Heirate mich.

Едва выйдя из аэропорта и сев в такси, которое повезло его домой, Рихард включил свой мобильный телефон, все эти две недели пролежавший отключенным в его нью-йоркском доме, с намерением тут же позвонить Шнайдеру, но прежде, чем он успел сделать это, стали одно за другим приходить сообщения его мобильного оператора о поступавших на его телефон звонках. Похоже, ему звонили бессчисленное количество раз. Тилль, Олли, Пауль, Кира, даже брат Шнайдера, за последние четыре дня каждый из них звонил ему по несколько раз в день. Что им всем так срочно от него понадобилось? И только Шнайдер, единственный, чей звонок сейчас мог иметь для него огромное значение, ни разу не позвонил ему. Ну что же. Он сделает это сам. "Абонент выключен или находится вне зоны доступа сети." Рихард разочарованно вздохнул. Ему так хотелось услышать голос любимого мужчины, сообщить ему о том, что он уже прилетел в Берлин, что он безумно соскучился, безумно хочет увидеть его, и сказать ему, что он приедет к нему прямо сейчас. По дороге домой Рихард звонил ещё два раза, и всё тот же женский голос давал ему автоматический ответ:"Абонент выключен или находится вне зоны доступа сети." Оказавшись дома, Рихард тут же пересел в свою машину и поехал к Шнайдеру. Дверь дома открыла Констанц. На ней было строгое чёрное платье со скромным вырезом, поверх волос повязан чёрный шёлковый шарфик. Вокруг глаз красные следы от продолжительных слёз. - Привет! - произнёс Рихард, в первые секунды не придавая значения её внешнему виду. - Здраствуй, Рихард, - тихо ответила Констанц. Рихард вошёл в дом. - Ты что вся в чёрном, как будто кто-то умер? - шутя, улыбнулся Рихард. Констанц тяжело вздохнула. - Кто-то действительно умер, - так же тихо произнесла она. Улыбка сползла с лица Рихарда. Его сердце пропустило медленный удар. - Что... Что случилось? - Рихард, мы пытались сообщить тебе... Мы много раз звонили тебе на мобильный, мы звонили в твой нью-йоркский дом, мы обзвонили твоих друзей, всех, кого знали... Тебя нигде не было... Ты словно куда-то исчез... - О чём... О чём сообщить?! - с прервавшим его нервным спазмом выдохнул Рихард. Констанц снова тяжело вздохнула. По её щеке побежала слезинка. - О Боже мой... Рихард... Так сложно в очередной раз произносить это... Она всхлипнула. - Что случилось?! - требовательно повторил Рихард. Констанц медлила, не решаясь что-то сказать ему. Она сжала ресницы, и теперь уже несколько слезинок побежали по её щекам. Сердце Рихарда учащённо забилось в груди. - Что случилось, Констанц?! Говори сейчас же! - не выдержав, выкрикнул он. - Крис был в ночном клубе, - наконец, начала рассказывать сестра Шнайдера. Она запиналась, было видно, что каждое слово даётся ей с определённым трудом. - Он перебрал со спиртным, но это не остановило его, он сам сел за руль своей машины и поехал домой... Полицейские потом сказали нам, что он значительно превысил скорость! Очень сильно превысил скорость!.. На перекрёстке он спровоцировал аварию, он врезался в микроавтобус. Он не был пристёгнут и... Авария была очень серьёзная... Машина перевернулась на проезжей части несколько раз, он кувыркался внутри неё, было несколько очень сильных ударов головой... Один из них стал смертельным... Крис скончался... О Боже мой, он скончался практически моментально! Когда на место аварии приехала "скорая помощь", было уже поздно, врачи уже ничего не смогли сделать!.. Констанц разрыдалась прямо у Рихарда на глазах. Сквозь рыдания она продолжала: - Мы все были в шоке, когда нам сообщили об этом!.. Я до сих пор не могу поверить, что его больше нет, Рихард!.. Похороны состоялись вчера!.. Мы пытались сообщить тебе, но... мы не смогли найти тебя!.. Присутствовали все: его родные, все его друзья, невероятное количество ваших фанатов!.. Из-за фанатов похоронная процессия была огромна, было даже приостановлено автомобильное движение на всех улицах, ведущих к кладбищу!.. Криса хоронили словно национального героя, роскошно, невероятно роскошно!.. Потрясающе, что такого огромного количества человек коснулась наша боль, тех, кого Крис при жизни даже не знал!.. Рихард побледнел, побледнел настолько, что даже его губы стали практически белыми, внутри него стал расползаться леденящий холод. Он недоверчиво помотал головой. Всё его существо протестовало, оно отказывалось принимать подобное. - Констанц, ты сошла с ума! - выдохнул Рихард. - Что ты несёшь?! Того, о чём ты сказала, не может быть! Этого не может быть, потому что... потому что просто не может быть! Это нереально! - Рихард, я понимаю... понимаю, как сложно, как страшно поверить в то, что Криса... с нами больше нет! - сквозь рыдания выдавила из себя Констанц. - Но это произошло, и мы... мы ничего не можем исправить!.. Нам остаётся только принять это и... и пытаться жить с этим дальше!.. - Ты с ума сошла! - выкрикнул Рихард. Он схватил Констанц за плечи и грубо встряхнул. - Скажи, что ты придумала это! Скажи, что это всё неправда! Скажи, скажи, что это всё неправда! Он резко отпустил испуганную женщину и бросился в гостиную. - Крис! Крис, где ты?! Вы ведь просто хотели разыграть меня, да?! Вам это удалось! Выходи и давай посмеёмся вместе! Крис! Крис! Рихард лихорадочно оглядывался по сторонам, не зная, куда именно броситься искать своего любимого мужчину. Где он прячется от него? Должно быть, он вовсю веселится, наблюдая за тем, как он напуган! И уже в следующее мгновение Рихард потрясённо замер, во все глаза уставившись на большую фотографию Шнайдера, стоящую на столике, угол которой опоясывала чёрная траурная лента... Эти очаровательные тёмные кудряшки, эти небесно-голубые глаза, эта обожаемая им улыбка! Его обожаемый мужчина, самое дорогое для него существо на этом свете, такой сияющий, такой неописуемо красивый для него, смотрел на него с этой фотографии... Фотографии, которую опоясывала чёрная траурная лента!.. Сердце Рихарда сделало медленный удар и после этого.. кажется, совсем перестало биться. Ледяной холод внутри него увеличился и разросся, он моментально расползся по его груди, по рукам и ногам, захватив всё его существо, безжалостно сковав его. Рихард задохнулся, он судорожно втягивал в себя воздух, так, словно каждый вдох давался ему с огромным трудом. Он стоял на месте и во все глаза смотрел на траурную фотографию, не в силах сделать ни малейшего движения. Подошедшая сзади Констанц обняла Рихарда и уткнулась ему в плечо. Она перестала рыдать, теперь только часто, судорожно всхлипывала. - Рихард, я... Я не знаю, что ещё сказать... Это так страшно!.. Его не стало в одно мгновение!.. Настолько неожиданно!.. Мы... Мы все никак не могли ожидать подобного, мы не были готовы к этому!.. - Где... Где он... Голос Рихарда сорвался. Он не смог заставить себя произнести это страшное слово "похоронен". Констанц назвала кладбище, номер ряда и места. Рихард выскочил из гостиной, как сумасшедший выбежал из дома, прыгнул в свою машину и помчался по вечерним улицам Берлина. - Всё так не закончится! Всё так не закончится! Не закончится! Не закончится! Не закончится! - отчаянно шептал Рихард. - Так не должно было быть, Крис! Я ждал от тебя не этого! Я ждал от тебя совсем другого! Я знал, что ты дашь мне положительный ответ, я знал, что мы с тобой обязательно будем вместе! Но вмешалась смерть, она забрала тебя!.. Нет! Нет! Нет!.. Я не позволю ей этого! Я отниму тебя у неё! Я всё исправлю! Я верну тебя! Я верну тебя! Когда машина Рихарда подлетела к решётчатым воротам кладбища и резко затормозила, они были уже закрыты для посетителей. Выскочив из машины, Рихард бросился к воротам, отчаянно подёргал их, затем принялся перелезать через них. Он спрыгнул на территорию кладбища. Через сгустившиеся вечерние сумерки Рихард бросился бежать по главной аллее в поисках нужного ему ряда. В этом напряжённом до предела эмоциональном состоянии он включил все свои сверхспособности. Чем дальше Рихард летел как сумасшедший вглубь кладбища, тем всё более и более сгущалась окружавшая его темнота, но он без труда различал мелькавшие перед ним таблички с указанием рядов. Наконец, показался тот, который был ему нужен. На бегу Рихард резко свернул на него и понёсся мимо многочисленных могил. Вскоре Рихард резко остановился, замерев перед свежей могилой. Сердце, итак отчаянно колотившееся у него в груди, теперь, казалось, готово было разорваться от мгновенно охватившей его невыносимой боли. Рихард во все глаза смотрел на роскошный деревянный крест в изголовье могилы, на холм свежей земли, утопающий в не менее роскошных венках и цветах, на фотографию с обожаемым лицом, обрамлённым тёмными кудряшками, на остатки догоревших свечей. Внутри него поднималась буря. Буря негодования и протеста против такой мерзкой выходки судьбы. - Нет! - выдохнул Рихард. И тут же что есть силы закричал: - Нет! Нет! Нет!!!