Люби только меня, Аманэ.

POV Tsukasa. Ах, как я и думал, Аманэ на крыше... Как это удобно, знать все его привычки. Оххх~ Какой же он всё таки красивый... The End POV Tsukasa. – Аманэ! — крикнул Цукаса, привлекая на себя внимание брата, который сразу дёрнулся, увидев Юги-младшего. – Ц... Цукаса...

***

Утро было обычным. Минамото лениво шагал по коридору, проклиная старшего брата за то, что он разбудил его так рано, и ему теперь придётся шляться по школе, дожидаясь других учеников, ну или хотя бы Ясиро, Ханако. Честно, он бы сейчас даже с седьмой тайной поговорил по душам, но он будто пропал. Протерев глаза, Коу зевнул, после чего услышал странный звук. Похожий на тот, когда человек стоя на тумбочке, по несчастному случаю падает на пол, ударяясь головой о твёрдую поверхность (не спрашивайте, откуда Коу знает этот звук). Несколько раз ударив себя по голове ладонью, Минамото-младший пытался понять, померещился ему этот звук или нет. Если да, то здравствуй социальная шизофрения! – Ай, блин... — услышав чей-то голос, блондин всё же понял, что ему не послышалось. Направившись в сторону, где слышались периодические руганья, Минамото увидел весьма забавную картину: розововолосый паренёк лежал на полу, всё его лицо было испачкано красками и блёстками. – О, мальчик со странной ПДД-серёжкой! — крикнул Мицуба, указывая на Коу пальцем. – Эй! Сам ты странный... А ну, я тебя!.. – Стой, ты хочешь меня изнасиловать? Как в гей порно про гоблинов? — Сделал грустное и невинное лицо розововолосый, будто бы сейчас говорил не о популярном гей порно, а о маленьких щенятах, которых выбрасывают хозяева. – Чт... да пошёл ты! — весь покрасневший – то ли от стыда, то ли от гнева – Минамото ударил Соскэ первым попавшемся предметом. Это был учебник алгебры. – Ай, придурок, больно же... — И тут паренёк уже начал плакать, из-за чего блондин опешил и растерялся. Он много раз видел, как Соскэ плакал, но сейчас он выглядел таким... таким... хрупким? – Мицуба... — Коу сел рядом с розововолосым, приобнимая за плечи. – Ты это... прости. Они просидели в тишине не более пяти минут, и вот Минамото-младший решил ещё раз извиниться, но заметил, что у Мицубы дрожат плечи. Ситуация ухудшилась. – М-Мицуба! Пожалуйста, прости! Коу правда искренне просил прощения, и когда он извинился уже в десятый раз, Соскэ не смог удержать себя в руках и... стал ржать как конь. – Да ты!..

***

– Ц... Цукаса... – Да я, я! — Улыбнулся младший, вовлекая старшего в объятия. – Осторожно, уп-падём же... — В ответ обнял брата Ханако, пока его щёки покрывались пунцовым румянцем. Услышав от младшего что-то вроде «ой, да не упадём», Аманэ сглотнул. И не просто так. – Слушай, Ц-Цукаса, у меня дела, извини, мне пора идти, — еле проговорил Юги-старший, пытаясь отлепить от себя брата. Но тот лишь усмехнулся и сказал: – Да, ты прав, братик, на кровати будет более удобней.

***

Ханако дрожащими пальцами расстёгивал золотые пуговицы гакурана, что получалось у него плохо. – Ты всё такой же не терпеливый и неуклюжий, старший братец, — уже немного нервно сказал Цукаса, принимаясь сам расстёгивать пуговицы. Разобравшись с гакураном, Юги-младший просто не выдержал и буквально разорвал ткань рубашки и отбросил куда подальше. Оставшись без верхней части одежды, Аманэ залился краской пуще обычного, но всё же не затупил и сам притянул к себе Цукасу, вовлекая в детский поцелуй, точнее, просто касание губ друг об друга. Умильнувшись такому, Юги-младший всё же взял на себя инициативу, проникая языком в аккуратный ротик брата. Языки братьев Юги сошлись в страстном танце, и если при жизни им бы не хватило воздуха, то сейчас всё по-другому. – Ц-Цукаса... — простонал прямо в поцелуй Аманэ, когда младший провёл пальцем от живота до паха, сжимая там же руку. Цукасу удовлетворила реакция брата. Но ему всё хотелось большего. Чтобы Аманэ стонал его имя и молил дрочить ему каждую, чёрт побери, секунду. Отстранившись от столь прекрасных губ, Цукаса решил уделить внимание шее старшего. Наклонившись, Юги-младший сначала оставлял лёгкие поцелуи, но оказавшись около ключицы, зубы сами прокусили тонкую кожу, вызывая у Ханако боль и шипение. Немного остранившись от шеи, Цукаса стал рассматривать оставленный им же след, или точнее, метку. Уже после того, как он налюбовался этим «следом», младший слизнул поступающую кровь, из-за вкуса чего ему окончательно сорвало крышу. Он с силой надавил на плечи Аманэ, впечатывая того в кровать и не обращая внимания на то, что его брату больно. Впрочем, как и всегда. Цукаса начал поспешно снимать с себя одежду, и Ханако, конечно, сделал то же самое. То есть снял свои брюки, красные носочки и нижнее бельё, ведь от верхней части избавились ещё давно. Наконец увидев, что у младшего был просто сумасшедший стояк, Аманэ сразу понял, что делать. Он откинул Цукасу так, чтобы он был в полулежачем положении. Юги-младшего немного удивили его действия. – Аманэ, мой Аманэ...~ Сев между ног младшего, Ханако раздвинул его ноги и наклонился к пульсирующему члену брата. Нет, он не умел делать минет, но он постарается. Аманэ слегка приоткрыл рот и приблизился к члену, но не решался хоть как-то вступить с ним в контакт, словно согревая половой орган брата своим дыханием. Поняв, что Цукаса долго не вытерпит и сам станет вдалбиваться в рот старшего, Ханако, высунув язык, слегка дотронулся до основания, словно дразня. Цукасу это бесило, но и в то же время нравилось. Проведя по всей длине языком, он взял кончик достоинства брата в рот, чем вызвал у того сдавленный вздох. Аманэ стал более уверенней и взял в рот наполовину, двигая головой вверх-вниз, вызывая у брата нечастые, но стоны. Через несколько минут рот Ханако был заполнен семенем брата, которую Аманэ успешно проглотил. Притянув своего Аманэ к себе, Цукаса затянул его в поцелуй, но долго он не длился, ибо Юги-младший навис над братом, как можно шире раздвигая его ноги. Взяв с тумбочки уже ранее подготовленную смазку, Цукаса выдавил себе на кончики пальцев прозрачную жидкость, сразу преподнося их к анусу старшего. – Цукас- – Я буду нежен. Хотя не обещаю. Аккуратно вставляя один палец, младший взял в свободную руку агрегат брата, отвлекая его от некомфорта внизу. Вошёл второй палец. Цукаса начал медленно ими двигать, но не сдержался и просто уже во всю трахал дырочку Аманэ своими пальцами. Старший периодически съёживался от боли, но когда Цукаса задел простату, то Ханако сам начал насаживаться пальцы. Решив, что его старший братец готов, Юги-младший вынул пальцы — из-за чего недовольно вздохнул Аманэ — но вместо них преподнёс к аналу старшего своё мужское достоинство. Резко вошёл на половину – услышал крик боли. – Цукаса, больно!.. Резко вышел – тяжёлый вздох. – Ох, медленнее... Резко вошёл и начал двигаться медленнее — уже сдавленные стоны удовольствия. –М-м... Задел ту самую точку — «о боже, да, Аманэ, кричи громче! Кричи моё имя!» – Цукаса! Ц-Цукаса..! Быстрее... пожалуйста... Цукаса наращивал темп, всё сильнее вдалбливаясь в брата. Спустя время он почувствовал на члене что-то тёплое и жидкое, и остановившись, посмотрел вниз. – Порвал... – Порвал.

***

Прижимаясь к брату, Цукаса вздыхал его запах. Аманэ такой милый, когда спит... нет, он всегда милый, но когда спит, он выглядит как ангел... возможно, он и есть ангел, но кто знает. Чмокнув братика в щёку, Юги-младший прижал его к себе сильнее, боясь снова потерять, и уснул.