Корпсу просто нужен кто-то, кто будет регулярно поставлять серотонин в его ебучий мозг

      В комнате Корпса как всегда погашен свет и задёрнуты шторы. Ему даже кажется, что он настолько привык не спать по ночам — да и вообще не спать, — что другую атмосферу дома, помимо как мрачную и одинокую, он уже не может адекватно воспринимать. Корпс шуршит одеялом, чуть привстав, и держит перед глазами телефон с горящим экраном. Забавно. А ведь они никогда не разговаривали по телефону — всегда в дискорде, играх, да где угодно… Ещё и по такому отвратительному поводу. Корпс не замечает, как делает глубокий вздох, прежде чем взять трубку.       — Хэй, Корпс, — приветствие осторожное и нерешительное. Так непривычно слышать голос Сайкуно не в наушниках, а из динамика телефона.       — Хэй, — приветствие такое же осторожное и нерешительное. Только от этого Корпс чувствует, как у него начинает першить в горле. Это чувство всегда приходит к нему на пару с нервозом.       — Эм, — голос Сайкуно непривычно серьёзный, но вместе с тем усталый. — То, что ты мне написал…       — А… забудь, — Корпс резко перебивает его. — Это шутка была. Ха-ха. Смешно, правда? — он пытается усмехнуться, но у него не выходит.       — Ты уверен? — робкая осторожность всё ещё отчётливо слышится в голосе Сайкуно.       — Да. Абсолютно.       Сайкуно замолкает, и они вместе некоторое время просто слушают тишину. Корпс неловко смотрит в случайную точку, пытаясь по одной этой тишине угадать, о чём сейчас думает Сайкуно. Он совсем не обидится и будет очень даже рад, если Сайкуно успел случайно уснуть на другой стороне провода прямо посреди разговора. Время уже действительно позднее.       — Ну, тогда я, — Сайкуно внезапно прерывает молчание между ними, отчего Корпс резко вздрагивает, — пойду спать, Корпс. — Сердце у Корпса начинает жалобно греметь и скулить. Нить натягивается до предела, угрожая треснуть. — Вот прямо сейчас возьму и положу трубку, — голос Сайкуно слегка оживает, и Корпс клянётся, что слышит в нём оттенок дразнящей улыбки. — В любую секунду возьму и оборву этот разговор и уйду спать. Больше никогда не вспомню о нём, Корпс!       Корпс сам не замечает, как тоже начинает улыбаться, а затем эта улыбка перерастает в хриплый смех. Да чего же он любит всегда безобидный и милый троллинг Сайкуно.       — Подожди, подожди… — Корпс улыбается в трубку. — Хорошо. Твоя взяла. Я говорил серьёзно, но… Я всё равно не должен был тебе такое писать. Какое тебе до этого может быть дело, да?       — Э, что? — улыбка в голосе Сайкуно исчезает. Корпс тоже прекращает улыбаться.       — Не притворяйся, Сайкуно. Ты же и так видишь все эти вещи, просто предпочитаешь их игнорировать. Это нормально. Я не обижаюсь. Я сглупил, моя вина, не надо было тебе писать всякую ерунду посреди ночи.       — Ерунду? Нет, нет. Я просто не понимаю, что ты имел в виду, — Сайкуно, как обычно, огибает все острые углы и не отвечает ни на что конкретное. Корпсу снова хочется рассмеяться, но в этот раз от досады. Сайкуно продолжает: — То есть, ты сам подумай. Ты написал мне что-то о том, что тебе даже в самую чёрную и холодную ночь не с кем поговорить, но ты только посмотри на нас. Лежим, разговариваем, за окном ночь. Видишь?       Корпс чувствует покалывание в груди.       — Ты… лежишь?       — Да, ночь же, — Сайкуно отвечает так просто, будто это самая очевидная вещь. — И ты приляг тоже, Корпс, тебе нужно отдыхать.       — Хорошо.       Корпс возвращается в лежачее положение, натянув одеяло к подбородку.       — Ого, я верю, что ты лёг, Корпс. Я услышал твоё одеяло, — Сайкуно тихо усмехается, и с лица Корпса снова не может сойти улыбка. Он неловко спрашивает:       — Теперь что?       — Что значит «что»? Я же сказал, что тебе надо отдохнуть. Может, эм… — Сайкуно мешкает, — мне почитать тебе какую-нибудь сказку?       Корпс хрипло смеётся, но тут же переходит на кашель из-за того, что он чуть не подавился слюной.       — Рэй как-то раз сказала, что мне стоит записать свою аудиокнигу или что-то типа того…       Корпс снова усмехается, но чуть осторожней:       — Она права. У тебя действительно чудесный и очень успокаивающий голос.        — А, спасибо, Корпс… Но давай всё-таки сосредоточимся на твоём отдыхе, хорошо?       Корпс не может перестать улыбаться. Он видит в голове картину смущённого от такого простого комплимента Сайкуно, который лежит завёрнутый в одеяло и говорит с ним прямо сейчас по телефону. Это нечестно. От этого сложно продолжать дышать.       — Ты хороший… Сайкуно, — почти шёпотом говорит Корпс, пока его с головы до ног наполняет душевная теплота. До боли искренняя и простая, но теплота. Он почти сказал в этой фразе после слова «хороший» слово «друг», но вовремя осёкся.       — С-спасибо, Корпс… Ты тоже.       В эту ночь Корпс впервые в жизни уснул, прижимая телефон к уху. А ещё впервые на всех уровнях почувствовал, словно у него растаяло что-то внутри от испытываемых эмоций. Единственное, на что ему оставалось надеяться, так это то, чтобы этим «чем-то» не оказалась отказавшая почка.