Четыре туза

Парень стоял озадаченно и не мог поверить своим глазам. Поддавшись некому порыву, парень пошел вперед и снова остановился, тихо произнеся: — Ты… жива? Тут уже очнулась Киёми и произнесла с сарказмом: — Нет, мертва, просто галлюцинации. Ну, как видишь живая, а ты тут все неплохо обустроил. Ух ты, даже фотки наши убрал. — С легкой ухмылкой проговорила Вэл, снова осматривая квартиру. — Неужели девушку себе нашел? Ладно, ладно шучу. Ну что ты стоишь как не родной? — Ты… идиотка? — Эй~, чего так грубо, а? Чуя поддался вперед делая несколько быстрых шагов и схватив девушку за воротник, прижал к стене приставив к горлу нож. — Воу, воу какой опасный… — Проговорила она. — Может быть уберешь ножичек? Не очень то приятнo, когда тебе угрожают. У Чуи начинает буквально все вскипать до такой степени, что сдерживать свои эмоции просто не было сил. Нож коснулся гладкой кожи, впрочем Киёми даже не вздрогнула. Такие замашки не пугали девушку, хотя то, что холодное оружие приставил именно Чуя ее немного поразило. — Да как, ты можешь так спокойно говорить обо всем этом? Сначала померла, а теперь спокойно заявляешься ни с того ни с сего? Чертова интриганка! — Дышать стало тяжело. Нет, не из-за того, что он увидел живую Киёми, мертвое тело которой он держал собственными руками. А из-за большого количества нахлынувших эмоций, которые Чуя сдерживал долгое время. Девушка сначала тяжело вздохнула, и хотела начать кричать в ответ, но вдруг мило улыбнулась, вспомнив одну слабость, которая была у старого доброго Накахары. Хотя таковым его не назовешь, Вэл искренне считала парня, очень добрым и открытым человеком. Киёми приблизилась вплотную и поцеловала парня, на что Чуя сначала опешил, отчего кинжал полетел на пол. А после оттолкнул ее, от чего девушка ударилась затылком об бетонную стену. — Прекращай этот цирк! Я вообще-то вопросы задаю. Вэл наигранно вздохнула и сказала: — Ты ведь прекрасно знаешь, что я могу и убить тебя. Ну если захочу, конечно. Но да ладно, лучше расскажи, как у тебя дела? С этими словами она проскользнула мимо парня и уселась на край кровати и похлопав ладошкой рядом, тем самым позвав присесть. Чуя сел на указанное место, но продолжал укоризненно смотреть на Киёми, которая делала вид будто ничего и не случилось. Девушка поняла, что ей не отвертеться от разъяснений, потому решила, что хоть немного, но рассказать стоит. — Это… ну… в общем, это была необходимая мера, ты ведь и сам прекрасно знаешь что, происходило в Йокогаме последние пять лет. А уезжать просто так было бы скучно, ну я и устроила весь этот спектакль. — Шутя говорила девушка, но поняв, что такие штучки на парне больше не работают, начала рассказывать. — Тут, тигр, у вас появился. И в общем-то ему нужно было время готовиться, а мне время немного расслабить, от Мафии и в общем-то всей этой ерунды. Вот я, и якобы померла. — Говорила Вэл, так, словно говорила о вчерашнем ужине, а не о собственной смерти. — Если бы я просто исчезла, тебя бы тоже посчитали предателем. Просто зная тебя, ты пошёл бы за мной. А так, вышло почти идеально! — Ерунды? Я для тебя ерунда? И что значит идеально? Ты серьёзно так считаешь? — снова закричал разозленный Накахара, — Из-за твоей тупой беспечности, мне пришлось пережить это. Да я, работал как проклятый, дабы не думать о тебе. Даже со скумбрией пришлось работать! Ты правда считаешь, что это идеально? Ты не подумала ни обо мне, ни о организации. Просто «умерла»! Для тебя чужие жизни просто игрушки! Ведь так? Надоело? Взяла и выкинула, а человек страдает от твоих чертовых игр. — Ты тоже… тоже так считаешь? Что я это делала только по душевной прихоти? Ты серьёзно так думаешь? Я верна организации как никто другой! И тебе между прочим тоже! Думаешь мне было легко все эти пять лет, сидеть в другой стране, без тебя, без всех остальных? Ты реально считаешь что, я просто играю? Это было нужно! Нужно и всё! — кричала Киёми. — Знаешь, если ты так думаешь, то ты полнейший идиот! Мне совсем не нравится то, что я уехала. Бросила тебя, бросила часть себя! А знаешь что? Я ведь и плакать не могла! Потому что, все считают меня сильной! Мол слова не заденут такую как я. Только вот ты не прав! Я не хотела всего этого. Но такова моя судьба. Делать так, чтобы люди жили в мире и порядке. Или хотя бы просто жили. Я волнуюсь за жизнь каждого. И все это висит на моей шее, а все считают, что мне тут весело. Сделав минутную паузу, после такого «душевного» разговора, дабы немного отдышаться, она продолжила: — Но только тогда когда я вернулась, я подумала, что ты возненавидел меня. Или что нашёл другую! А знаешь я не думала об этом, просто потому что было страшно. Хотелось плакать, кричать, вернуться в конце концов! И кстати, я ведь была в Йокогаме, в тот день, ты очень долго работал у себя в кабинете. И знаешь, мне хотелось просто сорваться и обнять тебя. Сказать что, я жива, я в порядке, я рядом. Но в тот момент, ты внезапно улыбнулся человеку который вошел. Я даже не посмотрела кто это. Ты редко кому улыбался… И тогда, я на все оставшиеся четыре года забыла сюда дорогу. Накахара был шокирован словами девушки, ведь думал что, навсегда потерял ее. — Киёми… прости… я не хотел. Я не… обесцениваю твои решения, я просто был очень расстроен тем, что потерял тебя… —Да… ты… ты тоже прости меня. Я не хотела такого исхода. Но знаешь я не расстроюсь если ты нашёл себе девушку, все-таки, это значит, что ты смог двигаться дальше. — Киёми вдруг вздохнула смотря куда-то в стену. Как бы ожидая ответа. Снаружи девушка казалась безмятежной, но внутри она боялась услышать, что Чуя нашел ей замену. В какой-то степени она была бы счастлива, но… Да, она могла бы взглянуть в голубые глаза и увидеть прошедшие пять лет его жизни. Но страх увидеть любимого с другой остановил ее. — Нет. Нет у меня никого. — сухо ответил парень. Киёми тут же поцеловала его, как тогда, пять лет назад. Словно бросая вызов, и в этот раз, он принял его. Как бы показывая ей кто главный. В войне за доминирование, вступили два языка, которые, так и норовили, хоть немного по-доминировать друг над другом. Девушка, впрочем, иногда поддавалась. Когда, воздуха стало категорически нехватать, она так нехотя отстранилась. Киёми, пыталась отдышаться, такое чувство показалось ей в новинку. Накахара же, лишь пару раз тяжело вздохнув, спокойно стабилизировал дыхание. Чуя вдруг ухмыльнулся, что искреннее возмутило девушку: — Что смешного? — Да так, ничего. Просто главная соблазнительница портовой мафии, совсем не умеет целоваться. — Чего?! — возмутилась Киёми, но быстро осознала всю ситуацию и поняла что, он прав. За пять лет она совсем разучилась соблазнять или крутить парнями. Жизнь ведь не требовала. Деньги давались легко, с новой то способностью. — Ну… — протянула Киёми. — Тогда научи меня. Девушка снова поддалась вперед как бы говоря, что хочет еще. Но Накахара и не собирался отвечать ей, лишь усмехнулся и поднявшись направился на кухню. Поставив чайник, парень вышел и оглядев комнату заметил кучу пакетов и коробок. — Что за мусор? Твоих ведь рук дело? — недовольно спросил парень. Смущение которое было пару минут назад, исчезло в глазах девушки. Остались лишь, задорные пляшущие огоньки. Привычная загадочная улыбка. Но как бы сказала Нацуки: ''лживая до чёртиков''. Но остальные не замечали лжи за улыбкой девушки, что играло ей на руку. — Вообще-то это извинительные подарки. — сказала Вэл уже сидя на потолке, длинные волосы свисали вниз, а юбку, девушка придерживала гравитацией. Ей нравилось висеть у потолка, ведь тогда у её цели, не защищена, самая слабая часть человеческого тела — шея. Потому что, мозг защищен черепом, сердце и желудок ребрами. А как тогда убить человека с одного удара? йИменно, только в шею. Да, Киёми могла бы спокойно убить человека одной из сотни своих способностей. Но не смотря на свою лень, девушка ценила сам процесс убийства. Раздумывая о том, что Накахара сейчас очень уязвимый, и убить парня не составило бы ей никого труда, она совсем не заметила, как парень уже стоял на потолке вместе с ней. — Ну и долго ты собираешься тут рассиживаться, пошли смотреть на твои «извинительные подарки». — пробурчал Чуя, пытаясь отскребсти девушку от потолка ногой. На что Киёми просто прекратила использование гравитации, немного пролетев вниз, она тут же появилась на полу. Сразу же объяснившись, ведь раньше она использовала только одну способность: — Комбинирование способностей, я ведь не настолько ленива, чтобы не делать абсолютно ничего. — улыбнулась Вэл и тут же перевела взгляд на кучу упакованных вещей. — Как хочешь начать? По датам? Или по размеру? Или по важности? Парень вздохнул и спустившись вниз, немного устало произнес: — Всё такая же шумная, просто давай любой.

***

Минамия зашла в цветочный магазин чтобы, купить любимому человеку цветы, которые он так любил.  — Здравствуйте. — Поприветствовала девушку продавщица. — Какие цветы желаете приобрести? Нацуки уже знала какие цветы нужно купить, и когда заметила те самые, указала именно на них. — Мне пожалуйста вот эти. — Оо, белые и красные камелии! Парочки часто их покупают, так как на языке цветов означают как «Связанные крепкими узами». Погодите немного, я упакую их для вас. — Продавщица взяла несколько белых и несколько красных, и начала делать из них красивый букет. — Могу ли я поинтересоваться для кого предназначен этот букет? — С неким любопытством спросила она, давая в руки букет камелии. Нацуки взяла и посмотрела на цветы, что были столь прекрасны как его волосы и глаза. — Для человека… который никогда не сможет увидеть этот мир. — Шепотом произнесла девушка, на что продавщица озадаченно взглянула на нее, пытаясь расслышать ее слова. — Что, простите? — Нет, ничего. Благодарю за букет. — Отдав деньги, Минамия покинула цветочный магазин, направляясь к месту, где и должен лежать этот букет. Когда она пришла, то встала перед могилой на которой было высечено лишь одно имя. — Прошло 7 лет, а ты совсем не изменился. — Проговорила она, положив букет камелий на могилу. — Могила как всегда в хорошем состоянии. —Вздохнула она, косснувшись кончиками пальцев мраморного надгробия, где было высечено имя: «Oda S.».

***

Мужчина постучался к ней в кабинет, где Минамия собственно и работала с бумагами. Обычно она редко находится в этой комнате, но сегодня был день, когда девушка была не в настроении, что было заметно по ее ауре и взгляду. — Войдите. — Ответила она, и дверь открылась. — Редко тебя увидишь здесь. Что на этот раз случилось? — Спросил Сакуноске, заходя внутрь и закрыв двери за собой. — Сегодня много бумажной работы. Переходи к делу. — Слышался звук пишущего пера и печати, которые она ставила на бумаге. Ода не удивился кратким и четким ответам девушки, потому предпочел перейти к делу, но для начала… Он подошел к ней поближе и поставил перед ней клубничный шейк с горьким шоколадом. Минамия остановилась, подняв свой взгляд, посмотрела на мужчину стоящего напротив. — Пришел чтобы занести только это? — Тяжело выдохнув, она не стала откладывать работу и просто продолжила писать дальше, но чужая рука просто напросто отобрала перо, которым она только что писала. Ей это явно не понравилось, ведь она не любит когда её отвлекают от рабочего процесса. — Эй… — Во-первых, для тебя необычно работать здесь. Во-вторых, будь добра посмотреть на человека, который пришел навестить тебя. — Он отложил ручку в сторону, и положив ладонь на стол, облокотился на нее, приблизившись к лицу девушки. — Что ты хочешь от меня? — Недовольно посмотрела на него Минамия, скрестив руки на груди. — Сходи со мной в одно место. Может мы и работаем на Портовую Мафию, но и у нас есть время, когда можем отдохнуть. — У меня нет времени. Поэтому покинь кабинет. Обычно, она спокойно реагирует, а тут отвечает с некой агрессией и злостью. Мысленно сделав вывод, что у неё просто не задался день. Сакуноске привык к такому отношению, но такой оставлять ее был не намерен, поэтому схватив её за запястье, поднял со стула, прижав к стене. — Тц, руки убери. — Что произошло? Необычно для тебя выражаться в таком тоне. — Спросил Ода, не позволяя Нацуки уйти от ответа. — Не твоего ума дела. — Снова повторяется? До этого было тоже самое, поэтому заперлась в этой комнате, пытаясь утопить себя в работе? На… — Но не успев договорить, девушка вырвала руку и прописала пощечину. — Агх… с чего вдруг… — Но тут он понял, что девушка долгое время сдерживала свои эмоции, ведь всегда, когда убивала выглядила настолько безэмоциональной, что казалось будто она ничего не чувствовала, но, в какой-то момент у нее мог начаться срыв. — Проваливай… Пришел чтобы нотации мне читать? — Девушка начала повышать голос. — Нацуки… — Ода понимал, что невозможно быть роботом, который не имеет чувств, ведь как ни посмотри, Минамия была из тех людей, что ценила человеческую жизнь и не могла убивать по какой-либо прихоти. Мужчина коснулся места удара тыльной стороной ладони, а после попытался к ней подойти, хотя та была категорически против. Отталкивала, старалась не сорваться, не хотела ранить, ее чувства мог понять лишь он. Выставив руки вперед, Сакуноске обнял девушку, пытаясь успокоить и разделить с ней боль, которую она пытается нести в одиночестве. — Убрал, руки. — Девушка хотела оттолкнуть его, но сил практически не осталось, все-таки она очень устала. — Тебе нужно немного отдохнуть. Причина, по которой я пришел к тебе… я просто хотел чтобы ты отдохнула от работы. Я вижу как тебе тяжело. Ты стараешься не делиться ни с кем своими переживаниями, и пытаешься утопить себя в работе. Я… знаю это чувство. — Положив одну руку на затылок, Сакуноске начал поглаживать ее по голове, а другую на талию прижав к себе покрепче. — Позволь мне разделить с тобой боль и печаль. Я хочу понять тебя и быть рядом с тобой в нужный момент, Нацуки. — Слова Оды по какой-то причине согревали холодное сердце Минамии. Она не желала принимать кого-либо или же впускать в свое сердце, но этот человек смог дать ей то, чего она больше всего боялась приобрести. Доверие и преданность. Девушка на удивление успокоилась, но не решалась обнять мужчину в ответ. — Не неси тяжелое бремя в одиночестве. — Это были те слова, в которых Минамия нуждалась больше всего. Этот человек… принял ее такой, какая она есть. Благодаря этому, он смог растопить сердце холодной девы, хотя многие и считали что, Нацуки не способна кого-либо полюбить. Рука девушки легла на его спину, подавая знак того, что все в порядке. — Снова ты за свое.

***

Нацуки могла очень долго находится у его могилы, просто молчать и смотреть на высеченное имя. Воспоминания нахлынули, сразу захотелось вернуться в прошлое, но это было невозможно и Нацуки прекрасно понимала, что мертвого не вернуть к жизни. — Ода… Девушка пробыла около его могилы почти до самого утра. Так было и пять лет тому назад. Она поспала всего пару часов, но при этом совершенно не чувствовала себя сонной. Все-таки Минамия привыкла спать очень мало, но все же без Оды, мир совершенно потерял яркие краски. Нежные руки что касались ее щеки, нежная, красивая улыбка, что согревала душу. Всего этого… больше нет. Только иногда её жизнь скрашивал один хороший человек. И за его жизнь, жизнь этого человека, она была готова молиться. Просто чтобы он жил, и не покинул её так же как и Ода.

***

— Чуя, ну как тебе? — Киёми сидела на краю кровати, болтая ногами и мило улыбалась. — Я старалась при выборе. Накахара лишь ухмыльнулся и продолжал открывать коробку, которую Вэл долго и усердно запаковывала. От каждого подарка оставалось куча упаковки. Парень, конечно сначала очень возмущался, но девушка заверила его, что мусор вынесет сама. — Эх, неужели прям не нравится? — Нравится конечно, просто, мне все еще кажется это сном. — заявил Чуя. — Что именно? Количество? Слишком много? Мало? Стоило взять больше?  — в привычной манере заговорила Киёми. — Что тебе кажется, таким нереальным? — Ты. — Хааа? Я? С чего это? Я тут. Перед тобой, вообще-то. — Я видел твое бездыханное тело своими глазами. — тяжело ответил Накахара, руки невольно задрожали, но голос не дрогнул. — Даже пульс сам проверил, дважды. — Знаешь как говорил один мудрый человек? — вдруг лицо девушки стало серьезнее, в одно движение она оказлась прямо перед парнем. Она схватила дрожащие руки и мягко улыбнулась. — Мы доверяем своим глазам — но им нельзя верить; мы полагаемся на свое сердце — но и на него не стоит полагаться. — Всё равно не верю… — сказал Чуя, но руки не отпустил. Тогда уже Киёми не стала молчать. Она вдруг подскочила на ноги, попутно отпустив парня и возмущенно заговорила: — Что я должна сказать? Или сделать? Обнять? Поцеловать? Заняться с… — не успела девушка договорить как её усадили рядом и обняли со спины. — Всё таки обнять? Или ты пошёл по списку перечисленного? — Заткнись. — отрезал парень, продолжая обнимать. — Хорошо, только дальше по списку поцелуй и инти… мгх — Рот заткнули ладонью в перчатке. Киёми усмехнулась и лишь удобнее уселась в объятьях. Взгляд метался по комнате. Внутри заиграла ностальгия, раньше квартира казалась тесной, хотя не удивительно. Для ранее живших тут четырех человек это, и правда очень мало. Но Вэл нравилось такая жизнь. Сейчас же, пообщаться спокойно с той же Нацуки, будет проблемно. «Жизнь расскидала» — так выразилась Киёми когда, половина их команды ушла. В одну ночь ушли двое из самых сильнейших людей организации. Но сейчас уже ничего не поделаешь. Взгляд скользнул дальше, на полки с одеждой. Он появился тогда, когда Киёми с Чуей остались вдвоем. Да и впрочем, квартира сильно изменилась после ухода Осаму и Нацуки. Но после ухода Вэл, квартира заметно опустела. Нет, она не забирала ни единую свою вещь. Накахара их бережно сложил и отдал в приют, как и завещала сама девушка. На самом деле, завещание она написала еще в пятнадцать. Объяснив это тем, что она работает в мафии, а гарантий на долгую жизнь никто ей не давал. Парень конечно был не в восторге от таких мыслей девушки, но возражать не стал. Так сказать пригодилось. Но от того не радостней. Себе, парень оставил только Киёмину любимую подушку-кота, которая на деле была длинней девушки. Но в этом и был её плюс. — Что замолчала? — раздался усталый, хриплый голос. — Сам же сказал заткнуться. — ответила Киёми, она всё еще находилась в объятиях. Ей вдруг подумалось, что Чуя и раньше обнимал её. Но сейчас любое ее движение отзывалось более крепкой хваткой. Парень никогда не показывал свою любовь или привязанность на людях, что не скажешь о его спутнице, особенно в прошлом. В первый месяц отношений, Вэл, вечно липла к парню, при любой возможности. И однажды прямо при его подчиненных поцеловала его. Тогда Чуя сильно накричал на девушку. Киёми, это очень задело, она лишь тихо извинилась и ушла. После, Накахара еще долго извинялся и объяснил ей, что личность он не публичная. Да и вообще, он — один из руководителей Портовой мафии, и телячьи нежности это не для посторонних взоров, с его то статусом. Вэл, конечно тоже не была простой наемницей, но на чужое мнение ей было все равно. Однако, чувства своего партнёра, она поняла и согласилась с ним. — С каких пор ты делаешь все, что я скажу? — удивился Чуя, отпуская девушку из крепких объятий. — Ну раз так, то поднимайся и собирай мусор от своих подарков. — Это была разовая акция. Тем не менее, подарки твои! — заявила Киёми и тут же исчезла под теплым одеялом. И завернувшись поудобнее в большой кровати, наблюдала за Накахарой. Парень лишь тяжко вздохнул и приступил к уборке. Спустя час комната была в идеальном порядке, а ужин был почти готов. — Эй, поднимайся, пошли ужинать. — позвал девушку Чуя, накрывая на стол. Но ответ так и не поступил. Подойдя к кровати, Накахара увидел мирно спящую Киёми. Улыбка непроизвольно появилась на его лице. Накахара укрыл Вэл теплым одеялом чуть ли не с головой, и приглушил свет. Сам парень ушел на маленькую кухню, дабы поужинать. После приняв душ и переодевшись, лёг рядом. На лице Киёми выражалась мягкая улыбка, она редко так улыбалась. Обычно, это были ухмылки или злые усмешки, а чаще всего наигранно-натянутая улыбка. — Я всё еще твоя девушка, верно? — внезапно раздался голос девушки. Чую удивил такой внезапный вопрос, да и тот факт, что она проснулась от такого малого шороха. Но все же ответил: — Тебе от меня так легко не отвертеться, ты все ещё моя.