Дело о смерти директора Шоу

2019 год

      С цифрами поспорить было можно, когда речь шла о критически низких и высоких вероятностях, а мы оставались все вместе. Стопроцентная гарантия, оказалась в этом смысле хуже.

      Только вернувшись из нашего трагически названного хроникомами «Последнего Путешествия», Джемма и Лео уехали в Шотландию, чтобы возобновить в покое свою семейную жизнь — они заслужили — Дейзи, забрав с собой свою сестру, Кору, и самого Дэниела Сузу, вместе с Грантом отправилась бороздить космос от лица «Щ.И.Т.а», Мак встал во главе этой организации, став тем для неё, кем я надеялся, он будет, Йо-Йо же в компании Пайпер и жизнеспособной модели — вроде меня — Дэвиса осталась оперативным агентом тут, на Земле; Мелинда решила оставить поле — без неё там будет намного меньше пассивной агрессии и каменных лиц фасадом перед покалеченной душой, но это её решение — чтобы преподовать в академии, основанной и названной в мою честь — как если бы от меня ничего кроме этого не осталось.

      Впрочем, несмотря на моё решение уйти ненадолго подальше от «Щ.И.Т.а» и его дел, чтобы найти в себе ответы на все эти вопросы, первый и, по иронии, внешний, показался мне многим важнее.

      Дик Шоу.

      Эта табличка резала глаз даже когда Фил уже давно прошёл мимо — «Академия имени Колсона». В голове возмущение с по-детски разозлённым восклицанием «Я вообще-то тут! Живой!» танцевало под джаз в приглушённом свете с сухим механическим доводом «Ты теперь — чёртов робот, Фил, уймись уже». И ведь обидно, что его самый давний и важный друг, она, соглашалась, по крайней мере, вслух с последним, пока он пытался вновь читать её.       Колсон остановился только у аудитории, в которой, согласно полученому им расписанию, проходила лекция у навоявленного преподавателя — Мелинды Мэй.

      Пораскинув мозгами, я решил, что один не справлюсь — или, по крайней мере, это будет не так увлекательно. Я прекрасно осознавал, как сложно это будет — убедить саму Кавалерию принять участие в такой авантюре — но также чувствовал, что обязан постараться.

      Мужчина дождался, хоть и не знал чего больше — спада своего цифрового волнения или момента, когда последний студент покинет просторное помещение — а затем вошёл тихо, однако недостаточно, чтобы Мелинда не замерла, в попытке прислушаться, а затем не развернулась, удержав удивление в пределах только лишь своего сознания.        — Фил, — брови женщины дёрнулись едва к переносице, но затем лицо полностью разгладилось, вновь став похожим на стену. — Ты хотел чего-то?       Колсон натянул эту свою улыбочку — искренне, насколько может такая машина — и, поймав взглядом тёмно-карие глаза Мэй, усмехнулся. Та всё поняла, от чего хмыкнула почти незаметно.        — И что ты придумал?

      Когда я объяснил Мэй свою идею, мне пришлось выслушать немало сухой критики — будто это она тот робот — ведь всё о Дике Шоу уже давно встало по полочкам: он, как тот ещё путешествинечек, пришёл к другим нам из будущего, потом остался в прошлом, а затем был убит во время восстания «Гидры». Однако мне удалось напомнить ей — мы не могли копать в этом деле тогда.

      Мне повезло знать рычаги для переговоров с этой женщиной.

      Запрос старого отчёта  у Мака и его ожидание заняло некоторое время, но когда он пришёл, мы с Мелиндой тут же принялись за его изучение.

      Поначалу мне показалось это дело слишком сложным для нас — двух не-детективов в односторонней холодной войне — но спустя четыре кружки кофе для меня и десяток фирменных косых взглядов от Кавалерии на каждую из них, мы оба сумели обратить внимание: всё выглядело, как если бы убийца разгадал код идеального преступления — ни тела,  ни следов убийства, только кровь, однозначно бежавшая по венам Шоу, но пролитая в опасно огромном количестве; она-то, как и факт отсутсвия директора, помогла сделать нерадостные выводы тогда.

       — Но ты ведь не споришь что это подозрительно, правда? — уточнил Колсон, вскинув брови, когда внеочередной хмурый взгляд Мелинды настиг его.       Женщина покачала головой, но затем устало опустила глаза в планшет.        — Тогда что? — Фил не сдавался, желая завязать этот разговор.        — Уже жалею, что позволила тебе ввязать себя в это, — холодно отозвалась Мэй, склонив голову чуть в сторону своего собеседника, но не перестав вчитываться.       Мужчина кивнул послушно, точно маленький мальчик, и последовал её примеру.

      Это заняло какое-то время, но, спустя его, совместными усилиями мы с Мэй сумели прийти к выходу: близкие и знакомые — наш ответ.

      Начали мы с места проживания семьи Шоу-Деккер того времени — просторная квартира в Нью-Йорке. Именно в подъезде, согласно отчёту, были найдены литры крови, признанной кровью Дика Шоу, разлитыми и где-то размазанными по полу в попытках, возможно, убрать.

      На простые вопросы соседи тех лет, оставшиеся на месте, отвечали честно, хоть и настороженно, что-то подтверждали, чего-то не знали, но, к нашему несчастью, большего, чем ужасной картинки они рассказать нам не могли.

      Тогда мы решили идти ближе — Аррон Паркер. Открывая дверь, он ещё был радостен.

       — Агент Колсон, агент Мэй, — широкая улыбка расцвела на лице мужчины, когда он открыл дверь. Он отступил вбок, чтобы дать проход двоим. — Чем обязан?        — Не то, чтобы мы сейчас всё ещё агенты, — улыбнулся Колсон, переступив порог следом за Мелиндой и закрыв дверь. — Не в самом классическом понимании, как минимум.        — Наслышан, — согласился Аррон. — Прекрасная академия, кстати.        — Извини конечно, не хочу расстраивать, но мы всё ещё по делу, — наконец подала голос Мэй.        — Не удивлён, — невозмутимо отозвался Паркер.        — Мы хотим выяснить больше о смерти директора Шоу.

      Поначалу, проводив нас на кухню и приготовив чай, Аррон лишь едва заметно нервничал, когда отвечал на вопросы, но, несмотря на нарастающее внутри него напряжение, не раскололся, лишь сделав вид, что не заметил, как сдал наличие тайны.

Спустя пару часов бесед по делу и нет — Мэй была недовольна последним — мы вышли.

       — Я говорил тебе, что этим стоит заняться, — сев за руль Лолы и взглянув в сторону пассажирского сидения на Мелинду, заявил Фил с довольной ухмылкой. Женщина же только улыбнулась самыми уголками губ. Так коротко, что едва возможно было заметить.

      Мы изначально знали, что был всего один человек, способный дать максимально большое количество ответов, но до того момента мы с Мэй также сходились во мнении о том, что старые раны не стоит трогать. Теперь же, когда дела так круто поменялись, ещё во время нашей поездки решение о направлении было принято.

      Из различных рапортов и давно написанного на имя директора Фьюри заявления об увольнении от Джессики Деккер мы знали, что сразу после смерти своего супруга и со-директора «Щ.И.Т.а», Дика, имея девятый уровень допуска и развалившуюся организацию, она оставила эту карьеру и переехала в северо-восточную часть Канады.

      Чего мы раньше не знали из-за соблюдения частной жизни, которую она пожелала иметь в относительной безопасноти и дали, так это адрес. С этим нам помогли в офисе связистов в новом штабе в Нью-Йорке, и тогда-то мы отправились туда.

       — Не хочешь обсудить… — проводив взглядом одинокого пассажира спешившего взлететь самолёта, нерасторопно произнёс Фил, ведь он прекрасно знал, не мог не замечать, как Мелинда прожигает дырку в его лице одними только глазами.        — Что? — на полуслове оборвала мужчину Кавалерия.        — Нас…? — неловко хохотнув и улыбнувшись, предположил Колсон, когда сумел поймать такой тяжёлый и холодный — точно айсберг — взгляд женщины, но та только выгнула тонкую бровь саркастически и фыркнула красноречиво. — Понял, — иронически удручённо проговорил Филипп.

      К моему счастью, долго полёт не длился, как и поездка до нужного места. Однако, стоило нам оказаться на пороге дома, мы осознали, что там никого не было.

      Пришлось ждать, потому что мы точно знали, что Джессика Деккер должна была проживать по этому адресу последние несколько лет, в которые этот дом не продавался.

      Прошло всего полтора часа, но нервы у жизнеспособной модели, повторившей в точности агента Фила Колсона, сдавали. Взгляд его всё продолжал пробегаться от ухоженного участка за аккуратным кованым забором к лицу Мелинды Мэй, но та молчала.        — Можешь, — мужчина замялся, а глаза забегали по салону Лолы, — можешь ответить на один вопрос? — Его голова наклонилась чуть вбок — к Мэй.       Она вымученно выдохнула.        — Хуже студентов, не до конца понимающих предмет, — прокомментировала Мелинда. — Что ты хочешь знать?        — Ты счастлива? В смысле, я понимаю, у нас у всех были свои сложные периоды, а я не совсем тот человек — я вообще не человек больше, — Фил печально хмыкнул, но взглядом зацепился за любимые им глаза, — которого ты любила, но мне всё ещё важно знать, что ты счастлива.       Мелинда потнее сжала губы и чуть нахмурилась. Поперёк горла встал ком, воспрепятствоваший речи на долгие несколько секунд. Однако она его сглотнула, но увела взгляд в сторону.        — Если ты когда-нибудь думал, что лектором быть проще, чем полевым агентом, ты ошибался, Фил, — усмехнулась очень сдержанно женщина, однако улыбку на губах давнего друга вызвала широкую. Он также хмыкнул и кивнул неопределённо, и лишь краткий скользящий взгляд нарушил момент — глаза зацепились за знакомый силуэт.        — Смотри, — призвал Колсон.        — Дик? — невозмутимое практически лицо Кавалерии перекосило-таки удивление.        — Просто должен был убедиться, что это не мой системный глюк, — качнув положительно головой, безмятежно заявил Колсон.

      Когда мы заявились на порог вновь, перехватив там Дика Шоу, он, хоть и удивился едва, был действительно рад — пригласил нас войти и принялся за рассказ, параллельный готовке.

      Он поведал нам, что решение инсценировать смерть пришло сначала к Джесс — она уже знала обо всех путешествиях своего мужа и безусловно понимала, что с его грядущим появлением в этой реальности необходимо что-то сделать — и только потом сам Дик согласился с ней, представив себе эту тихую картинку простого семейного счастья.

      Любой заслуживает семейного счастья, а особенно тот, кто прошёл так же много, как он.

       — Знаешь, так как я стоял там с тобой, ты обязан поделиться тайной этой лазаньи, — прикончив уже вторую порцию заключил всё-ещё-робот Колсон. — В чём секрет этого вкуса?        — Талант этих самых рук, Колсон, — выразительно оглядев собственные поднятые вверх ладони, заявил Шоу, и после зыркнул в Джесс — она с улыбкой наблюдала и изредка переглядывалась с Мелиндой. — К тому же, Вам же необязательно есть.        — Мне для души! — иронически невозмутимо продолжил настаивать Фил.

      В тот день мы с Мелиндой решили задержаться на сутки в Канаде вместе со старыми-новыми друзьями. Должен сказать, не только смерти, боль, еда и приключения заставляют снова почувствовать себя живым. Это люди.