Шарф моего парня

Каждое воскресенье в три часа дня Бен Соло пил чай у своей бабушки Падме. Они завели этот ритуал, когда он поступил в университет и стал жить отдельно, и с тех пор ничто – ни встречи с друзьями, ни походы в кино или на футбол – не могло заставить его отменить или хотя бы перенести эту встречу. Это было такой же естественной частью его жизни, как для других людей – утренний кофе или цветы на день рождения. Однако нынешняя встреча проходила совсем не так, как он ожидал. - Скажи мне, дорогой, - начала бабушка, едва они сели за стол и она разлила по тонким фарфоровым чашкам чай с клубникой и апельсином, - почему ты больше не носишь тот голубой шарф, который я тебе связала? Он ничуть не хуже, чем в любом магазине. Крифф. Бен всегда знал, что у Падме сверхъестественная интуиция. Играть с ней в карты в детстве было сущим наказанием. - Прости, бабушка, я его потерял. Мне очень жаль. Хотя по сравнению с ним бабушка была маленькой и хрупкой, Бен не решился поднять на нее взгляд и в итоге адресовал признание своей чашке. На мгновение в небесно-голубой гостиной повисла тишина, а затем последовал короткий и неожиданный ответ. - Ложь. Ошарашенный, Бен резко вскинул голову. Падме покачала головой и непринужденно откинулась на спинку кресла, улыбаясь так, словно ей была известна какая-то тайна. - Я не вру. Следующий вопрос Падме заставил его пожалеть о своей честности. - Когда ты собирался сказать мне, что у тебя появилась девушка? Бен поперхнулся чаем и со звоном опустил чашку на блюдце. - Прости, что? – выдавил он, прочищая горло. Падме приподняла брови. - Ты меня прекрасно слышал. - У меня нет девушки! Это была правда. Бен даже не помнил, когда в последний раз ходил на свидание. Но бабушка смотрела на него с такой обидой, словно он утаил от нее жену и троих детей. Протянув руку, она медленно взяла чашку, сделала глоток чая и удовлетворенно хмыкнула. Бен сверлил ее взглядом, ожидая объяснений. - Вчера в цветочном магазине, - не спеша заговорила Падме, - я встретила девушку в твоем шарфе – с двумя белыми полосками по краям и твоими инициалами, Б. С., на конце. Когда я спросила, где она купила такую красивую вещь, она покраснела и сказала, что это шарф ее парня… молодого человека, - запоздало поправила она незнакомку. – Итак, Бен? У Бена отвисла челюсть. Это было безумие. Абсолютное безумие. Он уже был готов спросить Падме, не ошиблась ли она шарфом, но вовремя прикусил язык. - Как она выглядела? – спросил он. Падме негодующе фыркнула, прежде чем ответить. - Очень красивая, на мой взгляд. Короткие каштановые волосы, зеленые глаза, очаровательная улыбка. Легкий британский акцент. Тебе лучше знать! Да, это уж точно. Когда Падме упомянула акцент, Бену все стало ясно. До того как его компания переехала в новый офис, он часто ходил обедать в одно и то же кафе, «Такодана». Он долго уверял себя, что дело было в постоянно обновляющемся меню и щедрых порциях по сравнительно невысокой цене. Совсем не в том, что там работала одна из самых прекрасных девушек, которых он когда-либо видел в своей жизни. Не в том, что при виде ее улыбки его сердце пропускало удар. И уж точно не в том, что, пробивая его заказ, она обязательно рассказывала ему о положительном влиянии орехов на мозг или интересовалась мнением о последних новинках в кино после того, как услышала их с Арми разговор о Джеймсе Бонде. Последний день в старом офисе совпал с началом его командировки в Лондон. Собрав вещи и едва успев пообедать, Бен схватил чемодан и пальто и поспешил к ожидавшему его такси. Он не помнил, в какой момент и где умудрился забыть шарф, но, судя по рассказу Падме, теперь он был у Рей. Той самой Рей, которую он не отважился пригласить на свидание после нескольких месяцев разговоров через прилавок. И которая теперь называла его шарф вещью своего парня. - Это недоразумение, бабушка, - сказал он Падме. – Я едва знаю эту девушку. - Ну а она, судя по всему, не прочь узнать тебя поближе! – отрезала та. – Действуй, Бен. Она тебе нравится, я же вижу. Ты весь покраснел. - Чай слишком горячий, - буркнул Бен, вызвав у нее смех. - Тогда возьми печенье и дай ему остыть. И расскажи мне, что там происходит у Арми и Роуз. Когда он сделает ей предложение? . Рей была на месте – он увидел ее тонкую фигуру в окне «Такоданы», покрытом нарисованным инеем. Ее волосы были собраны в три пучка, а на макушке красовался ободок с шапкой Санта-Клауса. Она улыбалась, накладывая еду на тарелку очередному посетителю, перед тем как взвесить ее и поставить на поднос. Он сглотнул, чувствуя, как вспотели ладони, хотя на улице стоял мороз. Могла ли она действительно носить его вещь? Могла ли эта веселая, прекрасная девушка запомнить его среди бесконечного потока людей, которые каждый день приходили сюда на завтрак, обед и ужин? Могла ли… Рука в черной перчатке крепко сжала дверную ручку, и Бен вошел в кафе, едва не задев головой гирлянду из искусственной хвои. Очереди не было, и он сразу подошел к витрине с едой, ожидая, пока вернется Рей. В честь приближающегося праздника место стеклянных банок с зефиром и хворостом на ее верхушке заняли разукрашенные пряничные домики. Кого-то они могли бы впечатлить – но только не человека, который каждое Рождество строил с Падме имбирную копию королевского дворца Тида. - Привет, Бен! Рей наконец смогла отойти от кассы и теперь смотрела на него из-за пряничного города, спрятав руки в задние карманы джинсов и улыбаясь. В «Такодане» было не так уж и жарко, но на ее щеках появился румянец. - Я так давно тебя не видела, - сказала она. Бен сглотнул и взъерошил волосы, сбрасывая оцепенение. - Привет. Хм, да, мы же переехали, - напомнил он, стараясь, чтобы голос звучал дружелюбно. – Знаешь, Рей, я, кажется, забыл свой шарф, когда был здесь в последний раз. Голубой, с белыми полосками. На секунду в зеленых глазах Рей промелькнул настоящий ужас; она облизнула губы, стараясь сохранить видимость улыбки. Внутренности Бена сплелись в тугой комок, но он стоял абсолютно спокойно, сжимая пальцами края рукавов в ожидании ответа. - Д-да, кажется, такой был… - наконец пробормотала Рей, отступив на шаг. – Секунду, я принесу взглянуть. Она развернулась и пулей унеслась куда-то в глубины кухни. Бен присел за ближайший свободный столик, скрестив пальцы и нервно постукивая ногой. Рей вернулась меньше чем через минуту, неся в руках шарф, сделанный заботливыми руками Падме. - Это ведь твой? Все сомнения, страхи и трепет, обуревавшие Бена последние несколько часов, неожиданно исчезли, уступив место спокойной решительности. Он поднял брови и сказал, всем своим видом выражая удивление: - Я думал, это шарф твоего парня, Рей. Она отшатнулась, ахнув и прижав его к груди. Следующие слова вырвались у нее шепотом: - Та женщина… - Моя бабушка, - договорил за нее Бен, - которая хочет знать, почему я ничего не рассказывал ей о своей девушке. Он развел руками, словно прося помощи в этом непростом деле. В следующую секунду его спокойствие пошатнулось, потому что в глазах Рей блеснули слезы. - Бен, прости меня. Когда я заметила, что ты забыл шарф, ты уже давно уехал, и больше в «Такодане» тебя ни разу никто не видел. Я знала только твое имя и, - она уронила руки, спрятав ладони в голубой шерсти, - то, что у тебя очень милый шарф. Я оставила его себе, потому что он мне понравился… Легкая ритмичная музыка в зале смешивалась с громкими голосами других посетителей, но Бен слышал только ее тихий шепот. Прочистив горло, Рей сделала глубокий вдох и посмотрела ему в глаза. - …и потому что ты мне тоже очень нравишься. Очень. Все мои коллеги об этом знают и прозвали тебя моим парнем, - ее губы дернулись в извиняющейся улыбке. Бен смотрел на нее не моргая и не говоря ни слова и пытался понять, как они двое умудрились потерять столько времени. Рей истолковала его молчание по-своему. Шапка Санта-Клауса поникла, и, медленно и аккуратно складывая шарф, девушка сказала: - Когда твоя бабушка спросила меня про шарф, это было первым, что пришло мне в голову. Я знаю – звучит жутко. Я должна была пригласить тебя на свидание, а не присваивать твои вещи. Еще раз прошу прощения. Пожалуйста, забери его. Бен не двигался, напрочь проигнорировав ее протянутую руку. - Я тебе нравлюсь? – повторил он, чувствуя, как уголки губ ползут вверх. Он хотел услышать это еще раз – просто чтобы убедиться, что не спит. Рей кивнула не поднимая глаз, словно в ожидании приговора. - Да. Будучи юристом, Бен как никто другой знал, какую силу может иметь одно-единственное слово, сказанное в нужный момент. Но до сих пор простое «да» никогда не пробуждало в нем подобное чувство – будто его сердце действительно могло выскочить из груди. - В таком случае ты можешь оставить его себе, - сообщил Бен и усмехнулся, получив в ответ изумленный взгляд. – Это ведь шарф твоего парня. Во сколько ты сегодня заканчиваешь? Рей открывала и закрывала рот, словно выброшенная на берег рыба. - Ты… - Я делаю то, что должен был сделать в нашу первую встречу – приглашаю тебя на свидание, Рей. Ты согласна? Еще одного прекрасного в своей простоте «да» было бы более чем достаточно. Но в следующую секунду его шею обвили теплые руки Рей, а в нос ударил знакомый карамельный запах духов. Инстинктивно он потянулся, чтобы крепче прижать ее к себе, и почувствовал, что она тоже не смогла сдержать вздох облегчения. - Да, - прошептала Рей ему в шею и хихикнула. – Конечно согласна. - Отлично, - отозвался Бен, спрятав лицо в красной шерсти ее свитера. Он был готов держать ее в объятиях бесконечно, но звякнувший над дверью колокольчик и порыв холодного ветра, взъерошивший его волосы, возвестил о приходе нового посетителя. Рей отстранилась, не отпуская его плеч. Широко распахнутые зеленые глаза встретились с карими. - Мы скоро закрываемся. Я спрошу у Кайдел, не нужна ли моя помощь на кухне, и вернусь к тебе. Она убежала, оставив на столе перед ним шарф, связанный Падме. Бен провел пальцами по мягкой шерсти, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. На его губах блуждала улыбка. Он и не заметил, как прошло время, и перед ним снова возникла Рей, в пальто и без шапки Санта-Клауса. - Я готова. Он поднялся и, пристально глядя на нее сверху вниз, накинул шарф ей на шею. Рей снова покраснела, с трудом сдерживая улыбку. - Я могу сама… - Рей, - и она умолкла, не сводя с него глаз. Чувствуя на себе взгляды других девушек за прилавком, Бен медленно завязал шарф в красивый узел и расправил края, чтобы лучше прикрыть ее шею. На мгновение его пальцы задели щеку Рей, и она тихо втянула ртом воздух. Бену захотелось сделать это еще раз, но уже без лишних глаз. Он предложил ей руку. - Идем? Рей решила не брать его за локоть, а сразу переплела их пальцы. В глубине души он боялся, что им может быть неловко, но держать ее руку в своей оказалось так естественно, словно он уже делал это бесчисленное множество раз – возможно, в прошлой жизни. Рей улыбнулась ему. - Идем. . Падме позвонила Бену на следующий день после их встречи. - Итак, милый, ты нашел девушку, завладевшую твоим шарфом? Бен засмеялся и взъерошил волосы. - Да. Ее зовут Рей. И теперь она действительно носит шарф своего парня. На другом конце провода что-то зашуршало. - Как это замечательно, Бен! – с улыбкой в голосе ответила Падме. – Я очень рада за вас. Обязательно приведи Рей ко мне в гости в это воскресенье. - Мне кажется, ты немного спешишь. У нас было всего одно свидание. - И что-то мне подсказывает, что оно будет далеко не последним, - многозначительно ответила Падме. – Как вы провели вчерашний вечер? Бен закрыл глаза, чувствуя, как губы расплываются в улыбке. - Мы гуляли по городу. («…И больше всего на свете я хотел, чтобы этот вечер не заканчивался. Чтобы мы говорили, и спорили, и смеялись, и я не мог перестать улыбаться. Чтобы пили горячий шоколад на рождественской ярмарке, который купил я, потому что она уже взяла для нас два огромных имбирных печенья. Чтобы я касался ее губ, делая вид, что стираю остатки шоколада. Чтобы она целовала меня в щеку, уговаривая сделать фото на фоне рождественской елки, потому что я терпеть не могу фотографироваться. Чтобы она подпевала рождественским песням, а потом мы бежали через всю площадь к карусели, потому что раньше она никогда на такой не каталась. Чтобы в ее глазах отражались праздничные огни. Чтобы она говорила, что скучает по Англии, но Тид ей нравится гораздо больше – и смотрела прямо на меня. Чтобы мы целовались, сидя в позолоченной карете, которая едет по кругу, и мир казался правильным»). - Прогулка – это отличная идея для свидания. Но болеть вместе не так романтично, как ты думаешь, - проинформировала его Падме. - Мы в порядке, ба. Зашли выпить кофе. - Тогда не буду мешать. Привет Рей. Бен убрал телефон в карман. Бариста вручил ему два латте с корицей, и он наконец вернулся за столик. - Бабушка хочет с тобой познакомиться. Рей отодвинула тарелку с панини и со стоном опустила голову на руки, рассыпав по сторонам каштановые локоны. - Как я буду смотреть ей в глаза? - Не снимая шарф, который она связала для своего внука, - засмеялся Бен. – Я выиграл нам время, но учти, от Рождества мы точно не отвертимся. Рей потерлась лбом о локти, не решаясь принять новую для себя реальность. Она немногое рассказала ему о своем прошлом, но Бену было ясно, что приемные родители делали все, чтобы лишить ее всякой надежды на любовь. - У моей семьи есть свои странности, но все будет хорошо, Рей. Я тебе обещаю. Он протянул руку и коснулся ее щеки, заставляя поднять взгляд. Она смотрела на него с такой надеждой, что он был готов защищать ее от всего мира – или по крайней мере от своей семьи. . - Спасибо вам, миссис Скайуокер! – Рей наклонилась обнять пожилую женщину, держа в одной руке пару вязаных бежевых митенок, которые та подарила ей на Рождество. - Сколько раз я говорила тебе звать меня Падме, Рей? – пожурила ее бабушка Бена. Рей засмеялась, заправив за ухо выбившуюся прядь волос. – Будь добра, иди помоги Люку – он отправился на кухню за молоком к печенью и, кажется, заблудился. Рей быстро кивнула и вышла из гостиной, послав Бену сияющую улыбку. Для него Падме связала новый шарф – бордовый, с теми же белыми полосками и инициалами – и заявила, что парные вещи никогда не теряют своей актуальности. - Еще один интересный факт, Бен, - добавила бабушка, принимая благодарный поцелуй. – Раньше – по крайней мере – замужнюю девушку иногда называли по имени ее мужа. Возможно, я была права, что не стала вязать для Рей новый шарф? - Ба! – воскликнул Бен, чувствуя, что краснеет. Они с Рей были вместе меньше месяца, и хотя он с трудом мог представить свою жизнь без нее, о свадьбе и речи не было. - Вы же любите друг друга, это всем очевидно, - пожала плечами Падме. Сидевшие рядом с ней Лея и Хан невозмутимо кивнули. Рей и Люк вернулись в гостиную с долгожданным молочником и блюдцами для печенья. Дядя Бена рассказывал ей одну из своих бесчисленных историй о поргах на острове Ак-То, а Рей со смехом расставляла на столе посуду. К чести родственников Бена, они сразу приняли ее как родную, и, перехватывая ее счастливые взгляды, он не мог представить, что всего пару месяцев назад они были случайными знакомыми. Рей положила ему печенье и улыбнулась, и он улыбнулся в ответ. Сидевшая во главе стола Падме потянула Бена за рукав и прошептала на ухо: - Дай знать, когда тебе понадобится кольцо.