущейся по сравнению с джипом игрушечной моделькой. - Да. Я... пойду. Он начинает суетиться, дергает застежку молнии на куртке резко, едва не защемив подбородок, неслышно чертыхается, подхватывает за лямку брошенный в ногах рюкзак и дергает дверь, чтобы убраться наконец восвояси от этого странного (случайного?) нового знакомого. Ручка не поддается. Черт! Как эта хреновина открывается, блять?! - Я так понимаю, - медленно, будто на распев тянет...Дракон, - номерочек у тебя просить бесполезно? - Эээ...что? - с ним сроду не случалось панических атак. Он спортсмен, всегда считал себя смелым, волевым и... коленки трястись начинают, сука, у него сейчас действительно этот крутой мужик на джипе "номерочек" попросил?! Привет, истерика! Будем знакомы! - Ничего, Щеночек, - змей понимающе ухмыляется, глядя на него потерянного, едва не начавшего стучать лбом в окно, чтобы поскорее уже выбраться из ставшего вдруг невыносимо душным салона. Тихий щелчок разблокировки раздается как гром среди ясного неба. Кирилл снова непроизвольно вздрагивает и замирает, пока мужчина медленно перегибается через него и открывает дверь. Бок сразу обдает прохладным воздухом. Все, свобода. Ноги в руки и бежать! Черта с два: будто прирос к сиденью. - Ну, до встречи, Щеночек? Почему он так близко? Как-как он его назвал? Кир смаргивает наваждение. - Вряд ли, - говорит он, осторожно выходя из машины. - А мне кажется, что мы еще увидимся, - подмигивает ему Дракон. - И не ходи так поздно один. Кивнув, парень быстро шагает в полутемный двор. Там, обогнув фасад, он уже выйдет к своему дому. Когда за спиной слышится шуршание шин отъезжающего джипа, он понимает, что на самом деле вовсе не против встретиться еще раз. Может, очень даже за. Кроме того, он так и не сказал спасибо.