Иллюзорна мгла. Часть третья. Эндшпиль

      К вечеру уставшие кони донесли нас до стен Вайтрана, ещё не до конца восстановленных после битвы за город. Снега здесь не было, но закатное солнце совсем не грело. Фермеры уже убрали с полей остатки чудом уцелевшего урожая, и вокруг чернели мёртвые пашни. Здесь, перед стенами и рвами до сих пор чувствовалось незримое присутствие войны, её призрачные отголоски. Алисан, увидев эти следы прошедших сражений, поежился и крепче обнял меня, глаза мальчика расширились от ужаса.       – Сегодня остановимся у Брелины, – сказала я ему. – А завтра мы с Эрандуром уедем.       – Хорошо, – послушно отозвался юный редгард, но я заподозрила неладное в его тоне. Уж не решил бы мальчуган тайком удрать вслед за нами.       Лошади отправились в конюшню, где Эрандур целых пятьдесят септимов заплатил за постой, корм и чистку. Наши скромные сбережения стремительно убывали, и я поймала себя на мелькнувшей мысли, что в моей жизни стало подозрительно мало радости и найденных сокровищ. Так и придется снова травами торговать. Если выживу.       Стражники у ворот жались поближе к жаровням – грелись. Когда мы прошли мимо, один из них коротко хмыкнул, будто бы узнал.       – Кто такие? – его напарник двинулся вбок, преграждая мне путь. Я открыла рот, чтобы представиться, но первый меня опередил.       – Я их помню. Не задерживай.       Благодарно кивнув, я решительно проследовала через ворота, слыша затихающий шум вечерних улиц и журчание ручья.       За стенами города от былых сражений остались разве что редкие выбоины на мощеных дорогах. Баррикады убрали, обломки расчистили. Всё выглядело так, как до войны – добротно, прочно, по-нордски.       Миновав кузницу Адрианны, мы дошли до дома довакина и Брелины, что стоял на главной улице следующим. Всё это время я не выпускала руки Алисана, который с интересом глядел по сторонам. Меня не покидало волнение перед встречей с Брелиной. Заявляться к ней и просить о помощи казалось неуместным, хоть и жизненно необходимым. Во-первых, наши с ней отношения всё ещё не выходило назвать теплыми или дружескими даже с натяжкой, а во-вторых, сейчас данмерка оказалась в непростой роли молодой одинокой матери недавно родившегося младенца. И уж кого ей сейчас точно не хватало, так это незваных гостей.       Я с надеждой взглянула на Алисана. Он мог бы помогать Брелине по хозяйству, но в открытую требовать этого от мальчика мне не хотелось. Как ни крути, а я ему не мать. Может, он как-нибудь сам поймет, что данмерке нужна помощь? Или Эрандур ему намекнет?       Жрец не перехватил моего умоляющего взгляда и в этот раз. Почти весь минувший день, он тяжело молчал, смотрел только перед собой, на дорогу. Его скверное настроение не скрылось даже от Алисана, который поэтому и напросился ехать со мной. Данмер и правда нагонял волнение своим суровым видом.       Остановившись на крыльце перед резной укрепленной дверью, я подняла руку, чтобы постучаться, но замешкала, на ходу придумывая хоть какое-нибудь внятное приветствие. Неловкость после наших отношений всё ещё давила на грудь неприятным тянущим чувством.       – Чего ты ждёшь? – негромко спросил Эрандур.       – Не знаю, что сказать ей…       – Поздравим с материнством для начала, потом перейдем к плохим новостям, – у жреца для любой ситуации был ответ.       Я постучалась. Сначала никто не открывал, а через некоторое время на пороге появилась заспанная Брелина, которую я не сразу узнала. Данмерка сильно исхудала, под карминовыми глазами появились темно-синие круги, и без того тонкие черты лица заострились, но вместо былой изящности они придавали девушке изможденный и немного хищный вид.       – Джулия? – охнув от неожиданности, она принялась спешно поправлять короткие взъерошенные волосы. – Я… Что вы здесь делаете? – она говорила шепотом, а её взгляд блуждал. – Брендан только что уснул… Я…       Мы замерли в дверях. Впускать она нас явно не собиралась, а я растерялась и не знала, что сказать. Так и думала, что ничего не выйдет.       – Поздравляю! – с широкой улыбкой выдала я после затянувшейся паузы.       – Брелина, нам нужна помощь, – мягко произнёс Эрандур, видимо следуя первоначальному плану.       – Какое совпадение. Мне тоже, – призналась она, снова неприветливо взглянула на меня. – Ладно, проходите. Только прошу, не шумите…       – Алисан, веди себя очень тихо, – повернулась я к приемному сыну и на цыпочках пошла в дом. Сразу же под ногой скрипнула половица, и Брелина обернулась ко мне с яростью в глазах.       – Извини, – почти беззвучно прошептала я.       – Архимаг, ты знаешь чары приглушения шагов? – в глазах данмерки плескалась злость. Я отрицательно помотала головой.       – Ах, ну да… Ты же не владеешь Иллюзией, – из её уст послышалась издевка настолько тонкая, что возможно мне просто показалось. – Стойте смирно.       На ладонях Брелины появилось синеватое свечение. Она направила его сначала на меня, а после на Эрандура и Алисана. Я ощутила дуновение магии, но не услышала никаких звуков или шорохов, зачастую сопровождавших чары.       – Садитесь за стол, – прошептала Брелина, – сейчас найду что-нибудь поесть.       Мы оставили вещи и оружие в прихожей. Ваббаджек я разместила в стойке с правой стороны от очага – посох проводил меня гневным выражением. Потом осторожно переместилась на кухню, скромно присела за стол на лавку. Сбоку от меня устало опустился Алисан, а жрец разместился на стуле сбоку. Брелина поставила перед мальчиком тарелку с холодным печеным картофелем, чуть подгоревшим по краям. Потом достала из буфета две бутылки эля и подала мне и жрецу, мальчику досталась жестяная кружка с водой.       – Хотелось бы посмотреть на малыша, – сказал вдруг Эрандур.       – Вот проснется, тогда и насмотримся, и наслушаемся, – Брелина села рядом со мной и подперла кулаком щеку. Её глаза от усталости закрывались. – Я-то думала тоже посплю немного, – она подавила зевок, и мне сразу захотелось вздремнуть, глядя на неё.       – Мы бы тоже рады сейчас мирно спать, но, как ты уже, вероятно, поняла, заявились сюда не по своей прихоти, – с грустью в голосе сказала я, и данмерка немного оживилась.       – Что произошло?       – На поместье Озерное напали. Талморцы. Райя и Эйрин мертвы.       – Что?! – громко возмутилась Брелина и тут же прикрыла рот ладонью. – Это… Это ужасно… Не знаю, что и сказать… С чего бы Талмору нападать на вашу землю?       – Оказалось, что неподалеку находится святилище Талоса, а Райя как раз охотилась в тех краях. Думаю, её заподозрили в нарушении правил Конкордата, – мрачно поведал Эрандур. Я поддержала его кивком – нельзя же напугать молодую мать тем, что целями Альдмерского Доминиона являемся и мы тоже.       – Это вполне вероятно, – согласилась Брелина. – Талморцы и не на такое способны. А что с Эдрианом? Он в порядке?       – В полнейшем. Отбыл в Солитьюд докладывать Туллию о победе в Маркарте, – гордо сообщила я.       – Лучше бы ещё разок отбыл домой, – проворчала данмерка.       – Придет время и настанет мир, и он обязательно вернется, – обнадеживающе высказал Эрандур. – Мара сохранит его и вашу семью.       – Спасибо. Это действительно приятно слышать, – подруга тепло посмотрела на жреца. Я принялась за эль, на еду уже и не рассчитывала.       – Как обстановка в Вайтране после войны? – полюбопытствовала, отхлебнув прохладный терпкий напиток.       Брелина закатила глаза и выдохнула, будто что-то вспоминая.       – Ничего хорошего. Лавочники просто с ума сошли – овощи стоят как мясо, а то и дороже. Говорят, ярл Балгруф скоро запретит их продавать, и все жители будут получать определенное количество из общих кладовых. Но пока это только слухи, торговля продолжается. Я бы с радостью уехала куда-нибудь отсюда. Хотя бы обратно в Коллегию… только Брендан ещё слишком мал для путешествий       – Сколько ему?       – Второй месяц пошел, – Брелина улыбнулась, но после сразу помрачнела. – Что бы я ещё раз родила! Нет уж! Ни на что времени нет, раньше я хотя бы могла варить зелья, а теперь стоит только встать к алхимическому столу или сделать половину расчетов, как малыш начинает плакать или пора его кормить… и никакой работы не получается. Зиму точно придется коротать здесь, – она так тяжело вздохнула, что я ощутила, как сильно данмерке хочется сбежать. Хоть снова учиться магии, хоть на раскопки в Саартал, куда угодно.       – Если тебе нужна наша помощь… – начала я, поймав удивленный взгляд Брелины.       – Вы останетесь здесь, чтобы я могла выспаться? – она скептически усмехнулась, но в глазах промелькнула надежда.       – Вообще, пару дней мы могли бы провести в Вайтране, – предложил Эрандур. – А после нужно ехать…       – И наверное, вы считаете, что война это не для детей, – Брелина договорила за жреца, – И что Алисану нужна нянька.       Юный редгард, услышав своё имя, перестал есть и вскинул кучерявую голову.       – Прости, Алисан, – данмерка виновато посмотрела на мальчика. – Но я не смогу присмотреть за тобой. Я себя и Брендана еле могу прокормить сейчас, а если… Если с Эдрианом что-то случится… Или с вами, – её карминовые глаза наполнились слезами, которые она тут же смахнула с ресниц.       Со второго этажа сначала раздалось едва слышное хныканье, но с каждой секундой оно становилось громче и совсем скоро переросло в пронзительный крик. Брелина сразу бросилась наверх, мы остались за столом. Обернувшись, я проводила убегающую данмерку взглядом и спросила у жреца:       – И что теперь делать?       – Я смогу поехать с вами? – просиял Алисан, переводя лучащиеся глаза то на меня, то на Эрандура.       – Можешь, – ответил тот. – До Данстара.       – Что?! – в один голос спросили мы с мальчиком и переглянулись.       – Нет! Только не снова Данстар! – глаза Алисана вмиг наполнились неподдельным страхом. – Там холодно и ужасно! Я не хочу возвращаться! Не бросайте меня! Пусть я лучше погибну, но вместе с вами, а не останусь там жить совсем один!       Меня же волновало другое. Алисану, в отличие от нас с Эрандуром, в Данстаре ничего не угрожало. А я побаивалась мести Мадены и чувствовала, что придворная колдунья на многое способна, чтобы восстановить правосудие, которого жрецу пока удавалось избегать.       И вместо того, чтобы что-то объяснять или громко протестовать, я указала пальцем на Эрандура, а потом провела себе по горлу. Надеюсь, этот жест он интерпретировал верно, несмотря на глубокий обреченный вздох.       Со второго этажа по-прежнему раздавался плач, хоть и слегка затихший. Почему-то мне именно сейчас некстати припомнилось, что Эрандур отправил меня в Трясину именно в этом доме. Уж не осталось ли под этой крышей отголосков черной магии, которая беспокоит младенца? А если вдруг они до сих пор витают здесь, впитавшись в стены и мебель, то, как их искоренить и помочь Брелине выспаться?       В суровых размышлениях хмуря лоб, я допила эль и отставила бутылку в сторону.       – В Данстар мы не поедем, – заявила жрецу архимажьим тоном, не терпящим никаких возражений, но забыла, кто из нас обычно принимает дельные решения.       – А как ты собралась достичь Винтерхолда? С помощью левитации? Или на драконе? – не меняясь в лице, ответил он вопросом. Я в гневе раздула ноздри, подбирая ответ, в котором было бы поменьше бранных слов.       – Итак, у нас осталось два пути, – невозмутимо продолжал данмер. – Рискнуть и проехать через Данстар или… Истмарк, который целиком находится во власти Ульфрика. Где у нас теперь меньше шансов погибнуть?       – Мы загнали себя в ловушку. Я ни разу не задумалась об этом. В обход Данстара для нас нет путей…       – Храм, – короткий ответ повеял холодом. Я скосилась на Алисана, который не понимал, о чем именно идет речь.       – А что не так в Данстаре? Думаю, дядя Торинг будет рад нас видеть… Интересно, как там малышка Лейя?       Если бы мы ехали без Алисана, конечно, заезжать в город было бы не обязательно. Мы бы могли ненадолго остаться в Храме Призывателей Ночи и продолжить путь после. А что делать теперь, когда Брелина отказалась помочь, я очень плохо себе представляла.       Данмерка спустилась вниз с притихшим младенцем на руках.       – Он просто немного проголодался, – сообщила она, баюкая сверток, в котором почти неподвижно лежал малыш.       Брелина села рядом со мной, и я впервые в жизни увидела крошечного голубоглазого данмера.       – Он такой… странный, – высказала подруге, и её лицо потемнело.       – Наверное, ты хотела сказать милый.       – Какой красивый! – восхитился Алисан, потянувшись ближе.       – Да благословит Мара это дитя, – кивнул жрец, позволив себе легкую улыбку.       Брелина обвела нас уставшим взглядом.       – Если вы уже наелись и напились, то буду рада, если приберете за собой. Потом можете занять гостевую комнату или спать прямо здесь… В общем, где найдете место.       – А я думала, мы сегодня идем в таверну…       – Теперь Хульда за комнату берет сто септимов, – скривилась Брелина. – Лучше останьтесь здесь. А я с ног валюсь и хочу хоть немного поспать.       – Да, конечно, – я встала с лавки и забрала у Алисана пустое блюдо. – Спасибо тебе.       На это Брелина ничего не ответила. Поднялась, покачивая ребенка, и потихоньку пошла по лестнице, на манер колыбельной мурлыча мотив «Рагнара Рыжего». Мальчик широко зевнул, Эрандур поднялся и дошел до очага, где разместился в кресле. Алисан пошел к нему, сел рядом и тут же начал клевать носом, отогревшись, пока я отмывала блюдо и убирала бутылки со стола. Иными словами, помогала Брелине, чем могла. Потом заметила, что приемный сын уже почти заснул, неслышно поднялась наверх и посмотрела в спальню, где Брелина, уже убаюкала малыша и осторожно положила его в колыбель.       Заметив меня в дверях, она метнула раздраженный взгляд в мою сторону и махнула рукой. Это я перевела, как «делайте, что хотите, только не заходите сюда», поэтому пошла вниз и растормошила Алисана. Мальчик смотрел на меня сонными глазами, темное лицо осунулось от усталости.       – Иди наверх, в гостевую комнату. Это слева от лестницы. Там есть кровать, – шепотом объяснила я ему.       – Спасибо… Спокойной ночи, мам, – промямлил он и поплелся наверх. Я села на его место возле Эрандура и расслабленно откинулась на спинку кресла, глядя на медленно гаснущий очаг. Данмер не отрывал взгляда от пламени, хоть его глаза уже начали слезиться.       – О чем задумался? – спросила я, когда дверь комнаты за Алисаном, тихонько скрипнув, закрылась.       – Странно. Не получается себя понять.       – Если уж ты не можешь, тогда мне точно ничего не светит, – не сдержавшись, усмехнулась.       – Я убил его, – он, конечно же, говорил об Эйрине. – И в тот злополучный миг я думал только о тебе. Что ты можешь пострадать... Или погибнуть… Я не стал переубеждать его, не попытался решить дело мирно и не исцелил. Хотя у меня были силы и возможность сделать это. А теперь думаю, как глупо он погиб, поддавшись секундным эмоциям. Быть может, я поступил правильно, а он сошел с ума? И тот, кто бежал на тебя, уже перестал быть тем Эйрином, которого мы знали?       Я положила ладонь на его руку и посмотрела прямо в огненно-рубиновые глаза. Он вздрогнул от моего внезапного жеста.       – Эйрин умер вместе с Мьол, – сказала я. – Он мог бы наброситься на нас ещё раньше, если бы Ворстаг тогда не ударил его первым. Думаю, всё это время, даже когда он был с Райей, он был сильно… обижен? Нет, он был разбит смертью подруги, женщины, которую любил. А я… дура… Даже забыла её улыбку, а для него она была всем миром, воздухом, которым он дышал, образцом для подражания, – сердце заколотилось сильнее, а Эрандур вдруг сам схватил меня за руку и крепко сжал пальцы.       – Считаешь, что все эти месяцы, мы пытались отсрочить неизбежное, уйти от ответственности перед ним?       – Райя помогла ему взглянуть на вещи по-новому, но и её у него отобрали. Талморцы, но из-за нас, – очень захотелось перебраться к нему в кресло и обнять. – Любой бы на его месте сошел с ума.       – И все же, это было… преступление.       – Эйрин не смог защитить Мьол, а ты смог спасти меня. В этом и разница между вами.       – Нет, – Эрандур посмотрел на меня с болью. – Из твоих уст всё звучит проще. Перед тобой не стоит дилеммы, как передо мной. Но это не меняет случившегося. Я совершил злодеяние.       – Для защиты любимого человека любой ценой. Так, где пролегает эта граница зла?       Жрец вдруг потянул меня к себе рывком, и через мгновение я оказалась у него на коленях и обвила руками шею. Он уткнулся в моё плечо, когда я прижалась к нему, и обнял так крепко, словно боялся чего-то.       – Я отдам себя только под твой суд, Джулия. Скоро, очень скоро, ты узнаешь всё обо мне.       – Не бойся. В этот раз я уж точно не убегу, – я погладила его жесткие пепельные волосы, вдохнула запах горьких трав и закрыла глаза. Тепло очага и объятия любимого согревали, и не хотелось даже дышать, чтобы не спугнуть эту прекрасную минуту.       Повисшая в доме тишина навевала сон. Я думала, предложить Эрандуру перебраться на спальники, ведь завтра нам снова предстояло отправиться в путь. Или беспокойный малыш Брелины может помешать нормально выспаться.       Что-то сзади вдруг упало и задело меня по спине.       – Ай! – я рывком обернулась. В тот же момент в алхимической лаборатории Брелины разбилось стекло.       На полу валялся Ваббаджек, беззвучно вопящий от ужаса. Как он упал со стойки, осталось загадкой.       – Даэдрова палка! – выругалась я на подарок Шеогората, испортившего момент.       – Что? – Эрандур будто очнулся от наваждения.       – Что-то разбилось? – заволновавшись, встала с колен жреца и подобрала посох.       Кто-то один раз стукнул в дверь.       – Какого… – я не договорила. Со стороны лаборатории медленно вползало на кухню и поднималось ко второму этажу чёрное облако дыма. – Пожар! – завопила я на весь только что заснувший дом. Эрандур кинулся к двери, отодвинул засов, навалился плечом, но ничего не случилось.       – Кто-то подпёр дверь с той стороны! – рявкнул данмер. Облако дыма заволокло кухню и прихожую в мгновение ока. Дым пах слишком едко, даже непривычно, какими-то травами или кислотой, от чего в горле начинало першить.       – Шеогорат, прости меня! – извинилась я перед посохом и кинулась наверх, сквозь черную клубящуюся завесу, прикрывая рот и нос рукавом.       – Алисан! Брелина! Пожар! – взвившись по лестнице на второй этаж в три прыжка, я выдернула из спальни сонного мальчика, который уже начал кашлять. – Задержи дыхание!       Дым заволакивал второй этаж, но сориентироваться в небольшом доме не составило труда, и мы с мальчиком кинулись к дверям спальни.       – Брелина! – хрипло проорала я и закашлялась. Ворвавшись в спальню, увидела перепуганную данмерку, прижимающую к груди младенца.       – Что происходит? – со слезами на глазах спросила она.       – Дом горит! – рявкнула я. – Бежим отсюда!       – Боги… нет! – она вцепилась в малыша.       – Скорее!       Алисан выбежал из спальни, но путь по лестнице нам преградило пламя, за стеной которого Эрандур пытался выбить дверь. В том, что этот поджог рукотворный у меня уже не осталось сомнений. Отвратительный едкий дым заполнил весь дом в считанные секунды. Кто-то знал, где находится лаборатория и что поджигать нужно именно оттуда.       – Брелина! Окно! – прокашляла я, тыча пальцем в покатый потолок.       – Какое ещё окно? – закрывая лицо Брендана, спросила она.       – Над кроватью! Мы должны вылезти и выпустить Эрандура! Ты же Телванни! Ты умеешь летать!       Данмерка решительно кивнула. Мы закрылись в спальне, но дым все равно полз через щели в полу. Воняли ингредиенты, чадили циновки, вещи. Все, что могло гореть – пылало, пожираемое беспощадным пламенем.       – Алисан… Ставь тумбочку сюда…       Мы вместе с мальчиком передвинули мебель, к окну, что вело на крышу.        – Сможешь залезть?       – Ага, – он кивнул, взобрался на тумбочку и, подпрыгнув, ловко подтянулся на руках. Отчасти мне стало спокойнее.       – Пожар! – завопил он во всю глотку, а потом наклонился к нам.       – Держи Брендана, – данмерка передала ему ребенка.       – Лезь! – хрипела я. – Подсажу!       Брелина взобралась на тумбочку, я подтолкнула её снизу, потом залезла сама и она подала мне руку, с трудом вытянув на крышу, покрытую деревянной черепицей.       В Вайтране уже началась паника. Жители и стражники начали таскать воду в бадьях из ручья – каждый боялся, что загорятся соседние дома. Внизу я увидела Эрандура, которого уже кто-то освободил, заметив, что дверь подперта снаружи. На фоне ночного неба уже полыхало зарево от дома. Брелина забрала у Алисана ребенка, применила магию и аккуратно сошла с крыши. У меня таких способностей не было, а прыгать казалось опасным – высоко.       – Мам, смотри, крыша кузницы. Давай перелезем на неё! – Алисан потянул меня на другую сторону покатой крыши. Я, скользя по черепице, полезла за ним, стараясь сохранить равновесие. Мальчик разбежался и легко перепрыгнул. Я последовала было за ним, но моя грация не могла соперничать с ловкостью юного редгарда, а посох в руках стал балластом и не позволил как следует разогнаться. Сиганув на кузницу, едва достигла откоса, и, ударившись об него, рухнула вниз, в заросли высохшей пушицы.       – Ма-ам! – завопил Алисан сверху. Вокруг я слышала только шум, суету, крики и звон исцеляющих чар.       – Лучше бы на меня прыгнула, я бы поймал, – тихо сказал мне Эрандур. – Ты в порядке?       – Не знаю, – я попробовала шевелиться. К счастью, все части тела чувствовались. К сожалению, все эти части болели от падения.       – Она жива! Спускайся! – крикнул Алисану жрец. Я медленно поднялась и хромая на обе ноги, сгорбившись, отошла подальше от кузницы и горящего дома.       Жители Вайтрана и стражники передавали друг другу воду. Поливали стены дома и все вокруг него. Брелина сидела на пригорке, возле «Пьяного Охотника» и баюкала плачущего ребенка. В её глазах отражались горе и пламя.       – Это талморцы… Или их агенты. За нами следили… Это из-за нас… – негромко сказала я Эрандуру, что вел меня под руку к данмерке. Жрец промолчал и усадил меня рядом с Брелиной. Сам пошел помогать тушить дом.       – Везде опасно, – всхлипнула Брелина. – Думаю, Братья Бури решили так отомстить Эдриану…       – Или Талмор. Кто угодно мог… Не знаю, – я потерла рукой воспаленные от дыма глаза и тут же пожалела об этом. Защипало ещё сильнее. Вид пылающего дома нагонял страх и отчаяние. Только что меня согревал очаг, даруя тепло и умиротворение, но вмиг огонь обратился в голодного зверя, от которого нет спасения. За последний год мне хватило вида горящих городов и разрушений, чтобы начать бояться открытого пламени.       – Есть безопасное место, – проронила я. – Коллегия Винтерхолда. Мы должны отправиться туда. Только там нас никто не достанет.       Брелина взглянула на меня круглыми от ужаса глазами.       – Но Брендан…       – Он же наполовину норд, не так ли? – я ободряюще улыбнулась, а плач малыша притих. – Кажется, он тоже не против отправиться в путешествие.