mud blood

Драко сжал палочку в руке. Гермиона смотрела на него, она была уже более спокойна, так как взяла свою с пола. Пожиратель, на которого наложили заклятие теперь как Гермиона был распластан по полу. — да как ты. — сквозь зубы процедила Белатрикс. из-за её спины с поникшим взглядом вышла Нарцисса Малфой — мама Драко. она подошла к своему Сыну, положила холодную руку на спину и отвела к себе в комнату. когда Драко шёл с мамой он долго рассуждал. рассуждал почему он это сделал, зачем, что теперь будет, ведь он спас грязнокровку. грязнокровку, которую недолюбливал почти 6 лет. у Драко пересохло во рту, мама посмотрела в его глаза, на них наворачивались слёзы. — Драко… — прошептала мама — ты же сделал это неспециально? ты же понимаешь, что они могли сделать если бы это было более сильное заклятие. пожиратель на пожирателя. так не делается, любимый. Драко переваривал речь мамы у себя в голове. действительно, он сделал это неспециально. в этом не было выгоды ему. «вредить Пожирателю я не хотел, а спасти Грейнджер тем более» — успокаивал он себя. Драко ещё раз взглянул в глаза матери. голубые, светлые, но в них все равно чувствовался страх. ей было также страшно. жуткое и нагнетающее ощущение, войны. естественно. когда у тебя в столовой собираются убийцы и обсуждают план своих действие тебе вряд-ли будет спокойно, тем более если члены твоей семьи входят в ряды этих людей, а ты одна. как-будто единственный лучик добры, положительной энергии. и эту энергию она хотела передать Драко, своему любимому сыну, которого слишком рано затащили в эту чащу темной магии. Драко не такой, он вспыльчивый, грубый, но не убийца. он никогда им не был. Нарцисса сказала сыну сидеть в комнате, сама она ушла обратно к Белатрикс и другим Пожирателям. перед ней была такая картина: бедная Гермиона лежала на полу, ее волосы были спутаны, а палочка снова укатилась от неё. на рёбрах стояла нога сестры Нарциссы — Белатрикс. девочка визжала сквозь слёзы, а Пожирательницы вечно повторяла— гнилая девочка, тебе нечего делать в магическом мире, а ты просто ничтожество! на глаза матери накатились слёзы. хоть она и была женой Люциуса Малфоя — приспешника Тёмного Лорда, но она не была такой жестокой как они все. она с пониманием относилась и к маглорождённым, и к полукровкам. даже осквернителей рода она не презирала. внезапно что-то заставило её обернутся. она увидела сына, выглядывающего из-за мраморного столба напротив лестницы. к большому сожалению это заметила не только она. —а вот и поганый мальчишка, который отбросил меня в стену, негодяй! — это был тот самый пожиратель, который хотел кинуть заклятие в Гермиону. — был бы здесь Тёмный Лорд, он вероятно тебя бы прикончил, у нас запрещены такие действия если ты не знал! — рявкнул он. мама заметила на глазах Драко кристаллики, которые блестели в углу, это были слёзы. Драко держал их в себе, он никогда не показывал свои слабые места, поэтому сейчас, забыв указания матери как ни в чем не бывало спустился обратно вниз. Белатрикс отпустила на мгновение невинную девчушку и начала с укором и презрением смотреть на Драко. — глупый мальчишка. о чем думал, когда тебе поручали миссию, ты не достоен быть пожирателем если игнорируешь указания нашего повелителя. Белатрикс одна из немногих готова была не только становиться на колени из-за страха перед Волдемортом, она действительно соглашалась с его мнением. для неё он всегда был прав. — не смей говорить такое про моего сыны в моём доме, — Люциус появился словно из неоткуда. он также повиновался Тёмному Лорду, но ещё больше он не мог терпеть, оскорбления и унижения своей собственной семьи. Белатрикс округлила глаза и отошла в толпу, Гермиона со сломанными рёбрами оставалась лежать на полу, но теперь сверху на неё никто и ничего не давило. она осмотрела бедную девочку, котороя еле дышала и добавила — мне очень жаль, но к твоему счастью на сегодня твои мучения закончены. отправьте ее в подземелье! — крикнула она высокому мужчине с темными волосами. *** Гермиона открыла глаза, она находилась в крупной части поместья. здесь были решетки, небольшая дверь, стояли какие-то колонны, а с потолка осыпался то ли камень, то ли штукатурка. ей было очень плохо. как и морально, так и физически. голова раскалывалась, ноги подкашивались, а область груди и живота болели сильнее всего. сзади послышался скрип. Гермиону одалел страх: «вдруг это опять эта мерзкая Лейстрендж.». она бы не пережила ещё одной пытки. Гермиона развернулась, перед ней стоял худой и усталый Драко. тотчас она подумала, что его прислали увести её отсюда и вывести в столовую для очередных мучений, но из-за спины он достал небольшой поднёс и шепотом сказал — мне запрещено здесь появлятся, возьми поднос и ешь, мы скоро поможем тебе. Гермиона хотела что-то ответить, но Драко очень быстро удалился. Гермиона думала о том, кто ее спасёт, зачем Драко вообще сюда пришёл. после раздумий она принялась пить зелёный чай, которые принёс Слизеринец. он был остывший, но это ничего не меняло, она очень хотела пить, полость рта очень пересохла, а живот издавал урчащие звуки и было очень тяжело устоять перед тостами с помидором и моцареллой, которые лежали на тарелке.