Твоя философия.

Солнце уже начало медленно вставать, освещая своими первыми яркими лучами тьму и секреты сумерек. Однако самым главным секретом этой ночи была внезапная страсть, действия и слова, которые обжигали томными взглядами, прикосновениями не только тело, но и душу. А душа точно пылала в пожаре чувств, передаваясь через инерцию тела. Но после этого пожара остался лишь пепел, который, казалось бы, должен был улететь на рассвете, заставляя забыть о предыдущей ночи, однако мало того, что он навеки останется в памяти, как печать любви и вожделения, так еще и остался в комнате, где витает аромат незыблемых чувств и некой нежности. Айси проснулась раньше, нежели Блум. Но несмотря на прошедшую ночь, она боялась. Хотя как королева льда и холода может бояться? Но страх и тревога за свое положение и эмоции разливалась по голове, напоминая прохладный душ, который должен был бодрить и успокоить, однако воспоминания, что приятной разрядкой переходили медленно по всему телу, вовсе убили смысл того самого прохладного душа. Безнадежность была главным гостем в мыслях Айси, однако обратив внимание на невинное и мирно спящее лицо Блум, заставляло верить в правильность и важность происходящего. Чуть пухлые губы Блум были столь притягательными, словно зовущие в омут любви, из которого уже нет пути назад. Айси прикоснулась своими губами к устам Блум, отчего последняя немного испуганно и резко очнулась, но увидев, ранее столь недоступную, а ныне близкую сейчас девушку, Блум радостно улыбнулась, словно отзеркаливая лучи солнца. — Доброе утро, Айси, — почти промурчала от счастья происходящего. — Скажи, зачем тебе это все? — холодно произнесла Айси, перевернувшись на спину. — С самого утра философствовать? Я думала мы повторим. — сказала Блум обнимая за талию предводительницу Трикс, и поцеловав в шею. — Ответь на вопрос. — уже более грубо бросила Айси. Блум лишь удобнее улеглась на соседней подушке, немного расстроившись, что не видать ей повторения вчерашних событий, однако размышляя, как лучше всего ответить. — Насколько ты знаешь, я за мир во всем мире, я желаю счастья даже врагам. И мы были ими долгое время, но даже тогда я сумела разглядеть в тебе то, чего не видели многие. Ты может и великая ведьма льда, но я вижу твою душу, что на деле жаждет тепла. Ты мне нужна, ведь я люблю тебя. — лицо Блум старательно выражало через улыбку все самые светлые чувства, которые она хотела подарить Айси, дабы показать серьёзность своих намерений. Айси, не зная как ответить, резко повернулась к фее, разрешая заглянуть в свою глубокую, но замершую от стужи утраты и мороза предательств, душу, пытаясь таким образом показать, что тоже любит, что готова растопить свой лёд, ради принцессы пламени. — Твоя философия слишком приторная, как и ты, — прошептала в губы Блум Айси, перед поцелуем.

Твои губы растворяются в моих -

Мы словно единое целое.

Твой голос от страсти притих;

Ты у меня единственная, первая.

Прошу поцелуй еще хоть раз -

Пусть твоя философия неверная.

Я буду жить в цвете твоих глаз;

Ты моя единственная, первая.