Любить надо так...

***

Бар, полный «счастливый» людей, встречает новых посетителей, что спешат как можно скорее отбросить все свои проблемы и переживания и запить их самым крепким виски. Стоит кому-либо только открыть дверь заведения, в нос ударяет запах алкоголя и табака. Атмосфера внутри так и шепчет: «Видишь там, на третьей полке, стоит прекрасный, дорогой и о-о-очень живительный коньяк? Возьми себе его, возьми! Давай же!». Как только поднимается первый шот, за ним, не отставая, идет второй, третий и так по нарастающей. Люди, пьянея, забывают о своих проблемах и переживаниях, что все равно рано или поздно встретят их за пределами бара, стоит им лишь выйти наружу. Они окутают их с головой, усиливаясь под действием алкоголя. Важно, чтобы кто-нибудь близкий находился рядом с тобой в этот момент. Именно поэтому сейчас со мной лучший и самый близкий друг — Юнги. Он всегда рядом со мной. Мы есть друг у друга и это круто. Но сегодня повод нашей встречи не самый радостный: я развелся с женой… Да, мы были в браке всего год, но это совершенно неважно,ведь я думал, что это навсегда. Так в чем же проблема?.. Взяв в баре бутылку виски, мы сели за самый отдаленный столик, скрывшись от посторонних глаз. Мин сразу же открыл ее и разлил алкоголь по бокалам. Тяжело вздохнув, я залпом опустошил свой. После этого по телу пробежалось терпкое, обжигающее и разгоряченное ощущение. Юнги, сделав все тоже самое, заглядывая прямо в мои глаза, сказал: — Ну давай, расскажи мне, что у тебя случилось. Разочарованно покрутив бокал с виски в руке, оставляя полупрозрачные следы от алкоголя на стенках, я с шумом поставил его на стол. Кулак непроизвольно сжался так, что костяшки на руках побелели. Отчаянно хватая себя за волосы, я с тяжелым вздохом ответил: — Мы с Т/и развелись 4 дня назад… Мин резко поменялся в лице. Глаза его округлились до размера самой большой монеты. Налив себе очередную порцию алкоголя, он выпил ее залпом так, будто в бокале была вода, а не крепкий виски. — Я говорил тебе, что в один день этим все может закончится, Чимин… — неожиданно для меня, бросил он. — Херову тучу раз повторял тебе это… Я не знал, что ответить. Все мысли словно испарились из моей головы. Было непонятно, что Мин имел в виду, говоря это. Выдержав какую-то паузу, я снова отпил виски. Делая последний глоток, задал ему вопрос. — Что ты хотел сказать этим? Объясни мне, Мин. Абсолютно равнодушно, без единой эмоции, Юнги посмотрел на меня. Но в его глазах потемнело, брови сдвинулись к переносице, а уголки губ опустились. Оперевшись головой на ладонь, Мин произнес: — Насколько сильны чувства? — С чего ты взял, что они ещё есть? Т/и ведь подала на развод. Это ли не ответ на твой вопрос? — Думай, Чимин, думай, — тихо сказал Мин, откидываясь на спинку кожаного дивана. В голове пронеслись все наши совместные года жизни, 6 лет… Она готовила для нас двоих вкусный завтрак, а я обед и ужин. Т/и заботилась обо мне когда я болел, и наоборот. Мы смотрели вместе фильмы, читали друг другу книги. Я провожал ее на работу и встречал на обратном пути, неся в руке ее туфли на высоком каблуке, ведь она сменила их на удобные тапочки, что я принес ей. Когда кому-то из нас было тяжело, мы всегда спешили на помощь, будь то предоставление «жилетки для слез» или просто чашечка чая для успокоения. Мы проводили вместе и счастливые дни, и те, в которые хотелось умереть от навалившихся проблем и трудностей, выход из которых мы всегда находили вдвоём. — Она очень любила меня, очень сильно, — сказал я, прервав свои воспоминания. — Очень сильно любила… А потом что-то случилось, но вот что… Она изменилась, стала совершенно другой. Что же так повлияло на нее? Новый мужчина? Что? Кто?! Я снова задумался, слыша в ответ лишь раздраженный вздох Юнги. Он потирал лоб, будто пытаясь сформулировать свои мысли так, чтобы до меня дошло наилучшим образом, и через несколько секунд сказал: — Пак, ты вроде не глупый парень, а сейчас конкретно тупишь… Если виски так действует на тебя, то я больше не наливаю, — его раздражение сменилось смехом. — Я говорил не о Т/и: в ее чувствах я уверен больше, чем на сто процентов… — Ты обо мне, верно? — прозвучал из моих уст вопрос, на который не требовался ответ. — Я люблю ее, ужасно люблю… Мин, снова откинувшись на спинку дивана, скептически оглядел меня сверху вниз, будто ища подтверждение словам, которые услышал мгновение назад. В его глазах читалось недоверие и подозрение. Он смотрел так, словно заранее знал ответ на вопрос, что поставил меня в тупик.Бокал с виски в его руке то и дело крутился, описывая незамысловатые узоры. Но тут, неожиданно для Юнги, я начал свой монолог. — Мин, я ведь люблю её, понимаешь? До ужаса люблю! Но я не понимаю, зачем она подала на развод, не понимаю! — удар о деревянный стол разнесся по бару, но никто не услышал его, кроме нас двоих, ведь музыка заглушила этот звук. — Неужели она не понимает, как сильно я люблю её; люблю так, что не могу без нее? Я почти сорвался на крик, но тут Юнги остановил мой монолог. Мне показалось, что в нем закипал гнев и злость, но вот почему?.. — Ты вообще идиот, Пак? Скажи мне! — Вот как ты помогаешь мне, друг! Спасибо, братан! — саркастично передразнив его, я допил последний виски из бокала. — Ты и вправду идиот, Чимин, — Мин накрыл лицо ладонью, тихо вздыхая полной грудью. — Как думаешь, она видела твою любовь после того, как вы официально стали мужем и женой? Как ты показывал ей свои чувства? Каким образом? Я ненадолго задумался… Мы официально стали мужем и женой только год назад, а до этого момента жили вместе лет 5. Я всегда заботился о ней, любил её больше жизни. Делал все, чтобы она была счастливой. Зарабатывал деньги, обеспечивая ей беззаботную жизнь. Покупал для нее все, что нужно, и все, что она хотела. Неужели, этого недостаточно?! — Я ведь все для нее делал, Мин! Абсолютно все! — вскрикнул я. — Зарабатывал деньги, обеспечивал её полно… — А она просила у тебя золотые горы, которые заменят ей тебя, твою любовь и заботу? — грубо перебил меня Юнги.— Ты хоть раз после свадьбы спросил, чего Т/и действительно желает, что она чувствует?! Думаешь, больше всего на свете Т/и хотела богатой жизни? Да, не спорю, деньги важны в наше время, но Т/и… Она… Она не об этом мечтала, Пак, не об этом… — Я не понимаю тебя! — Ты помнишь, как вы жили с ней до свадьбы? — задал неожиданный вопрос Мин. — Как ты встречал её с работы, как заботился о ней, приглашал на свидания? Как вы смотрели вместе фильмы по вечерам, попивая горячий чай или что-нибудь покрепче? Помнишь?! — Да, — ответил я, все еще не понимая, к чему он ведёт. — Так куда же все это делось, когда ты получил ту несчастную бумажку о заключении брака?! Скажи мне, идиот! — Я…я… — не зная, что ответить, я поник, опустив голову вниз. Мин, как мне казалось, начинал откровенно злиться: все его движения говорили, нет, кричали об этом. — Сколько раз она просила тебя провести время вместе с ней? И что ты отвечал ей, м?! «Сегодня не могу: я занят на работе!» — вот что. Конечно, ты молодец, раз вы жили безбедно, но куда же ты спрятал ту яркую и прекрасную любовь?! — мне показалось, что еще чуть-чуть, и Юнги заплачет: его глаза были на мокром месте. Мы просидели в тишине какое-то время ровно до того момента, пока Мин снова не начал говорить. — Сколько раз она плакала из-за того, что скучает по тебе? Сотни раз, Пак, сотни! Ей не хватало тебя: с утра до вечера ты был на работе, а после ложился спать, потому что устал. А что делать ей? Что? — он глубоко вздохнул, отпивая из бокала виски. — Скажи, Т/и хоть раз просила тебя, чтобы ты зарабатывал миллионы? Скажи! — Нет… Но мне кажется, что ей всегда хотелось жить богато… — Слушай, так мы с тобой ни к чему не придем, друг, — сказал Мин, доставая телефон из кармана черных джинс. — Давай прямо сейчас позвоним ей, и я сам спрошу, почему она решила развестись, окей? Заодно и ты послушаешь! Не дождавшись от меня ответа, он набрал ее номер. Поставив на громкую связь, чтобы было лучше слышно, мы ждали, когда на другом конце провода послышится милый женский голосок, по которому я так скучал. Спустя несколько гудков нам ответили. — Привет, Юн! — она, как мне казалось, была в хорошем и радостном настроении. — Привет, Т/и, слушай, у меня к тебе один вопрос… — Мин замялся. — Э-э-э… — Что такое? Что-то случилось? — Почему ты решила развестись с Чимином, Т/и? — протараторил Юнги так, словно за каждую паузу его будут бить по губам. В ответ лишь тишина. Т/и замолчала. Напряжение в моем теле росло с каждой минутой. Ладони вспотели, а по лбу стекла капелька холодного пота. Девушка на другом конце провода все еще молчала, чем усиливала мое волнение. Юнги тоже начинал заметно нервничать. Наконец, Т/и сказала: — Мин, ты ведь сейчас с Чимином, да?