Погрязшая в быту, или Откровения уставшей ведьмы

      Я едва дождалась выходных. Когда мы с Роном и Розой оказались в Норе, я без промедления попросила Гарри на пару слов: — Ты знал, что Снейп жив? — я по-маггловски взяла его за грудки и почти прижала к каминному порталу. Плевать, как это выглядело со стороны. — Ну, я… — Отвечай! — я легко пристукнула кулачком по плечу для большей убедительности. — Да. Я искал его около двух лет. Потом помог восстановиться и обустроил его за границей. — Предатель, — с досадой пихнула его в грудь, — ты знал и ничего не сказал! Мы каждый год ходили на его могилу, и ты молчал?! — Гермиона, не злись, Северус просил сохранить секрет… Он столько сделал для нас, я не мог отказать! — Северус?! А я, Гарри, я? Я мало сделала для нас? Я твоя подруга, вообще-то! — Прости. Я обещал ему, — он сник. — Именно я помог ему с документами и регистрацией его патентов. — Теперь мне понятно, откуда ты так оперативно раздобыл недостающие для его оправдания воспоминания. Как я не догадалась… И Джинни тоже знала? — Она моя жена, я не смог бы утаить от неё такое… В это время Джинни просочилась в комнату. — Предатели! — бросила я и пошла прочь. — Чегой-то с ней? — поинтересовался мой муж, когда я недовольно обмоталась шарфом и покинула семейный дом Уизли. — Мне надо пройтись, — буркнула я напоследок. Довольно долго я бродила по извилистым дорожкам скошенных полей перед Норой. Осень в этом году тянулась промозглая, хотя дожди шли редко. Вороны нарезали круги, выискивая остатки зерна. В некоторых местах торчали обломанные колосья пшеницы, напоминая о лете. Профессор Снейп, Северус… Сколько ночей на старших курсах я провела, думая о нём и мечтая, что когда-нибудь, растоплю его холод своим горячим сердцем. Ужасы года после смерти Дамблдора, поиски крестражей и потери Битвы со временем притупились, я смирилась с утратой и начала жить дальше. Почему судьба так несправедлива ко мне? Надо было Снейпу воскреснуть именно сейчас, когда я замужем и у меня есть Роза! Я связана ими, связана обязательствами и уважением в первую очередь к себе. Я же женщина высоких моральных принципов! Я никогда не позволю себе интрижку на стороне… Я осадила себя: какую интрижку, на какой стороне? Я видела Снейпа от силы десять минут, не знаю ничего о его жизни, даже, собственно, что он жив, узнала недавно, а уже раздуваю мысли о возможном адюльтере. Гермиона, стоп! Надо как-то взять себя в руки и остановить лавину фантазий, имя которым Северус. *** Рон почти не допытывался, почему я оставила их с Розой в Норе, а сама ретировалась. — Что у вас там опять случилось, Гермиона? Из-за чего ты поругалась с Гарри? — Не обращай внимания. Я не хотела менять место работы, а Гарри мог воспользоваться своими связями… Рон фыркнул: — Он не будет просить… Я сто раз уговаривал его шепнуть, где надо, и устроить меня в Британскую сборную… Мой муж меня обнял, погладил по щеке, и мне захотелось заорать, начать топать ногами: не хочу я этой пряничной жизни! Хочу другой! И мужа другого хочу. Да и ребёнка при прочих равных я бы родила позже. Я люблю мою Розу, но мне горько, что из-за неё приходится себя ограничивать и жертвовать своими интересами. Наверное, я плохая мать. Да, я не Молли… Рон целовал меня в этот вечер особенно страстно, ему хотелось добиться от меня ответного огонька, а я всё не разгоралась. — Не думай ты о своей работе, любимая, подумаешь, зелья… Знал бы он… Он раздел меня, увлёк за собой, и вот мы уже в кровати — действия доведены до автоматизма. Почему вдруг стало так противно? Он же мой муж! В какой момент всё сломалось? Когда я увидела Северуса, или всё пошло под откос гораздо раньше? Я бесцельно рассматривала потолок и мечтала, чтобы секс поскорее закончился. В эту ночь я впервые изобразила страсть и бурный оргазм. Я стонала так громко, что Рон наложил заглушающие чары, назвав «настоящей львицей». Следующие пару недель со Снейпом мы не пересекались. Мне чудился его аромат в коридорах, в комнате отдыха, в фойе — повсюду. Я приходила раньше, засиживалась допоздна, но так и не увидела его. Конечно, я могла просто прийти к нему в кабинет и начать разговор, но мне не хотелось, чтобы он заметил мою заинтересованность, а это была именно она. Я призналась самой себе, что за ту короткую встречу после стольких лет семейной гавани я вновь почувствовала тот самый жар в груди, у меня снова похолодели пальцы, снова все мысли начали кружиться вокруг него. В обеденный перерыв я решила прогуляться, тем более у меня оставались переработанные часы. Надо переключиться. В местном посёлке жители активно занимались сельским хозяйством: по дороге попадались огородики, грядки, какие-то мини-теплицы и клумбы. Теперь понятно, откуда берутся все эти бесчисленные хеллоуинские тыквы — отсюда! Они свисали даже из горшков, стоящих на подоконниках. Неожиданно набрела на маленькое кафе, предположив, что в меню будут тыквенный крем-суп, тыквенный пирог, запеченная тыква и тыквенное варенье, но я всё равно решила зайти. Нет, перечень блюд оказался скромным, но очень домашним и далёким от тыквы. Посетителей было всего двое, и они не обратили на меня внимания. Я заказала жаркое и пирог со шпинатом и села за столик у окна. За дверью послышались голоса, она отворилась, и на меня уставились знакомые глаза. — Ах, Северус, она просто потрясающая. Где ты её нашёл? — Снейп сконфуженно улыбнулся. — Береги её, сейчас такие редкость! Садись, принесу тебе вкусненького… Видимо, это была хозяйка заведения, и она приятельствовала с профессором. Если слово «приятельствовать» и «профессор» вообще могли стоять в одном предложении. Он явно не ожидал встречи и какое-то время решал, стоит ли ему оставаться и куда сесть. Почему-то он направился ко мне. — Мисс Грейнджер, вы заняли моё любимое место, — он снял мантию и перекинул через спинку стула. — Простите, я не специально. Отсюда прекрасный вид, — я отвела в бок ажурную шторку. — На тыквы. Я улыбнулась, не часто он шутит. — Она говорила о вашей жене? — вопрос вырвался сам. — Вы о чём, Грейнджер? — О вашей находке, которую надо беречь… Он поджал губы: — Какая вам разница, о чём говорила Бабетта? Или это неуклюжая попытка выяснить моё семейное положение? Очень занятно. Я бы ещё понял маломальский интерес, будь вы не замужем, но, судя по следам недавнего разврата на вашей шее, у вас всё в порядке… Я невольно потянулась к упомянутой шее, и если там засос — убью Рона! Принесли еду. Жаркое с пирогом выглядело аппетитно. Я посмотрела на сидящего напротив Снейпа, ему пока не принесли, да и заказ он вроде бы не делал. — Приятного аппетита, не буду вам мешать. — Куда… — я выронила вилку. — Оставайтесь, профессор. Мне будет приятно пообедать с вами. Потом вместе вернёмся в лабораторию. — Я работаю сегодня из дома, а сюда изредка прихожу пообедать. Очень вовремя появилась Бабетта с целым подносом керамических ёмкостей, поставленных одну на другую. — Попробуй уху! Минтель наловил отменных щук, — она поставила перед Снейпом котелок и подняла крышку. — И вот тебе митболлы с брусничным соусом и пюре из бэби-картофеля, а? — она сияла довольной улыбкой. — Всё, как ты любишь. — Бабетта, отнеси еду за другой стол, пожалуйста. — Тю, — она заговорщицки улыбнулась. — Бабетта… — он обдал пожилую женщину своим фирменным взглядом, и она неохотно начала переставлять тарелки на дальний стол. Мне стало обидно. Неужели я не достойная компания для поедания рыбного супа? — Субординация, миссис Уизли. Официально вы моя подчиненная. Он что, прочитал мои мысли? — Давайте прогуляемся в четверг, — снова ляпнула я, не подумав. — Извините, нет, — долетело мне из-за спины. Я доела жаркое, а пирог взяла с собой, обернув его салфеткой. Находиться в одном помещении со Снейпом стало тесно. И душно.