Падение чёрной королевы

      С того вечера минуло несколько дней. Мегатрон уже как-то пообвыкся в чужом доме, хотя всё ещё порой чувствовал себя неуютно. Странное дело, он не терялся в коридорах - негде было теряться: как пройти из своей комнаты до кухни, кабинета или душевой, он и так знал. Не напрягали и бесконечные ряды картин - ну, ужастики, ну абстракция, и что с того? Каждый коллекционирует то, что больше по душе. Мегатрон и не такое видел. У одного его знакомого на стене висела целая коллекция гранатомётов. А если в принципе о странных привычках, то и сам лидер спал с ножом под подушкой - этому его научила юность, проведённая на аренах Каона, где убивали не только и даже не столько на арене, сколько в маленьких комнатушках-ячейках, когда соперник наиболее уязвим.       Ошеломляло другое. Мегатрон заметил, что в доме всё в образцовом порядке, полы помыты, бельё постирано и поглажено, пыль протёрта, а завтрак, обед и ужин или в холодильнике, или на плите. И, коль скоро еда по вкусу не напоминала кусок резины с песком, то это явно не было делом рук Старскрима. Уж его-то стряпню Оллмайти испробовал изрядно - когда сидели в осаждённом Гелексе, офицерский повар был убит разорвавшимся снарядом. Старскрим вызвался спасти товарищей от голода, но лучше бы он этого не делал. Тошнило потом почти всех, кроме самого Старскрима, Брейкдауна, чей желудок переварил бы что угодно, и Саундвейва, который тактично отказался. Мегатрон прекрасно запомнил на вкус горелую кашу, "резиновое" мясо и суп... Что за помои Старскрим залил в котёл и какой тухлятиной он это разбавил - неизвестно, но даже смотреть на всё это было невыносимо. Хотя сам Старскрим, будто не обращая внимания, быстрее всех тогда орудовал ложкой, в то время, как остальные воротили нос от мерзкой жижи непонятного происхождения. Ничего общего с той вкуснятиной, которую гости и хозяин находили на кухне, это не имело.       Тогда кто был за это ответственен? Прислуги комендант, как и полагалось в соответствие с их идеологией, не держал. Так неужели такой образцовой хозяйкой была жена офицера? Мегатрон едва ли мог представить себе эту толстогубую горбоносую великаншу, гладящей бельё или шинкующей овощи для вкуснейшего супа. Хотя ладно ещё несуразность этой картины, так она ещё и с трудом укладывалась в действительность, ведь жену Старскрима Мегатрон видел от силы раза два-три за всё это время. Вставала женщина очень рано, так, что даже сам Оллмайти - тоже ранняя пташка - не мог уловить момент, когда хозяйка уходила из дома и направлялась на работу. С работы же великанша возвращалась ближе к ночи и тут же запиралась в своём кабинете. От этого возникало лишь ещё больше вопросов, чем ранее. Чем и когда она питалась? Мегатрон ни разу не видел, чтобы хозяйка заходила на кухню не для того, чтобы заварить чаю, который она хлестала литрами. Со сном, видимо, была та же загадка вселенной. А вот где милейшую даму Мегатрон точно видел, так это в спортзале на подземном этаже. Но, правда, увидев его, она смутилась, откланялась и вышла.       Практически всё время Мегатрон проводил в разъездах - проверял работу жизненно важных для государства систем. Помимо Саундвейва, который давно уже считался дополнительной тенью Вождя Революции, компанию ему составил ещё и Старскрим. И, глядя на суетливого, истеричного, чуть трусоватого коменданта, Мегатрон то и дело задавался вопросом о том, как же всё в Каоне держится. Ну разве хоть одна живая душа, которая дружит с головушкой, станет не то чтобы бояться - хотя бы уважать это субтильное, имитирующее куклу, нервозное нечто? Хотя, стоило признать, Каон значительно похорошел и расцвёл благодаря Старскриму, так что "нервозное нечто", в принципе, можно было бы и к награде представить.

***

      Мегатрон поправил воротник белой рубашки-поло и уже по привычке расстегнул две верхних пуговицы. Пожалуй, лишь цвет и намекал на то, что вождь революции собирался не на очередную проверку или учения, а на приличное мероприятие, устроенное подобострастным Старскримом в честь прибытия высоких гостей.       Где-то наверху забавная возня вот-вот могла перерасти в небольшой скандал - Старскрим что-то опять искал и, судя по грохоту дверей, не мог найти. То, что это был вздорный комендант, сомнению не подвергалось - если бы Лин вздумала носиться по этажу и хлопать всеми дверьми, то привинченных дверей, наверное, уже не было бы.       В проёме мелькнул Саундвейв, направлявшийся к ближайшей ванной комнате с балончиком геля. Мегатрон лишь усмехнулся - у него никогда не было проблем с укладками - короткая щетина в любом случае стояла колом. Да уж, похоже, к такому "знаменательному" событию все готовятся - все, кроме него, непосредственного "виновника торжества". И подобное слегка насмешливое настроение божества, наблюдающего за простыми смертными, Мегатрон планировал сохранить до конца вечера, если бы не одно "но".       "Но" медленно и грациозно спускалось по мраморной лестнице. Глядя на это "но", одетое в чёрно-красное платье, которое, будто нарочно, дразняще обнимало изгибы мощного тела, Мегатрон чуть рот не открыл от изумления. Он и представить не мог, что грубая, мужеподобная, откровенно ужасная великанша может быть ещё и такой чертовски притягательной. Но теперь он не мог отвести взгляд от неё, такой неземной. И дело было не в её теле, которое причудливо сочетало черты обоих полов, не в том, как она держалась, даже не в странной причёске в форме сердца на голове.       Дело было во взгляде. В этот момент Мегатрон понял, что толкнуло Старскрима познакомиться с Лин поближе. Глаза великанши были похожи на портал в иной мир, в глубины морские, в бескрайний космос и дальше, в ад, в небытие, в бесконечный мрак, холодный и в то же время притягательный. От взгляда этих глаз тело цепенело, а душа мечтала вылететь, вырваться из тлеющего живого трупа и утопиться в бесконечной пустоте". Скажи кто Мегатрону, что любовь к такой женщине превратила Старскрима в то, чем он стал, почти отринув человечность - и он поверил бы. Потому что ради одного такого взгляда хочется сойти в ад и всех там побороть, покорить любую гору, нырнуть на дно любой впадины и принести оттуда жемчуг - да что угодно, хоть сердце из груди вырвать, и к ногам её положить. - Любовь моя, ты долго ещё?- голос Лин, до этого казавшийся таким невыразительным и мёртвым, вдруг показался Мегатрону нечеловечески прекрасным, похожим на шум прибоя, или даже ту самую "космическую музыку", которой бредят чёртовы иаконские романтики. "Да что ж ты со мной делаешь, женщина? Ты же совсем чужая, ты на кой чёрт..."- Оллмайти оборвал эту мысль. Абсурд. Наверное, дело просто в том, что за годы революции, он с прекрасным полом проводил куда меньше времени. Но сейчас-то время мирное, девок много - бери любую, никто не запретит. Да, это просто из-за долгого невольного выжидания. - Уже иду, дорогая. Не поверишь, запонку потерял,- раздался резкий голосок Старскрима, мгновенно отрезвивший Мегатрона, будто удар битой по голове. Резко хрустнув шеей, он всё же заставил себя отвернуться и сделал вид. будто ничего не было.