you deserve the world

      И вновь, стоит только поднять тяжёлые веки, взгляд чуть красных глаз Ника устремляется на небо. Вот только сейчас оно тёмное, с постепенно появляющимися звёздами. Это так расслабляет — просто лежать и наблюдать за ненастоящим, но одним из самых лучших миров. Глубокий вдох тёплого вечернего воздуха, медленный выдох. Это громкое действие привлекает внимание владельца планеты, который ходит среди высокой жёлтой травы. Судя по звукам, он что-то ищет. Точнее, кого-то. Вдруг перед глазами появляется макушка Карла. Его взгляд чуть встревоженный и совсем слегка замученный, но он тут же смягчается, видя выражение лица Сапнапа. Его лёгкую улыбку, которая так просто отметает все мысли, заставляя забыться на пару секунд. — Я искал тебя. — Коротко и ясно говорит старший, поправляя волосы. Кстати, на сей раз Джейкобс выглядит так же, как и в реальной жизни. Сапнап предполагает, что и он сейчас в своём теле. У этого есть какие-то причины? Возможно. — Нетрудно догадаться, — действительно, тот сейчас достаточно тяжело и глубоко дышит, но, благо, не вспотел. — Присядешь? Такая уютная и расслабляющая атмосфера, что ни одному из парней не хочется переходить к делу. Даже зачинщику сие действия. Они оставили Джорджа и Дрима, но те даже и заметить не успеют, что они «отходили». — Нет, ведь нам пора идти.— Отвечает Карл, протягивая руку младшему. Тот без вопросов «куда?» и «зачем?», поскольку он доверяет другу, протягивает ладонь и принимает чужую помощь, поднимая туловище, а после и вставая на ноги. Отпускать его тёплую и чуть влажную ладонь так не хочется. Задать такой вопрос стоит больших усилий, ведь приходится перешагнуть через понятное волнение и смущение, но Нику удаётся, и с его уст слетает: — Можно мне держать тебя за руку? Это огромный риск, поскольку он не так хорошо знает, что чувствует шатен. Что подумает после, как отреагирует на такое выражение симпатии. Но все сомнения быстро разлетаются в щепки, когда он слышит «да, конечно». Более ласковым и звонким голосом, который буквально источает приятное для младшего чувство. Ощущается, что кровь приливает к щекам обоих парней, заставляя залиться их краской, но в этом тёмном месте трудно разобрать хоть что-то. — Куда ты хотел пойти? — Вновь озадачив приятеля, Николас оглядывается по сторонам. С его ростом трудно определить, куда держать путь, поскольку на уровне глаз видно лишь колосья пшеницы. Сапнап уверен, что пшеница в реальном мире не выше его плеч. — Куда подскажет твоя интуиция, — улыбается Джейкобс и смотрит прямо в чужие глаза. Через несколько секунд молчания постепенно начинает появляться освещение. Это пшеница: некоторые её зёрна начинают источать свет. Слабый, но он показывает чужие лица сквозь полумрак и позволяет узнать эмоции. Они так понятны и ясны. Увидев розоватые щёки друг друга, оба смущаются и почти одновременно отворачиваются в противоположные стороны. Удивительно, как это не пробивает на смех, но через несколько мгновений младший указывает в одну сторону и шагает в её направлении. Слева от Карла, справа от Николаса. Вскоре они уже шагают, подстроившись под идеальную скорость для обоих. Они никуда не торопятся, поскольку могут задержаться тут навсегда. У них есть очень… Очень много времени, чтобы высказать всё недосказанное. — Прости… За тот случай на моей планете, — первым начинает Сапнап, угрюмо опустив взгляд на свои ноги и чуть замедлив темп ходьбы. — Я сглупил, затупил. Я идиот. Из этой ямы самобичевания его выводит остановившийся старший, который чуть сильнее сжимает чужую ладонь. — Ты не виноват. Не виноват в том, что у тебя на душе нелегко. Ему не приходится долго разжёвывать информацию, поскольку Ник поднимает глаза. Мокрые и немного уставшие. — Мне не было сильно больно в тот момент. Мне не больно сейчас. Я в порядке и хочу, чтобы ты был в порядке тоже. И вот, аккуратно закончив, он расслабляет хватку и вновь идёт дальше. Вместе с младшим, который зарывает вторую руку в свои светло-русые волосы. — Мы почти пришли, — говорит Джейкобс, слегка ускорившись. Из-за этого через секунд семь перед их глазами расступаются последние колосья двухметровой пшеницы, а они сами выходят на крутой обрыв. Ещё более живописный, поскольку он является ночным. Позади них поле высоченной пшеницы, а впереди — просторный взгляд на новые локации с наверняка интересными и необычными строениями, растениями и природой. Однако их трудно разглядеть в данный момент. До обрыва метров десять, справа от парней расположен синий поношенный пикап, а слева дерево с качелями. Словно место из детства фермерского ребёнка. — Вааау… — тянет Сапнап, с приоткрытыми губами оглядываясь по сторонам. Такое приятное деревенское чувство, которое он получал из разных старых мультфильмов или рассказов. Хорошо приглядевшись, можно разглядеть у дерева с качелями на толстых верёвках плетённую корзину с торчащим уголком клетчатой ткани. — Это что, корзина для пикника? — задаёт вопрос Ник, оглядываясь на владельца планеты с детским восторгом. — Да. Вообще, традиционно пикник устраивают днём, но… Если хочешь… — Нет, не стоит. Ничего не меняй. Я бы хотел… — помедлив, Сапнап оступается в своих словах и мнётся, поскольку не хочет сказать лишнего. — Я бы хотел ещё посмотреть на звёзды вместе с тобой, если ты хочешь. Опасения были напрасны, поскольку Карл искренне улыбается и, выпустив смешок, выдаёт: — Всё хорошо. У нас как раз-таки есть место, где мы можем расположиться. Выбирай: качели или капот пикапа? Просто притворись, что я довёз нас сюда на нём. Усмехнувшись, он беззвучно выдыхает, ибо второй раз не последовало никаких претензий касательно его слов и выражении симпатии. Он был почти полностью уверен в чувствах. — Давай… Расположимся на качелях, — говорит Николас, но не идёт к ним, поскольку сначала нужно дождаться чужого согласия. Оно поступает без озвученного ответа, когда Джейкобс сам направляется к ним, ведя за собой приятеля (?). На деревянной доске сначала распологается Ник, подвинувшись ближе к краю качели. Таким образом он не занимает много места и, когда Карл садится, становится ясно, что по центру остаётся приличное расстояние. Но всё-таки старший не решается придвигаться ближе к Сапнапу, тихонько кладя их руки между ними. Наклонив голову к верёвке и обхватив её свободной рукой, Карл медленно поворачивается в сторону друга, смотря на его спокойные глаза, внимательно изучающие небосвод со звёздами. — Я… Надеюсь, тебе тут нравится, — аккуратно начинает Карл, переводя взгляд туда же. В даль фальшивых звёзд, но всё равно таких приятных. — Не переживай, всё прекрасно. Мне нравится у тебя, — прикусив губу на незаконченной фразе, ему хочется последний, финальный раз убедиться во всём. — Мне нравится находиться с тобой. Третий раз он ставит всё. Первые два раза ему повезло, но сейчас он сыграл в открытую и повысил ставки до возможного предела. Либо он лишится всего: дружбы с Карлом, его доверия и эмоций; либо же он оставит всё и получит ещё больше. Тузов в рукаве не осталось, мелков и акварели, с помощью которых он рисовал их — тоже. — Ник, посмотри на меня… — Спокойно, нечитаемо выдаёт Джейкобс, расслабляя ладонь, накрывающую тёплые пальцы Ника. — … — Помедлив, с чуть опущенными глазами Ник поворачивает голову в сторону Карла. Его взгляд устремлён на его ключицы, но с каждым мгновением он поднимается выше: подбородок, губы, кончик носа. И останавливается на глазах. Он подмечает ещё раз красоту Карла. Его волосы, прикрывающие лоб, синие глаза, в которых только тонуть, прекрасную улыбку и звучный смех, из-за которых любые проблемы забываются. — Ник, ты… — Пытаясь найти слова, чтобы как-то выразить свою взаимную симпатию к парню, Карл оступается и сильно теряется. Парень выбил из-под его ног почву, он уже потерял себя. — Так и знал, что не стоит это начинать. — … — Но стоит ему только начать говорить, как старший вновь находит нить, за которую нужно ухватиться и, не дав тому отвернуть голову, ласковым прикосновением пальцев к щеке поворачивает голову и накрывает чужие губы своими. Карл жмурит глаза, чтобы в случае чего не сгореть от вспыхнувшего чувства стыда. Рука, которой он не дал Нику избежать поцелуя, располагается на чужом плече. Глаза Ника же раскрываются и ищут подвох. Но мысли и чувства смешиваются в одну кашу и застревают где-то в животе. Он обеспокоен и встревожен, но это волнение очень приятное. Ему нравится поцелуй. Найдя в себе силы успокоиться, Николас опускает веки и, приоткрыв губы, пропускает удар сердца. Или два. Он не уверен в том, что делает. Он не уверен, что делать дальше. Но он не хочет прекращать, ведь будет шанс, что это всё неправда. Но как только он чувствует, что приоткрываются чужие губы, у него из лёгких пропадает любой воздух. Он забывает, как дышать и что был намерен делать. Первым останавливается Карл, но не из-за того, что ему необходимо отдышаться. Он чувствует, что Нику это необходимо. Отстраняясь на пару десятков сантиметров, он внимательно смотрит в уже открытые глаза Сапнапа: — Прости, что так резко. Я не смог найти слов для ответа, — чувствуя приливающую уверенность, парень продолжает: — Ты мне безумно нравишься, и я не хочу рушить отношения с тобой. Выравнивая дыхание словно после длительного бега, Сапнап пытается осознавать происходящее. Он закрывает свои губы ладонью и всматривается в Карла, пытаясь уловить происходящее. — Ты в порядке? — задаёт вопрос Карл, двигаясь чуть ближе. Убирая руку от своих губ, тот не знает, чем продолжить и, присаживаясь ещё ближе, тянется в объятья. Накрывая чужие плечи своими руками, он обвивает их вокруг шеи, утыкаясь носом в неё же. — Прости, мне просто необходимо это… Карл всё понимает, поэтому, поднимая руки к талии, обвивает их вокруг неё и поднимает выше, всё также притягивая парня для более тесных объятий. Карл смотрит на достаточно старое дерево, вслушиваясь в чужое дыхание. Словно по желанию и нужде в этом, все колосья пшеницы перестают шевелиться из-за лёгкого ветерка. — Я люблю тебя, Ник, — тихо говорит Карл на ухо младшему, поднимая руку выше, чтобы аккуратно поглаживать его волосы. — Я тоже тебя люблю, Карл, — отвечает Ник, зарываясь носом. Как бы пытаясь зарыться глубже, но в итоге он просто двигает им по голой коже.

***

       В приятной друг для друга тишине друзья (?) сидят около десяти минут. Теперь оба готовы к последующему разговору. Отодвигаясь от Карла, Сапнап с лёгкой улыбкой произносит: — Так… Теперь… Однако неуверенность у него остаётся, это чувствуется по лёгкой дрожи ладоней, которые он убирает со спины Джейкобса. — Дай мне руку. — Просит Карл. — Чт… Что? — непонимание во взгляде младшего отчётливо читается — Просто дай мне руку. — Нет, всё хорошо, — протягивая её, он продолжает: — просто это не то, что я ожидал. Осторожно беря ладошку, он поднимает её ближе к губам и оставляет аккуратный поцелуй, после которого поднимает глаза. — Я думаю, что теперь… Теперь мы пара, если ты этого хочешь, — уверенно говорит Карл, прижимая тыльную сторону ладони Ника к своей щеке, медленно трётся об неё, но не сводит спокойного взгляда с лица сидящего напротив. Ник чувствует, как краснеет, но не теряет себя и отвечает: — Я… Я не против!.. — немного громче обычного, он решает повторить чужой жест, чувствуя, как его глаза становятся мокрыми. И вот они забывают об этой лживой действительности, всматриваясь в счастливые лица друг друга, но ловят краем взгляда пшеничное поле, колосья которого начинают затухать. И только Карл знает, что последует дальше: — Поверни голову в сторону обрыва, — улыбаясь, говорит он. Конечно же Сапнап производит это действие, на его глазах начинает появляться солнце.       Рассвет. На небе появляется бензиновый развод. Звёзды гаснут с каждым мерцанием, некоторые покидают своё место и стремятся вниз. — Хочешь, мы в будущем останемся здесь навсегда? — спрашивает Карл, чувствуя сильное облегчение. — Ты заслуживаешь этого мира. Ты заслуживаешь большего. Мы возьмём Джорджа и Дрима с нами. И Квакити. И остальных, если захочешь. На глаза Сапнапа накатывают слёзы. Он полностью охвачен своими эмоциями. Однако в пылинках разума удаётся сконструировать шутку и отпустить её: — Хочешь устроить Л’Мэнбург? — засмеявшись, Ник поворачивается к Карлу и, говоря, что они засиделись, второй целует его. Верно, им нужно вернуться. У них ещё будет куча времени друг на друга.

***

       Вновь открывая глаза в доме Клэя, парни разжимают объятья и чувствуют облегчение. Дрим и Гоги слишком быстро догадываются, что те были на планете Сапнапа или Карла, но ничего не говорят. — Что ж… — начинает Николас, переводя радостный взгляд на Джейкобса, который сразу понимает его задумку: — Теперь мы пара. — Продолжив мысль, он берёт тёплую ладонь младшего в руку и поворачивает взгляд на двух друзей.