Сияние удавки

Медовый теплый чай с лимоном, корица в кофе, пряные пирожные в форме елочек. Хвойный аромат твердых духов, смола на раскрытых шишках, кем-то принесенных в участок. Мандариновая цедра, въедающаяся в пазухи. Хруст декабрьского снега под ногами запыхавшейся Тины. Тихий свист со стола Андерсона какой-то рождественской песни из его дряхлой молодости. Шелест фантиков от внезапно оживившегося Миллера — конфеты он купил под елку детям, но не сдержался до праздника и выудил одну, но позже обязательно докупит вдвое больше. Коннор, буквально заряжающий своим щенячьим восторгом весь Департамент. А теперь еще и его собрат, впервые познающий все тайны новогоднего мироздания. Вечно злое лицо всея Департамента Гэвина Рида неимоверно раздражало то, как каждый доблестный хранитель порядка носится с этой улучшенной кофеваркой, стараясь посвятить RK900 в каждую мелочь рождественской суеты: и мишура, и шарики, и елка — всем снабдили. А теперь жужжат на весь участок так, что уши закладывает. Ведь у Ричарда первый, мать его, Новый год! И Фаулер молчит, не возмущается. Расслабился старик, даже прикупил Ричарду ароматизатор в форме елочки на рабочее место. Собственно, нахуя? Если андроид даже запаха-то не почувствует. Скачает себе код «хвойный лес» и будет наслаждаться сменой нулей-единиц в программе, вот радость-то. Рид демонстративно цокнул, получив с соседнего рабочего стола шишкой в лоб. От Чэнь, конечно же. Тина подмигнула, но тут же была съедена заживо парой зеленых глаз. Еще и средний палец получила в качестве подарка. Упакованный, с ленточкой — все в лучших ридовских традициях. — Ты вместо того, чтобы тренироваться в испепелении коллег, лучше бы достал цифру. Рид устало перевел взгляд на Тину, потерев шрам на переносице двумя пальцами. — Нахуя? — Лаконично заметил Гэвин, увидев в руке девушки стаканчик от кофе, в котором весело сосуществовали мелкие бумажки с разноцветными циферками. — Тайный Санта! Гэвин тихо буркнул себе под нос: — Я в этой хрени участвовать не подписывался. — О, — многозначительно протянула Тина, наклонившись к самому уху детектива. Рид вздрогнул. — Если вдруг я не получу подарок из-за тебя, говнюк, я обещаю, что остаток дней ты проведешь с этой, — Тина подняла несчастную смоляную, — шишкой в заднице. Гэвин поджал губы, но с барышней спорить не стал. Взял первый попавшийся листочек с цифрой «28», показав Чэнь свою судьбу. Тина довольно осклабилась. — Эй, Кон! Врубай свой рандомайзер. Все закопошились, как только по терминалам разлетелся список кандидатов на тайный подарок. И Рид неловко поежился, заприметив под 28 позицией свежедевиантнувшегося Девятку. *** К Тайному Санте прибавились проблемы похлеще: омела. Эта чертова ветка повсюду преследует Рида. А все потому, что RК900 уверили, что чем больше поцелуев под омелой, тем удачнее и продуктивнее будет год. И он собрал почти все поцелуи, на которые соглашались в Департаменте. Но только вот один, от своего напарника, никак не сумел выхватить. И вряд ли в приоритете Ричарда стоит сейчас другая задача. Рядом с рабочим столом Рида приземлился кофейный стаканчик из ближайшей кофейни. Гэвин даже не удосужился поднять взгляд с терминала, рукой указав Ричарду, чтобы тот проваливал. — Кыш, мешаешься. Дядя Гэвин тут работать пытается. — Попробуйте кофе, детектив. Рид флегматично оторвал прикованный к работе взгляд на Девятисотого, вздохнув. — Как тебя там… Ричмонд? Ричус? — О, Гэвин прекрасно знал, какое имя выбрал себе андроид после сокрушения стены. Но потешная мордочка оказывалась каждый раз такой забавной, что Рид еле сдержался от смешка. — Ричард. — Грозно поправил андроид, дернув уголком губ. Словно скин глитчем пошел. — А вдруг, ты туда яд подсыпал, или чего хуже — слабительное? Я, конечно, фейерверки люблю, но не из задницы. — Если бы я хотел вас убить, — Ричард натянул на пластиковое личико самую приторную улыбку, что во рту мгновенно стало сладко. — Я бы отравил ваше нижнее белье, детектив. Гэвин тихо рыкнул под смех Тины с соседнего рабочего места. Ричард взял стаканчик в руку, подняв над головой Рида. И тот уж было запаниковал, что содержимое окажется за шиворотом толстовки, но нет. Рид резво поднял взгляд, столкнувшись с нелепым рисунком омелы на картонном стакане. Гэвин даже опешил, прежде чем невнятно просеять сквозь зубы, заалев до самых ушей: — Пшел вон, тостер. Даже не смей подбивать ко мне свои пластиковые клинья. Ричард цокнул своей сраной лампочкой, пожал плечами, забрав с собой пряный кофе, направившись к столу Тины, пока Гэвин закипал от негодования. *** — Говори, мать твою, где ты спрятал дурь. Гэвин, наклонившись над андроидом, все не мог понять: как до синтетических мозгов дошло торговать наркотиками? Да и зачем: деньги ведь им ни к чему. — Повторяю тебе в пятый раз. Если ты не скажешь мне, где перепрятал наркотики, я разберу тебя по детальке, сварю из твоих биокомпонентов суп и залью им дырки на автотрассе вместо асфальта. А потом с удовольствием буду каждый день ездить по тебе на работу. Девиант раздосадовано вздохнул, уткнувшись взглядом в пол. И снова повисла немая тишина. — Так, козлина, я тебя предупреждал… Гэвин почти замахнулся, но встрял, мать его, Ричард, мягко отталкивая несносного детектива. — Можно? С руки Девятисотого плавной линией сошел скин. Ричард улыбнулся, протянув девианту свою сверкающую ладонь. — Я такой же, как и ты. Доверься, я помогу. Андроид частил красным, панически оглядывая то рабочую форму Ричарда, то его невинные голубые глазищи. Вздохнул, сдался, вступил в коннект. — Ну что, Винтик, — Прикрикнул Гэвин, пока Ричард зачаровано глядел на оголенный пластик, мигая желтизной. — У Шпунтика найдется для нас что-нибудь интересное? — Еще как, детектив. И снова эта паршивая улыбка, не сулившая ничего положительного. Девиант покопошился, достав из кармана своей формы слегка примятую веточку омелы, протянув ее в руки Девятки. — Может, вы передумали, Гэвин? У Рида, кажется, глаз задергался. И все три мешка под ним. — Да ты, блять, издеваешься надо мной. В ответ ему сверкнули две безмятежно лазурные лампочки. *** Избегать Ричарда и его тупых намеков на поцелуй стало талантом, который неожиданно открылся в детективе Риде. — Поцелуемся? — Ровно произнес Ричард, словно предлагал отправить Гэвину отчет по сегодняшнему задержанию. Детектив посмотрел на привязанную ветку в кафетерии, потянув за бантик и отправив омелу прямиком в мусорное ведро. — Отвали, кофеварка, я с пластиком не целуюсь. — Ты и с людьми не целуешься, псина бешеная. — Справедливо заметил Хэнк, подняв кружку с изображением сенбернара за здоровье вышеупомянутой собаки, отхлебнув глоток из белой керамики — подарок от Коннора на прошлые новогодние праздники. Рид скривился. — Все ждет «того единственного». — Поддержала Тина, проходящая мимо. Гэвин закатил глаза и выставил напоказ средний палец, поспешив избавить себя от этой сладкой компании, понадеявшись, что все завершилось, и Ричард больше не доебется до его жалкой душонки. Но все повторилось, как только двое остались наедине в патрульной машине. — В твои электронные мозги что, вшита программа «как вывести детектива Рида»? — Нет. Не понимаю, о чем вы. Рид буркнул и поднял взгляд на омелу над ними. Прямо на чертовом зеркале. И когда только Девятый успел ветку присобачить? Всю дорогу же вместе были. — А, об этом. Ну, раз вы заметили, — Вкрадчиво прошептал Ричард, натянув на лицо гадкую ухмылку. — Может, поцелуемся? — Как ты надоел мне, банка с болтами… Гэвин багровел, сучился и все никак не понимал одну вещь — когда же Ричард от него отцепится? Досчитал про себя до пяти, сжав руль в руках до побеления пальцев. Выдохнул, процедив: — Вот всралось оно тебе, Рич? Андроид мирно сканировал налегающий на Детройт вечерний туман, а диод поблескивал голубизной в отражении стекла, то и дело, приплясывая золотым мерцанием. — Я собрал полный комплект поцелуев под омелой. Для продуктивности моей работы не хватает только вашего, детектив. Рид тихо выдохнул, рассматривая сосредоточенное лицо напротив, насучившись: — Если дам поцеловать себя в щеку, отъебешься, тостер? — Нет, меня не устраивает такой концепт. Инициатором должны быть вы. — Это было риторически, придурок. — Сразу же пошел на попятную Рид, отвернувшись от надоедливого свечения. — Иди со своим синтетическим братом засасывайся по самые гланды. Ричард прервался от сверхзумной записи происходящей реальности, зацепившись своими светлыми глазками за взгляд детектива. — Исключено. Коннор предпочитает дистантный способ коммуникаций. Он, знаете ли, не особо доволен человеческой потребностью в телесных контактах. Коннору они безразличны. — Ты же сказал «полный комплект». — Заметил Гэвин, слабо улыбнувшись. Ричард замялся, но тихо недовольно пробасил в ответ: — Он прислал мне gif-изображение поцелуя. Гэвин откровенно заржал, словив непонимающую желтую лампочку. Все-таки, то, что Коннор чему-то от него нахватался, не может не радовать. Выудил из куртки телефон, отправляя на номер напарника смайлик «:*». Ричард завис, нахмурившись. Рид прыснул, указав андроиду на сбежавшего подозреваемого, пытающегося скрыться среди мусорных баков. — Беги за пропажей, романтик ебаный. — Но… — Съебался. — С хохотом напополам проворчал Рид, уверяясь, что больше андроид к нему за поцелуями не сунется. Все-таки, тринадцать раз получал от ворот поворот. *** Это была самая потная и вонючая погоня в его жизни. Пришлось обежать буквально все свалки. Еще раз он побежит на такую дистанцию — развалится. Хоть подозреваемый лихо ускользнул из цепких пальцев правосудия, Гэвин был доволен — сейчас его накроют в другом квартале. Не зря же столько за ушлепком гонялся. Участок гудел. И непонятно: от новогодней суеты, или же от плохих вестей. Рид поспешил на свеженькие сплетни Департамента, учуяв радостный настрой коллег. В голове сразу же затрещало, как только Гэвин заметил столы, усыпанные подарками. Блядский. Тайный. Санта. Рид и забыл про чертову игру, замотавшись с поимкой преступников. И вообще — Рид, кажется, один из Департамента наплевательски относился ко всем праздникам одинаково, поэтому в любой день недели пахал как проклятый. Не мудрено, что он забыл про такую мелочь. На рабочем месте обнаружилась небольшая серая коробочка, перетянутая синей лентой. Гэвин скептично открыл коробку, выудив из нее набор великоватых семейных трусов с изображением Санты на ягодицах. Один олень на заднем плане весело прикрикивал «пошел нахуй». Гэвин даже не сомневался, от кого этот подарок. Спасибо, Андерсон, Рид обязательно наплюет тебе в кофе. Атмосфера была до головокружения звенящей. Перешептывания, тихий смех, радостные визги. Объятия, поцелуи, недовольное фырканье. Все сплелось в единый блестящий клубок, который катился до самого стола Девятисотки. Ричард неподвижно стоял на месте, оглядывая счастливые лица. И Гэвин почувствовал тяжелый укол вины за то, что оставил его без внимания. — Что, опять проебался, Рид? — Хэнк своей огромной ручищей похлопал Гэвина по плечу, выбивая из детектива воздух. — Я думал, ты ему подаришь что-нибудь в своей манере: электровафельницу для интимного коннекта, набор суши из тириума или хотя бы кляп. А ты подошел еще креативнее — решил не делать ничего? Тина ласково трепала Ричарда по волосам, неловко пытаясь всунуть в пластиковые руки свой кекс, подаренный Миллером. Ричард лишь светил желтизной, улыбаясь офицеру. Чэнь бросила на Рида свой фирменный поджигающий взгляд. Аж подошва зажглась. — Отъебись, Хэнк. Не моя проблема, что я не повернут на ваших играх. — Твоя проблема в том, что ты полный мудак, который не заботится о чувствах окружающих. Дело даже не в подарке. Рид проследил за недовольным лицом Коннора и приближающейся Чэнь, насупившись. У Рида пылало очко. Каждая любопытная собака в участке решила обернуться на разжигателя этой феерии, да еще и взгляды у всех такие осуждающие сразу получились — ну прямо пиздец. Впервые Рид даже не был виноват в своем промахе, он просто забыл о чертовой игре. А на него накинулись сразу все разини, решив, что отчитать Гэвина, как последнего малолетку — их предназначение. Тина не успела открыть рот, как Рид, выставив ладонь вперед, громко заговорил: — Да ебал я ваши праздники, ебал вашего тупого Тайного Санту, ваши ублюдские традиции, омелу, пряники, глазурь и елки. Понятно?! Если вам на работе заняться нечем — ебитесь дальше с никому ненужными подарками. И да, Хэнк, забери трусы себе. Если ты, конечно, в них влезешь. Коннор недовольно вздернул нос, а Ричард все так же покладисто стоял на своем месте, бликуя всеми цветами своей примитивной акварели. Рид, с чувством перевыполненного долга, развернулся на пятках и ретировался из отделения, надеясь, что дома ему все поможет забыть гулкое одиночество и пара бутылочек пива. *** К счастью, не только Гэвин Рид умел показывать жизни средние пальцы. Иногда и она давала детективу отпор. Дома его всеобъятно сожрала совесть, вылезающая обычно только под канун Рождества. Гэвин тихо пыхтел, вырубая каналы с любыми передачами, напоминавшими, какой сегодня праздник. Грустные глаза Ричарда застряли где-то в подкорке, да так, что даже моргнуть без их невинного свечения было невозможно. — Да сукин ты сын… Так дальше продолжаться не могло. Поэтому Рид не придумал ничего лучше, чем исправить бедственное положение. Так сказать, скрасить неловкое недопонимание между напарниками. Так ведь все делают, да? Все, но не Рид. Он не привык извиняться за свои поступки. Но какая-то остаточная мораль в груди сдвигала плиты, больно разъезжая по сердцу. Или это была всего лишь межреберная невралгия, и следует записаться ко врачу. В любом случае, Гэвин уже все для себя решил. Через четверть часа на пороге его квартиры стоял Ричард. Ровный, как фонарный столб, но угрюмый, как свинцовое небо Детройта. Рид неловко почесал загривок, приглашая андроида войти внутрь. — Наверное, я повел себя, как свинья, жестянка. — Выдохнул Рид, заглянув в глаза напарника. Ричард ухмыльнулся, коротко кивнув. — Вы все еще можете сделать мне подарок. — С явным намеком прошелестел андроид, но детектив его бестактно проигнорировал. Рид вытащил небольшой вытянутый сверток, неловко склеенный и кое-где отходящий от скотча. Сам лепил, хули, всю душу в это творчество всучил. Ричард недоуменно мигнул диодом, огорчившись тому, что увидел. Галстук. Как у Коннора. Обычная удавка. — Это гирлянда, олух. — Тихо вклинился человек, увидев непонимание на каменном лице. — Ну, специально для вас, пластиковых задниц. Ричард удивленно приподнял брови, разглядывая мелкий узор из лаймов и кругляшек, точь-в-точь, как на его виске. — Хакнуть сможешь? Я инструкцию сдуру выбросил, пока упаковку клеил. Ричард улыбнулся, кивнув. Ловким движением завязал галстук поверх родной черной водолазки, оголив белый пластик пальцев, заставив приспособление весело засиять тремя оттенками сразу. Голубой, желтый, красный. То поочередно, то вместе. Гэвин заворожено наблюдал, как скачет оттенок диода, переливаясь в свете галстука, то дополняя, то оттеняя его. Красиво, а на сайте смотрелось безвкусно. Ричарда тронула еле заметная слабая улыбка. Казалось, что уголок губ и вовсе не дернулся. — Спасибо, детектив. Голубые глаза заметно потухли на фоне праздничной светомузыки подарка и диода. Гэвин усмехнулся, пальцами приподняв подбородок Ричарда, заставляя посмотреть наверх. Сверху на Ричарда смотрела скромная веточка омелы, неумело привязанная лентой и для надежности приклеенная скотчем. Ричард заметно напрягся, а галстук стих, переставая вырабатывать свечение огней. Вот же блять, обманули. Никаких тебе 3000 часов работы без подзарядки. Сплошные наебки в этом холодном жестоком мире. — Это не моё. — Быстро выпалил Рич, мигнув диодом. — К этой ветке я не имею никакого отношения. — А как же. Рид усмехнулся, притягивая андроида к себе за галстук, невесомо коснувшись теплых податливых губ. И даже сквозь зажмуренные глаза Гэвин уловил переливы сразу трех цветов, словно сигнал тревоги. Кажется, Гэвин попал. Ричард остолбенел, пока не ощутил влажный язык, скользнувший по собственной губе. Поддался навстречу, обхватив детектива за талию. Гэвин улыбнулся, первым разорвав поцелуй, усмиряя дикое свечение огней. По телевизору закрутилась слащавая песня Марайи Кэри, заставляя тихо хрюкнуть от смеха. Ричард расфокусированно пялился на губы Гэвина, не в силах оторваться от них. И Рида чертовски привлекала мысль, что первый поцелуй жестянки украл именно он. — Что скажешь? — Коннор многое теряет в своей жизни. Рид усмехнулся, проведя большим пальцем по скуле андроида, рассматривая блеск нечеловеческих глаз, не понимая: как можно было так сильно проебаться? И с подарком. И с Ричардом. И с поцелуем. Голову кружило сильнее, чем от десяти стопок. Ноги еле стояли на месте — не поддерживай Ричард его за поясницу, так и хлопнулся бы на колени. Добивала песня, вытряхивающая из легких весь кислород. И жадные глаза напротив, желающие большего. — Пиздишь, жестянка, как дышишь. — Но я не дышу, детектив. Следовательно, не вру. Гэвин задумчиво почесал щетину. Об этом он не подумал. Ричард снова победоносно ухмыльнулся. — Теперь твой год точно будет продуктивным, железяка. И что, даже Фаулера уломал? Ричард кивнул. — Пришлось намекнуть ему, что я, как передовая машина "Киберлайф", могу стереть с его компьютера все отчеты от офицеров полиции Детройта за прошедший месяц. Случайно, конечно же, по ошибке. Гэвин прыснул, заведясь в неистовом хохоте. Ричард невыносим. И это, он, кажется, тоже подцепил от Рида. — Посмотреть бы на него в тот момент. Телефон Гэвина пиликнул новым сообщением, а Ричард не сумел скрыть коварную ухмылку. — Проверишь почту. — Ты невероятная заноза в... — All I want for Christmas is you! — Пообещала Марайя, перебивая грубияна. А Ричард даже спорить не стал. И снова утянул детектива в глубокий поцелуй, удивляя тем, как быстро учится. Может, позже Рид признается, что сам захотел повесить омелу. Что ему давно не было так хорошо. Что давно хотелось провести новогодние праздники в чьей-то приятной компании, даже если пластиковой... Но не сейчас. Взгляд снова упал на мягкие губы, отдающие мятой и хвоей, чёртову прядку, спадающую на лоб чудесным завитком, выразительные глаза... Гэвин усмехнулся. Точно не сейчас.